18. Больница

Я очнулась, хотя осознала это далеко не сразу.

— Эммочка! Девочка моя! — донеслись как сквозь вату рыдания мамы. — Ну скажи что-нибудь!

— Успокойтесь, она приходит в себя. — Незнакомый голос.

А потом мои веки бесцеремонно подняли и по очереди посветили в глаза. Я попыталась увернуться, но тело почти не слушалось.

— Зрачки реагируют на свет, все в порядке, — заключил целитель. — Эмма, вы нас слышите?

Я что-то простонала в ответ.

— Эмма! — Мамин вскрик.

А следом мне в горло начали вливать какую-то горькую вязкую жижу, которой я едва не захлебнулась.

— Глотайте, — приказали мне и подкрепили приказ магией.

Мышцы сжались в нужной последовательности и отправили жижу в пищевод, откуда она медленно потекла в желудок, вызывая рвотные позывы.

— Минуту — и станет легче.

Что-то не верилось.

Но зрение действительно начало проясняться, а ощущения, в том числе собственного тела, — возвращаться.

Я была в больнице, где же еще? Безликая белая палата, койка, капельница, тянувшаяся к моей вене, какое-то целительское оборудование.

А вокруг вся моя семья. Мама в выходном платье, с остатками пышной прически и размазанным по лицу макияжем. Папа в костюме, бледный в тон стенам. Брата и сестру я видела утром, пусть и не отметила, что они оба принарядились. Хотя Нора всегда отлично выглядела. Но сейчас мне было страшно на нее смотреть, потому что в ее ответном взгляде не читалось ничего хорошего.

— Эмма, — мама, не зная, как ко мне подступиться, чтобы ничего не нарушить, принялась меня аккуратно ощупывать. — Девочка моя! Как же ты нас напугала! Мы узнали о взрыве на портале из новостей, представляешь? Включили трансляцию с открытия, а там такое!

Мама всхлипнула и вытерла покатившиеся слезы.

— Все хорошо, — прошептала я, сжимая ее ладонь.

А у самой не получалось это осознать. Неужели?..

Потом подумаю о портале.

— Пациентке для восстановления необходим полный покой, — строго объявил целитель. — Как видите, она пришла в себя, ее жизни ничто не угрожает.

— С Эммой правда же все будет хорошо? — мама старалась держаться, но голос подводил ее на каждом слове.

— Конечно, воздействие такого количества энергии не проходит бесследно, но организм молодой, восстановится, — заверил всех целитель, красноречиво распахивая дверь.

— Мы завтра придем, доченька, — мама прижалась губами к моему лбу. — Поправляйся скорее.

Она с видимым усилием поднялась и пошла на выход, то и дело оглядывась через плечо.

— Эмма, — папа покачал головой, тоже подходя поцеловать. — Вот ты поздравила отца! Видимо, не судьба нам отметить мой юбилей в ресторане. Умеешь же добиваться своего!

— Аарон, ну о чем ты! — воскликнула мама.

— Да шучу я, шучу. Поправляйся скорее — отметим юбилей дома, зато всем составом, — папа ласково погладил по волосам и тоже поцеловал в лоб.

— Поправляйся давай, — брат похлопал меня по руке, но я видела плескавшееся в его глазах беспокойство.

— Девушка? — целитель повернулся к Норе. — Вам бы самой отдохнуть не мешало, целый день в палате.

Тут-то я догадалась посмотреть в окно, за которым была непроглядная темнота.

Целый день! Впрочем, повезло, что вообще жива.

— Нам надо несколько минут поговорить с сестрой, — медленно произнесла она. — У нас свои секретики.

Начинается…

— Подождите, пожалуйста, в коридоре, — попросила Нора, плотно закрывая дверь изнутри.

Замок щелкнул и сестра подошла к койке, опускаясь на стул, где до этого сидела мама, и скрещивая руки на груди.

— Я жду объяснений, Эмма.

— Каких? — а я думала: стоит ли изобразить обморок или это может слишком напугать сестру?

— Каких… — эхом повторила Нора. — Знаешь, как неимоверно злит, что все вокруг считают меня дурой?

— Нора…

— Молчи! Всю свою сознательную жизнь я только и слышу: «А Эмма у нас городские математические состязания выиграла! Стала лучшей ученицей школы! Победила на конкурсе энергетического моделирования! Она у нас такая умная! Сама поступила в столичную Академию энергетики и техномагии!» — последние пять лет мама только тобой и хвастается!

— Нора…

— А я красивая! И ни на что не способная! Просто кукла, которая только и умеет, что танцевать и наряжаться! А ты молодец, умница, талант, гордость семьи! Вон еще и на практику престижную попала!

