Глава 14

Вячеслав:

Само собой, у Эмиля была своя машина, я даже не сомневался. Я между делом изучил это иномирное чудо техники, отметив, что у него вместо колес воздушная подушка, а на крыше какие-то антенки. И еще дверцы открываются не вбок, а вверх, причем сначала складываясь как веер, в три слоя, и только потом приподнимаясь, как козырьки от солнца. На самом деле удобно – при узком парковочном месте никому дверцей зеркала не собьешь.

Пока ехали – отметил еще одну особенность. Вместо мелькающих влево-вправо дворников на окнах тут было что-то наподобие тоненького стержня-скребка, частоту пробега которого можно было регулировать. Светлая полоска промелькнула перед глазами, и вжух – стекло чистое…

Да, Евгеника уселась на заднее сиденье, уступив мне место рядом с Эмилем. Ну а тот, заметив мой интерес, начал выдел… демонстрировать возможности своей машины с такой гордостью, словно это он сам ее выдумал и собрал из металлолома. Я, с ленцой и будто бы нехотя, любовался всеми показываемыми мне чудесами, втайне немного завидуя. У меня были права в моем мире, а вот машины ни в том, ни в этом не предвиделось.

Район, где мы жили, явно был элитный – дома трех-четырехэтажные, на одну семью, с небольшой площадкой-лужайкой, которую можно было разглядеть, если позволял забор. Вокруг одних домов он был невысоким или просто прозрачным. Зато другие окружала железная монументальная стена этажа в два с воротами, которые не пробьешь и танком.

Но вскоре домики стали выглядеть поскромнее, минут через десять мы вылетели из коттеджной системы в таунхаусовую, а потом со свистом влетели в условно привычную мне реальность – ровные линии высоток этажей по двадцать – двадцать пять.

– Вот твой дом, узнаешь? – Евгеника ткнула пальцем в одну из высоток. Да, чем-то похожую на ту, в которой я жил, но явно другую. А я уж было приготовился к полному совпадению…

– Не узнаешь, – правильно перевела мой горемычный вздох девчонка. – Ну пойдем прогуляемся, в ближайшей кафешке перекусим… Про библиотеки местные все выпросим.

– Я здесь, – Эмиль слово «здесь» выделил настолько презрительным тоном, что у меня прямо опять кулак зачесался, – есть ничего не стану!

– Чаю попьешь! – рыкнула сквозь зубы Евгеника. – Мы и так тут выделяемся, с такой-то машиной!.. Пожалуйста, сделай хотя бы лицо попроще… Я тебе ужас как благодарна, что ты мне помогаешь, но давай не будем привлекать к себе еще больше внимания. Мы к одногруппнику в гости заехали, вот и все.

Блондинчик насупился, но при этом дернул меня за рукав и потащил к одному из подъездов.

– Прикладывай палец, должно сработать.

Забавно, но он оказался прав. Едва я прикоснулся указательным пальцем к выемке рядом с цифровой клавиатурой домофона, как дверь распахнулась, и мы оказались в лифтовой. Сразу, без поднятия по ступенькам. Лифтов было аж четыре штуки – два слева, два справа. И две кнопки, красная и синяя.

Эмиль уверенно нажал красную, потом посмотрел на то, как я задумчиво их изучаю, и пояснил:

– Синяя для грузовых. Мы втроем и в обычный влезем.

Жил я, то есть здешний я, на восемнадцатом этаже. И отпечаток моего пальца открыл нам дверь в мою квартиру. Правда, предварительно блондинчик почти минуту обменивался с Евгеникой мигательно-бровеподнимательными и плечепожимательными сигналами. Но в итоге всей этой пантомимы было принято решение попробовать, и вот мы в моей квартире. В той, из которой меня вытащили пару суток назад два амбала, но не в той, в которой я прожил предыдущие шесть лет с того момента, как мать купила мне отдельную однушку на окончание школы.

– Это не мое, это – его, – почему-то шепотом пояснил я. Странно, но меня все поняли. Эмиль достал из кармана тонкие медицинские перчатки, зачем-то оттопырил себе уши, глядя на нас…

А, доперло, прислушиваться попросил!

Правда, на меня редкостная тупизна со ступором накатили. Умом я понимал, что я – не я, квартира не моя, в общем, нет повода для расстройства. А внутри прямо тянуло попробовать свет вырубить, например. Вдруг перекинет в мой мир?! Я даже дернулся электрощиток поискать, но его в зоне видимости не было. Зато были дверь в ванную и, очевидно, на кухню. Игнорируя Евгенику, зло зашипевшую на меня, как кошка, я заглянул и туда, и туда. А что? Отпечатки моих пальцев все равно тут должны быть повсюду.

