ГЛАВА 16

Джен твердо решила не поддаваться на провокации, но… Ноги сами завернули в столовую. А что? У нее настроение плохое. Песочные розетки с ягодами и сливками ей не повредят. И не страшно, что с утра были лимонные пирожные — она вон как за неделю исхудала, бабушка в обморок упадет. Сегодня весь день заниматься, так что надо запастись чем-нибудь питательным.

В обеденной зале студенческой столовой было пусто. Только стук ножей поваров доносился из кухни, да Хозяйка Марта бормотала у стойки вполголоса:

— Мои хорошие… Вам тут нравится? Правда? Красавицы. Сейчас нальем вам водички. Как же мне вас назвать? Вы мои маленькие…

— Добрый день, Хозяйка Марта.

— Дженни. Иди-ка сюда. Полюбуйся на моих новых подопечных. Они из Рохо. Правда, красавицы?

Джен подошла к огромному стеклянному кубу, в котором по красному песку бегали три ящерицы. Удивительно, но в столовой как-то сразу стало уютнее.

— Да. Они… они меняют цвет, — Марта опустила одну из стенок куба, чтобы поставить воду, и Джен взяла ящерку в руки. Та мгновенно стала золотой, как ее волосы. — Смотрите, Хозяйка Марта.

— Удивительно, — улыбнулась женщина, а про себя подумала: «Ну, вот и определились. Эта будет Дженни.»

Девушка отпустила ящерку, и застыла, любуясь остальными. Гостьи из Рохо мелькали, будто радужная оболочка мыльных пузырей: синий, красный, фиолетовый, зеленый.

— Для обеда еще рановато… Ты завтракала, детка? Только что испекли песочные ягодные розетки со сливками. Еще теплые. Выпьешь киселя? — Марта ворковала, раскладывая фрукты, с нежностью поглядывая то на ящерок, то на рыжеволосую стройную принцессу Ярборро в форме для занятий физической подготовкой.

— Хозяйка Марта… Я в библиотеку на целый день. Можно мне пирожных с собой?

Марта вздохнула и внимательно посмотрела на студентку. Мгновение — и добродушная полная женщина уже снова улыбалась:

— Ну конечно, девочка. Конечно… Штучек пять?

— Да. Было бы замечательно. Спасибо.

— Подожди здесь. Я сейчас.

Марта вернулась с бумажным пакетом, который аккуратно, даже как-то торжественно положила на стойку. Снова тяжело вздохнула, и, посмотрев девушке прямо в глаза, спросила:

— Он тебя шантажирует?

— Кто? — Джен удивилась как можно более искренне, но, видимо, получилось не очень.

— Кто? Морда эта зеленая, вот кто. Сколько ко мне этих несчастных первокурсников ходило. За пирожными, пирожками, булочками, желе. По пять штук в пакетик… Но это было давно. Очень давно. Неужели опять за старое взялся? С чего бы это? Надо будет заглянуть к магистру Дин сегодня.

Джен стояла, как вкопанная. С открытым ртом. Выражение ее лица настолько жаждало информации, что Марта молча кивнула на стул, предлагая девушке сесть.

Они пили кисель с розетками. Нежное, тающее во рту песочное тесто, кислинка ароматных ягод в желе, воздушные, в меру сладкие взбитые сливки. Вкусно. Неплохой вкус у болотных опоссумов. Вполне изысканный.

— Эта зеленая смерть появилась у Дин задолго до того, как я стала работать в Академии, — начала Марта. — Опоссумы живут лет четыреста, по версии ученых. Но, кажется, толком о них никто ничего не знает. Кроме того, разумеется, что их слюна смертельно ядовита для всего живущего на земле. Наша профессор зельеварения притащила его из своего очередного похода за травами в непролазные леса Ярборро. Она тогда была еще не такой старой. Конечно, был скандал. Но Дин всегда очень уважали. И, в конце концов, она уговорила Верховного, тогда им был Ифа дар Гарддин, что эта плесень ей совершенно необходима для важных исследований. Справедливости ради скажу, девочка, что эта крыса действительно ни разу никого не укусила.

— А опоссумы, они… Говорящие?

