=49=

Амелия

Когда Клиффорд вышел, забрав с собой молитвенник, я рухнула в кресло и приложила ладони к горящим щекам. Я не ожидала, что мое появление выдернет Джосса из душа. Капельки влаги на обнаженной груди, мокрые спутанные волосы и полотенце на бедрах, на которое я старалась даже не смотреть. Я помотала головой, пытаясь вытравить из себя его образ. Сегодняшний вечер еще не скоро выветрится из моей памяти!

Счастье, что Клиффорд не выставил меня, а помог. И все же оживший молитвенник напугал меньше, чем состоявшийся между нами разговор. Я закусила губу, пытаясь собрать мысли воедино.

Джосс тоже чувствовал притяжение. Стоило подумать об этом, как сердце заколотилось с удвоенной силой, норовя выпрыгнуть из груди. Но разве двое мужчин могут испытывать притяжение к одной и той же женщине? Если я задам очередной вопрос Изабелле, то она точно заподозрит неладное!

Я солгала Клиффорду, хотя все мое существо умоляло сознаться ему. Он наверняка поцеловал бы меня: желание горело в его глазах. Но я не могу так рисковать. Если подобных случаев прежде не происходило, то меня могут разоблачить.

Надеюсь, я не совершила ошибку.

Клиффорд вернулся спустя пять минут, одетый в черную рубашку и брюки. Я мазнула взглядом по его лицу и быстро отвернулась. Если он и прежде не походил на преподавателя, то здесь, в личных комнатах, и подавно.

Джосс положил сумку на стол и повернулся ко мне.

— Как только я ушел в другую комнату, артефакт успокоился. Именно ты его оживляешь.

Словно иллюстрируя слова, сумка снова задергалась.

— Так мне нужно каким-то образом его упокоить?

— Ну зачем же так жестоко? — пожурил меня Джосс. — Я уже проверил его, и уверен, что он не представляет опасности. Так что предлагаю дать ему то, что он так жаждет — тебя.

Я замялась, не зная, как задать вопрос, но Клиффорд понятливо усмехнулся.

— Не беспокойся, у меня есть соответствующие артефакты. Кстати, возьми один из них. — Он вдруг вытащил из кармана складной кинжал и протянул мне. — Он защитит тебя, если что-то пойдет не так.

— Предлагаете порубить молитвенник на куски? — хмыкнула я. — Боюсь, Светлая матерь не оценит.

— Лезвие кинжала — артефакт. Оно создаст щит, если почувствует, что тебе угрожает опасность.

Я подняла на него взгляд.

— Это вы сделали его?

Уголок рта Клиффорда дернулся.

— Люблю функциональные артефакты, которые могут выполнять сразу несколько задач.

Наши глаза встретились, и у меня снова перехватило дыхание. Как ему это удается? Мы ведь обсуждали вполне себе учебные моменты!

— Итак, — кашлянул Клиффорд. — Сейчас я освобожу молитвенник. Постарайся не паниковать: осмотри его магическим зрением и попробуй прочувствовать материал.

Я кивнула и крепче сжала кинжал. Несмотря на беспокойство, в крови бурлил азарт. Я впервые сталкивалась с чем-то необычным, а не описанными в учебниках и изученными вдоль и поперек заклинаниями. Молитвенник не вписывался в привычную артефакторику, и я сгорала от любопытства. А Джосс и вовсе смотрел на книгу с гордой отеческой улыбкой, будто предвкушая то, что произойдет.

А что, собственно, произойдет?

— Может, стоит позвать мейстрессу Вебер? — спросила я.

— Я уже отправил ей послание, — кивнул Клиффорд, — но неплохо было бы сделать какие-то выводы до ее появления. Ты можешь положиться на меня: артефакт не причинит тебе вреда.

Я глубоко вздохнула, решаясь, и кивнула.

— Хорошо!

Клиффорд щелчком пальцев развеял заклинания, и молитвенник вырвался на свободу. На мгновение он озадаченно завис в воздухе, растерянно хлопая белыми крылышками. За время заточения они успели подрасти и покрыться не только перьями, но и пухом. Встрепенувшись, молитвенник безошибочно развернулся и ринулся ко мне.

