5. Шантаж

Магистр Эваш, как и всегда, вяло отвечал на вопросы, регулярно повторяя, что «в учебнике все написано». Говорил он при этом настолько монотонно, с примерно одинаковыми паузами, ничего не выделяя, что вычленить из его речи что-то важное при всем желании не получалось.

Так мы и просидели час, ничего толком не поняв. Но добиться внятных ответов от Тухляка было из разряда невозможного. Собственно, консультация была больше для галочки, как и наша явка на нее — сделали все, что могли.

— Иди, я тебя догоню, — попросила соседку.

Сама же направилась к магистру, который не торопясь складывал методички в небольшой кожаный чемоданчик.

Кстати, чемоданчик очень качественный и дорогой. Я присмотрелась, узнав известный бренд. А ведь во время учебы как-то не обращала на такие детали внимания. Возможно, потому что все равно не могла себе позволить подобные вещи.

— Магистр, у меня есть вопрос, — объявила нарочито громко, привлекая внимание мужчины.

Когда-то интересный, с правильными чертами лица, но сильно обрюзгший к своим пятидесяти, с обвислыми щеками и вечно кислым выражением лица Тухляк был настоящий тухляк.

— И какой? — без энтузиазма поинтересовался он, недовольно поглядывая на меня из-под нависших век.

— Хочу уточнить, сколько денег вы перевели своей жене в прошлом месяце? — нагло спросила я. — Тысяч пятьдесят, да? А, нет, пятьдесят восемь. Неплохо так с вами расплатились за экзамены.

Вся напускная вялость мгновенно слетела с преподавателя. Он бегло осмотрелся, но большинство студентов успели выйти, а те, кто остались, были поглощены своими делами.

— О чем ты говоришь? — прошипел магистр, наклонившись ко мне через кафедру.

— А еще в вашей ячейке лежит больше двухсот тысяч. Тоже, наверное, праведными трудами заработанные, — продолжала я. — Номер ячейки — триста пятнадцать, отделение банка на Цветной.

— Замолчи! — рявкнул он.

Теперь на нас все обратили внимание. Ну да, чтобы Тухляк что-то громко и четко сказал…

— Иди за мной, живо, — понизив голос, произнес он, воровато оглядываясь.

Мы вышли в коридор и нашли какой-то тихий закуток. Надеюсь, он меня в нем не пристукнет, но я на всякий случай создала энергетический щит.

— Ты что, шпионишь за мной, мерзавка? — начал наседать Эваш.

— Неважно, откуда я знаю, — щит усилила, все-таки передо мной преподаватель теории энергетических полей. — Важно, как я этим знанием распоряжусь.

— Хочешь экзамен автоматом?

Я едва не рассмеялась. Да я эти энергетические поля сейчас лучше него знала! Причем не по учебнику, а из реальной жизни. Готова сдавать хоть всей комиссии.

— Хочу на практику к порталу в Гайм.

— Группа набрана, ты поздно пришла.

Я знала, но мы с Браумером, который и снабдил меня нужными сведениями, это как следует обсудили. Магистра арестовали спустя два года после моего выпуска, поймали на огромных взятках. Предмет у него и правда сложный, вел он его плохо, зато с удовольствием приторговывал оценками.

И, если дать ему больше времени, он попытается выкрутиться и сорваться с крючка. Обналичит деньги, оформит все на жену и дальних родственников, других подставных лиц. Надо было прижать его быстро и четко.

— Я в курсе, магистр. Но мы оба понимаем, что всегда есть возможности и лазейки. Поэтому если к пяти вечера не будет приказа о моем зачислении в группу практикантов Гайма, то я пойду в ректорат и напишу обо всем, что знаю, и в стражу загляну для верности. А знаю я много. Вы еще на престарелую маму оформили вклад и два дома. А неработающая жена у вас вообще владелица целой кучи недвижимости. Вы ведь не только на экзаменах взятки берете, но и протаскиваете студентов при поступлении.