— О. Это отдельная история. Дин удалось сварить зелье, позволяющее животным разговаривать. Но то ли от того, что опоссумы ядовиты, то ли варево магистра дало побочный эффект — не знаю. Только крысу эту с тех пор не заткнуть и от искрометного болотного юмора никуда не деться. Мало того — эта лягушка стала шантажировать студентов. В основном несчастных первокурсников. И дети стали бегать за сладким и кормить его ядовитость только за то, чтобы они в них не плюнули.

— А сейчас? — Джен не заметила, как принялась за вторую чашку киселя и третье пирожное.

— Жалобы дошли до Верховного, — продолжала Марта, — А потом… Никто не знает, что Дин сделала со своим зеленым подопытным, но… Крыс угомонился. И только Эмма Грифз.

все время шушукалась с этим обжорой по темным коридорам, да выпрашивала сладкие булочки для друга своего закадычного. Она даже на плечо его себе сажала. Видимо поэтому вскоре так сильно слегла, бедняжка…

— Мама… — Джен перестала есть и пить. Она вся обратилась в слух, и сейчас сильно жалела, что у нее вырвалось это: «мама».

— О стихии. Джен, девочка… Прости. Я не подумала. Болтаю тут с тобой, а ведь у меня дел невпроворот. Вот, возьми. Тут ржаной хлеб и козий сыр. На обед ты из библиотеки не успеешь, а ужинать приходи, будет запеканка из тыквы. Ну… я побежала…

— Спасибо…

Джен шла, не чувствуя земли под ногами. Мама… Мама дружила с Чаем? Не может быть. Она вдруг осознала, что ее мама, так же, как и она сейчас, ходила по полутемным коридорам, боялась опоздать на пары, выпрашивала булочки у Марты, хохотала над ужимками опоссума. Она здесь училась. Дружила с Томасом и… папой. Любила. Целовалась. Сидела в библиотеке. Библиотека. До закрытия осталось не так много времени, а у нее не написано ни одного доклада. Ха-ши-рри.

— Будь хорошей принцессой, Ярборро. Отдай дяде опоссуму пирожные и не ругайся на демонском. Уши вянут…

Джен не успела рта раскрыть, а крыс уже шуршал пакетом и блаженно щурился, облизывая перепачканные сливками усы.

— Приятного аппетита, Чай. Извини. Мне пора заниматься.

— Спасибо, вежливая девочка. Захочешь узнать что-нибудь действительно стоящее в своей библиотеке — вспомни обо мне…

И опоссум исчез, издав глухой хлопок. В воздухе повисло ядовито-зеленое облачко в виде черепа… Эффектно, ничего не скажешь.

Библиотека была белой, чистой, с огромными окнами и до блеска натертыми полами. Столы и стулья стояли длинными рядами в центре зала, а шкафы с книгами располагались вдоль стен. Джен захотелось подойти и посмотреть. Она любила библиотеку замка Ярборро, где инкрустированные драгоценными камнями корешки книг были похожи на сокровища пиратов.

— Девушка. Де-вуш-ка. Да. Да, вы. С рыжими волосами. Подойдите сюда.

— Здравствуйте…

В углу за столом сидела библиотекарь. Джен сразу определила, что эта пожилая женщина — не маг. Их уже научили видеть ауру магов и определять самую сильную стихию. На столе лежала табличка: Василена Лендиш.

— Приятно, что вас учили здороваться. А ходить в приличной одежде вас, случайно, не учили? Это же надо — явиться в библиотеку в форме для занятий по физической подготовке. Как только вам не стыдно?

— А почему мне должно быть стыдно? Сегодня — день самостоятельной подготовки, не так ли? Магистр дар Албертон советовал нам больше тренироваться. Разве это возбраняется правилами Академии?

— Вы можете тренироваться сколько угодно. Вот только запомните, моя дорогая, — в следующий раз в таком виде я вас не пущу в здание библиотеки. Это понятно?

— Не очень.

— Данные, — взвизгнула старушка, и даже стукнула сухоньким кулачком по столу.

— Джен Ярборро, студентка первого курса.

