Глава 14. Только любовь

— Где дракон? — спросил рен Кухт, вваливаясь в таверну.

— И вам добрый день, — поприветствовала я его из-за стойки.

Выглядел городничий недовольным и сердитым. Взобравшись на высокий стул, он пригладил усы, как всегда перед важным разговором, и подтянул к себе блюдо с крендельками, которые сегодня пользовались успехом. Плату я требовать не стала. Рен Кухт и без того щедро накидывает сверху в конце каждого месяца.

— Добрый, — проворчал он. — Так куда герен снова запропастился?

— Не знаю, — ответила я. — Гуляет. С Франтиком.

Городничий не торопясь сжевал крендель, глядя на меня с подозрением.

— Что вы на меня так смотрите? — не выдержала я. — Как будто я вашего дракона под юбкой прячу.

— Вот именно об этом я и хотел поговорить, — кивнул рен Кухт. — Кэти, ты проводишь с драконом слишком много времени.

— Интересное заявление, — хмыкнула я. — А кто мне его сюда подселил? Как мне не проводить с ним время, скажите на милость?

— Шататься с гереном по лесу я тебя не просил, — возразил он.

— Вы же тоже хотели, чтобы дракон остался у нас, в Лоханках, — напомнила я, понизив голос, хотя в таверне никого кроме нас не было. — Чтобы поудачнее выдать Мэриан замуж.

— Вот именно! — подтвердил он. — Мэриан! А по итогу дракон даже не пошел с ней на свидание!

— Еще почти месяц впереди, — пробормотала я, понимая, к чему он клонит.

— Время утекает, как песок сквозь пальцы, — буркнул рен Кухт. — Улетит наш дракон — и поминай как звали. И придется моей Мэриан выходить за какого-нибудь работягу. А она, знаешь, какая нежная? Точно сладкая булочка, с цукатами и сахарной пудрой.

Надо признать, сравнение городничего было куда поэтичнее, чем яблонька, которую надо удобрять и защищать от клопов, так что я невольно вздохнула, в глубине души завидуя Мэриан.

— Зачем, скажи на милость, ты таскалась с драконом по окрестностям? — перешел в наступление рен Кухт.

— Хотела показать ему красоты Лоханок…

— Самое красивое здесь — Мэриан, — отрезал он. — Гарри — мужчина молодой, здоровый, устоять не сможет. А дальше дело техники: поймать на горячем — и под венец. Так что не лезь поперед моей дочки, Кэти, тебе все равно не светит.

— Я и не лезу, — обиделась я.

Да, Мэриан — девушка видная, причем издалека, точно как толстая лошадь, поселившаяся на крыше моей таверны, но я тоже не дурнушка, и вычеркивать меня из списка потенциальных невест герена — несправедливо.

— У нее и приданое есть, и происхождение, — добил меня рен Кухт. — Пусть без исконной крови, но наш род давний, честный и всегда был верен Владыке.

— Допустим, приданое у меня тоже есть, — напомнила я и выразительно обвела взглядом таверну, отметив заодно паутинку на потолочной балке. Надо будет снять, а то Шлепу не добраться.

— Не дури, — приказал городничий. — А то останешься как мать твоя, с дитем и одна. Ты, Кэти, вот, — взял он очередной кренделек и покрутил в воздухе. — Дракону на один зубок. Съест, крошки стряхнет и забудет.

И Мила, и Виктор говорили то же самое, но от них это слышать было не так больно. Мила специально меня поддевала, и я это знала, а в добрых намерениях Виктора я не сомневалась. Но городничий так мне помогал раньше, и какое-то время я даже думала, что он мог бы быть моим отцом. Мало ли. А теперь вот сидит, ест мой крендель и топчется по моему же самолюбию.

— А ведь это вариант, — усмехнулась я, задрав подбородок.

— В смысле? — не понял городничий.

— Ребенок, — ответила я безмятежно. — Будет у меня свой исконник.