И эта услуга оценивалась по-настоящему дорого. Поступление в Академию было сопоставимо со стоимостью неплохого энмоба.

— Брайтон, Иванс, Купер, Шорсен, — я начала перечислять фамилии. — Может, стоит поднять их вступительные работы и посмотреть, чьим почерком они заполнены? Их или вашим?

По лицу мужчины шли красные пятна и катился пот — как бы инфаркт не схлопотал. С такой комплекцией он в группе риска. А мне этого совсем не хотелось.

— Магистр, клянусь, что забуду обо всем, если попаду в нужную группу на практику. Хотите, дам магическую клятву? — невинно поинтересовалась я.

Да уж, в те годы я бы не посмела так говорить с преподавателем. В нынешние — церемониться со взяточником не хотелось.

— Давай. Но я ничего не обещаю, — просипел он, ослабляя галстук.

— Так и я ничего не обещаю, учтите, — предупредила его, чтобы не расслаблялся.

Но магическую клятву дала. Он отправляет меня с группой к порталу — я молчу о его делишках.

И мне на самом деле было плевать, поймают ли его, как и должны, через два года. Или Эваш окажется не дурак и завяжет со своей «предпринимательской» деятельностью в Академии. С его деньгами можно спокойно и безбедно жить, сдавая нечестно заработанную недвижимость в аренду.

Тухляк кивнул, развернулся и пошел в сторону деканата.

Не знаю, как он будет все проворачивать, но уверена — провернет. Такие люди везде без мыла пролезут. Насмотрелась на подобных экземпляров за жизнь, как бы смешно это ни звучало в мои нынешние двадцать.

Алекс нашлась в коридоре.

— Пыталась что-то уточнить у магистра? — поинтересовалась она.

— Да, надеялась, что он хотя бы книги какие-то подскажет. Я в дипломной касаюсь энергетических полей.

— И что? Помог?

Судя по голосу, подруга заранее не верила в успех предприятия.

— Нет, но обещал посмотреть, что может подойти.

— Надо же… — удивилась Алекс.

А у меня появился дополнительный повод с ним встретиться.

Дальше по плану шла библиотека, в которой мы работали с теоретической частью дипломного проекта. Я скептически пробежалась по своим пока что разрозненным заметкам — над дипломом работать и работать.

Но до защиты еще дожить надо. В моем случае — буквально.

Есть проблемы насущнее.

Поскольку порталы только-только строились, информации по ним нашлось ничтожно мало. И вся теоретическая. Из серии: если сделать так-то и так-то, что-то может получиться.

Но мне требовалась любая зацепка. Почему портал в Гайме взорвался, устроив локальный апокалипсис?

Так что я не привередничала, взяла всю имиеющуюся литературу и принялась ее изучать.

Примечательно, что финальное заклинание «Путеводная нить» уже вовсю применялось в магической технике. Все самоходные транспортные средства использовали именно его.

Правда, самоходки были не слишком распространены, а в мое время, через пятнадцать лет, и вовсе сошли на нет. И, к слову, во многом из-за заклинания…

Я призадумалась. «Путеводная нить» — заклинание простое и прямое. Оно не учитывало никакие помехи — будь то пешеходы на земле или стая птиц в воздухе.

В порталах заклинание действовало чуть иначе, Браумер объяснял. Расщепление на мельчайшие частицы, которые подхватывает «Нить» и проносит сквозь пространство со скоростью, недоступной для более крупных и плотных физических объектов.

Могло ли возникнуть на пути этих частиц какое-то непреодолимое препятствие? Учитывают ли данный момент инженеры?

Надо проверить, когда буду у портала.

Я нашла глазами часы — скоро обед, а новостей от Тухляка нет. Волнение неприятно шевельнулось в груди.

Вообще-то у меня имелось еще два способа попасть к порталу. Первый: с помощью зелья отправить одного из будущих практикантов на больничную койку и рано утром вызваться на замену. Там ничего смертельного, обычная лихорадка, которая быстро пройдет сама.