Данные студентки сильно умерили гнев Василены Лендиш. Побледнев, библиотекарша открыла толстую тетрадь, прочла Джен домашние задания ее курса, и холодно сказала:

— К сожалению, не все книги сейчас свободны — все занимаются. Вот — то, что есть. А пока не освободится остальная литература, можете приступать к эссе профессора дар Албертона о воде. Ваше место — тридцать восемь, — пожалуйста.

Джен глазам своим не верила. И ушам тоже. Библиотекарь знала, что им задали. Ей не только не предлагалось самой подобрать литературу, но даже выбрать, куда сесть. Девушка окинула взглядом зал. Студенты писали, склоняясь над своими докладами. Перед каждым из них лежали одинаковые книги. Ни одной девушки в брюках, действительно, не было.

— Скажите… Мне нужны книги о Рини. Где их можно посмотреть?

Зеленоватые, немного мутные маленькие глазки библиотекарши с ужасом уставились на Джен.

— Что вы хотите… посмотреть?

— Книги о Рини. Сказки, легенды, статьи — все, что угодно. Все, что есть.

— Но… вам не давали такого задания.

— Нет, не давали. Это мой личный интерес.

— Сначала сделайте домашнюю работу по всем предметам, а потом посмотрим. У вас и так мало времени, — мы закрывается через два с половиной часа. Посмотрите на ваших сокурсников. Они занимаются с самого утра.

Джен взяла книги, номер, и пошла на свое место. Пришлось идти под взглядами своих дисциплинированных сокурсников, которые «занимались с самого утра.», — мысленно передразнила она Василену Лендиш. Кларисса и Рина тут же зашептались. Но так, чтобы Ярборро слышала:

— Принцесса пожаловала заниматься, — Рина изобразила у себя над головой корону.

— Видимо, во дворце рано не встают. Ее высочество устали за неделю, в выходной почивать изволили, — захихикала Кларисса.

— А может, наша любительница физических упражнений с утра тренировалась, — Рина с плохо скрываемой завистью посмотрела на стройную, обтянутую брюками и водолазкой фигурку.

— Точно. Кинжалы свои метала, — и девушки прыснули от смеха.

— Тише можно? — Петр кинул на девушек недовольный взгляд.

Рядом с ним сидели три молодых человека. Высокий, кудрявый блондин с лицом херувима и два брата, очень похожих друг на друга. Оба в веснушках и одинаковых свитерах.

— Что пристали? Пусть ходит себе, в чем хочет, — вам-то что? — буркнул один из братьев, не поднимая головы от своих записей.

— Вот именно, — поддержал его второй, — Тем более что выглядит она… круто.

— Точно, — поддержал белокурый красавчик, провожая Джен масляным взглядом.

— Да было бы на что смотреть, — не выдержала Рина, и ее красноватая кожа стала пунцовой от злости.

— Да ты просто завидуешь, — вздохнул Петр. Ему явно мешали заниматься.

— В точку — подмигнул Петру блондин, — Твои-то флюиды на преподавателей не действуют.

И ребята рассмеялись.

Джен старалась не обращать на все это внимания, и сосредоточиться на поиске своего места. Во всей этой истории был только один плюс. Место под номером тридцать восемь оказалось за шкафом, отдельно от всех остальных, а главное — вне досягаемости библиотекарши…

Просидев над докладами минут двадцать, девушка поняла, что все это бесполезно. После разговора с Кавендишем Рини не выходят у нее из головы. А после рассказов Марты она просто не может ни на чем сосредоточиться. Марта сказала, что мама слегла после того, как опоссум сидел у нее на плече… Чай? Он… он дружил с мамой, и…

— Я здесь, принцесса Ярборро. К вашим услугам. Ик…

— Чай, — Джен старалась говорить одними губами.

— Я… Ик. Ну — каких знаний жаждем? Ик…

— Тише ты. Услышат… Вот, — возьми, — она протянула бутылочку с водой.

— Сти-ик-хии… Спасительница. Волшебница. Дженни-победительница-болотной-икоты. Детка, — ты мой герой. Только бутылочку придется выбросить — иначе отравишься насмерть. Ээээ… прости.

— Ты обещал помочь, — начала было Джен, но коротенькая лапка зажала ей рот.

