Глава 52. Хейзел

На рассвете, взявшись за руки, мы спускаемся к берегу. Море еще беспокойно бурлит, но волны небольшие. Над ними плотной пеленой висит сизый туман. Морозный воздух пробирается под плед, в который я укуталась.

Ужасно не хочется опускать руку в ледяную воду, но иначе Каэра не позвать. К счастью, делать этого не приходится: когда мы подходим ближе, то видим лодку и русала, развалившегося на камнях.

Холодный воздух ему нипочем, на обнаженной коже груди нет мурашек, и сам он выглядит спокойным и расслабленным, медленно поигрывая хвостом. Рядом из воды торчит морда дракона. Его взгляд тут же цепляется за Пиглза, который, хрюкнув, прячется за меня.

– Доброе утро, – осторожно говорю я. Каэр оборачивается к нам и оглядывает с ног до головы.

– С помолвкой.

– Ой! – Я верчу кольцо. Как он так сразу заметил?.. – Спасибо.

– Не смущайся, красавица. Мальчик правильно все сделал, таких женщин, как ты, упускать нельзя. Но если обидит тебя – скормлю дракону.

Абиссал зевает, распахивая пасть, полную острых длинных зубов. Ричард обходит его стороной и выпускает медузу в воду как можно дальше от пугающего дракона.

– А ему сейчас не полагается спать? – спрашиваю я, когда мы усаживаемся в лодку.

Весел в ней нет, зато есть длинный трос. Мышцы на руке русала напрягаются, когда он накручивает его конец на запястье.

– Абиссал сожрал половину медуз, когда ринулся спасать тебя, и теперь на полное пузо уснуть не может. Спою ему колыбельную, когда доставим вас к побережью.

Трудно представить русала, поющего дракону, но Каэр говорит обычным тоном, так что, шутит он или всерьез, не понять.

– Ему плохо от медуз не станет?

– Да вроде в порядке все. Одну для тебя сберег. Знает, что это ты ему тыквы передавала.

– Фыр-р-р, – раздается со стороны дракона.

Он ныряет, а через секунду голова снова появляется над водой, и в воздух взлетает фонтан брызг.

– Такой милый ребенок.

– Хейзел, он же весит пару тонн, ну какой ребенок, – ворчит Ричард, но я вижу по его взгляду, что он тоже приятно впечатлен драконом.

– Большой ребенок, совсем как ты, когда уплетаешь маковые булочки.

Ричард закатывает глаза, а я чмокаю его в нос. Своего жениха.

Боги.

Я целую своего жениха, который любит маковые булочки и меня…

Мы не могли уснуть до самого рассвета, обсуждая наши планы. Ричард сказал, что готов уехать со мной в столицу, но попросил устроить церемонию в Тайдвике, чтобы пригласить его друзей, а для моих подруг готов был оплатить порталы в обе стороны. Очень щедро, но я начала сомневаться в том, чего хочу.

За эти месяцы я привязалась к городу и его жителям. Покидать их, когда оставалось столько нерешенных проблем, казалось неправильным, как и оставлять их вновь без маги-хранительницы. А сколько здесь таилось перспектив для исследований! По одному только Абиссалу можно написать научную работу.

Когда я сказала, что хочу после получения лицензии остаться в Тайдвике, а может, даже открыть официальную магическую школу, если позволит король и совет, Ричард с полминуты смотрел на меня, приоткрыв рот, а потом подхватил на руки и закружил по комнате.

– Хрю!

Пиглза в лодку пришлось затаскивать: он ужасно боится воды, но сам переместиться до Тайдвика не сможет, слишком далеко. Не оставлять же его одного на маяке.

– Хрю! Хрю! – возмущается он, тычась мне в ноги.

– Пиглз! Сиди спокойно, перевернешь лодку!

– Ему же страшно. – Я обнимаю пигла, а Ричард меня.

Море меня немного нервирует, слишком свежи воспоминания о том, как я едва не утонула, но теплые объятья Ричарда меня успокаивают, как и присутствие дракона. Абиссал плывет рядом с лодкой, изредка поглядывая на нас.

На берегу нас ждет толпа людей, среди который Мина, Себиан, Клара, Хано и совет в полном составе. В нескольких лодках сидят вооруженные рыбаки.

– Это они! Они!

– Дракон!

Часть людей в панике отбегает подальше, Каэр останавливается и косится на нас.

– Пожалуй, здесь мы вас оставим. Не будем нервировать этих людей своим присутствием.

Дракон и русал уплывают, а Себиан магией подтягивает лодку к пристани. Пиглз тут же вылетает из нее с громким хрюканьем и бежит жаловаться Кларе. Та похлопывает его по попе и что-то ласково шепчет.

Мина сжимает нас с Ричардом в объятьях, хлюпая носом.

– Мы думали, вы погибли! Обломки вашей лодки вынесло на берег!

– Все хорошо, – я глажу ее по спине.

– Дураки вы оба! Если б вы померли, я бы… я бы воскресила вас и прибила!

Мы смеемся и обнимаемся, а потом Хано зовет всех в свой ресторан успокоить нервы горячей едой. От их заботы и беспокойства сердце сжимается, а к глазам подступают слезы.

– Если хочешь пойти домой и отдохнуть… – начинает Ричард, но я мотаю головой.

– Только зайдем домой переодеться, не хочу сидеть в кафе в пледе.

Голова идет кругом от количества событий последних суток. В кармане Ричарда шприц с чернилами, мы едва не погибли, а потом обручились. Не знаю, что стало большей неожиданностью: кольцо или то, что жители Тайдвика готовы были выйти ради нас в море, которого боялись столько лет.

Окруженные шумной толпой друзей и знакомых, мы идем по улице, и мое сердце переполняют благодарность и тепло. Я чувствую себя так, словно оказалась в кругу семьи. Подумать только, всего несколько месяцев назад со мной никто и разговаривать не хотел.

Я успеваю подумать, что теперь-то уж все наладится, как вдруг нам преграждают дорогу двое высоких мужчин в форме авенской королевской стражи, а рядом с ними ухмыляется Малькольм.

Я делаю шаг назад. Слова обрушиваются на меня, будто камни.

– Ни с места! Хейзел Мун, вы обвиняетесь в преступлении против короны! Вы лишаетесь права творить магию на время судебного разбирательства. Говорите или храните молчание. Любое ваше слово может быть истолковано против вас.

Сердце оглушительно стучит, перед глазами все плывет, я едва слышу, что говорит страж. На запястьях щелкают наручники, и магия внутри тут же гаснет.

Я была так близка к цели, всего несколько дней – и все бы узнали правду, а теперь все кончено…

– Ричард… – шепчу я.

Он разочарованно качает головой.

Преступление против короны? Что за чушь!