Глава 8. Саша

Я не знал, что мне делать. Просто…просто я знаю свою маму всю жизнь. Она утешала меня в детстве, она обрабатывала сбитые коленки, она говорила, что все будет хорошо, когда я сам в это не верил. Она не может желать нам вреда — Женя просто неправильно все поняла, а я не знал, как ей это объяснить, она все воспринимала в штыки и уже три ночи спала на дурацком, неудобном диване. У меня член торчал, при встречах с ней в коридоре, она конечно же, в коротких шортах, а у меня недотрах. Я привык к регулярному сексу, да и не только в нем дело. Я привык к Жене, к ее ворчанию по утрам, к тому, как она сопит ночью, а если на спину повернется, то и похрапывает…я скучал по тому, как она матерится, если молоко убежало или блин прилип к сковородке. Мы жили в одной квартире и я невыносимо по ней соскучился.

Через три дня я пошёл к маме. У нее, как всегда, идеальная чистота, уют и спокойствие, она всегда создавала вокруг себя ауру покоя и стабильности.

— Ругаться будешь? — спросила она. — Потом поругаешься. Вижу, глаза голодные, садись.

Женька принципиально не готовила, я готовил сам, признаться, паршиво, и по хорошей еде изголодал. Поэтому съел и тарелку супа, и салат.

— Домой возьми в контейнере, — посоветовала мама. — Женьку покормишь.

— Боюсь, она не оценит.

Мама рассмеялась, но по доброму. К ней вообще всегда тянулись все мои друзья, потому что она не умела сердиться всерьез, смеха и улыбок в ней было больше.

— Перемелется, мука будет, — потрепала меня по волосам мама. — Я тоже со своей свекровью не сразу поладила.

— С бабушкой? — поразился я.

Бабушка была суровой и властной женщиной, но удивительно справедливой. На свадьбу она не приехала, потому что у нее были серьезные проблемы с суставами и ей трудно было долго сидеть в автомобиле, колено. Она жила за городом и имела в рабстве алкаша без определённого возраста — подкармливала его и приплачивала, он безропотно терпел все ее капризы, перекапывал сад, ходил в магазин, жил в бане и лишь изредка уходил в запои. Тогда бабушка ждала пару дней, потом прихрамывая искала его по деревне и клюкой гнала обратно домой. С мамой она общались уважительно и без напряга.

— О да, — усмехнулась мама. — Я считала, что она меня ненавидит.

— А потом?

— А потом все успокоилось и улеглось, мы даже пару лет вместе жили.

Я выдохнул — значит, и у нас все будет хорошо, а я так переживал.

— Но ты все равно извинись перед ней, — попросил я. — И больше не сваливайся, как снег на голову.

— Зато я теперь знаю, что у вас с личной жизнью все в порядке, — рассмеялась мама. — Хотя, как может быть иначе в медовый месяц.

От мамы я вышел в бодром расположении духа, но чем ближе был дом, тем тяжелее на душе, словно мысли камнями наливались. Я не был готов к разговору сейчас и выход я нашел самый что ни на есть классический — я припарковал машину у ближайшего же приличного бара. Вошёл, огляделся. Камерно, вполне себе уютно. Пил я редко, в одиночестве, никогда, если только с друзьями собирались или с Женькой шли куда.

— Эм… — растерялся я. — Виски?

— Виски, так виски.

Я сделал глоток янтарной жидкости и закашлялся. И друзья, и Женька стебали меня за то, что я предпочитал сладкие вкусненькие коктейли или хорошее вино. Крепкий алкоголь обходил стороной. А теперь я вроде как резко повзрослевший мужик, у меня дома злая жена, а я пью. Значит надо пить по серьезному. После трех бокалов едва выпитого мной виски я сдался и перешел на пиво, но в голове уже затуманилось.

— Проблемы? — сочувственно спросил бармен.

Еще бы. Время семь вечера, будни, а я еще чуть чуть и уже в говно.

— Первая ссора с женой, — сначала вздохнул, потом икнул я.

— Молодо зелено, — пожал плечами бармен, который меня врядли и на пять лет старше.

Зато оживился сидевший за баром по соседству бородатый, но лысый мужик, повернулся ко мне.

— Свекровь или теща? — авторитетно спросил он.

— Свекровь уже уехала…это моя мама. Жена уверена, что мама ее ненавидит.

Мужик назидательно поднял палец.

— Если жена говорит, значит так и есть. Я три раза был женат, я точно знаю.

Я бы вот не стал доверять человеку, который развелся уже три раза. Так себе авторитет.

— Мама говорит, что все уладится. Она желает нам только добра, и Женя поймёт это со временем…

— Мама говорит, — заржал мужик. — Добро пожаловать в клуб разведённых.

— Да почему это? — обиделся я.

— Потому что твоя Женя тебя бросит. И правильно сделает.

И отвернулся, потеряв ко мне всякий интерес. Я допил пиво. Потом ещё одно. Затем заставил себя выпить ещё одно виски. Ноги уже держали плохо. Я вышел из бара и бросив машину на парковке взял курс на дом. Добираться были мучительно, пусть и близко, ноги путались, подъезд не открывался, в кнопки лифта я не попадал. Войдя в квартиру я сразу, с порога, просто упал на пол. На звуки моего падения из комнаты выглянула Женя.

— Напился? — удивилась она.

— Да…как истинный взрослый мужчина бегающий от проблем.

— Респект, — показала большой палец Женя и собралась вернуться в комнату.

Я сделал попытку встать, но потерпел фиаско.

— Стой! — крикнул я. — Стой, кому сказал!

— Ну и чего тебе? — вновь повернулась она.

Я смотрел на нее сверху вниз и гадал, видны ли мне ее трусики под юбкой или мерещится.

— Если бы я мог, — честно сказал я. — Я бы тебя выебал.

Женя рассмеялась и что-то внутри меня предательски дрогнуло — я так соскучился по ее смеху.

— Я пошла.

— Постой…Женя, не бросай меня никогда! Я с мамой поговорил. Женя, не спи на диване, спи со мной…

— Завтра тебе жопа, — успел услышать я.

Слова давались все медленнее и сложнее, а потом я просто отключился. Проснулся ночью, в полной темноте. Лежал все так же в коридоре, но с подушкой и накрытый пледом. Сходил в туалет. Умылся. Выпил два стакана воды. Время — два часа ночи. Все ещё штормит и голова раскалывается. Мне и правда жопа. Заглянул в комнату, а там…а там Женька спит. В кровати. Сквозь надвигающееся похмелье вдруг робким лучиком пробилась надежда, я улыбнулся, и тихо, чтобы не разбудить, лег рядом с женой.