Глава 2. Долг

– Отдайте мои документы, я выплатила долг, – в очередной раз попыталась я воззвать к здравому смыслу тех, у кого бессмысленно было просить пощады. – Марк мертв. Я вам больше не нужна.

– Ну нет, кисонька, ты теперь наша. Ты увязла по самые уши.

Я мрачно смотрела на сидящего передо мной мужчину. Этого я и боялась. Я ведь знала, на что шла. Меня предупреждали. Но пока был жив брат, сделка казалась мне справедливой. Жизнь за жизнь. Хвост за хвост.

Среди оборотней почти не бывает сирот. И когда погибли мои родители, старший брат забрал меня к себе, в свою семью. Его жена стала моей приемной мамой, его дети – моими верными товарищами по детским играм. Марк меня очень любил. Он дал мне все, что мог: любовь, дом, семью, образование. Поэтому, когда ему понадобилась серьезная операция, я ни на минуту не усомнилась: я должна помочь.

Ну а кто еще? Жена Марка не работала, воспитывая пятерых детей, старшему из которых было четырнадцать, а младшему – чуть больше трех. На работе, конечно, выделили какие-то деньги. Страховка, опять же, благотворительные фонды, квоты. Было бы у Марка время – мы бы справились. Деньги нашлись бы. Но время оказалось слишком ценным ресурсом.

Я пыталась взять кредит, но мне, конечно, отказали. Студентка второго курса педагогического колледжа – как бы я стала платить? Даже бросив учебу и устроившись на работу, я бы не справилась. И тогда я решилась на крайний шаг. Я пошла к шакалам.

В Сервении издревле правили тигры. Именно их хвосты до сих пор торчат из дирекций всех крупных банков. Именно эти полосатые хищники до сих пор занимают тигриную долю всех общественных должностей. Власть они готовы делить лишь со львами да медведями. А шакалы… шакалы и есть шакалы. Они подмяли под себя все дурно пахнущее. И я сейчас не о мусорном бизнесе, который, впрочем, тоже принадлежит шакалам.

Я много слышала о том, что Хьюго Мортанж, мой бывший одноклассник, может достать все на свете. А если и не может, то даст нужные контакты. Пару раз во время учебы мы с подружками обращались к шакалу за помощью: когда нужны были билеты на концерт или модные туфли нужного размера. Он помогал – не за деньги, за услуги. Ничего криминального взамен не требовал. Я писала за него рефераты и готовила доклады, и на этом все. Но теперь мне была нужна серьезная сумма. Я ведь понимала, что запросто не отделаюсь.

Хьюго оказался неплохим парнем. Он сначала отказался мне помогать, уговаривал подождать. Готов был даже помочь с одним из благотворительных фондов. Но я стояла на своем: только деньги. И как можно быстрее.

– Глупая ты кошка, не лезь в кабалу! Хорошим это не закончится!

– Мне очень надо, Хью. Марк умирает, а он – самый важный человек в моей жизни.

В конце концов я его уговорила. Он дал мне телефон своего родича. А родич в тот же вечер выдал нужную сумму наличными – в обмен на услугу, точнее, преступление. Мне нужно было устроиться уборщицей в одну небольшую контору и оставить там следящее устройство. Трудностей у меня не возникло. Жучок я сунула в горшок с искусственным цветком. Для чего это все было нужно, я не спрашивала, прекрасно понимая, что ввязалась в очень мутное дело.

Марка прооперировали, но неудачно. Потребовалось длительное лечение, а значит – еще больше денег. И я снова пошла к Мортанжам.

И снова.

И снова.

А потом Марк умер.

Во всяком случае я не винила в этом себя. Я сделала все, что могла. Сидя в больнице и глядя в измученное лицо брата, я мысленно отпустила его.

К сожалению, шакалы не собирались отпускать меня. У них были мои документы. Не самая большая проблема: я могла просто пойти в социальное управление и выправить новые. Куда хуже было то, что у шакалов имелось целое досье с моими преступлениями. Шпионаж, воровство, подлог. Они теперь не оставят меня в покое.

– Кисонька, ты ведь умная девочка. Все понимаешь сама.

– Пожалуйста! Мой брат умер, мне больше ничего не нужно!

– Твой брат – может быть. Но у него остались жена и дети. Ты ведь не хочешь, чтобы они узнали про твои грязные делишки?

