Глава 5 Объяснение

Нам ничего не оставалось, как развернуться к дворцу, откуда явилось владетельное семейство, и склониться в приветственных поклонах. Я мельком успела заметить алые наряды всех троих и подумать, что затеряться на этом балу у них шансов нет.

Но с выводом погорячилась. Пока они спускались по ступенькам, я вроде бы на мгновение отвела глаза, а когда снова посмотрела, броских одеяний видно нигде не было.

— Где они? — машинально пробормотала, оглядываясь.

— Ее величество сильный ментальный маг, — шепнул сен Норвин, склонившись к моему уху.

Его не смущало теоретическое амбре меха — наоборот, он как наркоман все время придвигался поближе и принюхивался к моей шее.

Был бы он вампиром, я бы решила что мной собираются подзакусить.

— То есть она заморочила нам всем головы? — пискнула я ошеломленно.

— Скорее, окутала себя и семью иллюзией, — поправил дракон. — Это модификация заклинания отвода глаз. Не будь она женой его величества, цены бы ей в разведке не было!

— Повезло ей, — буркнула я, все еще пытаясь высмотреть венценосное семейство.

Принцу недавно исполнилось двенадцать, но ростом он уже почти догнал отца, так что тоже без усилий затерялся среди гостей. Насколько я знала, иллюзией можно поправить внешность, но не рост. Но кто его знает…

— Тебе не нравится то, чем занимается родной отец? — ожила матушка.

О, так, получается, у нас сен Моретти в разведке? Ну, собственно, я так и предполагала.

— Не слишком, — поморщилась я. — Себе бы я такой участи точно не желала.

— Потому и сбежала? — сен Норвин снова ожег дыханием кожу за ухом. Сердце заполошно трепыхнулось.

— Ее… то есть меня собирались вербовать? — я вытаращила глаза и чуть не забыла о конспирации.

Об этой важной детали Лаванда умолчала!

— Нет, конечно! — дернула плечиком матушка.

Вообще у меня создалось впечатление, что в этой семье глава вовсе не грозный сен Моретти. Отчего подругу стало еще жальче. Если папу еще можно как-то продавить на жалость, слезами например, то с мамами такой номер не проходит. Они и сами так умеют, а практики у них поболе будет.

— Я тоже работаю во внешней разведке. Постоянно путешествую по мирам, ближним и дальним, — пояснил Деймонд. — Подвергаюсь опасности и рискую не попасть домой. Не всякой жене это понравится.

— А в закрытые… наведываетесь? — у меня перехватило горло.

Мне всегда говорили, что пути назад нет. Я не могу вернуться — мне не позволит проснувшаяся магия. Даже окажись я снова в родном мире, дар сожжет меня за считанные дни. Вытянет силы, оставив пустую оболочку, лишенную воли к жизни.

Но что, если хоть ненадолго…

— Если очень нужно, — глядя мне в глаза, медленно ответил сен Норвин.

И почему-то мне показалось, что в тот момент он видел не иллюзию Лаванды, а именно меня.

Такую, какая есть.

— Очень нужно, — эхом повторила я.

— Видимо, нашу нежную дочь подобная перспектива расстраивает. Все время в разъездах, опасности странствий, нестабильность… — вступил в разговор сен Моретти. Его голос звучал сочувственно — похоже, он понимал, что давит на кровиночку, но желание выдать ее за перспективного заместителя перевешивало. — В конце концов, мы лет двадцать так и жили, пока не обосновались на Перекрестке. Ей здесь нравится, и она не хочет ничего менять, вот и цепляется за любую возможность избежать брака.

О, теперь я понимаю, отчего Лаванда не страшилась Диких миров. Она там все детство провела!

Я невольно выпрямилась, готовясь к нелегкой беседе.

Да, план был поприсутствовать и не высовываться, но обида за подругу перевесила здравый смысл.

— Во-первых, ваша дочь прямо здесь, перед вами. Не надо говорить о ней в третьем лице! — отчеканила я довольно громко. — А во-вторых, если бы вас действительно заботили мои чувства, вы бы учли, где и как мне нравится жить, выдавая дочь замуж. Не говоря уже о том, что совместима я наверняка не только с сеном Норвином. Отчего же такое желание спихнуть меня именно за него? Не хотите расставаться с источником контрабанды?

Стоявшие неподалеку и внимавшие перепалке гости с возмущенным возгласом отшатнулись.

— Вы не так поняли… Дочь, что ты несешь? — забормотал недавно уверенный в себе делец.

Но было поздно: слух разнесся в толпе со скоростью света. К нам принялись проталкиваться гвардейцы.

И лучше их прибытия не дожидаться.

Я гордо развернулась и прошествовала к выходу.

Не так я представляла себе бал. Веселье получилось несколько неожиданным, но оторвалась от души!

В груди кипела то ли злость, то ли дурная радость при мысли, что Лаванду никто и ни к чему принуждать больше не будет.

Почтенному сену Моретти вряд ли сделают что-то серьезное. Максимум погрозят пальцем. В конце концов, он предметы роскоши вывозил, а не людей и артефакты.

А если последних — то ему же хуже.

Тот шелк, что сейчас укутывал меня с головы до пят, не просто проклятый. Он еще и запрещен к ввозу на территорию Перекрестка. К счастью, изделия из него разрешены, иначе меня задержали бы вместе с «папенькой». Но ему сейчас придется ответить на немало неприятных вопросов, а возможно, и расстаться с частью нажитого нечестным трудом богатства.