Но этот вариант мне не нравился, не хотелось заниматься членовредительством. Поэтому я бы скорее осуществила второй. Сдала ректору Тухляка и двух студентов, купивших себе место на самой престижной практике (эх, знали бы они…). Заодно убедила бы почтенного магистра отправить меня вместо одного из них.

Имелся еще самый крайний вариант — подделать документы, но я очень надеялась, что до этого не дойдет.

К тому же Тухляк не подвел. После обеда меня вызвали в деканат, где предложили отправиться в Гайм вместо одного из выбывших. Декан гордо заявил, что магистр Эваш, курирующий программу (нашли, кому доверить!), лично меня рекомендовал. Сам магистр присутствовал при разговоре и смотрел на меня волком.

Я же искренне поблагодарила магистра Эваша за отличную возможность, разумеется, с готовностью согласившись поехать на финальный этап строительства портала.

— Это же коррелирует с темой вашего диплома? — спохватился декан, уже занеся руку, чтобы подписать приказ.

— У меня сверхпроводники, так что вполне, — заверила его.

— Отлично, — мужчина кивнул и поставил размашистую подпись. — Отнесите документы в канцелярию, пусть срочно переделают все на ваше имя.

— Спасибо огромное! — я быстро схватила бумаги и прижала к груди. — И вам, магистр Эваш, за оказанное доверие!

Наверное, прозвучало как издевка, оттого Тухляк и скривился, но быстро разгладил лицо и что-то буркнул в ответ.

Я почти выбежала из деканата. Получилось!

А с учетом моей цели меня даже совесть не мучает, что пришлось использовать шантаж. Да и если бы хорошего человека шантажировала, а так…

В канцелярии мне ожидаемо не обрадовались. Еще бы! Подкинула им работы к концу дня! Но наш маголет отправлялся уже завтра в полдень, ничего не поделаешь — пришлось сотрудникам отодвигать другие задачи, чтобы оформить необходимое для меня.

А мне предстояло собрать вещи.

— Алекс, мне предложили отправиться на практику на портал в Гайм, у них кто-то выбыл, я согласилась, — с ходу объявила соседке, зайдя в нашу комнату.

— О, здорово! Поздравляю! Бросаешь меня одну?

— Ничего, отдохнешь без меня, соскучишься, — я улыбнулась подруге. — Через месяц вернусь.

Во всяком случае — постараюсь.

Так, что там у меня на данный момент из вещей? И какая у нас обычно погода в середине весны в Гайме? Сто лет там не была. Пятнадцать — если совсем точно.

Я старалась не слишком уж пристально изучать свой гардероб, будто вижу его в первый раз. Несколько вещей сохранилось у меня до сих пор. Например, эта черная юбка-карандаш, в которую я после рождения Криса не влезала, но не теряла надежды. В Гайме она мне не пригодится, у меня там конкретные цели, так что беру максимально практичное.

Извлеченный из-под кровати чемодан сначала пришлось освобождать от какого-то барахла. С ума сойти, сколько же у меня было всего! И как бедный Ник это все перетаскивал из общаги?

Вытряхнув чемодан на кровать, я покидала в него еще одни джинсы, пару спортивных штанов, комбинезон техника, разные кофты-футболки, белье, гигиенические принадлежности. Отобрала несколько пособий по магэнергетике — на всякий случай.

Спохватившись, взяла наброски диплома. Не уверена, что будет до него, но иначе моя поездка станет слишком подозрительной.

Кажется, все.

Осталось пережить сегодняшний день, выспаться ночью — и улететь.

***

Утром я успела позавтракать перед отбытием в воздушный порт, а то непонятно, когда потом удастся нормально поесть. В полете и без того кормили так себе, а академия на нас наверняка сэкономит и вообще закажет какие-нибудь сухпайки.

А я теперь знаю, что желудок, как и другие органы, нужно беречь смолоду.

