32 глава

Александр

— Черкасов, я еще в отпуске, — отвечаю на звонок друга, как только вхожу в лифт, и створки дверей за моей спиной закрываются.

— Мог бы ко мне забежать хоть на пару минут, а то все новости узнаю из посреднических ушей.

— Да, да, я знаю, что наша служба охраны работает на ура, Сергей уже донес, потому что не успел я показаться у себя, Виктория с бумагами на поклон.

— Мог бы и прогнуться, чертяка.

— Я официально в отпуске, пойми и прости, — смеюсь довольно и подбрасываю запасную связку ключей вверх, ловлю и рассматриваю свой трофей.

— Как родня, как море, как бабы?

— Как может быть на похоронах бывшего мужа двоюродной тетки твоей бабки? Хотя, нет, нет, погоди, вру, там другое родство, но в каком порядке, я точнее не помню.

— А какого тебя вообще туда занесло, ты же вроде бы ездил проведать родню матери, я не ошибаюсь.

— Да все так, но в это период мне выпала почетная миссия быть личным водителем тетки. Кстати, спасибо за твою красотку, она произвела фурор в приморском городке.

Вспоминаю себя за рулем динозавра Ауди, которого до сих пор не мог продать Черкасов из-за любви к раритету. Первая его машина, которую купил на последние деньги, а потом еще долго себе отказывал в элементарных изысках. Но его можно понять, парень любил ковыряться в моторах. Это сейчас мы не часто позволяем себе сунуть нос под капот своих кроссоверов.

— А теперь куда? С понедельника тебя ждать?

— Отдыхайте, а с понедельника в бой с новыми силами.

— Заметано, больше не наезжаю.

Прячу телефон в карман и сильнее сжимаю в ладони ключи от квартиры. Покой мне только снится, как говорят в народе. Мои шальные каникулы, которые мне нужны были как воздух, прошли в сплошной суматохе. Перезагрузка мозгов произошла не таким способом, о котором я мечтал. Хотя, если задуматься хорошо над сложившейся ситуацией, мне некогда было терзаться сомнениями. Я не жалею, что наконец-то решил остановить свой личный мирок и сойти с орбиты на непродолжительное время. В непринужденной обстановке, с веселыми родственничками некогда было скучать.

Только здесь, у моря, прогуливаясь вечерами в одиночестве, смог выкроить немного времени и обдумать всю ситуацию, в которой оказался с Олей. Она сотни раз была права, а я словно не слышал ее доводы, пер вперед подобно танку.

Откуда во мне оказалось столько упорства? Я же никогда не был черствым и недобросовестным. Тогда почему со мной внезапно произошел сбой? Путь, по котором я решил идти, был ошибочным. Да, я не раз об этом думал, но каждый раз в сложившейся ситуации искал позитивные результаты. Черкасов смог заполучить свою лисицу, смог вкусить прелести семейно жизни. И сейчас бы вкушал, если бы не оказался непроходимым тупицей.

Ситуация с Олей вообще получилась спонтанной. Ведь узнав о том, что она — подруга Марго и люто меня ненавидит, ничего лучше не придумал, как ухватиться за информацию о ее маме. Не жалел и не жалею, что смог помочь. Но в тот момент моя светлая голова не включила фактор непринятия девушкой меня, как потенциального партнера.

Я поостыл, понял, что зря в тот вечер не прислушался к Ирине Анатольевне. Я поступил, как мальчишка, который взбунтовался и наломал дров. Сейчас я частично разобрался со своими делами, проанализировал ошибки и готов двигаться вперед. И еще, я полностью уверен в том, что рано или поздно смогу добиться внимания Оли, ведь у меня есть тайный помощник в лице ее мамы.

Ирина еще в Рябиновке дала понять, что я делаю глупость, но, тем не менее, обещала информировать о состоянии дел у Оли. Я с благодарностью принял помощь женщины. И теперь был осведомлен в том, что моя девочка рассталась с Владом.

Что я почувствовал, увидев Олю в моем кабинете? Безграничное томление в области сердца. Ее веселый нрав меня всегда умилял. И даже сейчас она была такой естественной, делала то, что хотела и не оглядывалась на мнение посторонних. А ее любовь к моему креслу заставила улыбнуться. Что же, дарить подарки так дарить, главное чтобы от души.

Вспоминаю ее глаза и смеюсь, выходя из высокого здания. В понедельник, все у нас будет в понедельник.

— Ты быстро, неужели Черкасов тебя не задержал? — Поинтересовалась Инна, пряча мобильник в сумочку.

— Я в отпуске. А сейчас ты должна мне кое в чем помочь.

— Без проблем, парень…

Офис. Понедельник. Обед

— Александр Валентинович, вас ищет Черкасов. Ой, какие шикарные розы, такой приятный нежно-кремовый цвет, шикарно выглядят, — протараторила Виола, путаясь у меня под ногами.

— Добрый день, передай ему, что я обязательно наведаюсь в его святая святых, — хмыкнул в ответ и поправил галстук, который больше доставлял дискомфорта, чем позволял дышать.

— Жорка, сегодня в восемь с девчонками, и только попробуй…

В приемной резко стихли голоса, как только я ступил на порог.

— Я к себе, до вечера.

