Глава 16

Какое-то время мы все обдумывали полученную информацию, а потому в гостиной стояла тишина.

Леди Мираль те Стива не делала попытки ни присесть на диван, ни сдвинуться с места, видимо, боялась, что мы расценим ее движения, как нападение на шарики. Я поймала себя на мысли, что яростно слежу за каждым ее вздохом.

Ужас какой-то… С этим что-то надо делать. Этот вопрос я и озвучила.

— Мы же не можем вечно ходить с шариками? Нам руки свободные во время учебы позарез нужны. Кстати, Вадька, Глаша, а почему вы солгали нам? — до меня только дошло, они же оба сказала, что ничего подобного не чувствовала во время бала.

— Извините, — Глаша вздохнула, — я ляпнула не подумав, обидно стало.

— А я так зол был, что и не сильно этот зов и ощутил. Я бы не сказал, что меня прямо манило куда-то идти.

— Вот как, — вздохнула Кристина. — Понятно все с вами, живите уж, братцы кролики.

— Чуть позже у нас будет совет, — произнесла леди Мираль те Стива, — до того, как мы придем к какому-то решению, вы будете находиться в своих комнатах. На вашем этаже установлена особая защита, а ваши покои зачаровали главы Альянса. Без вашего разрешения, никто сюда войти не сможет.

— А вы? Мы вас не звали, — тут же сообщила Кристина.

— Я, как и другие деканы, вхожу в доверенный круг лиц, никто из нас не посягнет на артефакт. Лорд Эрнет, ваши кураторы и ректор академии также относятся к этому кругу. — Леди Мираль улыбнулась. — Я еще раз извиняюсь за вторжение без предупреждения, но как я уже говорила, чрезвычайная ситуация требовала немедленного реагирования.

— То есть вы пришли предупредить, чтобы мы не выходили из этих комнат и никого сюда не приглашали? — Предположила я.

— Да, но эти неудобства временны. Я уверена, мы что-нибудь придумаем.

— Хорошо, — выдохнул Вадька. — Мы будем ждать вашего решения.

В-принципе, мы все были солидарны с другом, а потому лишь закивали его словам, подтверждая, что будем паиньками.

— Замечательно, а теперь, леди Станислава, вы не могли бы поговорить со мной наедине?

Я очень удивилась подобной просьбе и замешкалась с ответом, невольно притянув свой шарик к животу.

— Если вам так будет спокойнее, предлагаю передать пока ваш шар одному из призванных.

Не знаю почему я ее послушалась и бережно передала свой трофей Глаше. Я ж по глазам видела, как ей его подержать хочется.

— Пойдемте, — будто очнувшись от сна, предложила я. — Наша спальня подойдет?

— Конечно.

Под изумленными взглядами ребят мы с вампиршей уединились.

— Леди Станислава, понимаю, что моя просьба странная, но не могли бы вы оголить ваши плечи, а еще лучше всю спину? — Не попросила, приказала женщина, шокировав меня. — Боюсь, леди Станислава, это необходимо.

— Зачем?

— Я должна убедиться, что на вас есть или наоборот, нет магической вязи. Таково распоряжение ректора.

— Магической вязи? — не поняла я. — С чего бы ей появиться?

И осеклась…До меня дошло.

— Вы считаете, что пара Рамира — я?

— Уверены, но необходимо убедиться в том, что и Рамир является вашей парой. Если вязи нет, то…

— То что? — я инстинктивно обняла себя за плечи, мое платье хоть и было несколько открытым, да вот плечи как раз скрывало и спину тоже. Что за бред?!

— Если такой вязи у вас нет, значит есть шанс, что вашей парой может оказаться любой из претендентов Альянса и тогда, его высочество не сможет заявить о своём праве, а Альянс удовлетворить его, запретив любым мужчинам к вам приближаться с матримониальными планами, — терпеливо пояснила она и сочувственно на меня посмотрела. — Мне правда жаль, но, леди Станислава, от вас ведь никогда не скрывали, что призванные — самые желанные невесты и женихи для любой семьи.

Она подобрала мягкие слова, но все равно было мерзко. Я отчетливо почувствовала себя племенной кобылой. Наверно, я была слишком шокирована ее прямолинейностью, и в особенности тем, что она так легко и просто сдала парня, чьей парой я оказалась, что в итоге я послушно разделась, оголив спину и продемонстрировала ее вампирше.

Не знаю, чего я в этот момент больше всего хотела — чтобы вязь оказалась или чтобы ее не было.

— Что ж, благодарю, леди Станислава, магической вязи у вас нет.

— Значит, охота все также открыта? — съязвила я, поправляя лиф платья и безуспешно пытаясь зашнуровать корсет. Стянуть оказалось куда легче.

