Глава 16

На территории Такарского полуострова становилось все больше солнечных дней. Все больше благодарностей обрушивалось на мою голову от жителей близлежащих построек и слуг по этому замечательному поводу. Особенно рады были на прачке, ведь раньше просушить выстиранное белье было целой задачей.

И я скромно принимала подарки и добрые слова, ведь наконец осознала, за что на самом деле меня благодарят. За вновь обретенную надежду в будущее этих земель, которая выражалась в драконах бороздящих воздушное пространство все чаще и чаще. А как иначе, если Карлайл начал с главного — восстанавливал стабильную работу портового города и налаживал там порядок. Именно по этой причине Эмиль откладывал наш поход на продуктовый рынок. Слишком много негодяев, воров и разбойников развелось, пока Его Светлость сидел в своем логове.

И за то, что я выгнала его оттуда, мне полностью простили мою человеческую природу. Как приняли и то, что людей на полуострове становилось все больше. Мэвил все же не смогла отмахнуться от моей безумной идеи. И без особого энтузиазма провела пару исследований. А потом еще и еще, пока не погрузилась полностью в новый проект артефактов, наполненных магией людей.

Карлайл на нас никаких надежд не возлагал. Он и согласился то принять к себе на служение нескольких людей с магическими способностями случайно. Если быть точнее, то я ввернула ему эту мысль после того, как в сердцах отчитала за разговоры с Тео по поводу ухода вслед за Еленой. И дракон был в то мгновение так перегружен, что согласился, не думая.

Только с прибытием людей для проверки уровня их способностей я поняла, насколько тяжелым было их положение. Мне сильно повезло оказаться в герцогстве и с медальоном на шее, иначе было даже страшно представить мое существование в этом мире. За возможность служить дому Такар они готовы были перегрызть друг другу глотки и работать тяжелым рабским трудом, не получая оплаты.

Их выкрики и мольбы долго звенели в ушах, а перед глазами стояли изможденные тяжелой бедственной жизнью люди. Кто-то пытался протолкнуть поближе своих детей, кто-то просил за себя, и каждый был абсолютно уверен — такой шанс выпадает раз в жизни.

Я же давно забыла свою первоначальную цель. Уже не волновало, как облегчить свою жизнь на кухне, а уж о таверне и не было речи. Поэтому для себя я решила, если звезда слукавила насчет возвращения в мой прежний мир, в этом моей задачей станет увеличение количества шансов. Пусть и звучало дерзко, но мне хотелось помочь людям найти достойное место среди всех рас и перестать исполнять роль бесправных рабочих. Но до этого, к сожалению, еще было слишком далеко.

— Ва-ау-у! Дара! Что это такое?!

Теодор смешно округлял глаза и прикрывал рот ладошкой, будто боялся, что вкусности выпрыгнут из него и убегут, если дракончик не будет их контролировать. Гестия и Бель тоже оживленно уплетали угощение, которое далось мне тяжело и не с первой попытки.

— Меренговый рулет с малиной. — ответила я, загадочно улыбаясь. И для драконят это звучало словно заклинание, после которого непременно должна совершиться магия.

Для них оно так и было, а я убивалась три дня, чтобы получить это чудо. В мыслях мне представлялось не таким уж сложным делом выпарить из картошки крахмал, а из кучи лимонов немного лимонной кислоты, но не деле это оказалось тем еще адом. В итоге я даже не спрашивала Эмиля, откуда берутся бесконечные лимоны, которые вымотали мне всю душу. И больше не удивлялась, почему в моем мире лимонную кислоту добывают вовсе не из них.

Самым простым оказалось то, чего я боялась больше всего — взбивание отделенных от желтков белков. Миксера может в этом мире еще Мевил не изобрела, но зато было механическое приспособление с двумя венчиками и ручкой, которую нужно было крутить. Венди отлично с этим справилась, работая без устали, а я лишь следила за густотой белой массы, в которую добавились сахар с лимонной кислотой, а после и горка крахмала.

Замораживать кефир в холщовом мешочке я ходила к людям, которые теперь работали с Мэвил. Сперва, разумеется, я попросила об этом Эмиля, но магия эльфа должно быть опустила температуру до минут тысячи изничтожив продукт заморозкой. И я лишний раз убедилась, что слабая магия людей как нельзя лучше подходит для всяких бытовых мелочей.

После разморозки и сцеживания лишней влаги у меня получился творожный сыр, который я смешала с густыми сливками и перетертым в ступке сахаром, а Мэвил взбила это дело в упругий крем. Оставалось дело за малым — сварить малиновое пюре и… отодрать корж меренги в целости от противня, ведь в этом мире знать не знали о силиконовых ковриках…

— Ничего вкуснее в жизни не ел! — торопливо говорил Тео, поглядывая на остатки угощения, на которые целились три пары глаз. — Можно мы будем есть его каждый день, Дара?

У меня дернулся глаз, и я уже хотела было заговорить малышне зубы, чтобы не обещать невозможного, но нашу идиллию внезапно прервали.

— Что молодые господа делают в этом ничтожном месте для слуг? — требовательно прогремел скрипучий пожилой голос со стороны входа в столовую.

Тео уронил на пол ложку от испуга, Изабель выпустила из рук чашку, которая разбилась в дребезги. Гестия вся ощетинилась, вытирая тыльной стороной ладони рот и сдвигая брови к переносице. Я медленно обернулась, замечая на пороге моей обители сухую женщину преклонных лет в сопровождении Хальдида, четырех вервольфов герцогства и четырех мужчин, что походили на огромных… медведей?