Парень едва меня с ног не снес, когда увидел мой хмурый взгляд. Да уж, теперь он старается лишний раз не появляться мне на глаза, видимо помнит прошлые стычки.

— С возвращением, — бросает прохладно Оля и садится в свое кресло, а я удивленно кручу головой по сторонам: а где же мой презент, подогнанный в пятницу?

— Здравствуй, почему без любимого кресла?

— Да я тут подумала на досуге, с чего бы мне от вас, Александр Валентинович, такие дорогие подарки принимать.

И снова здравствуйте, как говорит моя племянница, когда кто-то начинает ломаться. Вот и я пытаюсь понять, почему у Оли нет настроения.

— Понятно, настроение тебе сегодня не раздавали, но это пустяки.

— А у вас, смотрю, настроение просто зашибись, — поджимает губы и соскакивает с кресла.

— С днем рождения, — протягиваю букет, на который Оля все это время заинтриговано смотрела.

— Как мило, спасибо, — улыбается наиграно, но цветы не берет.

Противная стерва, вижу же что чем-то недовольна. И ведь не скажет же в чем дело.

— Я скучал, — кладу цветы на ее стол, а потом перехвачиваю Олю, которая пытается улизнуть в подсобку.

— Уваров, ты не скучал, ты сбежал и грел кости на берегу моря, вот что ты делал.

— Опять Уваров? — Оттесняю ее к стене и пальцами касаюсь распущенных волос, мне нравится их естественный цвет, и я знаю, что Оля их не красит, они у нее от природы светло-пепельного оттенка.

— Отпусти, неведомо где и с кем шлялся, а теперь решил все с чистого листа начать?

— Оль, ревнуешь? А знаешь, как я тебя ревную к твоему прыщу? Я же в тот вечер видел, как ты с ним говорила, как смеялась и позволяла себя касаться.

— Вот только не нужно о Владе! Мы с ним расстались, только не льсти себе. Вижу по глазам, что доволен!

И почему у нас все так сложно? Я убеждаюсь в правильности своего замысла. Отстраняюсь, подхожу к двери и запираю ее изнутри на ключ, который в итоге прячу к себе во внутренний карман пиджака.

— О да, браво, так не уверен в своих доводах, что решил запереть дверь, чтобы я не сбежала?

— Чтобы нам не помешали проговорить наедине, все очень просто, — улыбаюсь и приближаюсь к Оле.

— По глазам вижу, что будешь лезть целоваться, только попробуй, чудовище.

Я громко смеюсь. Давно она меня не называла чудовищем. Чаще за нашими спинами звучали подобные прозвища. Это мне Виктория рассказала о том, что наши сплетницы окрестили нас с Олей: красавец и чудовище. Интересно, а Оля осведомлена о подобном факте?

— Тогда давай просто по-человечески, без нервов поговорим.

— О чем?

— Я хочу пригласить тебя сегодня вечером в ресторан.

— Занято, — пожимает плечами и садится в кресло.

— В смысле? — смотрю в ее насмешливые глаза, а у самого улыбка смазывается с лица.

— Говорю еще раз: занято. С ребятами в пиццерию идем, так что ты опоздал, Уваров.

— Еще раз так меня назовешь, буду целовать столько душе угодно, — хмурюсь не от противного «Уваров», а от того, что действительно не подумал о том, что и без меня молодежь отыщет себе развлечения в день рождения по душе и интересам.

Мне же, как оказывается, там нет места. Впрочем, а на что я рассчитывал? Что меня с собой возьмут?

— Завтра? — не теряю надежду, но вижу, что мне откажут, ведь Оля отрицательно качает головой.

— Тренажерный зал, решила немного заняться собой, ребята подарили абонемент.

— Тогда назначай место и время сама.

- Я подумаю, Ува…Александр Валентинович.

Я улыбнулся, согласно покачав головой. Что же, а сейчас, если не судьба заполучить Олю в свое личное пространство, можно временно расслабиться… и найти Жорика. Жорик мне очень нужен, особенно в качестве тайного агента.

Замечаю, как Оля пальчиками поглаживает зеленые листочки на розах. Понравились, вижу же по глазам.

— Кресло себе забери, я себе новое заказал, вот-вот привезут. И давай не будем больше спорить. — Говорю спокойно, выкатывая кресло из кабинета. — Садись, будем тестировать.

— Кофе с тортиком будешь?

Оля игнорирует кресло, поднимается и идет в подсобку.

— Шоколадный?

— Как ты любишь.

— Тогда мне две порции.

— Уваров, а ты не лопнешь?

Оля поздно понимает, что с ее губ слетело запретное слово. Пытается увернуться от моих цепких рук, но я беру ее в захват и оттесняю к стене. Пытается брыкаться, но я же вижу, как смотрит на мои губы, кончиком языка облизывая нижнюю губу. Прикасаюсь к ее щеке, неторопливо веду пальцами к уху, проникаю в волосы и притягиваю ее голову к себе.

— Я безумно по тебе скучал, моя Хельга.

Оля вцепилась мне ладошками в рубашку и выгнулась навстречу, став на носочки. Какая же она вкусная и сладкая. Она не осознает, что ее тело вжимается в меня, что ее пальчики исследуют мою шею, перебирают волосы на затылке.

— Оль, я тебя люблю, — шепчу ей на ухо, когда эмоции переполняют меня через край.