В итоге я плюнула на это занятие. Проще уже снять платье и одеть домашние брюки и футболку.

— Не охота, шанс на то, что вы встретите свою пару. Идеальную пару, леди Станислава. Поверьте, это дорогого стоит.

— И что, все призванные встречали? — я никак не могла справиться со злостью.

— Больше половины призванных, — кивнула вампирша. — Еще раз извините за доставленное неудобство, мне пора идти.

— Идите, — буркнула я.

Леди Мираль покачала головой, но предпочла не заметить моей грубости, только сочувственно улыбнулась и поспешила оставить меня одну.

— Идиотизм! — выругалась, наконец выпутываясь из юбок. — Пара Рамира…Придумали тоже! Да он ее пятнадцать лет назад встретил! Я тогда пешком под стол ходила и о других мирах знать не знала. Точно идиоты!

Не знаю, что на меня нашло, но в итоге я решила не просто переодеться, а освежиться. С этим намерением кинула платье на кровать, взяла сменную одежду, и юркнула в ванную. И вовремя, в дверь комнаты постучали. Глаша стучаться обыкновения не имела, значит пришла Кристина. Вполне логично предположила, что разговор наедине с леди Мираль мне не понравится.

Вообще, Кристина иногда выполняла роль не просто слушателя, но и громоотвода. Бывает настроения нет, на всех срываешься и смотришь волком, а она подойдет, руки дотронется, как-то по-особому улыбнётся, мягко спросит что-нибудь нейтральное, и сам не замечаешь, как плохого настроения словно и не бывало.

Но пока делиться темой своего разговора с деканом я не хотела. Я и сама не особо верила в сказанное. И да, в ванную пошла также с намерением изучить свое тело, тут было огромное в полный рост зеркало. В конце концов, должна же я убедиться, что на моем теле никакой ерунды не появилось?

И все же… я пара Рамира. А если правда? Если ему действительно не повезло. И та звонкая пощечина оставила на нем метку, то есть узор? Неужели она у него прямо на лице? Хотя нет, сказано же было плечи и спина. Да и я не видела на его лице никаких отметин. Неужели над ним так пошутили боги, создав одну из вероятностей с участием лигпрыжка и временной петли? Если все так, то я ему не завидую, а искренне сочувствую, но быть его парой — отказываюсь.

Он, конечно, симпатичный, но с таким противным характером, что пусть это сокровище достанется кому-нибудь другому.

Мне было немного страшно становиться перед зеркалом, но я отвесила себе мысленно пинка и начала осмотр. После того, как я, выкручиваясь под разными углами, смогла практически детально рассмотреть свое тело, убедилась, что никакого узора у меня нет, выдохнула.

— Слава богу, — прошептала, подставляя голову под теплые струи душа.

С другой стороны, охота на призванную так и останется, да и Рамиру, отношения точно не светят. Эта мысль заставила меня вздрогнуть. Это что же получается, Рамир обречен на одиночество?

«А тебе-то какая разница» — мысленно спросила саму себя, здравый смысл подсказывал, что ни моей вины, ни уж тем более желания не было, да и на одной жалости далеко не уедешь. Всех теперь что ль жалеть? А меня кто пожалеет?

Я вздохнула и усилила напор воды. Как бы там ни было, первоочередное задание — найти недостающие части артефакта, а вот после можно и подумать о нашей жизни в Альянсе.

Впрочем, сама себе лгать не стану, на Землю если и вернусь, то только за мамой. Я уверена, здесь ей будет лучше. С учетом того, что в мирах активно пользуются магией и артефактами, она исполнит свои мечты — и омолодиться, и жить дольше будет, и сама же во всяких рекламах поучаствует. Она любит внимание, а ей оно будет и еще какое — как никак мать одной из призванных.

Я улыбалась своим мыслям. Мы разберемся с Рамиром. Обязательно. И пусть меня бесит, что нашу личную жизнь обсуждают на самом высоком уровне, но по сравнению со всеми возможностями — это мелочь и можно потерпеть. Главное, что насильно под венец не тащат. К тому же, мне нравится Арвис. Не так, чтобы сумашедше, но я прекрасно понимаю, что если дать нам больше времени, то возможно все.

Из ванны я выходила уже в отличном расположении духа. Все будет хорошо, а с ребятами все-таки поговорю, в конце концов и на них может какой-то маг среагировать.

***

— Погоди, ты ему дала по морде, и он решил, что ты его пара? — веселился Вадька, когда я все-таки рассказала обо всем, что происходило во время бала.

— Ты ему тоже по морде дал, — огрызнулась я, Вадька не стал скрывать, что имел непродолжительную мужскую беседу уже в академии с принцем, — вдруг и ты тоже — его пара.

Вадька поперхнулся и закашлялся.

