Глава 22

Во главе стола сидел Арман. Его лицо, освещённое мягким светом свечей, излучало спокойствие и уверенность. Рядом с ним, словно тень, возвышался мой отец. Он был одет в тёмный костюм, его седые волосы слегка развевались от сквозняка, а глаза, полные тепла и грусти, смотрели прямо на меня.

Я замерла, не веря своим глазам. Как он здесь оказался? Ведь граница между мирами была закрыта. Как он смог проникнуть сюда, сквозь барьер?

— Здравствуй, дочка, — произнёс он, направляясь ко мне быстрым, уверенным шагом. Его голос, низкий и чуть хрипловатый, заставил моё сердце забиться быстрее.

Он остановился передо мной и крепко обнял, прижимая к своей груди. Я почувствовала тепло его тела, и слёзы, которые я так долго сдерживала, наконец-то вырвались наружу.

— Привет, пап, — прошептала я, уткнувшись лицом в его плечо. — Я так рада тебя видеть.

Он отстранился, взял моё лицо в свои ладони и посмотрел на меня с такой нежностью, что я едва не заплакала снова. Его взгляд скользнул ниже, к моему животу, который уже заметно округлился.

— Прекрасно выглядишь, — сказал он с лёгкой улыбкой. — Ты так похожа на свою мать.

Я улыбнулась в ответ, чувствуя, как тепло разливается по всему телу. Мы стояли так несколько минут, просто глядя друг на друга, не говоря ни слова. Это был момент, когда время словно остановилось, и все мои сомнения и страхи растворились в воздухе.

К нам приближался Арман, его уверенный шаг эхом разносился по залу. Он подошёл, взял меня за руку и, не говоря ни слова, повёл к тронам. Когда мы оказались перед ними, в зале воцарилась напряжённая тишина. Я вдруг осознала, что на нас смотрят не меньше сотни человек. Их взгляды были устремлены на нас.

Арман поднял руку, призывая к тишине. Его голос прозвучал громко и торжественно:

— Уважаемые дамы и господа! — произнёс он, и его слова эхом разнеслись по залу. — Сегодня мы собрались здесь, чтобы стать свидетелями важного события. Между Эрианом и Дронгвилем вновь заключён мир, и это стало возможным благодаря этой прекрасной девушке, — он сделал паузу, и его взгляд остановился на мне.

Арман повернулся ко мне, взял мою руку и поднёс её к своим губам. Его прикосновение было мягким, но в то же время уверенным. Я почувствовала, как краска заливает мои щёки, и поспешила отвести взгляд.

Затем он обратился к моему отцу:

— Ярослав, ты отец Таисии. И я имею честь просить её руки. Что скажешь? Отдашь ли ты мне свою дочь в жёны?

Вопрос прозвучал неожиданно, словно гром среди ясного неба. Я замерла, не зная, как реагировать. Отец посмотрел на меня, его взгляд был полон любви и тревоги. Я видела, что он борется с собой, пытаясь найти правильные слова.

Папа взял наши руки, наложил их друг на друга и накрыл своей ладонью. В тот момент, когда он произнёс последнее слово, мир вокруг нас замер. Воздух стал густым и тяжёлым, словно перед грозой. Я почувствовала, как моё сердце пропустило удар, а затем забилось быстрее, словно пытаясь вырваться из груди.

И вдруг, словно по щелчку невидимого переключателя, всё вокруг озарила яркая вспышка зелёного света. Она была настолько ослепительной, что мне пришлось зажмуриться. Когда я наконец открыла глаза, мир вокруг изменился. Я увидела, что наши с Арманом метки преобразились. Теперь на них были изображены два дракона, которые переплелись в воздухе, словно в вечном танце. Их крылья сливались в одно целое, а глаза светились мягким, тёплым светом, который, казалось, проникал в самую душу.

— Будьте счастливы, — произнёс отец, его голос звучал торжественно и немного взволнованно. — Но, Арман, помни: если ты обидишь мою дочь, я выпотрошу тебя и повешу на воротах Дронгвиля. И поверь, я не буду колебаться ни секунды.

Арман кивнул, его лицо стало непроницаемым, как маска. Но в глубине его глаз я увидела что-то, что заставило меня поверить в искренность его слов. Это было не просто обещание, это была клятва, которую он готов был сдержать любой ценой.

