Глава 10. Будь моей парой

Уверенно распахнув дверь, Тарр шагнул из ванной комнаты. Его лицо сияло, словно начищенный котелок, глаза блестели, предвкушая скорую победу, движения были резки и властны. Ощущая себя властелином мира, поднявшимся с трона и сошедшим к своим подданным, Тарр смотрел на всё свысока. Правда, этим всем были лишь мебель и паркетный пол.

– Эгей! – прикрикнул Тарр пустым стенам.

Пустые стены отозвались молчанием. 

– Э-ге-гей!

И снова тишина.

В квартире определённо никого, кроме дракона и змея, не было. Даже Жанны.

Лицо липового короля вытянулось от удивления. Восхищение самим собой уступило место недоумению.

– Где баба-то? – вопросительно протянул дракон, поправляя сползающее с бёдер полотенце.

Лаарг тыкался носом по углам и вертел по сторонам головой.

– Я тоже её не вижу. 

– Это худшая осада крепости в моей жизни! Мы тут, а противника как дракон языком слизнул! Никто не преклонит передо мной колена!

– Погодите кипятиться, ваше чернейшество. Никуда наша девица исчезнуть не могла. Это её пещера, а, как известно, людишки чахнут по своему барахлу, как драконы – по золоту. Вернётся.

– Она ещё и портки мои свистнула! – продолжал возмущаться Тарр. – Победа с голым задом приравнивается к поражению!

– Вы же минутой ранее утверждали, что вам всё равно…

– Я подстраиваюсь под новые реалии.

– Ах, вот оно что!

Лаарг ещё немного посновал по комнатам и, вернувшись к хозяину, разочарованно отметил:

– Как ни подозрительно, но мы здесь одни. Крепость ваша без единого огневого залпа. Рыцарша сбежала, захватив вашу одежду. Что, замечу, весьма странно, учитывая, что бегать она совсем не умеет. Мы же видели.

– И что теперь делать?

– Сидеть тут, окопавшись, и ждать, когда рыцарша нагрянет. Рано или поздно должна же она решить, что вы подохли с голода, и вернуться.

– Такой вариант меня не устраивает.

Тарр заходил из стороны в сторону, гремя босыми ногами по паркету.

– Эта лгунья утверждала, что отправится стирать мою одежду. Я ожидал увидеть её в обнимку с корытом и с охапкой золы в руках, а она просто сбежала! Сбежать от меня! После того, что я для неё сделал?!

Самолюбие было уязвлено, из ноздрей почти валил пар, брови нахмурились, и полотенце болталось на бёдрах уже на одном честном слове.

– Возможно, так оно и есть, – шепелявил змей. – Я видел неподалеку озерко. Отличное место, чтобы в погожий денёк расположиться на его берегу с ворохом грязных тряпок.

– Она должна была ждать меня здесь! – Тарр ткнул пальцем на первую плитку паркета, которая попалась ему на глаза. – Должна была преклонить передо мной колено и дать клятву быть верной мне, пока я не соизволю её отпустить. Я дракон, а она всего лишь человечишка. Даже не мужик.

– Она же не знает, что вы дракон, – мудро заметил змей. – Она думает, вы такой, как все. Как её длинный, как куча остальных двуногих, которые бреют бороду, и у которых растут на груди волосы. Стоит вам раскрыть перед ней карты, как она сразу растает.

– Растает?

– Все девицы падки на драконов. Особенно на чистых и… – Лаарг заводил носом, – пахнущих водяными лилиями.

– Я готов хоть сейчас во всём признаться, но бабы нет! Перед кем, прикажешь, излить душу? Перед стеной? Или, может, перед этой чёрной доской? – Тарр кивнул в сторону телевизора. – Разоткровенничаюсь перед отражением собственной морды…

– Ваше чернейшество, – голос Лаарга дрожал, – там и правда ваша морда!

Две пары тёмных глаз – дракона и змея – уставились в панельку Sony. Оттуда, из черноты гладкого экрана, на Тарра и Лаарга смотрела отвратительная драконья рожа.

– Никогда не думал, что с правой стороны у меня бородавка, – поморщился Тарр, вертя головой. Отражение в телевизоре тоже крутилось в ответ, предъявляя все изъяны драконьей морды. – И откуда у меня этот уродливый шрам под глазом?