— Я не слышу ответа. — требовательный тон был полон пренебрежения и даже какого-то отвращения, которому не было причин. — Еще не так много времени прошло с тех пор, как вы нахально избавились от учителей, которых я так старательно для вас подбирала. Но неужели молодые господа успели настолько одичать, что совершенно позабыли оурлинский?

На секунду прикрыла веки, понимая, что передо мной та самая графиня Валеруа, о которой я была бесконечно наслышана. И усмешка невольно скользнула по губам, стоило только подумать, что эта старая карга заявилась на виллу, когда ни герцога, ни Эмиля не было на месте. И она-то дракон?

Без опаски и спешки поднялась со своего места, и тут же почувствовала как меня хватают со всех сторон за ткань платья. Обернувшись, я дрогнула, ведь очень давно не видела столько страха в глазах драконят.

— Не бойтесь, все будет хорошо. — шепнула я, отцепляя маленькие пальчики, что совсем не хотели отпускать. — Стойте за мной.

Я подняла голову и вышла из-за стола, становясь непреступной стеной между старой драконицей и детьми, что были откровенно напуганы. Белесые глаза медленно разгорелись огнем и сузились тонкой полоской вертикально зрачка.

— Как смеешь смотреть в глаза дракону, презренная человеческая девка? — прогудела графиня и едва заметно махнула сухими пальцами. — Пошла прочь, пока я не спалила тебя вечным пламенем!

— Это леди… — начал было Хальдид, но перед его лицом просвистела трость, останавливая любые попытки меня представить.

— Уберите ее. — скрипнула зубами драконица, и те неизвестные мужчины двинулись было на меня.

Вот только рыцари Такар сразу же преградили им путь, вытягивая мечи и становясь в стойку для отражения атаки. Стоило вмешаться до того, как они разнесут в щепки мою кухню.

— Приветствую. Я — Дарина дель Эрмаль. — холодно бросила я, не собиралась выказывать уважение, как было положено. Но внимание старухи-драконицы с легкостью вернула, и она впилась в меня ледяным уничтожающим взглядом.

— Так слухи не врали. — нехотя заговорила она, щурясь и морща нос, будто учуяла что-то зловонное. — Остроухий подкинул в герцогство человеческую девку, что возомнила себя в этом доме хозяйкой. Должно быть Карлайл окончательно сошел с ума от горя раз допустил подобное.

— Дара!.. — послышались взволнованные голоса драконят за спиной, но я лишь раскинула руки, показывая, что сама буду их защищать.

— Его Светлость герцог Карлайл в добром здравии, и сейчас он…

— Молчать. Я не разрешала тебе раскрывать рта, человеческое отродье. — загудела графиня, и ее тело начало терять человеческие черты, покрываясь чешуей и ороговевшими частями. — Ты и твой остроухий хозяин воспользовались душевной болезнью герцога и захватили власть, внушили ложные идеи его наследникам, попытались отнять их будущее! Я графиня Валеруа. И я не позволю этому дому пасть. До прибытия Карлайла я беру управление полуостровом на себя. Эй, Вульф, девчонку бросить в темницу. Молодых господ сопроводить в их покои.

Она так чопорно раздавала приказы, что спокойное безразличие Хальдида окончательно вывело ее из себя:

— Оглох?! Выполнять!

— Я исполняю волю герцога. — заговорил волк без тени страха и уважения. — А она такова — Дарина Дель Эрмаль управляющая такарского полуострова. Приказом Его Светлости Карлайла все рыцари герцогства обязаны защищать ее ценой жизни.

— Что ж, тебя тоже пора было давно сменить. Но с этим разберемся позже. — хмыкнула она, давая команду своим громилам ладонью. — Я забираю молодых господ в графство Валеруа, здесь им не место.

А те мужики и правда оказались медведями. Их тела разрослись так стремительно, так обильно покрылись бурой шерстью, что я даже вскрикнуть не успела, когда один из них бросился в мою сторону. Уж не знаю, что со мной было бы, но Хальдид успел оттащить мое оцепеневшее тело в сторону, и зверюга, что бился косматой башкой о балки крыши, сгреб в охапку Тео и Бель, а Гестею успевшую трансформироваться в дракончика, ухватил за лапу не давая улететь.

Трое других сцепились с вервольфами, что так же обернулись своей волчьей сутью, и начали крушить столовую, пытаясь разорвать друг друга на куски. Страх раскатился лавой по позвоночнику, когда я увидела, что волки уступают косматым громилам в силе, получая все новые и новые раны, а драконят стремительно уносят вслед за графиней Валеруа, которая уже оказалась на улице.

— Помоги им, Хальдид! — рявкнула я, выпутываясь из его рук.

— Но, леди…

— Живо! А я не дам ей увести детей!

Мой твердый горящий решимостью взгляд волчару продавил, и он расчистил мне путь, чтобы я смогла выбежать на улицу вслед за драконицей. Мое сердце разрывалось на куски от вида, как отчаянно бьется Гестия в лапе медведя и никак не может вырваться на волю. Как она раз за разом извергает из своей пасти огонь, но лишь один взмах пальцев графини, и оно тает, не касаясь даже кончиков шерсти.

— Пусти! — я с рыком бросилась на огромную лапищу, но зверь легко толкнул меня корпусом, и я рухнула на землю.