Я почувствовала, как по щекам текут слёзы. Это были слёзы счастья и облегчения. Я знала, что теперь, когда наши метки изменились, наши судьбы навсегда связаны.

И вот так, словно по волшебству, восстановилось хрупкое равновесие между двумя мирами.

Когда отец увидел бабушку, его глаза широко распахнулись от изумления, но в них тут же засияла радость. Она вернулась, и это было чудом. Он крепко обнял её, и они долго стояли, прижавшись друг к другу, словно боялись, что это видение исчезнет.

Время шло, и каждый день приносил новые изменения. Бабушка, словно расцветающий цветок, возвращала себе силы и здоровье. Её лицо светилось добротой, а глаза излучали тепло.

А я… Я росла. Мой живот округлялся, обещая стать чем-то большим и величественным. Аппетит становился всё ненасытнее, что не удивительно, внутри меня рос маленький дракон, требующий пищи. Я могла съесть всё что угодно, будь то яблоко или целый пирог, и даже не замечала, как быстро пустели тарелки.

Однажды, когда я сидела в саду, ко мне подошла Саманта. И я спросила её, как появляются на свет драконы. Узнав, что, как у людей, девушка рассмеялась.

— А ты, что думала, яйцо снесёшь? Нет, конечно! В человеческих книгах очень много неправды.

И правда, в наших книгах, в мире людей, много чего не сходится с миром Эриана и Дронгвиля. Удивительно, но мои способности, которые обычно были со мной, на время беременности исчезли. Я чувствовала себя беззащитной, словно потеряла часть себя.

Мне так хотелось испытать всё, что я могла. Полетать, ощутить свободу, которой я так наслаждалась ещё недавно. Но теперь я была привязана к земле. Хотя я понимала, что это временно, всё же было грустно.

Но я знала, что скоро всё изменится. Как только малыш появится на свет, я смогу снова обрести свои силы и вернуться к полётам. Я представляла, как мы будем вместе исследовать этот удивительный мир, как будем наслаждаться каждым мгновением.

Я ждала этого с нетерпением и трепетом.

Отец подошёл ко мне с улыбкой на лице, словно собирался сказать что-то приятное. Но его глаза, внезапно потемневшие, выдали тревогу. Он быстро огляделся по сторонам, будто проверяя, нет ли кого поблизости.

— Что-то не так, — тихо произнёс он, и его голос дрогнул. Я почувствовала, как внутри меня разливается ледяная волна страха. Что он имел в виду?

— Саманта, отведи Таю в дом, быстрее.

Я едва успела заметить, как отец выхватил из-за пояса кинжал, и его пальцы крепко сжали рукоять.

Из-за кустов роз, которые росли вдоль дорожки, появился Вольтер. Его фигура была высокой и угрожающей, а взгляд — холодным и насмешливым. Он остановился в нескольких шагах от нас, скрестив руки на груди.

— Ну, привет, невестушка, — произнёс он, растягивая слова. Его голос был низким и глубоким, словно он наслаждался моментом.

— Уходи по-хорошему, Вольтер, — ответил отец, делая шаг вперёд. Его голос звучал твёрдо, но я видела, как дрожит его рука, держащая кинжал. — Таисия не твоя.

Вольтер рассмеялся, запрокинув голову. Его смех был похож на скрежет металла по стеклу, и от него у меня по спине пробежали мурашки.

— Не тебе решать, папаша, — ответил он, медленно приближаясь. Его глаза не отрывались от моего лица, и я почувствовала, как внутри меня всё сжалось от страха. — Выбирай, Тая. Или ты моя, или ничья.

Я отступила на шаг, мотая головой, словно пытаясь стряхнуть наваждение. В воздухе повисло напряжение, и я почувствовала, как сердце забилось быстрее. Попытка перевоплотиться в дракона оказалась тщетной — магия, обычно послушная, ускользала из моих пальцев, как песок сквозь пальцы.

— Ни за что! — выкрикнула я, стараясь придать голосу уверенности, хотя внутри всё дрожало. — Проваливай, пока цел!

Отец, стоявший рядом, нахмурился. В его руке блеснул кинжал, и он медленно двинулся к Вольтеру.

— Вольтер, не заставляй меня брать грех на душу, — произнёс он, его голос был холоден, как сталь.

— А что ты мне сделаешь, жалкий человечек? — прорычал Вольтер, его голос был низким и угрожающим.