– Орлиный коготь? – предположил Лаарг.

– Или папаня просто хвостом неудачно дал, когда  я сожрал его перепёлку.

– Брр, – змея передёрнуло. – Не скальтесь. Противно смотреть не нечищеные клыки.

– Вернётся бабёнка, покажу ей, каков я есть во всей красе.

– Вот только не торопитесь, – Лаарг взывал к здравому смыслу. – Поспешайте медленно, а козыри приберегите на крайний случай. Ой, – Лаарг вздрогнул, – кажется, кто-то идёт.

В дверном замке повернулся ключ. 

– Это наша девица, – шепнул змей и юркнул под диван, продолжая нашёптывать подсказки оттуда. – Накройте скорей ту доску!

– Зачем?

– Чтобы девица не увидела ваш истинный облик и не обрадовалась раньше времени! Накрывайте же! Да не полотенцем! Его оставьте на месте. Тунику! Тунику снимайте! Без верха в этом мирке не срамно.

Одним движением Тарр стянул с себя футболку и бросил её на панель телевизора.

Жанна вошла быстро, поставила на пол корзинку с чистой одеждой и даже сполоснутыми кроссовками, увидела Тарра, прошла к дивану, плюхнулась в его самую середину и, вытянув ноги, удивлённо спросила:

– Футболка не подошла? А жаль… Мне казалось, ты и Марк схожи по комплекции.

Тарр повёл плечами.

– Тесная. Сдавила так, что все кишки чуть наружу не вылезли. 

Взгляд чёрного дракона упал в ту сторону, где водила ступнями девушка и где из-под дивана показалась змеиная голова. Голова осуждающе закачалась из стороны в сторону, объясняя тем самым, что слово «кишки» было лишним.

Жанна поймала взгляд Тарра на своих лодыжках, смутилась и вскочила с места. Загремела кружками и кофеваркой на кухне. И вздрогнула, когда, долив молока в специальный резервуар, вдруг ощутила за спиной горячее дыхание и, покосившись в сторону, заметила рядышком кусочек махрового полотенца. Одна рука так и замерла в сантиметре от стеклянной чашки, в которую капал кипяток. Другая – тихонько отодвинула ящик, где лежали вилки, ложки, разные лопаточки и прочие кухонные принадлежности, и прохладные пальцы нащупали молоточек для отбивания мяса.

– Я чем-то могу тебе помочь? – затаив дыхание, спросила девушка.

– Да, – выдохнули за спиной.

Вопрос повис в воздухе, и Тарру нужно было решиться с ответом. И он решился.

– Будь моей парой!

Пальцы выронили молоточек. Тот грохнулся на пол и прямо на ногу дракона. Тарр взвыл и зачастил:

– Ну что за создания вы такие, бабы?! Чуть что, сразу хватаетесь за колотушку или метлу! Я ж про турнир, а не про ваши ути-пути, которые у вас вечно на уме!

– Турнир? – Жанна растерялась, подняла с пола молоточек и упрятала его обратно в ящик.

– Турнир, – буркнул Тарр, доскакал на здоровой ноге до дивана и шмякнулся на него, ничуть не стесняясь расставленных в разные стороны ног и даже не обращая внимания на то, что полотенце норовило вот-вот размотаться.

– Значит, турнир, – попугаем повторила девушка, – а я уж подумала…

– Не дождёшься, – выплюнул Тарр и снова поморщился. Молоточек хорошо знал своё дело: отбитый мизинец ныл прилично. 

Ситуация норовила стать крайне неловкой.

Мало того, что вначале этот себе-на-уме-специалист-по-средневековью и по совместительству приятель Рокс (характеристик Жанна могла бы найти и больше, но в голове они все отплясывали такую джигу, что бедная девушка растерялась и выбрала первые попавшиеся) поцапался с Марком и был выгнан из этой квартиры, так не прошло и суток, как это чудо в эту же самую квартиру вернулось и почти нагишом развалилось на диване. Да ещё и подбивает на какое-то сомнительное мероприятие. А законная хозяйка той самой квартиры поочерёдно то краснеет, то бледнеет, сгорая от стыда за отбитую ногу, и не знает, что ответить. 