— Нора! Хватит!

— Что хватит, Эмма? Вот что? Да, я не выигрывала математические соревнования и конкурсы! И поступать в академии даже не пыталась! Но это не значит, что я тупая! Понимаешь?

Сестра судорожно выдохнула.

— Тебе нельзя нервничать…

— Что же ты об этом только сейчас вспомнила, а? — едко спросила она. — Мы приехали в Винтар, а там — представляешь! — никакого магателье нет и никогда не было! Двадцать раз весь центр обошли, всех местных расспросили! Я думала, что прибью тебя в ресторане! Приезжаем — а там еще веселее! Гостей нет, столы убирают, ведущий, сворачивающий свой реквизит, говорит, что дочь юбиляра попала в больницу, потому что на портале произошла какая-то авария. И ты будешь утверждать, что это совпадение и случайность?! Еще и деньги отдала!

Нора рывком открыла сумку — молния разъехалась, ткань треснула — вытащила пачку денег и швырнула на койку.

— Не считай меня тупой! Ты не просто так не хотела отмечать в ресторане! И нас с Крисом специально отправила подальше.

Сестра сморгнула слезы и встала со стула, но я успела из последних сил схватить ее за руку.

— Ты права. Все так. Прости, пожалуйста! Я подозревала, что оставаться в городе небезопасно, но у меня не было ни единого реального факта, чтобы это доказать! — в моем голосе звучало отчаяние, пережитое за последние дни.

Нора села обратно и осуждающе посмотрела на меня.

— Если ты знала, что нам угрожала опасность, ты могла просто сказать.

— И ты бы поверила?

— Конечно! — без колебаний ответила она. — Я ведь несу ответственность не только за свою жизнь, так что не стала бы рисковать. И брата бы взяла. И с родителями бы поговорила, убедила их отмечать хоть на даче, хоть в том же Винтаре. Сослалась бы на капризы беременной, предчувствия, плохие приметы — да на что угодно! Никуда б они тогда не делись — поехали бы как миленькие.

А я во все глаза смотрела на нее, чувствуя себя распоследней дурой.

Рядом сидел человек, у которого я бы никогда и не подумала просить помощи. А он, оказывается, был готов поверить так. Безо всяких математических выкладок, доводов и фактов, а просто потому, что я попросила.

— Надо было всего лишь сказать, — подтвердила мои мысли Нора. — Я-то в тебе никогда не сомневалась.

— Прости, — повторила я, держа ее руку, боясь, что стоит отпустить — как она встанет и уйдет.

По щекам покатились слезы, а сил стереть их не было.

Нора вздохнула, достала платочек и вытерла мне щеки.

— Ладно, отдыхай. Надеюсь, ты все-таки тоже научишься мне доверять и во что-то ставить. Пусть я и не гений, в отличие от некоторых.

— Я взяла твои духи и не вернула! — выпалила на одном дыхании.

Не знаю — зачем. Просто так мучила совесть, что не смогла промолчать.

— Оставь себе, — усмехнулась сестра. — Как и тени, карандаши, румяна и что ты там еще брала. Только голубое платье верни, пожалуйста, оно мне очень нравится. Надеюсь, влезу в него после родов.

— Ты знала?!

— Конечно, дурашка! Я специально их на столе оставляла, в надежде сделать из тебя девушку. Рада, что ты все-таки начала следить за своей внешностью, — ехидно заметила она. — А то сколько раз тебе намекала — все мимо. Одна математика и энергетика в голове.

— Да у тебя такие намеки были! Что я выгляжу, как чучундра!

— Правдивые и честные, — усмехнулась Нора, погладила мою руку и поднялась. — Все, мне правда пора, а то Макс, наверное, весь извелся. И тебе нужно отдыхать. Поправляйся, бестолочь!

И щелкнула меня по носу.

— Спасибо. — Я не стала ни спорить, ни обижаться.

Нора была абсолютно права, а еще, как выяснилось, она намного мудрее меня. И ум здесь совершенно ни при чем.

***

Утро началось с осмотра целителем, смуглым и невысоким — типичным южанином, констатировавшим, что я быстро иду на поправку.

— Вам удивительно повезло. Такое количество энергии разом могло и убить, — признал он, сканируя меня заклинанием. — Возможно, дело в том, что вы уже по учебе часто сталкивались с малым энергетическим воздействием и ваш организм выработал некую устойчивость.

— Как иммунитет к ядам?

— Вроде того. Понятно, что воздействие энергии на живые организмы очень разрушительно, но, как говорят, человек привыкает ко всему, — усмехнулся целитель. — Недельку отдохнете у нас — и выпишем. Дальше будете самостоятельно принимать лекарства следующие полгода.