– Сваливаем, – прошипел возникший за моей спиной Эмиль, но тут же застыл, прямо как я, глядя на раскиданные по столу документы. Кто-то что-то искал, а я, то есть тот я, имел привычку прятать все ценное прямо как я, который я, – на кухне, в железной банке под крупу. В красной, мать их всех, с белыми горошинами железной банке!

Так, главное – не заорать… не заорать… не сорваться…

– Мать вашу, что тут происходит?!!!

– Оригинально… – хмыкнула бесшумно подкравшаяся к нам Евгеника. Потом посмотрела на меня, на то, с каким ужасом я смотрю на банку, и уточнила: – А еще у тебя тайники какие-то были?

Я сначала пожал плечами, отгоняя от себя эту мысль как кошмар, но потом рванул в комнату, огляделся, наткнулся взглядом на наклейку местного атлета… Не Брюс Ли, но сойдет!.. Снова огляделся в поисках чего-нибудь острого.

Эмиль, как почувствовав, протянул мне отвертку… отвертку… не орать, не паниковать!.. Что я, отверток не видел?! Это же я ее сам и выронил, между прочим…

– На полу валялась, – пояснил блондинчик, подтверждая мои подозрения. – Пойдет?

Я молча кивнул, подошел к тайнику, подцепил и вынул вставленный в стену маленький ящичек.

– Никогда бы не додумалась… Я бы под наклейку полезла, – снова хмыкнула девчонка, глядя на меня с уважением. Понятное дело, что любой полез бы под наклейку, поэтому тайник я сделал рядом. Его было не заметить, если не знать, куда смотреть.

В тайнике… в тайнике лежал читательский билет… Мать вашу!..

– Уходим! – прошептал Эмиль, глядя на этот билет с таким лицом, словно это бомба, которая вот-вот взорвется.

Мы с большим трудом заставили себя спокойно выйти из квартиры. Я даже улыбнулся высунувшейся из соседней двери бабульке, чтобы наше бегство было похоже на медленное отступление.

– Славочка! А Айгуль сказала, что ты переехал куда-то и она квартиру сдавать будет.

– Да-да, – я решил не портить уже придуманную легенду моей здешней матери. – Просто зашли вот… – я чуть было не добавил, что за вещами. Но тут же сообразил, что у нас троих в руках даже мешочка никакого нет, и ляпнул, почти уже не задумываясь: – Книгу библиотечную забрать!

– Это хорошо, – бабулька сразу стала серьезная и суровая. – Верни ее обязательно, а то вчера мужчина какой-то молодой приходил, опрашивал всех, в какую ты библиотеку ходишь. Прямо вот в каждую дверь звонил, настырный такой! – соседка осуждающе нахмурилась. – Я так прямо сразу и подумала, что ты книгу, наверное, не сдал.

Логика у бабульки явно хромала, но логические цепочки еще выстраивались… Там библиотека, тут библиотека, понятно, что взаимосвязано все должно быть. Ну или специально под дурочку косит – у бабулек такое бывает, маскируются зачем-то.

– Блондин, да? Это я однокурсника попросил книгу вернуть, а он и адрес библиотеки забыл, и книгу не нашел… Вот и пришлось самому приехать.

– И то правильно, самому-то сподручнее, – закивала старушка. – Только это не блондин, а брюнет был, и для однокурсника твоего он уж больно староват… годков так на десять точно!..

– Тогда не знаю… – успел еще ответить я, пока Эмиль чуть ли не пинками загонял меня в лифт. Я еще успел прокричать: «До свидания!», пока двери не захлопнулись.

– Ты псих! Ты… Ты о чем думал вообще? – зашипел на меня блондинчик, едва мы оказались замурованными втроем в стремительно летящем вниз ящике. Но ответить я не успел, потому что мы остановились на первом этаже, чинно вышли из подъезда и столкнулись с компанией молодых парней, идущих нам навстречу.

– Какие люди… – процедил один из них, глядя на меня и всем энергетическим излучением отрицая тот факт, что в этом мире проявление агрессии вне закона. – С чистюлями из высших связался? – Эмилю и Евгенике достались презрительно-оценивающие взгляды, причем девчонку поизучали гораздо дольше, чем блондинчика. Не то чтобы я этого наглого местного заводилу не понимал… есть на что полюбоваться, согласен, но не с такой похотливой рожей.