Да, Жанна никогда не отличалась сильным характером, и в том был её самый большой минус. В том же была и причина всех её поражений. Оттого и первое место на пьедестале занимали другие, а Марк постоянно ругал за мягкость.

Сама девушка не раз пробовала себя изменить, но каждый раз сдавалась. Неудачи в спорте продолжали сыпаться на голову, а люди садились на шею один за другим. Та же Рокс с вечными просьбами покормить кошку. Теперь вот просьба переросла в «приютить приятеля». А он далеко не кошка! Сколько ещё выдержит шея?  Болеть не начнёт?

Тарр попытался встать, но тут же скривился. 

– Нужен лёд, – нашлась Жанна и вытащила из морозильника формочку с замёрзшими кубиками. 

Выковыряв один, Тарр с удивлением его осмотрел и, недолго думая, сунул в рот. 

– Это для пальцев, – как бы невзначай уточнила Жанна, – но если так боль пройдёт быстрее, то я не настаиваю. 

– Лапу языком лизну, сразу пройдёт. Ай! 

Лаарг был тут как тут и хряцнул дракону по больной ноге хвостом. 

– Не проходит? – посочувствовала Жанна. – Попробуй всё же приложить. 

Ещё один кубик был выковырян; прохлада притупила боль. 

Неловкое напряжение продолжало висеть в воздухе серым дождевым облаком, но Тарру дожди были нипочём и он спросил в лоб:

– Так согласишься сама, или позволишь мне за тебя в реестре участников крестик поставить?

Это был смелый выпад – Марк такой точно оценил бы как высококлассный.  

И тут бы занять выжидательную позицию, выдержать долгую изнурительную паузу, но Жанна опять дрогнула и зачем-то спросила:

– А что за турнир-то? Любительский? 

Голосом это было сказано по-английски крайне равнодушным. Таким, каким обсуждают погоду за чаем с молоком в пять часов пополудни. Но Тарр правилам этикета обучен не был, чая отродясь не пил и погодой интересовался мало. Поэтому, усиленно дуя на больной мизинец, проворчал:

– Бег, прыжки, преодоление препятствий...

– Многоборье? 

Тарр понял по-своему. 

– А ты думала! Конечно, борцов много будет! Ох уж мне эти конкуренты!.. Всех бы пожечь одной вспышкой, так нет... нельзя. Папане сразу штраф выпишут. Придётся заваленные камнем запасники взрывать, чтоб изумруды вытащить и расплатиться. 

Чёрная мордочка высунулась из-под дивана. Острые клыки впились в здоровую пятку. Тарр сразу осёкся. 

– Короче, конкурентов будет, хоть в бочке на зиму соли на закуску, – тяжело вздохнув, посетовал на жизнь дракон.  – Участвовать мне кровь из ноздрей надо, а одному никак.  

Неожиданно, но Жанну это тронуло. Этот вздох, это отчаяние с оттенком досады в голосе были ей хорошо знакомы. Спортивная злость, спортивное разочарование, пустота внутри и опустившиеся руки – всё это было для струн души девушки сродни смычка для скрипки. Чуть тронул, и полилась грустная музыка. 

Облокотившись на барную стойку, Жанна теперь уже с нескрываемым любопытством смотрела на того, кто сидел сейчас на её диване и с увлечением почёсывал укушенную пятку. 

– А подружку свою не хочешь попросить помочь?  

Перед глазами Тарра всплыло лицо Табеты. Других знакомых у него не было. Чахоточные принцессы, падающие в обморок от одного хитрого прищура глаз, не в счёт. Он даже имени своего прокричать на лету не успевал, как они, теряя по дороге туфли, бежали к гарнизонной страже и слёзно просили зарядить катапульту. 

– Так она старая! – промычал Тарр. – По возрасту не пройдёт. Да и закопалась она в своих свитках, еле откопал.

Роксанна была всего на три года старше Жанны. И если в отношении возраста Жанна ещё могла позволить себе вступить в жаркий спор и защитить соседку, то насчёт занятости подруги была полностью согласна с незваным гостем. В бумажках, записях в ежедневнике, вечных командировках и звонках по работе Рокс буквально погрязла. И никакими сетями её оттуда было не вытащить.

– Она мне на тебя наводку и дала, – продолжал меж тем рубить Тарр.

