7 глава

Маргарита

30 декабря, корпоратив компании «ТехноПро»

— Сонька, стерва, хватит лакать шампанское вёдрами, — прыснула я, неторопливо потягивая трубочкой вкусный коктейль и наблюдая за скоплением сотрудников нашей огромной дружной семьи, как привык говорить замначальника, Александр Валентинович.

А мне что? А я только первый месяц в этой конторе работаю. Но и сейчас понимаю: мне крупно повезло, ведь я смогла попасть в такой прекрасный коллектив.

Ещё полгода назад я не собиралась искать работу, потому что все мысли были сосредоточены над тем, как успешно закончить обучении и сдать экзамены. Да, работу я хотела искать именно после того, как расквитаюсь с ВУЗом. Но так уж получилось, что жизнь дала красивый пинок под зад. Мне пришлось, горько стиснув зубы, действовать радикально.

Летом папа неожиданно погиб на трассе под Киевом, он у нас был дальнобойщиком. Ни в чем наша семья много лет не нуждалась: ни я, ни старшая сестра, живущая с мужем возле родителей. Они удачно дом купили и там вили своё любовное гнёздышко.

Горе перевернуло всё с ног на голову, страшно вспомнить те дни. Папа зарабатывал достаточно, мне для учёбы никогда ничего не жалел, говорил, чтобы старалась, училась и смогла стать толковым специалистом. А я оправдывала его ожидания, училась прилежно и с охотой.

Но вот настала чёрная полоса, которая изменила весь налаженный быт нашей семьи. Мама работает в детском садике, а его в нашем небольшом селе не сегодня-завтра закроют, минималка по зарплате от силы, с такими деньгами не разгонишься и платежи платить, продукты закупать и дочь учить.

Сестра очередной раз в декрете, малышке ещё не исполнилось двух лет. Муж Анюты дома никогда не сидел, всё куда-то мотался. В селе устроиться на работу просто нереально, поэтому регулярно Женька ездит на вахту с такими же неусидчивыми мужиками нашего села в город, с целью заработать, чтобы прокормить семью. Грустно, но такова правда жизни, хоть и страшно, но жить как-то надо.

Похороны, поминки, прочие хлопоты съели основные запасы денежных средств, а мне за учёбу нужно платить с первого сентября, сумма для кого-то небольшая, а вот для семьи, которая потеряла кормильца — баснословная.

Моё решение перевестись на заочное отделение мама восприняла равнодушно, и её понять можно, не до меня ей. Вот и, стирая слёзы по щекам, отправилась я к декану с заявлением перевести меня на заочку. Мужчина был слишком удивлён моему решению, предлагал не спешить и хорошо подумать. А что тут думать? Не прилетит же волшебник и чудесным образом не решит мои финансовые проблемы.

— Лисицына, терять такую талантливую студентку очень сложно, — склонил голову набок седовласый Артур Петрович, сверля взглядом мой листок.

— Выхода нет, — отвожу взгляд, когда он внимательно изучает моё лицо, хороший мужик, сердечный, но в тоже время строгий и суровый, когда того требует ситуация.

— И куда ты собралась?

Его настойчивость меня выбивает из равновесия, здесь внутри, в области сердца, одно желание — спрятаться в раковину и завыть белугой, а он в душу лезет, сдержаться бы.

— Работу ищу, — пожимаю плечами и смотрю-таки мужчине в глаза, тот качает головой, а мне ещё хуже.

— И куда? В магазин торговкой?

— Ещё не решила, — злюсь, но не показываю вида.

— Давай так, я подписываю, но только в том случае, если ты позволишь мне найти тебе работу.

Меня словно ужалили, аж на стуле подпрыгнула. Он что себе такого надумал?!

— Так, так, Маргарита, умерила свой пыл, вдохнула полной грудью и послушала меня до конца не перебивая, — повысил тон декан и склонил голову набок, улыбаясь одними глазами, умел, но не всем это демонстрировал.

— Хорошо, — сильнее сжала тонкие ручки сумочки и, сверля свои пальцы пустым взглядом, пыталась слушать, но мысли только о том, что нужно заново ногти лаком накрасить, некрасиво как-то.

— Ты уверена, что слушаешь, — голос стал громче, от чего я дёргаюсь и смотрю Артуру Петровичу в глаза, машу головой, краснея, получается, что врушка я — знатная.

— Простите.