— Спасибо! — Я растеклась по койке от облегчения.

Все-таки то, что здоровье стоит беречь смолоду, я к тридцати пяти усвоила.

А дальше началось самое интересное.

Стоило целителю уйти, как в палату зашли двое стражей, а с ними Дэвид Зайрон, Эртон Фальц и Джессика.

Я немного настороженно встретила новых посетителей. Расслабляться мне определенно рано.

— Эмма! — Джес сразу же без лишних церемоний уселась прямо ко мне на койку. — Ты как?

— Нормально, — я пожала плечами и скривилась — тело ломило. — Говорят: жить буду, восстановлюсь полностью.

— Вот тебе повезло, конечно! — Джес замахнулась, чтобы хлопнуть меня по плечу, но быстро передумала и просто положила руку рядом, воинственно взглянув на стражей.

— А что, собственно, происходит? — осторожно поинтересовалась я, поглядывая больше на главного инженера и главного энергетика станции.

— Это вы нам сейчас расскажете, — ответил за них один из стражей. — Капитан Скорс, расследование магических преступлений.

— Меня в чем-то обвиняют?

Вот и последствия…

— Все зависит от вас.

— Так, прекратите запугивать девушку! — остановил их Зайрон. — Нет, Эмма, вас ни в чем не обвиняют, но хотелось бы услышать вашу версию событий.

— А как Питер? — спохватилась я.

Несмотря ни на что, смерти одногруппнику я не желала.

— Он жив, его спас защитный костюм. Как и вас, — успокоил меня инженер, и я выдохнула.

— Я пришла на станцию с опозданием, до этого встречалась с братом и сестрой. У нашего папы был юбилей вчера, мы договорились все вместе поехать ему за подарком, но я в итоге решила все-таки присутствовать на запуске и отправила брата и сестру вдвоем.

Со стражами главное — не врать.

— Я пришла на станцию, отдала вещи кому-то из академии, а сама заглянула в уборную. Потом решила дойти до портального зала, я знала, что там никого нет, просто было интересно, — говорила медленно, максимально восстанавливая события. — Но дверь оказалась открыта.

— Открыта? — переспросил Зайрон, а стражи подались ко мне.

— Да, кодовая панель горела зеленым, — подтвердила я. — Тогда я заглянула внутрь, и увидела там Питера в защитном костюме.

— Вы сразу его узнали? — спросил страж.

— Да, он стоял лицом ко мне и собирал инструменты.

— Какие именно?

— Там был большой набор, ключи, зажимы — все для работы с проводниками. У меня диплом по ним, поэтому я сразу выхватила взглядом основное. Но, скорее всего, было еще что-то, — я нахмурилась, честно пытаясь вспомнить.

Мелкие факты важны для большей убедительности.

— Что делал Питер Треван у портала?

— Он установил дополнительную кристаллическую решетку с черными мега-кристаллами, — с готовностью ответила я. Тут точно ничего скрывать не собиралась.

Смерти Питеру я не желала, но понести заслуженное наказание он должен.

— Как вы поняли, что это за кристаллы?

— Я их увидела.

— И сразу догадались, что именно перед вами?

— Конечно, они же черные. Все остальные виды кристаллов других цветов, так что это несложно.

Эртон Фальц одобрительно кивнул.

— Что вы сделали дальше?

— Я потребовала, чтобы Питер все отсоединил. Он категорически отказался, тогда я попыталась выдрать проводник, но не смогла — Питер начал мешать и оттаскивать меня от арок портала. А когда свет стал гаснуть, то поняла, что портал не должен быть запущен с подобными изменениями. Другого решения, кроме как вывести из строя кристаллы энергетическим импульсом, я не нашла, времени не было. Если решение оказалось ошибочным — я готова понести наказание.

Стражи переглянулись. Капитан открыл блокнот, пролистал и задумчиво остановился на какой-то записи.

— В целом, госпожа Дейрон, ваши слова сходятся с показаниями Питера Тревана за исключением одной детали: он утверждает, что дверь в портальный зал была заблокирована изнутри, а вы ввели код для входа.

— Я ввела код? — удивилась я.

— Именно.

— Но я его не знаю, у меня нет доступа.

— Вот здесь и загвоздка: у вас действительно нет доступа, — страж пристально смотрел на меня в ожидании объяснений.

Которых у меня не находилось.

Рассказывать сейчас про мастер-код было совершенно не нужно. Пока меня ни в чем конкретном не обвиняют, не стоит давать повод. Вот если начнут…

Тогда я пущу в ход любые аргументы.