Перед глазами на секунду потемнело, а ладонь сама нащупала медальон, который никак не хотел отвечать.

— Ну же! Ну! — задыхалась от паники я, продолжая взывать к силе звезды. К силе Елены, которая могла помочь своим детям.

Но сила молчала. Медальон был словно кусок льда — обжигал своим холодом. И тогда я не придумала ничего лучше, чем истошно закричать:

— Беатриче!

Моя бесконечно любимая безобразина откликнулась на зов, будто только его и ждала. Я услышала характерный рев линдворма, а затем Бетти вцепилась в руку графини. Та крякнула, зашипела и обдала зверюгу пламенем, которое не могло прожечь ее панцирь, и тогда воздух рассекла трость.

Паника заставила меня забыть о бесполезном медальоне и ухватить ладонью прядь волос со знаком графства Эрмаль. Я помнила, что он вызывает Эмиля, если я нахожусь в опасности, но вот беда — не знала насколько должна пострадать, чтобы открылся портал. И чтобы не гадать, я было бросилась на медведя снова… но замерла. По небу раскатился протяжный неистовый рев. Рев разъяренного дракона.

Привыкнуть к этим чудовищным размерам было попросту невозможно. Казалось, на тебя пикирует самолет, странный такой — с громадными лапами и шипастой мордой, что едва разверзнет пасть, и в ней целиком пропадет моя пристройка. Целиком.

Чешуя в солнечных лучах горела золотом, а мощные хлопки крыльев посылали неистовые порывы ветра сбивающие с ног. Я вновь осела на землю, пряча в локтях лицо, чтобы мелкий мусор не оставил на коже следов. Полуостров пробила крупная дрожь, когда Карлайл рухнул на четыре лапы и мотнул громадным хвостом, пробивая одну из оградительных стен. Он не дал себе даже секунды передышки, ощетинился всем телом и тут же ринулся в сторону графини с протяжным грозным ревом и обнаженным рядами острых клыков.

Старуха опешившая его внезапным появлением отмерла, одним взмахом откинула от себя Беатриче и начала меняться на глазах. Я уже слышала, что драконы растут всю свою жизнь, но не думала, что изменения могут быть столь велики. Графиня Валеруа разрослась до того здоровенным морщинистым страшилищем, чья чешуя давно потеряла блеск, да и сама по себе облетела с громадного тела, что зверь герцога оказался в два раза меньше и тоньше этого чудовища.

— Р-р-рва-а! — раздалось сбоку, и я невольно обернулась.

Это Гестия воспользовалась моментом. Подозвала к себе Беатриче и та поняла хозяйку без слов. Окатила оборотня-медведя какой-то желтоватой гадостью из пасти с головы до ног, заливая глаза и вынуждая громилу отпустить младших их своих лап, да и саму Гестию тоже.

Я протянула руки, и малышня бросилась ко мне со всех ног. А Гестия закружила над мечущимся медведем, что раздирал лапами лицо, коршуном и обдала его синим огнем. Испуг охватил меня с запахом паленой шерсти, и я с силой зажмурилась. Но вскоре рычание медведя снова донеслось до ушей, и я глянула на этого бедолагу.

Уж не знаю, что такого провернули Гестия и Беатриче, но оборотень оказался надежно заперт в плотном коконе из глины по самую шею. Все, что ему оставалось — мотать косматой башкой и рычать, но его рык не шел ни в какое сравнение с ревом двух разъяренных драконов.

Гестия успела долететь до меня и зацепиться за руку, обернувшись человеком. И в этот момент нас снова обдало хлестким порывом ветра. Герцог и графиня надвигались друг на друга, раздирая глотки и ощеривая клыкастые пасти. И волнение успело подняться в груди, ведь старая драконица была крупнее, яростно молотила крыльями и клацала зубами в опасной близости от золотой морды.

Но пламенный гнев Карлайла оказался сильней. Он без страха подавался телом вперед, а его голос раскатывался словно оглушительные волны грома. Золотой дракон напирал, и когда между ними остался один шаг лапы, графиня попятилась.

Она стала прижимать морщинистую башку с обломанными шипами по краям морды к земле, рокот ее голоса сменился на визг, хоть драконица и продолжала огрызаться. Графиня сделала последнюю попытку напугать, выдохнув из пасти пламя, но Карлайл ответил своим, и под этим жаром зверь словно растаял.

Старуха-драконица первой приняла человеческий облик, что означало безоговорочное поражение. Ее зверь уступил более сильному противнику, не пожелав расстаться с жизнью. Но вот сама она успокаиваться не желала.

— Ты! Дрянной мальчишка! — голос, словно заржавевшая калитка, она верещала на Карлайла периодически заходясь кашлем и все сильнее морщась.

Тот тоже обратился человеком и стал приближаться к растрепанной графине, которая пыталась натянуть маску былого величия, что было при ней еще пару минут назад, но у нее совершенно не получалось.

— Да как ты посмел напасть на благородную леди графского дома?! Когда все это дойдет до Его Величества…

Договорить ей не дали магические оковы, что связали по рукам и ногам, повергая графиню в немой шок. Карлайл все сильней сжимал кулак, а вместе с ней и путы стягивали старое тело. Я видела, как трудно ему было остановиться, но он смог.

— Я предупреждал тебя, старая гадина, — цедил Карлайл, и я впервые видела его настолько злым. — Предупреждал — тронешь моих детей, и я оторву твою дурную голову. Мне сделать это прямо сейчас?