— Тихо. Обещал — помогу. Значит, так. Вставай. Хорошо. Глаза закрой. Расслабься. А теперь представь Джен Ярборро. Она прилежно пишет доклад, сидя на стуле с номером тридцать восемь. Еще ярче представь… Четче… Хорошо.

Джен открыла глаза… Она сидела и писала доклад. То есть… не она. Ее копия. Она… создала свой фантом. Но их же еще не учили…

— Да вас, может, и не будут учить. Волосы огнем вспыхивают, правда. Но ничего. Будем надеяться, никто не заметит — пошли.

— Погоди-ка… Ты что, — читаешь мои мысли?

— Только когда ты очень громко думаешь, Ярборро. Пошли, говорят тебе.

* * *

Алан Ярборро провел день у моря. Маг сидел на мокром песке, будто статуя, ощущая внутри лишь пустоту.

Демоны в Академии. Демоны в Ронне. Бессмыслица какая-то. Просто абсурд.

Голосование Совета — как насмешка. Над его разрушенной жизнью. Над жертвами этой ужасной войны…

Если бы у него было время. Если бы он что-то знал, о чем-то догадывался… С членами Совета Тринадцати можно было договориться. Их можно было запугать. Надавить.

А так… Он, Томас, Корри и Рийс выглядели просто глупо. Их протест вызвал лишь насмешку присутствующих, что рады были досадить боевикам, которым много лет не могли и слова сказать.

Но что самое любопытное: даже для всезнающего Рийса такое явно подготовленное решение Совета Тринадцати стало большим сюрпризом.

Когда Верховный успел? Почему принял столь странное решение? Почему? Албертон — мудрый маг. Профессор всегда действовал в интересах Ронна. Кроме того, учитель очень «нежно» относился к демонам. Значит, у него были веские причины так поступить.

Хорошо бы узнать, что это за причины. Сразу это сделать не удалось. Как только огласили результаты: четыре боевика против остальных девяти членов Совета, профессор Албертон отступил в свой кабинет. И только Рийсу удалось туда попасть.

Алан Ярборро впервые слышал, как орал глава службы безопасности. Всегда холодный и сдержанный, жалящий взглядом и в лучшем случае шипящий в гневе, Диггори Рийс орал, срывая голос — на родном языке, на языке демонов, и немного на языке западных соседей.

В такое состояние магистра дар Рийса привело даже не заключение договора с демонами. Подумаешь — договор. Но уж его-то можно было поставить в известность. И не выставлять на посмешище.

Алан вспомнил, как топтался в приемной Корри — он тоже жаждал высказаться отцу, как заглянул белый, как снег Томас, и тут же исчез.

Все члены совета, конечно же сочли нужным зайти в приемную. Раскланяться с магистром Ярборро. Послушать вопли Рийса. Насмешливо посмотреть на негодующего Корри. Выразить надежду, что Верховный договориться с главой службы безопасности. И в эти смутные времена они не лишаться защиты. Остроумные шутки, ничего не скажешь. Хотя… судя по тому, куда зашла беседа в кабинете, к этому все и шло.

И он ушел. Стараясь удержать тишину внутри себя. Чувствовал, что если сейчас сорвется, то все. В нем уже не останется ничего, кроме тьмы…

Он уходил, стараясь не видеть надежду в глазах Корри, который явно ждал от командира приказа выступать. Поднять боевые тройки… И…

Но глава боевиков лишь печально покачал головой. Он не пойдет на то, чтобы начать бой со своими…

— Кто я? — кричал магистр Ярборро морю. — Жив ли я? Или я тоже погиб в тот проклятый день… Тогда почему я здесь? Почему не присоединюсь к мертвым?

Море не стало отвечать. Но… магу вдруг стало намного легче. Спасибо… Спасибо, море.

Итак, — хватит ныть, Ярборро. Что мы имеем? Демоны в Академии Магии? Это — неизбежно. И это очень, очень плохо. Но ведь и к ним под видом студентов можно заслать… тоже студентов. Не боевиков, нет. Те слишком прямолинейны. Но птенцов Рийса…

А пока… надо задать несколько вопросов учителю Албертону. И услышать его ответы.

