Эпилог

Одуванчик вздумал взять Замуж маргаритку. А червяк, чтоб не отстать, Замуж взял улитку. И ликуют два цветка, Счастливы друг другом. И улитка червяка Назвала супругом. Но мгновенно улетел Одуванчик белый. Маргаритке был удел Стать вдовой несмелой. А с улиткой каблуком Вмиг была расправа, Что же стало с червяком, Я не знаю, право. К. Бальмонт. «Детская песенка» – Мам, так нечестно! – Даня, подросток четырнадцати лет, влетел в комнату. – Папа с Лихо на охоту едут, а мне дома сидеть, с мелкими! Ну мам! – Так я тут при чем, – пожала я плечами, – с папы и спрашивай. Только мы, помнится, договаривались, что на охоту папа будет тебя брать с пятнадцати лет, нет? – Так нечестно, – надулся сын. – Дядя Соловей Витьку в двенадцать уже берет! – Ябеда, – появился в дверях одетый для поездки верхом Кощей, потрепал обиженного сына по волосам. – Иди готовься. Выезжаем через полчаса. Даня просиял и бросился вон из комнаты. – Вернетесь без зайца или утки – будете есть старые щи, – пригрозила я. Кощей только хмыкнул. Я родила в срок, как и предсказывала Юлька, двойню, двух девочек, Лику и Свету. Теперь они, веселые здоровые трехлетки, под присмотром Василисы и нянек, активно познавали мир. Меня же Кощей усадил за магические книги. Он не терял надежды сделать из меня приличную ведьму. Я не спорила, но когда собиралась колдовать, предупреждала детей, и они, наученные опытом, старались сбежать от меня как можно дальше. Ника родила через месяц после меня, крупного мальчишку, которого назвали Добрыней, в честь его прадеда. Тот возгордился и пообещал в честь правнука совершить сразу несколько ратных подвигов. Лиска у богатырей освоилась, стала чем-то вроде домашней зверушки. Юлька помирилась с Соловьем, исполнила свою угрозу и отправила детей ко мне, на целый месяц. Как эти бандиты не разнесли дворец на мелкие части, для меня до сих пор оставалось загадкой. Бабы-жабы родили маленьких хорошеньких деток, и теперь их мужьям было не до охов и вздохов – трудились в поту, стараясь обеспечить свои семьи. – Главное, как можно больше дичи привезите, – напутствовала я Кощея, когда он, спустя полчаса выходил из моей спальни. – Папа с мамой в гости собираются, вместе с папиными побратимами. Кормить эту ватагу чем-то надо. [КОНЕЦ]