Я невольно усмехнулась. В чем-то возможность отмотать жизнь назад очень даже полезна.

С тяжелым чемоданом я спускалась по лестнице. Недалеко от Академии располагалась остановка, мой автобус приходил через пятнадцать минут. Как раз спокойно дойти и немного постоять.

В мой план ничто не должно было вмешаться, поэтому на данном этапе я особых форс-мажоров не закладывала. В сам воздушный порт планировала прибыть сильно заранее, чтобы уж точно не опоздать.

Но река времени, в которую я вошла, поставила передо мной первое препятствие.

По ступенькам вверх шел Ронан, заметил меня и остановился. Я цыкнула, что придется его обходить с чемоданом, поскольку сам Рон не спешил уступать дорогу.

— Детка, помочь? — предложил он.

И схватил чемодан за ручку.

— Я тебе не детка! И не надо мне помогать!

Я потянула чемодан на себя.

— Да ладно, малыш, какая муха тебя укусила? Мы же были в самом начале большого пути, — промурлыкал парень, подходя вплотную и нагло пользуясь тем, что я не могу оставить чемодан.

В двадцать я бы еще повелась на подобный подкат, но в тридцать пять лишь досадливо поморщилась. Тоже мне, ловелас недоделанный.

— Наш путь закончился, Рон, пусти, пожалуйста, я правда спешу.

— Тогда я помогу, — не унимался парень. — Девушкам не стоит таскать тяжести, ты же знаешь.

И все это с легкой хрипотцой в голосе.

— Послушай, Рон, — я начала терять терпение, — отстань, а? Я сама все донесу.

И сделала шаг на ступеньку вниз, посильнее дернув чемодан.

— Эм, я правда не понял, что произошло, но мне это не понравилось, — нагло заявил Рон, не собираясь выпускать чемодан.

Оказывается, он еще и тупой!

— Ронан, между нами все кончено, мы больше не встречаемся, твоя помощь мне не нужна, не подходи ко мне и впредь лучше делай вид, что мы не знакомы. Так яснее?

— Считаешь себя крутой штучкой, да? — он нахально подался ко мне, буквально вжимая в стену. — Или нужно, чтобы я за тобой побегал?

Я закатила глаза.

— Рон, никем я себя не считаю! И бегать за мной не надо. Наоборот. Лучше иди себе дальше.

— Думаешь, можешь меня так просто кинуть при всех?

Ох ты ж, кажется, задетое мужское самолюбие заговорило.

— Рон, отвали, а?

— Отвалить, говоришь? Да пожалуйста.

И этот… этот… со всей дури дернул мой чемодан. Молния не выдержала подобного обращения и разошлась. Вещи рассыпались, часть улетела вниз по лестнице. На ступенях остался ворох одежды, которую теперь придется перестирывать.

— Ах ты сволочь! — я что есть силы оттолкнула парня и присела на корточки, начав спешно собирать все в чемодан.

— Н-да, не удивительно, что ты решила со мной расстаться. С такими-то трусами.

И ткнул носком ботинка в оказавшиеся наверху груды трусики, самые простые, с каким-то детским рисунком, вроде овечек. Ну да, не шелк с кружевом.

Внутри все буквально клокотало от гнева, но времени на разборки не осталось.

Я кое-как покидала все обратно, магией спаяла разошедшуюся молнию, потом, чтобы открыть, придется распарывать плотную ткань чемодана, но это потом. Пока я бежала вниз, надеясь успеть.

— Трусишки не потеряй! — крикнул мне этот гад.

Только я была уже далеко, чтобы отвечать, неслась через территорию Академии к воротам. Бросила взгляд на экран, где что-то привычно транслировали. На секунду он стал черным, когда тогда, при взрыве Гайма. К счастью, картинка быстро вернулась — легкий сбой. Но он показал мне, что следует еще поторопиться. Плевать на всяких неудачников, которые так никогда и не поймут, что самое важное — не количество отношений, а их качество.