— Ты окончательно сошел с ума, Карлайл!.. — рыкнула было она, но под огненным взглядом сбавила тон. — Я графиня Валеруа! Проронишь хоть каплю моей крови…

— Кровь? — хмыкнул дракон. — Слишком просто. Ты предстанешь перед королевским судом и будешь отвечать за попытку выкрасть детей дома Такар своей головой. Ты ведь знаешь, да? Какова цена за покушение на наследие дракона.

— Вздор! — окрысилась старуха, морща крючковатый нос. Она сделала над собой усилие и щелкнула пальцами, отчего в воздухе появился кусок пергамента и завис рядом с ее головой. — Я получила право опеки над юными господами дома Такар закрепленное королевской печатью! Эти дети носители крови Валеруа, и их будущее…

— Мне плевать.

Карлайл поймал листок и попросту порвал его даже не глянув на заковыристые письмена, отчего графиня вся побледнела, а затем покрылась бардовыми пятнами.

— Как смеешь уничтожать приказ за подписью самого советника короля?! Граф Дункан лично возложил эту ответственность на мои плечи!

— Оглохла? — обманчиво-спокойным голосом выдохнул Карлайл. — Плевал я на Дункана и на твои вопли. Я только что имел честь личной аудиенции с Его Величеством Алькериусом Пятым. Наш король изъявил желание лично увидеть такарский полуостров и моих детей. И я заверил, что не позже чем через полгода вышлю королевской семье приглашение на свою помолвку.

Мы с Карлайлом давно обсудили вопросы печатей. И я была той, кто настоял устроить бал-маскарад для поиска невесты. Точнее целую неделю вечеров, где дракон мог бы присмотреть достойную кандидатку. И на тщательную подготовку именно я запросила эти полгода. Так почему же сердце так сильно сжалось в груди после этих слов?

— Твои услуги больше не нужны, — продолжал продавливать каждое слово дракон. — Детей ты не получишь. Нет, не только детей. Я — Карлайл Александр Такар запрещаю тебе и всей графской семье Валеруа находиться на землях принадлежащих моему герцогству. Если хоть ногой заступишь за черту — мои рыцари ее тут же отрубят. Это мое последнее предупреждение, графиня Валеруа.

— Мои рыцари… — попыталась взбрыкнуть драконица, но Карлайл и без того был чересчур великодушен.

— Они останутся здесь. И предстанут перед моим судом за свои преступления. И если ты сейчас же не уберешься, разделишь их судьбу. Выбирай.

Едва Карлайл щелкнул пальцами, освобождаю графиню Валеруа, та выхватила материализовавшейся из воздуха магический свиток и открыла себе портал, ныряя в него с визгом:

— Ты пожалеешь об этом, Карлайл!

Когда старуха исчезла, напряжение в миг схлынуло, и я покачнулась от наполнившего тело бессилия, но три пары маленьких рук тут же вцепились крепче, не давая протаранить землю лицом. К тому же я чувствовала, как спину подпирает горячий бок Бетти, которая жалобно поскуливала, словно была большим псом.

— Дара! — звон их тоненьких голосков вернул мое уплывающее сознание.

— Вы в порядке? — тихо спросила я, но мой вопрос потонул в громогласном приказе:

— Вульф! Медведя в темницу, детей в мои покои и осмотреть! Беатриче тоже к лекарю!

Казалось, я успела лишь моргнуть, а Карлайл уже оказался рядом. Он выглядел сосредоточенно, и все же не мог до конца скрыть взволнованности, что искрилась в каждом рваном движении, сжимающихся без остановки кулаках и взгляде, что был полон огня. Ну еще бы. У него из-под носа едва не украли детей, какой родитель сможет сохранить хладнокровие? Уж точно не дракон, по венам которого бежал жидкий огонь.

— Да, господин, — голос Хальдида неожиданно раздался со спины, а драконята заныли:

— Нет, отец! Дара…

Карлайл склонился, осторожно отцепляя от меня малышей по одному и передавая их в руки Хальдида.

— Дарине нужен отдых. И хороший врач. Вы ведь не хотите, чтобы она разболелась?

Гестия сдалась только после этих слов. Тяжко вздохнув, она глянула на меня и поджала пухлые губки. А затем опустила глаза и разжала пальцы на моем платье.

— Я в порядке… — попыталась успокоить Гестию, которая ни в чем была не виновата, но похоже успела решить иначе.

— Молчи. — рявкнул герцог неожиданно хлестко. — Ты вся изранена. Снова.

Я удивленно смотрела на разозленного дракона и чувствовала, что от усталости глаза начали моргать поочереди как у сломанной куклы. И должно быть в этом состоянии я не могла нормально соображать, решив вдруг, что Карлайл сильнее переживает обо мне, чем о своих детях.

— Эмиль мог бы исцелить меня как тогда…

Выдохнула первое, что пришло в голову. Герцог медленно навис надо мной, вставая коленом на землю, что его совершенно не волновало.

— Думаешь я не могу? — сощурился дракон, и его голос вновь лязгнул сталью. Но видя мое замешательство и то, что я не нашлась что ответить, приглушил свой гнев: — Мгновенная магия исцеления слишком истощает тело. Тело человека в особенности. Просто замолчи и позволь мне помочь.