Я чудом не шарахнулась в сторону и всмотрелась в него, пытаясь определить материал, ставший причиной этого безобразия. Однако вся книга сияла пульсирующим зеленоватым светом.

Артефакт плюхнулся мне на руки, и я ахнула, едва не выронив его. Клиффорд подался вперед, но его помощь не потребовалась: молитвенник сложил крылья и счастливо затих.

— И это все? — Я подняла взгляд на Джосса. — Это все, что ему было нужно?

— Очень интересно… — Он нахмурился и потянул книгу за крыло. Страницы возмущенно зашелестели, а молитвенник вновь прильнул ко мне. — Если прежде я видел вашу связь как связь артефактора и его творения, то теперь она изменилась. Вы словно… стали равноправными партнерами. Подобным образом потоки энергии реагируют, когда маги годами работают в связке.

— Но как это произошло? — изумилась я.

Клиффорд пожал плечами.

— Возможно, дело в том, что ты и так проводила с этим молитвенником много времени.

— Он благословлен самой богиней… — Я вспомнила слова дриады и торопливо заговорила, выуживая из памяти Амелии нужные сведения. — Этот артефакт мне подарил отец сразу после того, как во мне пробудилась древняя кровь. Это большая редкость — Светлая матерь почти не снисходит до нас, простых смертных, но однажды она отметила благословением дары. В числе них был и молитвенник.

Клиффорд задумчиво посмотрел на артефакт.

— Божественное вмешательство вполне может объяснить тот факт, что он внезапно ожил. А что насчет материала?

Я пожала плечами.

— Я не могу выделить ни один из них. Такое ощущение, будто он весь целиком отзывается на мою магию!

Клиффорд широко улыбнулся.

— Тогда, выходит, ты первый в мире артефактор, который работает с несколькими видами материалов одновременно! По отдельности они не откликаются на твою магию, только в связке. Нужно будет изучить, какие именно. Зато теперь ясно, почему медитации тебе не помогали.

Облегчение накатило приливной волной, и я, улыбаясь, все же ссадила сопротивляющийся молитвенник на стол. Я все-таки не бездарность, а даже наоборот — уникум. Понятия не имею, чем это грозило мне в дальнейшем, но сейчас у меня будто бетонная плита с плеч упала. Как же мне надоело чувствовать себя ни на что годной!

— Спасибо вам! — Я с благодарностью посмотрела на Клиффорда, засунувшего руки в карманы. — Я так испугалась, когда он ожил… На мгновение даже подумала, что сошла с ума.

— Вовсе нет, — он мягко улыбнулся, качнувшись мне навстречу. — Ты молодец, Амелия.

Я судорожно выдохнула, вновь попав в плен его глаз. В комнате повисло молчание, но между нами что-то происходило — даже воздух, казалось, потяжелел.

— Амелия… — хрипло произнес Джосс, отчего меня едва не подбросило на месте.

Ожидая продолжения, я затаила дыхание, однако в наш разговор неожиданно вклинился третий.

— Что вы себе позволяете, юная леди?! — Голос у него оказался на редкость писклявый и занудливый. Я повертела головой, но не увидела говорившего — да и дверь в гостиную была по-прежнему заперта. — В столь позднее время да наедине с неженатым мужчиной? Какой позор! Светлая матерь глубоко огорчена вами.

Светлая матерь? Вот черт! Догадка пронзила меня молнией, и я ойкнула. Если это то, о чем я думаю… Я повернулась к столу и нервно сглотнула. Молитвенник встал на невесть откуда взявшиеся ножки и упер тонкие ручки в бока. Крылья трепыхались за его спиной, а нарисованная на обложке птица — символ церкви Светлой матери — преобразовалась в гневно сощуренные глаза-пуговки и намек на рот. Да он выглядит так, будто явился из мультика!

— Это ты мне? — нервно хихикнула я.

Артефакт насупился еще больше.

— А кому еще? Амелия, ты ведешь себя неприемлемо! Но теперь-то я возьмусь за тебя, уж поверь.

Артефакт заявлял об этом настолько уверенно, что я и не подумала сомневаться.

— Потрясающе! — выдохнул Джосс, а в дверь наконец постучали — явилась мейстресса Вебер.