Вольтер, стоявший напротив, лишь усмехнулся. Его глаза сверкнули хищным блеском, и в следующее мгновение он начал превращаться. Я замерла, не в силах отвести взгляд. Его тело начало меняться, мышцы вздувались, кожа покрывалась густой шерстью, и вот уже передо мной стоял не человек, а огромный волк.

Волк оскалился, обнажая острые клыки. Его глаза горели янтарным огнём, и в них читалась жажда крови. Я отступила ещё на шаг, чувствуя, как страх сжимает горло. Отец сделал выпад, но волк легко увернулся, его движения были быстрыми и грациозными.

Вольтер рванулся ко мне с такой стремительностью, что я едва успела зажмуриться. В этот миг отец бросился ему навстречу, заслоняя меня собой. Началась схватка, жестокая и беспощадная, не на жизнь, а на смерть. Я застыла, парализованная ужасом, наблюдая за разворачивающейся сценой, словно прикованная к месту.

Саманта попыталась увести меня подальше, но мои ноги словно вросли в землю. Я стояла, не в силах пошевелиться, словно превратилась в статую. Сердце колотилось, как бешеное, а в голове пульсировала лишь одна мысль: «Что же делать? Как остановить это безумие?»

— Ты же дракон! — прошептала я, обращаясь к Саманте. — Сделай что-нибудь! Ты же можешь!

— Не могу, — её голос дрожал. — У меня стоит блок. Прости.

Случайно нащупав кинжал, который подарил мне Арман, я замерла на мгновение, словно в раздумьях. Но затем, собравшись с духом, бросилась в бой. Однако, не успев достичь сражающихся, всё вокруг изменилось в одно мгновение. Волк, который до этого был неукротим, вдруг отлетел в сторону, врезавшись в дерево с такой силой, что оно задрожало.

Оборачиваясь, я увидела Армана и бабушку, стоящих плечом к плечу. Их фигуры были напряжены, но в глазах Армана читалась решимость.

— Папа! — закричала я, не веря своим глазам. Он был весь в крови, раны покрывали его тело, но он был жив. Я почувствовала, как слёзы радости навернулись на глаза, и бросилась к нему, не в силах сдержать эмоций.

Арман помог ему встать, и мы вместе, поддерживая друг друга, пошли в лазарет. Всю дорогу Арман не переставал ругаться, его голос был полон гнева и разочарования. Он говорил о том, что открытие границ привело к хаосу и разрушениям. В чём-то он был прав.

* * *

Спустя неделю отец полностью восстановился, и я, наконец, родила. Но это было лишь начало моего пути к осознанию истинного счастья.

Когда мы узнали, что в нашем доме не один, а два малыша, эмоции переполнили меня. Удивление, радость, трепет — все это смешалось в невероятный вихрь чувств. Я смотрела на крохотные личики, чувствуя, как сердце наполняется любовью и нежностью. Эти маленькие создания, такие беззащитные и уязвимые, стали для меня источником бесконечного вдохновения и смысла.

Но удивление не покидало меня. Оно стало моим постоянным спутником в последние месяцы. Моя жизнь, словно река, стремительно неслась вперед, меняя русло и открывая новые горизонты. Каждый день приносил что-то неожиданное, заставляя меня вновь и вновь удивляться.

Я благодарна судьбе за то, что она свела меня с Арманом. Вместе мы преодолели все трудности, которые казались непреодолимыми. Мы разрушили давнее проклятье, которое разделяло наши миры, и теперь они вновь стали единым целым.

Но самое главное — я поняла, что такое настоящее счастье. Это не просто мгновения радости или моменты успеха. Это глубокое, всепоглощающее чувство, которое наполняет каждую клеточку моего существа. Счастье — это когда рядом есть тот, кто понимает тебя без слов, кто разделяет с тобой все радости и горести. Счастье — это когда ты знаешь, что твоя семья в безопасности, что дети растут в любви и заботе.

Теперь я смотрю на своих малышей и вижу в них продолжение себя и Армана. Я вижу их первые улыбки, слышу их первые слова, и мое сердце наполняется гордостью и любовью. Я знаю, что впереди нас ждут еще многие испытания, но я готова к ним. Ведь теперь у меня есть то, ради чего стоит бороться, ради чего стоит жить.

И каждый день я благодарю судьбу за этот дар. За то, что она дала мне возможность познать истинное счастье и разделить его с теми, кого я люблю.

КОНЕЦ