– Что?

Английская вежливость юркнула в угол.

Как? Как могла Рокс устроить такую подлянку? Сто раз был прав Марк – нужно закалять в себе характер. Нужно научиться говорить «нет» всем подряд, даже близким подругам и соседкам. Иначе, некоторые уже переходят грань и начинают вытирать об тебя ноги. Насколько же наглой и самоуверенной надо быть, чтобы укатить в другую страну по работе, а на чужую голову свалить своего дружка да ещё пообещать ему теплый приём и чуть ли ни согласие на любую авантюру?

– А что ты удивляешься? Ты молода, крепка, здорова. Жаль, что баба, конечно, но с этим тоже можно жить…

Он издевается? Сидит, раскорячившись, на диване, оскорбляет её и издевается?

Жанна нахмурила брови и поджала губы. Холодный взгляд был брошен на Тарра, которого тем временем несло – не остановить, и даже укусы окопавшегося под диваном Лаарга не помогали.

– А место для турнира в этом году было выбрано – закачаешься! Плато и трибуны в окружении развалин замка. Стены раз десять пытались реконструировать, но на каждом турнире их снова рушили под основание, поэтому все в итоге махнули крыльями. Ну её, реконструкцию. На каждую изумрудов не напасёшься. И вот ещё: награждать за победу будут только меня. Тебе на словах только почёт будет. Но, если очень хочешь, могу когтем на табличке крестик начертать. Повесишь у себя в этой тесной пещере. Чего хмуришься? Не хочешь дощечку? Ну, будет тебе тогда вина бочек сто в погреб. Так и быть, сам лично на своём хребте тебе их притащу. А теперь говори, готова ли ты за сотню бочек красного креплёного стать парой для самого Тарра Чернокрылого?

– Я думала, ты Шон…

Тарр повернул голову в сторону девушки и понял, что дал маху. Со злости запинав назойливого Лаарга под диван, встал, решив, что идти нужно только ва-банк, не отступать и не сдаваться. Как папенька учил, когда не серчал на сынишку.

Шаг, второй в направлении девушки.

Смотреть прямо в глаза. Мигать редко. Губы сомкнуть плотно. Слова выжимать из себя, словно лимонный сок из плода, чтобы всё сказанное казалось девице кислым, но отказаться от предложенного напитка она не осмелилась бы.

Жанна напряглась.

– Шон?

Тарр замер напротив девушки, положил руки ей на плечи, но та их тут же скинула.

– Я готов назваться хоть пугалом огородным в обмен на твоё согласие, но никто… Слышишь? Никто не смеет отказывать дракону.

– Какому ещё дракону? – зашипела девушка. – Я пошла на поводу у этой офисной пигалицы и не выставила тебя за порог в первую же минуту! Я чуть не разругалась из-за тебя с Марком! Я потеряла с тобой полдня! И всё для чего? Чтобы слушать бред о ролевых играх, которые кучка ряженых идиотов гордо называет «турнир»?

– Великий турнир – это смысл всей моей жизни. Тебе не понять.

Такое заявление разозлило Жанну не на шутку.

– Не понять? Ах, значит, не понять? Да что ты… да-да, ты… баран в полотенце… понимаешь в турнире всей жизни? Ты хоть один выиграл? А проиграл? То-то! А я проиграла. И кому? Этой дуре Алексе Нил!

Тарр вскинул голову и важно вымолвил:

– Верхом на драконе ты любую соперницу уделаешь!

Жанна схватилась за голову.

– Опять…

– Не веришь? Смотри.

Решительным шагом Тарр направился к телевизору. Одним движением сорвал с него футболку, ткнул пальцем в чёрную панельку.

– Смотри. Волшебная доска соврать не даст!

Жанна подошла к Тарру и уставилась в экран.

– Ну, видишь?

Тарр предвкушал девичий восторг от увиденного, но взамен визга и восхищения услышал лишь брезгливое:

– Фу. Полотенце хоть бы поправил, ролевик бесстыжий.

Дракон покосился в телевизор и с ужасом для себя обнаружил, что морда с «зеркала правды» исчезла, а вместо неё появились волосатые ноги и крепкий торс. И между ними – тканевая полоска, с трудом что-либо уже прикрывающая.