Рен Кухт подавился кренделем и закашлялся, и я неспешно налила морс в чашку.

— Почему я раньше не подумала? — продолжила я, как будто размышляя. — Ведь это так просто! Пусть и незаконнорожденный, но он может унаследовать отцовскую кровь. Тогда Владыка признает его вассалом, а потом…

Городничий забрал чашку из моих рук и выпил взахлеб.

— Потом, через лет восемнадцать, ты получишь звезду, — хрипло закончил он.

— Лучше позже чем никогда, — пожала я плечами.

Рен Кухт сверлил меня глазами, но и я взгляда не отводила. Неизвестно, кто из нас проиграл бы в гляделки, но дверь в таверну хлопнула, и городничий обернулся на звук. По поникшим плечам Виктора сразу стало ясно, что Милу так и не нашли. Сев рядом с городничим, он вздохнул.

— Твоя Катька решила залететь от дракона, — тут же наябедничал рен Кухт, и я ахнула от такой подставы.

— Это шутка была! — воскликнула я.

— В каждой шутке… — многозначительно произнес городничий, поднимаясь со стула, и, кинув на меня недовольный взгляд, убрался восвояси.

— Я просто хотела его слегка осадить, — быстро пояснила я. — А то пришел тут и давай рассказывать: Мэриан — красавица, сахарная булочка, а ты — крендель, без роду и племени. Так что? Если я не знаю своего отца, если даже был он каким-то прохожим мерзавцем, бросившим беременную женщину, это еще ничего не значит! Пусть мама растила меня сама, пусть я была безотцовщиной, но, может, я тоже булочка! Почему только Мэриан может рассчитывать на счастье?

Виктор смотрел на меня несчастными глазами, и я поспешила добавить:

— Но своему ребенку я такой жизни не хочу. Так что залетать от дракона не планирую.

— Я везде облажался, — признался вдруг Виктор. — Я сделал так много ошибок.

Он всхлипнул и спрятал лицо в ладонях.

— Виктор! — я совершенно растерялась и, оббежав стойку, тронула его плечо. — Не переживай так! Может, найдется еще Мила. Может, и правда уехала к родне.

Он вдруг развернулся, сгреб меня в охапку и, уткнувшись мне в плечо, всхлипнул снова.

— Все хорошо будет, — сказала я, погладив его по колючему затылку. — Вот увидишь.

— Да, — он кивнул, отстранился и, быстро вытерев ладонью щеки, посмотрел на меня так внимательно, будто хотел найти ответ в моих чертах.

— Мне Ксандр предложение сделал, — призналась я, просто чтоб перевести тему.

— А ты что? — спросил Виктор.

— Отказала, конечно. И давай не начинай, прошу тебя.

— Санек — отличный парень, — проигнорировал мою просьбу Виктор. — Он этого единорога неделю ковал, чтоб ты знала. Старался.

— Я не прониклась, — безжалостно ответила я.

— А где Шпифонтейн?

— Без понятия. Гуляет где-то с Франтиком.

— Ясно, — кивнул Виктор. — Пойду поем.

Он ушел на кухню, а я задумчиво посмотрела ему вслед.

Сегодня все как с ума посходили. Сперва Ксандр со своими яблоньками, потом городничий с претензиями, теперь вот Виктор… Никогда раньше не видела, чтобы он плакал. Горюет по Миле? У меня на сердце тоже было тоскливо и как-то тревожно, но, стыдно сказать, плакать я не собиралась. Может, и правда уехала? Обиделась на Виктора и на меня заодно и укатила к лучшей жизни — в столицу, где много прекрасных ресторанов, не чета моей таверне.

А вот Гарри что-то долго нет. Должен бы уже вернуться. Может, хоть он обойдется без сюрпризов?

Дверь распахнулась, с грохотом ляпнув по стене, и я, подпрыгнув от испуга, уставилась на неожиданную картину.