Девочки рассмеялись.

— Решил не он, а его магия, — спокойно произнесла Глаша, — но это не значит, Стась, что ты должна с ним быть. Магический узор необыкновенная вещь. Я досконально изучила этот вопрос.

— Досконально? — удивилась Кристина. — В библиотеке что ль?

— Конечно, это же очень серьезные вещи. Вы вот сразу в романтику ударились, а я подошла с практической стороны.

— В этом вся Глаша, — хмыкнула Таня и закатила глаза.

— Да, зато я точно знаю, что нас всех это ждет.

— Что?

— А чего вы удивляетесь?

— А ты не удивлялась? — фыркнула Таня.

— Нет, конечно. Даже на Земле есть такая вещь, как идеальная, гармоничная пара. А есть животный магнетизм, когда притягиваются даже противоположности, отказывает разум и неожиданно для себя оба оказываются в постели. Естественный отбор, девочки. — Глаша выразительно на всех посмотрела и добавил. — И конечно же мальчик. Здесь же, скажем так, два в одном.

— Так, не ссоримся. Подтверждаю, животный магнетизм точно есть. Как и гармоничные пары. В первом случае получилась я. — Я хихикнула.

Моя мама никогда не стеснялась этой стороны своей жизни. Так еще лет в тринадцать я узнала, что мое появление стало результатом необдуманного поступка. Вообще, моя мама всегда грезила карьерой, а не замужеством. Да и меня лет до тридцати не планировала. Но вышло как вышло. Где именно она познакомилась с моим отцом, мама не рассказывала, я знала лишь то, что он был женат, а связь их с мамой длилась недолго — около месяца. Хотя он и желал продолжения. Но разводиться отказывался, и для моей мамы это стало решающим фактором в разрыве.

«Ты пойми, Стаська, я себя так гадко чувствовала. Чужой мужчина, чужая семья. Но стоило ему только посмотреть и коснуться меня, мир плыл перед глазами» — говорила мне мама. — «Ты даже не представляешь каких усилий мне потребовалось, чтобы отказаться от него. Я ведь не его круга, совсем. Да и могла отличить влюбленность от безумия. А он именно безумием для меня и был. Это сейчас мы ни в чем не нуждаемся, а тогда…Я уехала в Москву к дальней родне, а спустя неделю узнала, что ношу тебя под сердцем».

Маме повезло и с родней, и с моим папой. Повезло, потому что моя троюродная бабушка, к которой заявилась амбициозная провинциалка, нянчилась со мной, пока мама работала, а спустя три года, как родилась я, отец узнал обо мне и помогал материально. Гордая мама ничего ему не рассказала ни о беременности, ни о том, что решила оставить ребенка. Да и он не узнал бы, если бы не случай. Умерла моя бабушка, и мы вернулись в город на похороны. Я не помню того дня, но знаю, что маму осуждал весь городок. Со сводными братьями я не общалась, меня не приняли. К тому же и с папой общения не вышло. Да и, откровенно говоря, я сама не рвалась. Мы жили в Москве с бабушкой Таей, которая приняла нас куда радушнее, чем мама моей мамы. Я знала, что моя родная бабушка не хотела меня и пыталась образумить свою дочь, пророча той выгодное замужество, все же мама у меня очень красивая. Но неожиданной заступницей оказалась бабушка Тая.

Она дала мне счастливое детство, моей маме защиту, ее не стало, когда мне исполнилось восемь.

У мамы были ухажеры, она всегда купалась во внимании. Но замуж в итоге так и не вышла. И кроме меня, у нее никого не было.

— Собственно, девочки и мальчики, — поправив очки, Глашка села на любимого конька — лекцию, — Магическая вязь, дар богов, ни что иное как метка, указывающая на стопроцентное совпадение генетических параметров, а следовательно получение идеального потомства, в котором проявятся лучший набор генов: магия, причем не одно, а несколько направлений, физическое здоровье, причем сюда даже красота входит, не сомневайтесь, дети возьмут только лучшее от родителей. Также такую пару ждет полное совпадение в интимном, психологическом плане, но…

— Давай уже свою ложку дегтя.

— Она есть, — важно сказала Глаша, — шанс получения вязи для сильнейших магов Альянса практически равен нулю, но этот шанс возрастает с появлением исключительного мага, то есть того, кого своей милостью осенил весь пантеон богов. А ими всегда были призванные. Следовательно, у нас вязь может не появиться, в то время как на нас могут среагировать от трех до семи сильных магов. Данные взяты мной из библиотеки.

— Стоп. Насколько я поняла, если у мужчин появляется узор на одну девушку, то они сражаются за свою пару…Так это не шутка? Они реально будут драться?