И я замерла под пристальным взглядом огненных глаз, не в силах поверить, что этот мужчина осторожничает, вытаскивая из моих волос веточки и листочки, которые по всей видимости оказались там с порывами ветра. Затем он осмотрел мои раны, бегло проверил не сломаны ли конечности, невесомо касаясь кожи, отчего щеки нещадно запекло.

— Счастье, что вы успели. — прикрыла глаза, чтобы справиться с волнением вспыхнувшим от его близости. — Я так испугалась, что детей заберут.

— Почему?.. — вопрос прозвучал надломленно, и я распахнула глаза. Дракон выглядел понуро, плечи были опущены, а темные брови встретились на переносице. — Почему ты раз за разом не щадишь себя ради моих детей? Неужели столь сильно веришь этой… вещице, что готова бросаться хоть на оборотня, хоть на дракона? Ты… слабый человек.

Рука потянулась было к медальону, но на середине пути упала обратно на колени от бессилия. Я пожала плечами и вымученно улыбнулась.

— Не могу иначе. — ответила с чистым сердцем. — Они стали дороги мне. И все что я могла для них сделать — воззвать к медальону или пострадать достаточно для того, чтобы пришел Эмиль. Хотя получать раны, конечно, совсем не хотелось.

Я говорила немного посмеиваясь, и когда подняла глаза, на мгновение испугалась. Тень упавшая на лицо Карлайла не могла скрыть ярость, что плескалась в его глазах. И не успела я сказать что-то еще, как он махнул пальцами и знак протекции семьи Эрмаль вспыхнул вместе с локоном волос.

— Что вы… — задохнулась возмущением я, хватая короткую обугленную прядь пальцами.

— Больше не смей так поступать. — будто так и надо наставлял дракон: — Эта вещь призовет меня, едва ты сожмешь ее в ладони. Поняла?

Соседняя к обожжённой прядь закрутилась в спираль вместе с тонкой золотой проволокой. Она становилась все плотней, пока не образовала наконечник, который увенчал ромбовидный янтарь. А затем к нему добавилась небольшая фигурка, в которой явно угадывался дракон с распахнутыми крыльями.

— Но разве так можно?..

Ответом дракон не удостоил. Он подхватил меня на руки, будто я и не весила ничего. Тихо пискнув, обняла крепкую шею просто по инерции, а затем осознав свое положение, поспешила убрать руки. Пальцы скользнули по горячей коже, и я видела, как Карлайл передернул плечами. Должно быть ему самому была совсем не в радость такая близость с человеком, но упрямству проигрывали все его чувства, это я знала наверняка. Если уж этот дракон что-то решил, переубедить его стоило больших усилий, которых во мне совершенно не осталось.

Я даже не стала протестовать, когда поняла, что Карлайл несет меня вовсе не в пристройку, до которой было рукой подать. Нет, дракон тащил в главный замок, словно добычу к ужину. Я невольно усмехнулась этим мыслям, и Карлайл сразу же глянул на меня. Но озвучивать игры своего воображения я не решилась.

Было слишком неловко от взглядов пробегающих мимо слуг, но когда Карлайл заметил Лиз, только вернувшуюся с кухни, и приказал принести все для обработки и перевязки ран в смежную с его покоями комнату, сердце окончательно сжалось в крошечную точку.

— Я могла бы са…

— Молчи. — оборвал мои жалкие попытки закончить побыстрей это неловкое представление дракон.

И я замолчала. Потому что в его тоне не было грубости, а сосредоточенное лицо напоминало Гестию, что дула губы с десяток минут назад. Эмиль как-то рассказывал мне, что драконы очень ревностно защищают свои владения, жителей и слуг, но похоже я недооценила насколько.

Двери в покои, в которые мы направлялись, были открыты, и Карлайл решительно прошагал до огромной кровати. Затем замер, словно не решил, что со мной делать, но все же медленно опустил. Он действовал так, будто боялся, что от одного неловкого движения я рассыплюсь на миллион осколков. И эта неожиданно горячая забота не могла оставить мое сердце равнодушным. Оно трепыхалось в груди пойманной птицей, и тяжелело с каждым напоминанием — этот мужчина предназначен не мне.

— Оставь нас. — бросил Карлайл, и Лиз послушно удалилась.

Я удивленно моргнула и закусила губу, чтобы справиться с ростками ненужных чувств, что поднимались в груди. А дракон будто задался целью испытать меня на стойкость и прочность. Подвинул ближе тележку с мисками с водой и чистыми лоскутами ткани. А затем вновь опустился передо мной на колено и хотел было обхватить ладонью щиколотку, но я дернула ногу.

— Зачем?.. — задушено пискнула, пойманная в капкан таких человеческих шоколадных глаз.

— Я тоже дал обещание. — твердо ответил дракон без запинки. — Обещание безопасной и достойной жизни под моей крышей уже нарушено, и эта ответственность только моя.

Как я и думала. Карлайла беспокоило, что на его земле кто-то посмел напасть, напугать и даже ранить, пусть несерьезно, пусть и не его детей.

— И все же необязательно делать все самому, гер… — дракон бросил такой взгляд, что я тут же исправилась, — лорд Карлайл. Можно ведь позвать слуг или…

— Ты хочешь видеть вместо меня графа Эрмаля?

С недавних пор этот несносный дракон стал обращаться к Эмилю, будто они и не были знакомы с пеленок. Казалось, так он компенсирует мою бездумную болтовню, в которой то и дело проскальзывало имя эльфа по чистой случайности. Я слишком привыкла называть Эмиля без титулов и нужного почтения, проводя время вдали от чужих глаз. Что сильно раздражало дракона.