— Я могу повторить, что дверь не была заперта, она была полностью разблокирована, только створка прикрыта, — я сама судорожно думала и морщила лоб.

— Послушайте, — влезла Джес. — У Эммы серьезная травма. Она приняла на себя огромный энергетический удар и спасла всех нас. Страшно подумать, что случилось бы при запуске с учетом подключения не прошедших все испытания кристаллов.

— Я поддерживаю Джессику, — подошел к нам главный инженер. — Пока что мега-кристаллы показывают исключительно низкую стабильность и высокую взрывоопасность. Учитывая их огромную емкость и мощность первого запуска — от здания станции не осталось бы камня на камне. Эмма предотвратила настоящую катастрофу, за что мы ей бесконечно благодарны.

— И до этого Эмма проявляла себя как блестящая ученица и сотрудница, — не остался в стороне Эртон Фальц. — Она все объяснила, у нас нет повода сомневаться в ее словах.

— А какой резон Тревану врать? — задал всем нам встречный вопрос страж. — Он рассказал все то же самое, за исключением единственного момента с дверью.

— Этого полудурка знатно приложило взрывом, — зло отозвалась Джес. — Видимо, что-то в башке перемкнуло.

— Джессика, — Зайрон с осуждением посмотрел на подчиненную.

— А что не так? — взвилась девушка. — Чуть не угробил нас всех вместе со своим любимым порталом. И этот жирный боров! Помог племянничку, называется!

— Да, Тобир, конечно, разочаровал, — вздохнул главный инженер.

— Что с ними будет? С Питером и с его дядей, который открыл ему дверь?

— Ничего хорошего, — бросила Джес.

— Подтверждаем, — кивнул страж, закрывая свой блокнот. — Даже деньги и влияние их семьи не помогут: дело слишком серьезное, почти политическое. Наказание будет соответствующее.

Эх, Питер-Питер…

— Если еще вспомните какие-то детали — сообщите, пожалуйста, — мне протянули визитку. — Всего доброго, поправляйтесь, — пожелали стражи и удалились.

Дышать сразу стало легче.

— Да, Эмма, вы в очередной раз нас удивили, — улыбнулся Зайрон.

— В портальном зале сильно все пострадало? — виновато спросила я.

— Сильнее тебя не пострадало ничего! — недовольно отозвалась Джес. — Питер тот еще придурок, но догадался закрыть тебя собой. А его спас костюм — хоть в этом подстраховался.

— На самом деле повреждения не такие серьезные, как показалось вначале, — подтвердил главный инженер. — Ты ударила в одну из кристаллических решеток, к счастью, слабо заряженную, резервную. И направление взрыва пошло обратным импульсом в вас, а не в аппаратуру, лично для меня — к сожалению. Вам с Питером исключительно повезло, особенно тебе без защитного костюма.

Зайрон нервным жестом ослабил галстук и расстегнул верхнюю пуговицу.

— Самое смешное, что серьезнее всего пострадала именно дверь, — хмыкнул Эртон Фальц. — Видимо, энергетический импульс попал в кодовую панель, поэтому все настройки сбросились.

Ох, как он замечательно объяснил применение мною мастер-кода!

— Да, все так, — улыбнулся главный инженер. — Мы, конечно, на следующей неделе еще раз проверим и перепроверим, но вроде все обошлось. Так что, если поправишься, приглашаем тебя на повторное открытие портала в субботу. В второй раз будешь смотреть его из аппаратной, а не из портального зала, — пошутил Зайрон.

— Спасибо! Я обязательно буду!

Чтобы убедиться, что все пройдет как надо!

— Теперь отдыхай, — приказал мой непосредственный начальник. — Твои родители в коридоре уже извелись, наверное.

Мужчины ушли, а Джес осталась.

— Не зря ты переживала, — усмехнулась она. — Я слышала про людей с обостренным восприятием, видимо, ты из них.

— Если бы, — поморщилась я. — Иначе бы сразу Питера раскусила.

— Не напоминай! Убила бы, честное слово!

Тут в палату вошли папа, мама и брат.

— Добрый день! Я уже ухожу, — Джес спрыгнула с моей койки. — Тебе что-то принести из вещей? Мне Адамс твой рюкзак отдал, если что.

— Можешь его принести? Рюкзак, в смысле?

— Да поняла, что не Адамса, — рассмеялась она. — Принесу.

И, махнув всем, сразу вышла.

— Мой куратор практики, — пояснила я родителям.

— Своеобразная девушка, — прокомментировала мама.

И я только теперь поняла, что Джес была в одной из своих футболок с провокационными надписями, что-то там про пешее эротическое.