Утешая себя подобными мыслями, я вылетела за ворота и…

Увидела отъезжающий автобус.

У меня был отличный запас времени в воздушном порту. И вот у меня больше нет никакого запаса.

Я едва не взвыла от досады. Да как же так! Я ведь все рассчитала! Кто же знал, что в мое уравнение влезет недоделанный гад?

Дойдя до остановки, я сняла сумочку с плеча, нашарила в ней кошелек и пересчитала наличность — на такси не хватит. Если только до центра, а оттуда на другом автобусе…

Но тогда я останусь совсем без денег в Гайме. А мало ли для чего они мне там понадобятся? Вроде на маголет успеваю, пусть и впритык…

Говорить родителям, что приехала в город, я пока не собиралась. Не сразу — это уж точно. Не была уверена, что не устрою им истерику с уговорами все бросить и уехать. Нужно сначала привыкнуть к новой-старой реальности, постараться немного разобраться с порталом, хотя бы с его устройством, а потом ехать к родным.

Голова мне нужна ясная, а не забитая треволнениями и страхами за близких людей. Потому что от одной только мысли, что снова увижу родителей, сестру, брата и всех остальных, смогу их обнять, сказать им, как скучала… на глаза наворачивались слезы. Невозможно будет потом спокойно вернуться на портал и, сохраняя хладнокровие, продолжить искать причину взрыва.

Поэтому поездка домой была исключительно в дальних планах.

А ближайшие планы — добраться до воздушного порта.

Как же тяжело снова стать бедной студенткой, честное слово! Я уже отвыкла от такой жизни! В тридцать пять я была хорошо оплачиваемым специалистом и уж точно могла позволить себе такси при необходимости. Да и вообще не считала каждый цин.

Сначала я сидела на остановке в гордом одиночестве, но постепенно к ней начали подтягиваться и другие пассажиры, в большинстве своем — студенты и сотрудники Академии. Некоторые со мной здоровались, я здоровалась в ответ, парочка пыталась заговорить, но я старательно уходила от разговоров. Этих людей я помнила смутно, даже имена не у всех знала, еще ляпну что-то не то. Вряд ли, конечно, кто-то заподозрит мое возвращение из будущего или другую подмену, но зачем создавать проблемы на ровном месте? Мне и имеющихся хватает.

К концу ожидания автобуса нервы натягивались все сильнее. Я то и дело смотрела на наручные часы, ну когда уже? Когда?

Наконец, длинный желтый прямоугольник показался из-за поворота! Да неужели!

Втиснувшись в автобус, я села на чемодан и старательно смотрела в окно, то и дело поправляя волосы.

Дурацкое каре раздражающе лезло в лицо, самая плохая длина — ни два ни полтора. И в хвост не соберешь, и вечно мешаются. А я и так на взводе.

Наш маголет стартует без пятнадцати полдень. Время — почти одиннадцать! Вроде успеваем, но опять придется побегать.

Пока мы доехали, я вся извелась. Из автобуса вылетела первая и с тяжелым чемоданом наперевес (зачем только книги брала?!) понеслась вперед.

И опять мне навстречу шла толпа с только прибывшего маголета.

Это какое-то проклятие, честное слово.

Или та самая река времени, постоянно входящая в свое русло, о которой говорил Браумер. Но в прошлый раз я летела домой, поэтому была почти налегке, с одной сумкой через плечо. А теперь еду на месяц на строительство портала с чемоданом!

Меня опять пинали, толкали, и в какой-то момент я была готова бросить чемодан и бежать без него.

«До конца посадки на рейс Арштад — Гайм осталось пять минут», — объявил приятный ненавистный голос.

— Девушка, осторожнее!

Какой-то мужчина зацепился своим свитером за криво спаянную молнию моего чемодана, который я держала двумя руками у груди на манер щита.

Без колебаний обрезав магией нить, я побежала дальше, игнорируя все возмущения.