«Скорее всего, Лаванда от меня отвернется», — пришло запоздалое сожаление. Все-таки я ее папеньку опозорила перед почтенным собранием. Она лишится статуса, денег…

С другой стороны, она раньше не выглядела такой счастливой, как в эти дни у меня в квартирке. Может, ей и не нужны все эти внешние атрибуты счастья? В конце концов, его в деньгах не измерить.

— Отличная речь! — раздался за спиной до омерзения бодрый голос сена Норвина. В отличие от меня он не запыхался, у него даже дыхание не сбилось, а мы уже миновали пост на выходе из императорского сада. — Но зачем было убегать? Не желаете посмотреть, как будут арестовывать сена Моретти и предъявлять ему обвинение в контрабанде и сбыте запрещенных предметов импорта? Он ведь ими весь высший свет снабжал!

Я замерла и медленно развернулась.

— Так вы знали! — прошипела я. — Знали, что он занимается нелегальщиной, и ничего не предпринимали!

— Отчего же? — бодро возразил драконище. — Я очень даже предпринимал. Втерся в доверие, устроил помолвку с дочерью, почти вошел в семью… Если бы Лаванда не оказалась такой робкой, все решилось бы куда быстрее. Она настолько боялась гнева матушки, что отказалась участвовать в моем плане по раскрытию махинаций сена Моретти.

От гнева я видела только широкоплечую фигуру напротив. Глаза сузились, руки сами сжались в кулаки.

— И вы решили использовать меня! — прохрипела я, понимая степень притворства этого гада.

— Ну да! — ничтоже сумняшеся подтвердил дракон. — Вы подошли идеально. Тот же рост, похожее телосложение, а главное — пробивной характер. Лаванда никогда бы не устроила такой показательный скандал!

— То есть меня не казнят за подлог? — уточнила на всякий случай.

— Разумеется, нет! Еще и наградят за помощь следствию! — заверил Деймонд.

— Отлично.

С этими словами я отвесила ему смачную пощечину.

Развернувшись, запрыгнула в очень кстати проезжавший мимо кэб. Пышное, не сдерживаемое ничем кроме пояса одеяние взметнулось и чуть не намоталось на колесо, я вовремя подхватила накидку и поняла, что забыла отдать шубку.

Ничего, через Лаванду передам.

Я даже не уточнила, замешана ли она осознанно или просто так совпало! Не удивлюсь, если подруга прекрасно знала, кто заявится ко мне в мастерскую. Потому и поджидала у двери квартиры — чтобы не столкнуться с драконищем!

У, предатели!

— Малвенти, дом шесть! — приказала артефакту и откинулась на спинку потертого диванчика.

Хотелось плакать, но слезы не шли.

Почувствовала себя в очередной раз полной дурой. Повелась на смазливое лицо и обаяние, поддалась на шантаж — сама виновата. Вспомнив, как Лаванда уговаривала меня и даже подкупала шелком, нервно хохотнула.

Не в курсе она, как же! На все была готова, чтобы отправить меня на бал!

Нервно потянув и чуть не порвав завязки, стащила маску, сдернула подвеску, возвращая себе привычный вид.

— Приехали, — сообщил механический голос, и кэб остановился.

Я неловко выбралась, подбирая юбки и стараясь не заляпать подол. Перед подъездом опять разлилась лужа, не хватало еще шелк испортить!

— Какая красотка, и в нашем районе! — протянул издевательски незнакомый голос.

Быстро обернулась, хоть и понимала, что делать этого не надо.

Но до подъезда и консьержки я просто не добегу. А сенна Меллика на улицу почти не выглядывает, она и не заметит что происходит. Звукоизоляция в доме хорошая, даже слишком. Но если заорать погромче…

Не успела я открыть рот, как его зажала чья-то потная ладонь.

— Не рыпайся, хуже будет! — прогнусавил схвативший меня бандит. Перегар и вонь немытого тела шибали в нос, я аж закашлялась. — Мы заберем ценности, позабавимся и все. Убивать не будем, не боись.

Вот тут реально стало страшно.

Магия земли не поможет. Ее мало, и чтобы ее призвать, мне нужно сконцентрироваться, а как это сделать, если скрутили так, что и дышу-то с трудом?

Только в следующее мгновение нападающего оторвала от меня неведомая сила. Я жадно хватала ртом воздух, пока рычащее чудовище избивало несчастного бандита. Силы были явно неравны.

Второй отморозок предпочел не дожидаться своей очереди, а тихо слинять.

— Деймонд, может, хватит? — устало спросила я у монстра.

Тот обернулся, явив зубастую морду, назвать которую лицом не повернётся язык, и клацнул челюстями.

— Ну не убил же.

Сама не знаю, как я поняла его язык жестов. Словно между нами протянулась невидимая нить понимания на подсознательном уровне. Без слов.

Так же, как он узнал о том, что я в опасности и, невзирая на все писаные и неписаные правила, пробил ко мне портал. И почти обернулся в дракона от ярости.

Сен Норвин разжал пальцы, бандит плюхнулся на пятую точку и ползком, припадая на левую ногу, почесал в ближайшую подворотню.

Деймонд в его сторону даже не глянул. Его внимание было приковано ко мне. Он шагнул раз, другой, остановился лишь тогда, когда его ботинки — на удивление целые — коснулись моего подола.

— Никогда больше без меня не уезжай ночью, — процедил он, с трудом возвращая себе человеческий облик. — И вообще, лучше переезжай ко мне.

Некогда стильный фрак треснул при полуобороте, и в прорехах виднелась кожа, гладкая и твердая, будто мраморная.

Не соображая что делаю, я провела по обнажившемуся бицепсу пальцем.