За месяц так к ней привыкла, что на подобные мелочи внимания уже не обращала.

— Как себя чувствуешь? — мама подсела ко мне, внимательно приглядываясь.

— Намного лучше! Целитель сказал, что иду на поправку.

–- Мы тебе кое-что принесли, — спохватилась мама.

А я уже заметила, что папа с братом стоят с объемными баулами. И это настораживало!

— Тут вещи твои, перекусы, еда на обед и ужин, — мама принялась выкладывать одежду, полотенце, судочки.

— Мама, да не стоило, — простонала я, видя, как заполняется сначала прикроватная тумбочка, а за ней и небольшой холодильник.

Но большинство вещей так и осталось в сумках — не влезло.

— Тебе здесь неделю лежать. Надо нормально питаться! Что я, не знаю эти жиденькие больничные супы и кашки?

— Да нормально здесь кормят!

— Ничего, тебе силы для восстановления нужны, лишним не будет!

Папа с братом делали вид, что они ни при чем.

— Спасибо большое, постараюсь все съесть, — вздохнула я, понимая, что спорить с родительницей в приступе заботы бесполезно.

Сама была такая же.

В груди защемило при мыслях о детях. Получится ли у нас что-то с Ником? Кого в итоге выберет Джессика? Поженятся ли они?

— Все хорошо?

— Да, — я улыбнулась. — Все отлично!

Главное, что все живы, с остальным как-нибудь разберусь.

Родители с братом провели у меня все утро. Крис сообщил, что принес мне самое дорогое, что у него есть — коллекцию журналов «Энергия и технологии». Я очень прониклась таким жестом и оказанным доверием.

А когда родители вышли переговорить с целителем, подсел ближе и с горящими глазами спросил:

— А правда, что ты отправила нас с Норой подальше, потому что предполагала что-то такое?

Брата я точно не могла разочаровать!

— Что-то такое предполагала, но уверена не была.

— Значит, ты одна раскусила того парня, устроившего взрыв? — восторженно продолжил Крис.

— Кое-что подозревала.

— Ты молодец, — одобрил младший.

А я поняла, что мой авторитет в его глазах вырос до небывалого уровня.

Такими темпами скоро он мне не только журналы, но и паяльный набор доверять начнет. Хотя вряд ли, конечно.

А вечером ко мне опять зашла Джессика, принесла рюкзак с вещами, красноречиво обведя взглядом сумки вдоль стены.

— Мама позаботилась, — я села поудобнее, отложив журнал.

— О! «Энергия и технологии»! Я его тоже выписывала раньше, — оживилась куратор. — Ну и раз ты настолько оклемалась, что вновь потянулась к знаниям, то, значит, не зря я принесла тебе дипломную работу и книги!

И брякнула мне на койку здоровенную сумку с дипломом и литературой.

— Ну ты и злыдня! — ужаснулась я. — Героически пострадавшему человеку! В больницу!

— Да, видишь, как о тебе переживаю? — поддержала шутку Джес. — Только о твоем дипломе и думаю! Кстати, нашла еще альбом с вырезками по порталу, это Питера, да? Там пометки его рукой сделаны.

— Да, его, — со вздохом подтвердила я. — До сих пор в голове не укладывается, что он решился рискнуть всеми нами ради своего эксперимента.

— Ладно — Питер! Тобир Треван — вот кто меня убил! У него, конечно, характер мерзостный, но додуматься пустить мальчишку к порталу перед запуском! — Джес, не найдя приличных слов, потрясла руками. — И мега-кристаллами Питера снабдил отец. Так что там вся семейка помешанных на науке отморозков.

Иначе и скажешь.

Джес еще немного посидела, рассказала последние новости, главной из которых был перенос запуска портала на ближайшую субботу.

— Конечно, туристы расстроились, как и местные, но ничего не поделаешь, — пожала плечами девушка. — Зайрон, заручившись согласием Браумера, решил сделать запуск максимально закрытым. Без почетных гостей и с минимумом журналистов. Чтобы, если что, охрана могла отследить всех.

— И правильно, — одобрила я. — В такой день на станции лучше обойтись без посторонних.

— И я так думаю, — кивнула Джес, спрыгивая с моей койки. — В общем, поправляйся, работай над дипломом, я буду проведывать.

— Диплом? — сострила я.

— И его тоже!

Куратор махнула мне рукой и напоследок ткнула пальцем в стопку книг.

Даже поболеть спокойно не даст!

И эта мысль неожиданно вызвала прилив тепла, а не раздражения. Джессика беспокоится, потому что ей не все равно. И она права: пора браться и за диплом.