Защита башни Верховного магистра пропустила его сразу же. Значит, тот его ждал. Подходя к гостиной, Ярборро услышал голоса: уставший — Албертона, довольный — Рийса.

— Думаю, у нас все получилось, — говорил безопасник.

— Слишком громко. Ты, на мой взгляд, переиграл.

— Зато все слышали. Все поняли, что я в опале. И отстранен от должности главы безопасности Ронна.

Алан в раздражении рванул тяжелую дверь гостиной на себя.

— А предупредить?

— Привет, Алан, — поднял кубок Рийс.

— Присоединяйся, — усмехнулся учитель. — Не обижайся, но у тебя, Корри и Томаса актерские способности… Просто никакие.

— И что послужило причиной этого спектакля? — Ярборро принял кубок и уселся в кресло.

— Заметь, Диггори, — обратился к безопаснику верховный. — Гнева не выказывает. Тьмой не пышет. Спокойно спрашивает. Просто растет.

Рийс усмехнулся.

— А вот реакция Томаса для меня оказалась неожиданной. Ты тоже заметил, что его чуть не сорвало?

Начальник службы безопасности кивнул:

— Надо поговорить с ним.

— Пока не стоит, — отрицательно покачал головой Верховный. — Кавендиш- слишком прямолинеен. И не способен ни на обман, ни на притворство.

— Вы так и будете делать вид, что меня здесь нет? — проворчал Ярборро.

— В этом году не все абитуриенты добрались до Академии Магии, — тяжело обронил Рийс.

— Опять?

— Снова, — взгляд Верховного потяжелел. И в нем замерцали молнии. — Снова кто-то подбирает для себя адептов. И действуют они по знакомой схеме. Похищение-вербовка. Тех, кто подойдет, ждет судьба фанатично преданных последователей. А остальные — будут в роли энергетической подпитки.

Алан Ярборро вспомнил камеры подземного убежища Ифа дар Гарддина. Демонов и магов на цепях. Сиккат, что справляли пир…

Его передернуло.

— В этот раз, — вздохнул Рийс, — прошлись по детям крестьян и фермеров. Из потенциально сильных магов к нам добрались лишь девочка эта… Ивонна. Да ее громила-жених. И то… Никто толком не знал, что они собрались поступать. Деревня глухая. А молодежь — на осень свадьбу готовили. И зачем сорвались в Академию, в тайне от родных — даже сами не поняли.

— Но кто-то же добрался? — спросил Алан, вспоминая слова огненной магини о крестьянских детях.

— Из тех, кто дошел… Средненькие.

— Похоже, ими просто не заинтересовались, — скривился Верховный.

— Мое упущение, — склонил голову Рийс.

— Ты не можешь уследить за всеми потенциально одаренными детьми пяти государств, — оборвал его Албертон. — Другое дело, что у того, кто провернул всю эту операцию, был допуск к нашим документам. Среди пропавших детей много сирот. Некоторые осиротели не так давно, что наводит на мысли… Мы проводили расследование, связывались с родителями или опекунами пропавших. Кое-кто из них пытался нас убедить, что их дети просто поменяли планы и уехали к родственникам, в соседние королевства. Мы проверили — это не правда. Думаю, их подкупили.

— Кто-то залез в списки одаренных детей, за которыми мы приглядываем? — удивился Алан Ярборро.

Маги кивнули. Боевик молча сделал глоток, затем повертел кубок в руках. И наконец, озвучил свои мысли:

— Хотите найти крысу? А демоны — отвлекающий маневр?

— И это тоже, — тихо проговорил Албертон. — Еще я вытребовал, чтобы руководительницей проекта была назначена Кара. Думаю, вам стоит разобраться во всей этой истории…

Глава боевиков нахмурился, но ничего не ответил. Албертон и Рийс молча переглянулись. Упоминание о Каре напомнило магистру о дочери. Дженни… Интересно, где сейчас его девочка?

* * *

Библиотекарша и студенты остались далеко позади. Пригибаясь, стараясь ступать бесшумно и не дышать, они миновали несколько залов, затем свернули направо. Следуя подсказкам Чая, устроившегося у нее на плече, дрожащими руками Джен нажала на муляж книги самого дальнего шкафа. Механизм бесшумно привел полки с книгами в движение, открыв небольшой проход.