— Значит, поступим так, я проштудирую всех знакомых, и как только появится что-то стоящее, обязательно тебя туда порекомендую. Идти в магазин или куда-то ещё не советовал бы, сама понимаешь — ноги собьешь в погоне за исполнением поручений, а времени на учебу не останется. Организуем тебе индивидуальный график, а оплату за первый семестр внесёшь, с нового года. А пока на полставки оформим тебя в деканат, если не к нам, то пронюхаем вакансии у других, сейчас конец лета, всё меняется, нужно только действовать.

Я согласилась, сама удивляясь своей смелости. Возможно, своей участливой помощью Артур Петрович непреднамеренно дал мне почувствовать что-то сродни отцовской заботы, которой мне безумно не хватало. Мужчины — они сильные, они всё могут.

Училась и работала ровно до средины ноября, пока в один из прекрасных дней я не прилетела на всех парах в кабинет к декану, и тот не сообщил мне новости. Артур Петрович назвал вакансию в очень известной компании нашего города, сказал, что пустует место в бухгалтерском отделе. Девушка, занимавшая эту должность, ушла в декрет.

Моему счастью не было предела, ведь я с каждым днём всё больше и больше грустила из-за того, что тяжёлым грузом вишу на шее сестры и её семь. Они хоть и помогают финансово, только я же вижу, что едва сводят концы с концами. И вот удача, я была готова макарену танцевать от радости.

Когда декан назвал сумму оклада, я просто окаменела. Серьёзно? Смотрела мужчине в глаза и не верила своим ушам. Это же так престижно, ответственности выше головы. Видимо моё сомнение не ускользнуло от цепкого взгляда декана.

— Отставить сомнения, ничего страшного для толкового почти специалиста нет, ты будешь под чутким руководством прекрасной женщины, она — моя бывшая сокурсница.

Я никогда толком не верила в такую крыше сносящую удачу. Неужели я действительно смогу слезть в шеи сестры и зятя, которые все эти месяцы крутились как белки в колесе и помогали не только маме по хозяйству, но и финансово поддерживали меня. Что ж, я должна всеми силами получить эту работу, хорошо себя зарекомендовать, пройти испытательный срок и отблагодарить мою семью за то, что они верили в меня.

— Артур Петрович, — соскакиваю с кресла и прижимаю ладошки к лицу, из глаз брызгают слёзы, — спасибо вам, спасибо.

— Отставить слёзы, Лисицына, заряжайся позитивом, а с понедельника выходи на работу.

Вот и работаю! Следует заметить — с удовольствием работаю, хватаю всё на лету. Две недели назад аванс получила, часть суммы заплатила за обучение, а на остальные подарков купила своим и на выходные поехала проведать нашу огромную семью. По бабкам и дедкам побегала, с подругами встретилась и всё, всё в ускоренном режиме, никого обидеть не хотелось.

А в эту пятницу вечером пиликнуло сообщение из банка — зачислена зарплата. От увиденной суммы правый глаз вначале задёргался, а потом — пустил слезу. Да на эти деньги я мелкоте подарков накуплю целую кучу, еще и себе останется на что-то красивое и полезное!

— Зануда ты, Марго, или же просто молодая и зелёная, вот подрастёшь! — икнула невысокая женщина лет тридцати, с недавних пор в разводе, супруг рога наставлял, вот она уже не первый месяц в трауре за беспечно утраченными девичьими годами.

— Сонь, может, ну его, ну кому ты что докажешь? — Возможно, лезу не в своё дело, но мне просто жалко смотреть, как она напивается.

Ерзаю на высоком стуле, поправляя чёрное платье-футляр, которое пришлось одолжить у сокурсницы, Дашка умеет стильно затариться вещами, у нее они из шкафа постоянно вываливались. А она и рада стараться, не только платье подогнала, а и туфли на высоком каблуке вручила и сказала, что образ будет не тот, если я в своих скромных балетках пойду, а зимние сапоги не вариант под такую красоту. Ресторан, как ни как, в этом огромном бизнес-центре, всё под рукой: вверху работаем, внизу едим и развлекаемся, когда начальству блажь в голову стукнет.

— Ой, смотри, Толик пришёл, — мне в бок прилетает толчок, я неловко дёргаю рукой и содержимое бокала проливаю себе на зону декольте, но этим всё не закончилось, правая нога скользит вниз, неловкое движение — и каблуку кранты.

— Мать моя женщина, — бормочу себе под нос, удивляясь, что не озвучила более яркие выражения, а разве не было от кого набраться? Мой дед ещё тот матершинник, я много в детстве с сестрой от него нахваталась, за что была бита по губам. Слава Богу, к школе меня отучили использовать бранные слова, но и в те моменты, когда меня что-то выбешивало, проскальзывали горячие выражения, что у окружающих уши вяли.