— Не шутка. Но раньше, такую девушку заставляли дать потомство каждому. Ну а мужчину осеменить всех девушек, у которых среагировала магия…

— Что?! — хором спросили мы.

— Да, все так и есть. Кстати, если по каким-то причинам поединки запрещены, так бывает, когда занимаемый пост слишком высок, к примеру, один из глав Альянса, отсутствие наследника рода, то с избранной или избранным будут пытаться договориться об очередности рождения детей.

— Какой же это дар богов, это же проклятие какое-то! — выдохнула Кристина.

— Не скажи, такой ажиотаж происходит лишь с призванным, в остальное время, это и есть дар. — Глаша поправила очки. — Поэтому для Рамира и его окружения, это было подарком свыше, правда до первых поисков. А сейчас и вовсе, удар ниже пояса. Тем более у тебя вязи нет, но она может и появиться, когда священный сосуд получим. Так что делать выводы в отношении тебя и Рамира, пока рано.

— Я правильно понимаю, что нам стоит получить такое украшение, чтобы никто не устраивал поединки и не предлагал стать свиноматкой?

— Грубо, но правильно, да. Только в этом случае наше мнение будут учитывать. — Глаша вздохнула. — В общем, из всех нас только Вадьке повезло.

— Повезло? — Рыкнул друг. — Я что, похож на быка осеменителя?

Кажется старая шутка оказалась вовсе не шуткой.

— Какой ужас… а мы тут про свою любовь плели… — Таня выразительно посмотрела на Вадьку.

— И чего? Мы ж пока не получили сосуды, вот и не трогают вас особо, вдруг реально узоры получите. — Кристина пожала плечами. — А вот после… когда там, кстати, счастливое событие?

— После успешной сдачи экзаменов.

— То есть времени осталось не так уж и много…

— Верно.

— Мы попали, — выдохнула я. — Основательно.

— Плюсов нашего положения вес же больше, — спокойно парировала Глаша. — А вот что действительно меня беспокоит, так это артефакт. И наши шарики… что нам делать?

— Плыть по течению, иных вариантов нет. Не мы решаем, когда нам оставшиеся части дадут. Поэтому в этом плане, расслабляемся. Кстати, я вот одного не поняла. Ладно мы, у нас священных сосудов нет, но ведь наши однокурсники обучались ранее, следовательно, должны их иметь. Если не все, то принцы и принцессы…

— Должны, — важно подтвердила Глаша, — но не имеют. Потому что все случится вместе с призванными. То есть им специально не дали этого сделать раньше, прекрасно зная, что наше нахождение рядом улучшит свойства их сосудов и даст им халявную энергию. Поэтому их магия полностью раскроется с нашей и тогда все может быть, они ведь все ринуться касаться призванного.

— Касаться? Лапать что ли?

— Ну да, вязь же от прикосновения пары образуется…

— Жесть, — я вздохнула и сграбастала шарики у Тани. Как-то не гласно вышло, что мы пока общались в гостиной, передавали их из рук в руки. — Знаете, вот так смотришь на них, и кажутся обыкновенными шариками. Такое впечатление, что они магию прячут.

— Не обольщайся, если и прячут, то ненадолго, а рядом с нами и вовсе концентрируют куда больше магической энергии. — Таня переняла тон Глаши. — Идемте спать, ребят. И так уже скоро рассвет, засиделись.

— Идемте, — я сладко зевнула и передала два шарика девочкам, спать я однозначно собиралась со своим.

— Хороших снов, девочки, — Вадька поднялся первым и с хрустом потянулся.

— И тебе, — хором ответили мы и разбрелись по комнатам.

Уже лежа в кровати и слушая шум воды за стеной, Глаша принимала душ, я подумала о том, что Рамиру в этой ситуации придется хуже всех. После моего рассказа, его осудили все, а Вадькиным поступком восхитились. Каким образом он сможет пойти ко мне, если на него ополчатся призванные, да и Вадька дал понять, чтоб тот ко мне совался. Я усмехнулась, что-то мне подсказывало, что Рамир вряд ли прислушается к совету друга. Да и вообще, чего я об этом принце думаю? У меня вон шарик, который от всех прятать надо, а я о какой — то ерунде думаю. Шарик, кстати, перестал быть прозрачным, и светло-желтым больше не клубился, а опять стал внутри красочно-радужным, как тогда, когда я его только увидела. Красивый шарик, непростой. И какой же геморрой нас всех ждет! Интересно, мы сумеем найти оставшиеся части так же быстро? Хотелось бы, ведь тогда, мы сможем воспользоваться предложением Альянса — и перевезти сюда свои семьи. Было бы здорово бегать в город не просто по магазинам, а к маме. Хотела бы послушать, что она скажет, когда увидит то многообразие чудес, которыми так щедры эти миры…

С этой мыслью я и уснула.