— Нет…

Я хотела следом сказать “но” и что мне до ужаса неловко, вот только этот почерневший взгляд… и слова застряли в глотке. И чем дольше тянулось повисшее молчание, тем меньше во мне оставалось желание продолжать этот спор.

Каменные плечи Карлайла заметно расслабились, а вот мои напряглись, когда большая горячая ладонь все же обняла щиколотку. Сандаль из тонких кожаных ремешков был скинут в одно слитое движение. Крупные длинные пальцы с нажимом скользнули вверх по икре, скрываясь под платьем, а вторая рука зависла у самого края, не решаясь задрать подол.

— Может я сама?.. — вымолвила едва слышно, и Карлайл поднял тяжелый взгляд.

— Твои ладони все в ссадинах.

Я опустила глаза и удивленно уставилась на свои руки. И как раньше этого не заметила? Ладони выглядели паршиво, но заболели только сейчас, когда я осознала масштаб проблемы. Но волновало меня совсем не это.

— Обещаю, что не трону… — вновь заговорил Карлайл, не дождавшись от меня ни слова, — не трону с грязными помыслами.

Да ты уже трогаешь невозможный дракон! С какими там помыслами мне, разумеется, было неизвестно, но это не мешало моему сердцу бешено молотить о ребра. И видимо мой мозг окончательно превратился в желе, ведь вместо новой попытки выставить герцога за дверь, а сама дернула платье, укладывая его край чуть выше колен.

— Я сбила только колени, дальше… ран… нет.

Запинаться я начала вместе со смущением, которое отразилось в карих глазах. Дракон даже взгляд отвел на мгновение, и мне захотелось просто провалиться под землю. Разве не сам дракон заделался тут доктором и не желал никого звать на помощь?

— Смелости должен быть предел, Дарина, — выдал Карлайл, прочистив горло, а затем сосредоточил все свое внимания на мелких царапинах свода стопы. Он смывал теплой тканью прилипшую к ранкам грязь и мелкие крупинки песка. — Такого никогда не случится, но все же… если вдруг снова поранишься, не давайся никому кроме настоящих лекарей!

Я едва сдержала улыбку. И в ушах прямо стояло продолжения этой пламенной речи — “особенно графу Эрмалю!”. Медленно втянув носом воздух, я подавила рвущийся наружу смех, а затем попыталась немного разрядить обстановку.

— В моем мире в особо жаркие дни женщины ходят по улицам вот в таких платьях.

Я заводила ребром ладоней, показывая вполне приличное мини на середину бедра, чтобы совсем уж не пугать дракона. Но ему похоже, и этого вполне хватило. Карлайл остановил все движения и посмотрел мне в глаза.

— В этом мире видеть тебя такой может только законный муж. — прогудел дракон.

— И лекарь. — напомнила я с улыбкой, которую дракон не пожелал со мной разделить.

— И лекарь. — буркнул он, возвращаясь к своему занятию.

Весь налет веселья и беззаботности, которые я пыталась на себя напустить, слетели в один миг. Одиночество было со мной довольно давно, я думала мы вполне неплохо сдружились. Но только с прикосновениями этих больших сильных рук, я ощутила насколько давно не чувствовала чужого тепла. Мужского тепла.

Это превратилось в настоящую пытку. Кожа каждый раз покрывалась мурашками, стоило ладони скользнуть выше, обнять под коленом или проверить надежность повязки. Сердце каждый раз замирало, стоило Карлайлу бросить беглый взгляд вверх — он проверял, не реву ли я еще от боли, а я задыхалась от чувств, что распирали меня изнутри.

Сосредоточенный на своем занятии дракон был до одури красив, взволнованный своим промахом — слишком заботлив и аккуратен. И я без стеснения пустила в душу зависть. Зависть к женщине, которую так или иначе он будет вынужден взять в жены. Всего через полгода в этом месте появится хозяйка. Настоящая.

Чтобы отвлечься от этих мыслей, я закрутила головой, разглядывая комнату. Темная строгая мебель без единой пылинки отчего-то вызывала странные чувства. И я вдруг поняла — на полках нет книг, а деревянный пол не устлан шерстяными шкурами. На окнах нет штор, а на кровати балдахина. Ни украшений, ни бытовой мелочи. Эта комната была пустой настолько, что, казалось, была просто стерильной. Словно всю эту мебель только-только сюда занесли, но ни разу не пользовались.

— Двери слева ведут в гостиную при моих покоях.

Карлайл оказался неожиданно близко. Я даже почувствовала его дыхание щекой. Обернувшись, обнаружила дракона рядом с собой, и едва повернула голову, как он начал обрабатывать мелкие ранки на щеке, чем вновь вогнал меня в краску.

— Как ты знаешь, за ними располагаются столовая и спальня. Если захочешь проведать детей, не нужно выходить в общий коридор.

— Это что?.. Покои вашей жены? — выдохнула свою догадку раньше, чем подумала об уместности такого разговора. — Простите за этот вопрос.

— Это мои покои. — Карлайл на мгновение замер, но затем отбросил влажный платок и зачерпнул немного мази из баночки, чтобы нанести ее на ссадины. — Переехав в этот дом, я занял ее… наши покои. Она не любила раздельных спален, но была слишком горда, чтобы приходить каждую ночь. Эта комната никогда не использовалась. Ты можешь остаться.