– Плевать! – нахмурилась я. – Пусть узнают! Хорошо, несите ваши доказательства в полицию. Пусть меня арестуют.

– Э нет, кисонька. Ты, наверное, надеешься, что утащишь меня за собой? Ничего не выйдет. Мне совсем не интересно сажать тебя в тюрьму. Ты нужна мне на свободе. Такая сладкая, такая милая девочка! С невинной мордашкой и нежными глазками! Скажи, ты ведь еще девственница?

Подобный поворот разговора поставил меня в тупик. Я заморгала, не зная правильный ответ. Скажу правду – и меня подложат под какого-нибудь извращенца? Совру – и тогда что?

– Нет! – фальшиво возмутилась я. – Мне почти двадцать, я оборотень!

– Что ж, жаль. Но это нам не помешает. Найдем нужного врача. Главное, опытной ты не выглядишь.

В тот момент я ясно поняла, что мне конец. Выход оставался только один – самой идти в полицию.

– Я не хочу больше с вами сотрудничать.

– Что ж, воля твоя, кисонька. Кстати, Марку-младшему уже четырнадцать, верно? Если у него найдут наркотики, его посадят. А подбросить лишнее так просто, правда? Да ты и сама об этом знаешь.

– Вы не посмеете, он тут совершенно не при чем! – испугалась я.

– Уверена? Готова рискнуть? Нет? Я так и знал. Вот тебе визитка врача, детка. Сходи на консультацию в ближайшее время.

Я вышла из офиса Гарольда Мортанжа в слезах. Меня колотило от ужаса. Как быть? Спрятаться негде, бежать некуда – у меня нет даже документов! А если Полетт узнает, во что я вляпалась, она никогда меня не простит! Марк-то все равно мертв, чуда не случилось, все было зря.

В отчаянии я позвонила Хьюго. Он ведь меня предупреждал! Я не послушалась, и чем все это кончилось? Одноклассник не стал слушать мои всхлипы, жестко оборвал нытье и заявил:

– Там рядом, на углу Ледовой и 2-й Промышленной кофейня. Жди меня там, я приеду через полчаса.

И действительно приехал. Заставил меня утереть слезы, купил мне кофе с булочкой. Долго слушал меня, смотрел в мое заплаканное лицо, а потом предложил:

– А выходи за меня замуж, кисонька!

Меня передернуло от этого обращения. Гарольд Мортанж тоже никогда не называл меня по имени.

Хью явно воспринял мою гримасу на свой счет. Тяжко вздохнул, покачал головой:

– Ну и ладно, ты мне все равно никогда не нравилась. Слишком маленькая.

– Я нормальная! – возмутилась я. – Просто я – кошка! Кошки всегда небольшого роста, грациозные и изящные!

– Да я не об этом, – махнул рукой Хью. – Ты ведь дитя дитем! Типаж наивной глупышки. Не злись, я знаю, что ты хорошо училась и все такое. Только отличные оценки в табеле вовсе не означают, что у тебя есть мозги, Иретта.

Тут я даже спорить не стала, опустила плечи, уткнулась в чашку с кофе. Он сто раз прав.

– Будь ты моей женой, я бы смог тебя защитить. Потом бы развелись по-тихому. Сейчас это не проблема.

– Я больше не заключаю сделок с шакалами, – угрюмо пробормотала я, пряча глаза. – Они слишком дорого мне обходятся.

– Да я ведь… а, ладно. Тогда мой тебе совет: прячься. На год, два, три… Дядюшка про тебя рано или поздно забудет.

– У меня нет документов. Мне не уехать из города, не устроиться на работу…

– Да, это проблема, – кивнул Хьюго. – Но ты ведь – кошка.

– И что?

– Вот и стань кошкой.

– Что?

– Просто кошкой. У уличной кошки не спрашивают документы.

– Умник! А питаться мне чем – крысами? Или на помойке?

– Заведи себе хозяина, – усмехнулся шакал. – И приучи его кормить себя вареной курицей и консервированным тунцом. Поверь, мы так легко дрессируемся! Уверен, ты будешь вполне красивой кошкой с роскошной шерстью. И тебе пойдет ошейник с колокольчиком.

– Да пошел ты! – прошипела я, подскочив. И выбежала из кафе, не расплатившись.