Каменная лестница… Вниз, вниз, вниз… Кое-где горели факелы, но иногда приходилось идти на ощупь. Тысячу раз она ругала себя за любопытство. Три раза сжимала амулет вызова. Двести тысяч раз давала себе слово, что это в последний раз. Один раз смахнула слезу. Раз десять выругалась на демонском.

Они дошли. Треск свечей, запах старых свитков, трав, и… чего-то еще. Шкафы. Но не белые и квадратные, какие были в той библиотеке — нет. Эти были резные, и пахли сандалом. Круглые столы, массивные канделябры в виде растений, и на каждом — маленькая спиртовка и чайник. Вот откуда запах трав. Над свитками склонили головы студенты, но были они гораздо старше Джен. Наверное, это библиотека для старшекурсников.

— Для аспирантов. Библиотека для аспирантов. Здание Лабораторий. Тебе сюда нельзя, я знаю. Не падай в обморок, Ярборро. Иди и старайся не привлекать к себе внимания, — шипел опоссум в самое ухо. Острые коготки больно впивались в плечо. Колени девушки тряслись от страха, но отступать было некуда.

Они прошли через зал, и вышли к «пункту приема и выдачи редких свитков», как гласила надпись на стойке. Табличка была красивой — из белого мрамора с золотыми буквами. За ней сидела девушка. Очень худенькая. Длинные ярко-фиолетовые волосы заплетены в тысячи косичек. Изумрудные глаза. Очень маленькие ушки. Лесная фея…

— Привет, Фрея.

— Чай… ты опять за свое? — девушка явно не обрадовалась опоссуму, но она его и не боялась, — Ты же знаешь — мне попадет, если я буду тебе помогать. Кого ты привел на этот раз? Ой… Принцесса Ярборро… Дочь Алана Ярборро. Чай. Ты смерти моей хочешь?

— Что ты, Фреечка. Не хочу. Я даже не хочу кусать твоих фи-ху. Вот… честное слово — не хочу. Они колючие и вонючие. Но мне придется, потому что нам с принцессой срочно понадобилось иллюстрированное руководство по магии, оружию и артефактам Рини, написанное Герлидерром.

— Ты представляешь, какое это редкое издание? Да на него особое разрешение надо, — изумрудные глаза девушки метали фиолетовые искры.

Джен слушала перепалку между зеленой крысой и девушкой по имени Фрея. Ей казалось, что она спит. Или сходит с ума. Слишком сказочным и нереальным было все вокруг…

За спиной Фреи бесконечные пузатые шкафы уходили амфитеатром под самый потолок башни. Туда-сюда, по книжным полкам сновали фи-ху. Джен знала, что фи-ху водятся только в Ярборро. Они живут на деревьях, по которым карабкаются благодаря коготкам на лапках. Длинные иголки по всей спине защищают этих добродушных, питающихся листьями, плодами и кореньями существ. Ловкие лапки фи-ху были способны чистить фрукты, и даже строить на деревьях домики из трав, мха и веток.

Но эти фи-ху были не совсем обычными. Их иглы росли не равномерно. Один ряд — длиннее, один — короче, что было очень удобно. Между ними ловкие руки Фреи размещали свитки и книги, а фи-ху, которых здесь было очень много (целая армия), доставляли все это в нужную секцию.

— Вы стрижете им иглы? — не удержалась от вопроса Джен.

— Нет, — мы вывели эту породу специально. А еще генетически усилили телепатические способности. Я просто думаю, на какую полку нужно положить книгу — и все. Это — моя дипломная работа: «Магическая помощь библиографу». Три года готовила проект. Теперь вот подтверждаю практикой. Вы знаете — очень интересные результаты…

— Фрея. Твой проект под угрозой. Я перекусаю всех твоих фи-ху за одну ночь. Тащи книгу.

— Плесень болотная… — проворчала девушка, но книгу дала.

Джен с Чаем спрятались в самом дальнем углу. Пили ароматный травяной напиток, разделив хлеб с козьим сыром между собой. Джен не отрывала взгляда от огромной потертой книги в кожаном переплете. В конце концов, Чай съел обе порции.