Рот приоткрылся от этого неожиданного предложения, чем дракон и воспользовался. Он осторожно мазнул подушечкой пальца по лопнувшей нижней губе, и я поморщилась от неприятного покалывания.

— Думаю, мне больше подходит пристройка. Там чистота и уют…

Смежные с хозяином герцогства спальни — определенно лишнее предложение. Мы и без того не знали, сколько достойных кандидаток пожелает попытать счастье с герцогом, когда мы объявим даты балов. И ему определенно были не нужны сплетни о том, что Карлайл делит спальни с прислугой.

— Нужно еще пару дней, чтобы исцелить твои раны. — хмуро ответил дракон. — Если после ты захочешь вернуться, я не стану перечить.

Это означало что сейчас выбора он мне не давал. Я вздохнула, посмотрев на свои ладони. Они все еще саднили, оставаясь последним необработанным местом. Но вместо повязок и мази Карлайл осторожно сжал их в своих руках, исцеляя.

Я замерла, глупо пялясь на свои замурованные руки. И не могла даже вымолвить своего возмущения. И почему этот дракон не мог сразу вылечить мои руки и не вгонять в краску все тем, что происходило минуту назад?!

— Каралайл! Орочий вожак тебя задери! Ты в своем уме?!

Никогда. Я никогда не видела Эмиля таким. Сейчас он больше походил на разъяренного дракона, чем на утонченного эльфа. Его рыжие волосы разметались и спутались, глаза горели огнем гнева, а кулаки сжимались с такой силой, что вены на предплечьях, казалось, вот-вот лопнут. Он с таким грохотом влетел в спальню, что я даже невольно двинулась в сторону Карлайла, будто хотела спрятаться за его плечом.

— Ты переходишь любые границы, — предупреждающе рыкнул дракон, но эльф подошел к нам вплотную.

И когда его разъяренные глаза глянули на меня, за затем и на наши сцепленные руки, по спине прошелся озноб, и я задергалась, пытаясь освободиться от дракона. Но куда там.

— Ты хоть представляешь, что я почувствовал, когда моя отметка исчезла?! — Эмиль вновь гаркнул на Карлайла. Да так громко, что я невольно поморщилась. — Я решил, Дара погибла!

— Леди Дарина. — ледяным тоном поправил Карлайл, и его воротник оказался зажат в кулаках эльфа.

— Какого морского дьявола ты устроил? — зашипел эльф, суживая глаза. — Думаешь, я продолжу все спускать тебе с рук? Даже бездумное уничтожение моей протекции ради забавы?

— Эмиль, — я наконец выдрала свои руки из накалившихся ладоней и поднялась, просачиваясь между мужчинами и отодвигая эльфа на шаг назад. — Прости, что заставили волноваться. Тут был полный бардак и мы…

— Дарина, — прогудел за спиной Карлайл, и я на мгновение развернулась, чтобы прожечь его взглядом.

— Нет. — припечатала дракона, чтобы даже не думал разжигать спор, который я так старалась сейчас потушить. — Эмиль, прошу тебя, выдохни.

Высокие скулы эльфа напряглись от того, как он стиснул зубы. Но все же Эмиль отошел еще на шаг назад и скрестил на груди руки, внимательно оглядывая меня.

— Что стряслось? Ты сильно пострадала?

— Нет. — мотнула головой, переступая с ноги на ногу и не давая дракону выглянуть из-за меня. — Графиня Валеруа пыталась выкрасть детей, а я… медальон молчал в этот раз.

Развела руками и тяжко вздохнула. Эмиль нахмурился и вновь шагнул ко мне, а следом послышалось и шуршание за спиной, что не предвещало ничего хорошего.

— Дай посмотрю… — протянул руку эльф, но замер, уткнувшись взглядом в золотого дракончика, что качался на пряди волос. — Что за? Ты в своем уме, Карлайл?

— Не жалуюсь. — буркнул дракон, и я возвела глаза к потолку.

— Ты погубишь и ее, и себя этими глупыми выходками.

Эльф недовольно цокнул, а затем махнул пальцами так шустро, что я не успела даже моргнуть. И в следующую секунду моя прядь с золотым дракончиком глухо ударилась об пол. А Эмиль уже завязал на другой свой отличительный знак.

Стоило ли говорить, что моей спины тут же коснулась раскаленная грудь, и в комнате вновь запахло паленым?

— Стоять! — оглушительно взвизгнула я, а затем медленно прорычала: — Следующий, кто отрежет или сожжет мои волосы, будут чистить пасть Бетти после рыбного дня конским волосом. Все пятьдесят два зуба!

Эмиль потер ладонью лицо, а затем очень аккуратно отодвинул меня магией в сторону, чтобы схлестнуться взглядом с Карлайлом. И эта же самая магия не давала мне вновь к ним подойти и разнять в случае чего. А уж втиснуть хоть слово в заново разгорающийся спор совершенно не представлялось возможным.

— Ты ведь прекрасно понимаешь — с протекцией не шутят!

Эмиль был искренне возмущен и даже будто обижен. Он смотрел Карлайлу в глаза, пытаясь отыскать там хоть каплю понимания, но дракон стоял на своем.

— Не шутят, за нее несут ответственность! — распалялся он. — Но Дарине нужно оказаться при смерти, чтобы ты соизволил прийти к ней на помощь!

Эмиль обескураженно открыл рот, затем метнул взгляд в мою сторону, заново оценивая обстановку. По сложной гримасе на его лице было понятно, что эльф пытался осознать — обманывают ли его глаза, и я правда при смерти, или все же его друг тронулся умом.