Мой маголет призывно поблескивал за окном воздушного порта. Не успеваю! Я опять не успеваю!

По ощущениям, я будто бежала в толще воды или вообще в болоте и вязла по колено в трясине.

Прикрыв глаза, я сделала то, чего не умела и на что не решилась бы в юности. Создала энергетический поток, придавая себе ускорение. Человеческое тело отлично проводит магию, поскольку мы являемся ее носителями. Но энергия предназначается исключительно для неживого. Только магия не способна меня ускорить, поэтому пришлось прибегнуть к крайним мерам.

После меня непременно скрутит от боли, но главное, чтобы я оказалась в этот момент в маголете.

Зрение и слух обострились, я наметила путь между людьми, по которому побежала с недоступной человеку скоростью. И через минуту стояла у стойки регистрации на нужный рейс, за которым чернел провал рукава.

— Эмма Флар! — выкрикнула я.

Женщина в синей форме воздушного порта просмотрела списки и покачала головой.

— Вас нет в числе пассажиров. Возможно, вы ошиблись…

— Точно! Я Эмма Дейрон! — уже отвыкла от девичьей фамилии!

Сотрудница снова проверила списки.

— Вижу. Удостоверение личности, пожалуйста.

За ее спиной висели часы. Минута!

Я, стиснув зубы, — спорить бесполезно! — залезла в сумку. Из нее что-то посыпалось — уже не успеваю собрать! — нашла удостоверение и протянула, разворачивая в воздухе.

Женщина вгляделась и кивнула.

— Проходите.

Я нырнула в тоннель, слыша объявление об окончании посадки. Впереди стюарды начали закрывать дверь.

— Стойте!!! — что есть мочи заорала я, снова вливая энергию, хотя в теле уже чувствовалась характерная слабость — первый предвестник грядущей боли.

Только что я неслась на запредельной скорости, а теперь едва переставляла ноги.

Но персонал меня заметил и услышал.

— Девушка, быстрее! — поторопил молодой стюард в белой форме.

От слабости начали подгибаться колени.

Не выдержав, стюард выскочил из маголета, подхватил мой чемодан, ухватил меня за руку и потащил к овальному входу.

В маголет меня буквально запихнули. Еще не до конца веря, что успела, я сползла по стеночке.

— Вам необходимо занять свое место, — наклонилась ко мне стюардесса.

— Ага.

Только в себя приду.

Стюард задвинул дверь и начал ее запечатывать.

— Как вас зовут? Какое у вас посадочное место? — никак не отставала бортпроводница.

— Эмма Ф… Дейрон, — голова не соображала.

— Секунду… Двенадцатый ряд, первое место у иллюминатора.

— Спасибо, — я кивнула и кое-как поднялась на ноги.

— Позвольте, я помогу.

Давешний стюард, закончив задраивать дверь, вновь подхватил чемодан, взял меня за руку и повел к нужному ряду.

Я нашла глазами его бейдж — Артур Колинс. Надо запомнить. Если в этой жизни не сложится с Ником — выйду замуж за своего спасителя. Я покрепче сжала его ладонь в знак благодарности — если бы не этот человек, так бы и осталась в рукаве, наблюдая за отъезжающим из-под носа маголетом.

— Эмма! — донеслось до меня.

Это Питер, однокурсник, радостно махал мне рукой.

Я встала как вкопанная, сглотнула. Но стюард был полон решимости довести проблемную пассажирку до ее места и убедиться, что горемычная сядет и пристегнется. Поэтому тащил меня вперед, пришлось перебирать ногами.

И место мое оказалось как раз рядом с Питером. Наверное, списки по группам формировали.

— Здорово! А чего ты так поздно? Мы вчера узнали, что ты тоже с нами! Поздравляю!

— На автобус опоздала, — выдавила, глядя на него.