Принцесса ничего не слышала вокруг. Библиотека, которая хоть и была похожа на сказку, каких не читали ей в детстве, исчезла. Весь мир уместился на ветхих страницах, пахнущих чем-то необъяснимым. Рисунки с изображением колец, браслетов, мечей, кинжалов, огромных деревьев с белыми стволами и листьями, похожими на звезды.

Легенды рассказывали об удивительных существах, что жили в девственных лесах во времена Первых правителей. Рини. Сильные маги. Бесстрашные воины. Стараясь не дышать, Джен читала предания о Великой, кровопролитной войне между рини и магами. Маги одержали верх — и рини ушли. Никто не знает, куда.

Было в древних свитках, которые принес очень недовольный тем, что его хозяйку расстроили, колючий фи-ху, рассказы о том, что раньше опоссумы не были ядовиты. Это Рини закрыли проход в мир, куда они ушли. Никто и никогда не был за болотами, так как туда перестали ходить. Люди и маги боялись опоссумов, слюна которых вдруг стала нести смерть всему живому.

Но самым невероятным было то, что Джен нашла упоминание о кинжалах. К сожалению, это была лишь легенда. Красивая сказка о бесстрашной королеве Рини, что не знала промаха. Согласно преданию, в ее прическе кроме кинжалов жили две змеи. Если в бою она теряла свое оружие, — змеи приносили его обратно. За это предводительница сказочного народа кормила их своей кровью…

Видимо кто-то, вдохновившись сюжетом древнего эпоса, вырезал змеек на кинжалах. Красиво…

— Долго будешь восхищаться красотой слога древне-ринарского, Дженни-архивариус? Сматываться пора — не уберем фантом — переполох начнется. Твоя библиотека закрывается через полчаса. Все успела что хотела, Ярборро?

— Я?

— Нет — я. Знал бы, что ты такая впечатлительная — вообще бы не связывался. И, кстати, запеканку из тыквы опоссумы тоже очень даже уважают, а она сегодня на ужин.

— Ты уже получил свои пирожные.

— И запеканку получу — слишком много я для тебя сегодня сделал. Скажешь, нет?

— Не скажу… Спасибо, Чай.

Убрать фантом оказалось совсем не трудно — он просто растаял, когда Джен представила на его месте пустой стул. Несколько язычков пламени вспыхнули в рыжих волосах, ее двойника, будто прощаясь.

— Студенты, сдавайте литературу. Время. Все в столовую, на ужин.

Джен вышла на улицу и с наслаждением втянула ароматный вечерний воздух. Чай все еще сидел у нее на плече.

— Предлагаю найти более уединенное место, детка. Не то чтобы мне очень хотелось романтики в такой чудесный вечер, но… Скоро толпа студентов поднимет вопль по поводу ядовитого опоссума, а кое-кто из парней может и силу ко мне применить, ради спасения прекрасной дамы.

Они зашли за деревья. Джен опустилась на траву. На нее вдруг навалилась усталость. Захотелось спать.

— Так, Ярборро… Без обид, но я линяю. Сюда твой папаша идет. Про запеканку не забудь.

Ядовито-зеленое облачко едва успело растаять, как ее окрикнули:

— Джен?

— Папа.

Они бросились друг другу в объятия так, будто не виделись несколько лет. Всю неделю ее новый статус студентки угнетал обоих. Алан Ярборро гладил золотые волосы и чувствовал себя абсолютно счастливым.

— Джен… Почему ты сидишь на траве за деревьями? Что-то случилось, дочка?

— Случилось, пап… Случилось.

— Что? — Боевик нахмурился, крепко сжимая дочь за плечи — Что? Рассказывай.

— Пап… Я не сделала домашнее задание. Мне нужна литература на завтра. С собой, в замок. Поможешь? Я не могу в этой библиотеке заниматься, пап. Можно я дома все сделаю?

— Ха-ши-рри, Джен. Я ж думал, и вправду стряслось что. Будет тебе литература, какая хочешь. Хочешь — в замке, хочешь — на пляж с собой возьмем — я помогу…

— Пап, — Джен прижалась к его груди, а он закрыл ее полами своей мантии. — Ты у меня… самый лучший.