— На ней пара ссадин, Карлайл! — голос Эмиля повысился на пару тонов. — Я вылечу ее за мгновение.

Он было двинулся в мою сторону, но дракон перехватил его за локоть и сжал в ладони так, что я готовилась услышать хруст костей. Но эльф лишь глянул на друга в новом непонимании.

— Она человек, Эмильен. Своей магией ты заставляешь ее хрупкое тело работать на износ. — Карлайл продавливал каждое слово. — А что насчет боли? Ее ты не берешь в расчет, когда вешаешь свои безделушки?

Эмиль медленно сощурился, а затем выдернул руку из железного хвата. Он развернулся к Карлайлу корпусом и расправил плечи. Вздернул подбородок и одну бровь, с вызовом вглядываясь в почерневшие глаза.

— Ты же прекрасно понимаешь, куда заведет этот спор, дружище. Уверен, что хочешь продолжить?

Карлайл молчал, а я совершенно не представляла, куда нас эта ситуация заведет. И потому волнение билось в груди все норовистей и сильней.

— Ладно, хорошо. Давайте на чистоту, мне то скрываться нечего.

Эмиль безразлично хмыкнул, мотнул рыжей гривой и прошелся до софы, куда без стеснения рухнул и вальяжно растянул руки по резной спинке.

— Дарина человек, и она не может использовать магию когда пожелает, не может призвать защитника, то есть меня. И тебя тоже, Карлайл, даже не начинай.

Сказанное сильно удивило, и я метнула взгляд на дракона. Эльф будто только этого и ждал, безошибочно определяя причину моей реакции.

— Что? Он сказал тебе обратное? Слукавил. — Эмиль усмехнулся одним уголком губ, а глаза Карлайла полыхнули драконьим огнем. Что, впрочем, эльфа нисколько не остановило. — Для человека не владеющего магией мы можем установить лишь обратный сигнал на случай опасности. Но опасность бывает разной — одно дело, когда озверевшая полудраконица пытается превратить твои мозги в желе, другое… когда, скажем, ты ударишься пальчиком о ножку ванны в купальнях. Тогда мне тоже поспешить на помощь?

— До безобразия глупые крайности. — ощетинился дракон.

— Карлайл. — снисходительно отвечал эльф, будто совершенно не воспринимал откровенной угрозы, что так и витала в воздухе. — На Дарине медальон Елены, и он защищает ее жизнь. Она живет в твоем доме, среди драконов и вервольфов. Моя протекция должна была защитить ее в обществе, и не дать никому прознать, как она здесь очутилась. Чему твои выходки очень мешают.

Я видела, как сжимаются большие кулаки, как Карлайл все глубже дышит, чтобы справится с собой и не открутить другу голову раньше времени. Но еще я определенно чувствовала, что дракону тяжело найти слова, чтобы ответить. Ведь на каждое его, эльф выдавал десять своих.

— Мой дом закрыт от посторонних глаз, а репутация позволяет принять положение Дарины на веру. Никто не удивится, что Эмильен Эрмаль долгие годы прятал у себя хорошенькую леди и взращивал ее для вывода в свет. Но если сам Карлайл Александр Такар совершает попытку выкрасть эту леди и перевести под свое крыло… Ты просто привлечешь к Дарине ненужное внимание, Карлайл. И ничего не добьешься кроме королевского суда и выплате моему дому громадной компенсации. Если ты не можешь обеспечить ее физическое благополучие здесь, то мне следует забрать ее в графство, и вопрос будет решен.

— Я уже говорил тебе, — прорычал дракон. — Медальон Елены не покинет территорию герцогства.

— А, так дело в медальоне? Вовсе не в том, что ты пытаешься присвоить Дарину себе, словно зверь едва вылезший из пещеры?

Слова эльфа настолько выбили меня равновесия, что я не смогла смолчать, вновь забывая о рамках приличия этого мира:

— Эмиль, это слишком.

— Я все жду, когда от моего имени в ее устах вена на твоем лбу лопнет, Карлайл. — Эльфа вся ситуация определенно забавляла. — Знаешь, мы могли бы снять одну из печатей прямо сейчас, если бы вы обручились.

Эмиль всплеснул руками и глянул на нас полный ожидания. Будто мы должны были сразу же поддержать эту замечательную идею. А может это был его хитрый план, ведь тлеющий злостью дракон на мгновение впал в ступор.

— Ты… в своем уме? — тем временем выдохнула я, смотря на Эмиля во все глаза и пытаясь понять, шутит ли он.

— Дарине не место в этом мире. — голос Карлайла наполнил каждый уголок комнаты. — Я заключил с Его Величеством сделку. Если герцогство Такар найдет способ наладить торговлю с другими королевствами на долгие годы вперед, Его Величество Алькериус отменит свое решение о династическом браке между нашими семьями. А так же позволит посетить королевскую библиотеку, где моя жена пропадала до самой нашей свадьбы, и отдаст хранящиеся там документы, написанные ее рукой. Когда это случится, я прикажу Мевил начать работу над восстановлением портала Елены, чтобы Дарина могла вернуться домой.

Повисла тишина, в которой звенело лишь удивление. Мое и Эмиля, растерявшего весь свой легкий и озорной настрой.

Я должна была обрадоваться этому шансу, верно?

Но почему-то вместо радости на душе разлилась сосущая пустота.