Питер Треван был именно таким, каким я его помнила. Белобрысый, в очках, улыбчивый милый ботаник. Совершенно безобидный тип, помешанный на науке. Он наверняка достиг бы больших высот в магэнергетике, но судьба распорядилась иначе.

На встречах выпускников мы пили за него не чокаясь.

— Ты будто призрака увидела, — засмеялся парень, не представляя, что попал в точку.

Такое странное ощущение.

От него пошла кругом голова. Или это взлет? Или последствия применения к себе «мертвой магии», как еще называли энергию.

Судя по тому, как меня начало скручивать, — третье.

— Боишься летать? — удивился Питер, видя, как я согнулась пополам. — Очень зря. Маголеты — самый безопасный вид транспорта. Если ты сравнишь количество инцидентов с теми же мобами, то, поверь, начнешь бояться ездить на мобах, — засмеялся парень. — А порталы обещают стать еще безопаснее! Там во время переходов вообще ничего не может случиться.

Вот тут засмеялась бы я, если б могла. Ох, знал бы Питер…

Меня постепенно отпускало, хотя сердце билось, норовя проломить грудную клетку. Какая-то минута воздействия на себя энергией — и минус пара лет жизни. Впрочем, мне ли бояться укоротить себе жизнь?!

— Но вообще я рад, что не один из группы, — продолжал трещать Питер. — В незнакомой обстановке всегда приятно иметь кого-то знакомого. Хотя раньше я не замечал за тобой увлечения порталами, ты всегда больше интересовалась проводниками.

— Одно другому не мешает, — глубокомысленно заметила я, заглянув в иллюминатор.

Маголет неспешно, но уверенно набирал высоту. Летать я не то чтобы боялась, но не слишком любила. Огромная махина, работающая на энергии, даже мне, специалисту, не внушала доверия. Пусть я знала, что здесь все продумано и безопасно. Но когда между тобой и землей несколько тысяч метров, это… неприятно.

— Вижу, тебе уже не так страшно? — Питер, разумеется, заметил, что я немного ожила и заинтересовалась происходящим за окном. — Слышал, разговор отлично помогает отвлечься от страха.

— То есть ты тут не просто так болтаешь? — я с улыбкой повернулась к нему.

— А тебе не нравится? — тут же насупился парень.

— Нет! Наоборот!

На самом деле, пусть мы и не общались близко, я была искренне рада видеть Питера живым. А сейчас, когда почувствовала себя значительно лучше, и подавно. Хотелось его обнять или хотя бы потрогать, но одногруппник бы не понял. Или понял бы не так.

— И давно интересуешься порталами? — решила поднять волнующую меня тему.

— Еще до Академии начал, тогда как раз пошли разговоры, что это возможно. Помнишь, многие долго не верили, пока первые два не запустили? — Свет из иллюминатора падал на стекла очков Питера, заставляя их бликовать. Казалось, его глаза горели от разговора.

— Да, помню, — я кивнула, но, по правде, мало что помнила из тех лет.

Во-первых, для меня прежней это было не слишком интересно. Я, конечно, как и все, восхищалась задумкой и реализацией, но со стороны, не вникая. А во-вторых, для меня теперешней это было слишком давно. Если что-то когда-то и читала, то успешно забыла.

А с Браумером мы успели пройти только само строение портала.

— Многие считали их опасными.

— А почему? Была конструктивная критика?

— Конечно! Она и сейчас продолжается, но проект уже показал себя, соединив Арштад с Дрентом.

— А конкретнее?

— Да там много всего, у меня целая папка с вырезками научных статей по порталам. Кроме каких-то диких теорий, вроде пробивания проходов в другие миры или образования пространственных аномалий, попадались и здравые мысли.

— А папка с тобой? — я заранее готовилась к отрицательному ответу, но Питер приятно удивил.

— Само собой! — с возмущением отозвался однокурсник. — Мы же едем к порталу, я подготовился по полной!

— Дашь почитать, а? — я заглянула парню в глаза. — Я же вместо кого-то выбывшего поехала, решила не отказываться от интересного предложения. И поэтому толком не подготовилась.

