Глава 4. Хейзел

Кофе не нашлось. Клара объяснила, что из-за прекращения торговли о многих продуктах пришлось забыть. Но она сделала крепкий травяной отвар, который научилась готовить вместо традиционного чая.

В отличие от булочек, он совсем не горчил, не вызывал грусти, а, наоборот, отлично бодрил. И его земляничная сладость едва не заставила меня заурчать от удовольствия.

– Вам стоит продавать его, это восхитительно!

– Да ладно вам, Хейзел, вы преувеличиваете. – Клара смущенно расправляет передник, на пухлых щечках вспыхивает румянец.

– Вовсе нет. И давайте на «ты».

Женщина кивает и подливает еще порцию. Я делаю еще несколько глотков, а потом объясняю, что именно мы будем делать.

– Нам понадобится предмет, который тебя вдохновляет. Например, блокнот с рецептами…

– Даже смотреть на него не могу. – Клара грустно качает головой.

– Может быть, отзывы оставляли?

– Вряд ли они правдивые.

Пока Клара думает, я снова осматриваю помещение. Взгляд цепляется за фотографию на стене. На ней изображены булочница, только моложе лет на пятнадцать, а рядом двое смеющихся детей: мальчик с темно-синим хвостиком и небольшой тросточкой держит под руку белокурую девочку в ярком цветастом платье. У обоих щеки и губы измазаны пудрой, а в руках Клары поднос, на котором горкой высятся аккуратные, сверкающие разноцветной глазурью булочки. На фоне – улица возле кафе, все столики заполнены людьми.

– Расскажи об этой фотографии. Это был счастливый день?

– Да, очень. – Клара смотрит на снимок, ее глаза блестят от еле сдерживаемых слез. – Мы праздновали мой день рождения, я устроила дегустацию новых десертов. Эти детки были моими любимыми клиентами. Сейчас Ричард иногда заходит, а Мина совсем забыла про старушку. Они не мои, но я относилась к ним как к родным. – Клара замолкает на долгую минуту, а потом поворачивается ко мне. – Дети врать не умеют, поэтому, когда они хвалили, я знала – выпечка действительно удалась.

– Отлично!

Я осторожно снимаю фотографию и кладу ее на стол рядом с тарелкой хлеба и пакетом муки, который попросила принести из кухни.

Мукой я черчу знак принятия, а рядом знак вдохновения и зажигаю несколько свечей. Это нужно больше для создания атмосферы: так человеку проще расслабиться и поверить в магию. Без веры ни одно заклинание не сработает. Закончив, достаю из кармана пузырек с зельем и протягиваю его Кларе.

– Сейчас ты выпьешь это зелье, а затем возьмешь меня за руки, закроешь глаза и расскажешь, почему решила печь, каким был твой первый рецепт и самое удачное блюдо.

Клара вертит флакон в руках, зелье в нем переливается всеми оттенками голубого.

– Не бойся, оно практически безвкусное.

– Я не боюсь, но что, если не сработает?

Я ободряюще улыбаюсь и мягко накрываю ее руку своей.

– Значит, мы попробуем что-нибудь другое. Я не из тех, кто легко сдается.

Клара улыбается в ответ, и эта улыбка преображает ее лицо. Она очень красивая, хоть и уставшая женщина. Морщинки у глаз и в уголках губ говорят о том, что она любит посмеяться. Надеюсь, что смогу вернуть ей способность радоваться жизни.

Выпив эликсир залпом, Клара быстро берет меня за руки, не давая себе ни секунды на сомнения, и начинает рассказ.

А потом мы идем за кухню, и начинается самая сложная часть – практика. Заклинания и эликсиры работают, только если человек сам готов постараться. Клара готовит одно блюдо за другим, а я рядом поддерживаю и ободряю. Я могла бы оставить ее одну, моя миссия выполнена, но мне хочется убедиться, что магия подействовала.