– Какая краля! – развитие событий шло по стандартному, привычному мне сценарию, и я приготовился к драке, так же привычно оценивая число и расстановку противников. Если сейчас сделать поворот на правой ноге лицом к подъезду, то левой ногой я уложу того, кто ко мне ближе всех. Потом резко присесть, чтобы увернуться от стоящего чуть подальше, который попытается меня стукнуть, и повернуться направо, в сторону моих ребят и говорливого. Правым локтем заезжаю ему в живот, выпрямляюсь и…

Но тут тот, кто стоял дальше всех, нервно покрутил шеей и процедил:

– Чистюли сейчас решат, что ты не клеишься, а агрессию проявляешь, и тебя снова на неделю к безопасникам отправят. И нам снова отмазываться, что мы просто рядом стояли… Они же все стукачи, а ты к их бабе лапы тянешь!..

– Да ладно, я ей комплимент отвесил, она радоваться должна! – натянуто заржал заводила и действительно потянул лапы к Евгенике. К ее, так сказать, нижней задней половине… И у меня сдали нервы, я протянул руку, игнорируя застывшего между мной и девчонкой Эмиля, и крепко сжал запястье заводилы, так что тот поморщился от боли.

– Все видели?! Я просто стоял, а он… – процедил этот юродивый, глядя на меня в упор многообещающим взглядом.

– Ты меня тронул, – спокойно произнесла Евгеника, чуть склонив голову набок и изучая парня, словно мерзкое насекомое в банке. Я и заводила вопросительно уставились на нее, причем я с удивлением, а этот отморозок с возмущением и… страхом.

– Ты посмел ко мне прикоснуться, – все тем же спокойным тоном произнесла девчонка. – И мои друзья подтвердят это. Как ты думаешь, кому из нас поверят городские безопасники? Женщине или трем нищебродам типа вас?

– Да нужна ты мне… Трогать тебя… – прошипел растерянно и, мать его, испуганно резко сдувшийся заводила.

– Ваши женщины вас совсем здесь распустили, – пафосно объявила Евгеника. Я прямо ожидал, что сейчас последует фраза: «Но я наведу здесь порядок!», причем не только у меня глаз нервно дернулся. Блондинчик тоже побелел. Но в разговор не лез, помалкивал.

– Мы уходим, – тоном королевы, оскорбленной в лучших чувствах, заявила девчонка, и троица местных облегченно выдохнула. – Эмиль, иди заводи машину.

Блондинчик сначала посмотрел на меня, и мне пришлось отпустить запястье главаря и сделать шаг в сторону, чтобы освободить ему путь. Все это время… вечность… меньше минуты Евгеника стояла напротив заводилы и смотрела на него все тем же презрительно-спокойным взглядом энтомолога. Мне даже стало немного жаль парня – самооценка после такого шоу точно упадет ниже плинтуса.

Но когда мы тоже направились к подъехавшей машине, сначала Евгеника, а потом я, на всякий случай прикрывая тыл… красивый такой тыл… местного главаря отморозило, и он зло процедил мне вслед:

– О тебе безопасники всех наших опрашивали, так я твою страсть по ночам в библиотеку таскаться им не выдал. А теперь донесу и место покажу…

Я обернулся, усмехнулся, словно мне плевать совсем на его слова, и с ехидной усмешкой поддел:

– Да ты знать не знаешь, что именно доносить-то!

– Не знаю?! Ты несколько раз вокруг заброшенной библиотеки крутился, той, что в секторе С. Я тебя там раз пять видел… придурка! Уверен, это именно та библиотека, о которой они всех вчера расспрашивали. Я сразу про эту сказочку о переезде в другой город не поверил. В дерьмо ты вляпался, капитальное… И за инфу о тебе нам наверняка заплатят.

– Кулаком промеж глаз, – буркнул я, но так, чтобы все трое меня услышали. – И тоже в другой город переедешь…

Трусливого товарища заводилы сразу прямо проняло, я заметил, как у него глаз дернулся, но тут Евгеника из окна машины подозвала меня тоном капризной принцессы:

– Слава, прощайся со своими знакомыми и поехали отсюда. Быстро. Мне тут не нравится!..

В моем мире после такой заявы от девчонки парня бы обозвали подкаблучником и окатили сочувствием с презрением, а в этом… в этом три психа посмотрели на меня со скрытой завистью.

Во больные, на всю голову!