— Да, я в курсе, что Айлин почему-то не смогла, — важно кивнул Питер. — И почитать статьи дам, мне не жалко. Только они в чемодане, сейчас уже не буду доставать. Ты мне напомни, как приедем и заселимся в гостиницу у портала.

— Обязательно!

— А почему ты со всеми из Академии не поехала? — спросил одногруппник. — Так ведь удобнее, чем самой добираться.

— В смысле — со всеми? — я непонимающе нахмурилась.

— Академия организовала для нас трансфер до воздушного порта, — пояснил парень. — Автобус отходил с заднего двора в половине одиннадцатого, мы все с магистром Эвашем на нем доехали, он нас провожал как куратор практики на портале.

— А когда это стало известно? Про трансфер?

— Давно еще, — одногруппник пожал плечами. — Нам вроде сразу условия обрисовали. Трансфер от Академии до воздушного порта. Потом перелет и трансфер на портал. Гостиница для проживания, — перечислил Питер. — И три дня назад на общем сборе Тух… магистр Эваш объявил нам точное время и место сбора.

— Ах он…

Я цыкнула и отвернулась. Не знаю, специально Тухляк промолчал, чтобы я сама добиралась, или просто забыл предупредить, но факт остается фактом. Я могла доехать с комфортом, бесплатно и без нервов. А доехала… как доехала.

Надеюсь, все-таки Эваша арестуют. А если нет — нужно будет как-нибудь после подкинуть в стражу анонимку с наводкой, если данная клятва позволит.

— Ладно, главное — ты с нами, — утешил Питер. — Представляешь, будем присутствовать при запуске портала! Третьего в мире! Будет о чем рассказать внукам!

— Ага, — буркнула я, разом вспоминая, ради чего я здесь.

Тут бы до детей дожить…

Маголет набрал высоту, и можно было отстегнуть ремни безопасности и начать ходить по салону, чем наша студенческая братия не преминула воспользоваться.

— О чем болтаете? — парни с переднего ряда встали и повернулись к нам.

Вернее — ко мне, будем честны, Питер был им не слишком интересен.

На сложной технической специальности девушек училось немного, и на практику, кроме меня, судя по занятым местам, поехали еще две — на дюжину парней.

— Порталы обсуждаем, — Питер или не понял, или не захотел делиться моим вниманием.

Все-таки он тоже парень.

К этим двум тут же присоединились и другие. Кто-то начал громко травить анекдоты, парочка вообще запела гимн Академии на веселый студенческий лад, переиначив половину текста. Остальные радостно подхватили.

Пассажиры стали на нас коситься, стюарды попытались призвать всех к порядку, чтобы пели потише. Но студенты притихали минут на пять, а дальше снова начинался радостный галдеж, шуточки разной степени пристойности и прочие сомнительные развлечения.

Меня то и дело пытались втянуть во всеобщее веселье, подходили знакомиться, предлагали вкусняшки-встретиться-куда-нибудь сходить в Гайме. Я старалась отвечать как можно сдержаннее и вообще быть незаметной.

Если честно, мне было немного неловко за поведение товарищей. В двадцать я бы развлекалась наравне с остальными, не обращая внимания на недовольных пассажиров. В тридцать пять я бы скорее сама пересела к недовольным пассажирам и спокойно провела полет.

И снова эти странные двойственные ощущения.

Хорошо, что ближе к обеду народ выдохся и стал вести себя потише. Я и вовсе делала вид, что дремлю, лишь бы меня не трогали.

Лететь нам целый день, прибытие — поздно вечером. А потом месяц.

Месяц, чтобы понять причину взрыва…

Из приятного: за время полета тело затекло не слишком сильно. У двадцати лет имелись определенные преимущества. А еще парни помогли мне с чемоданом — тоже приятно.

Но в Гайме меня поджидал новый сюрприз, о котором я как-то не подумала.