Глава 25. Новые рабочие будни.

Сидеть со всеми в кабинете было невозможно. Меня пробирало до основания, я то и дело крутила головой, кусая губы и пытаясь понять: знает ли кто-нибудь, что мы делали с Баженовом в кабинете утром?

Стоило мне вспомнить о неприличный позах, как меня бросало в жар, по лицу пробегали странные пятна, которые так и кричали обо всем. Мне казалось, что только дурак не поймёт.

– Достал? – спросила у меня Даша, подъезжая на стуле к моему столу и протягивая шоколадку. – Он уже совсем потерял границы адекватности, с Пидр Всеволодовичем невозможно работать. Он же садист.

Я не стала ничего отвечать, опустила лишь глаза вниз, чтобы Даша ничего не заподозрила. Но её нелестные высказывания меня задели, как будто она лично меня оскорбила.

– Это правда, что ты хочешь уйти в другой отдел? – слухи всегда быстро разлетаются, но я не могла подумать, что меня прямо сегодня начнут пытать на эту тему. Я просто не знала, что им отвечать.

– Рассматриваю такую возможность.  – мне становится совсем неуютно, и Даша чувствует это. – Давай поговорим об этом вечером. У меня встреча через пятнадцать минут, а я не успела ознакомиться со всеми документами. Не хочу испытывать на себе гнев Петра Всеволодовича.

– Конечно. – Она быстро отсаживается и принимается за работу. А я смотрю снова на слайд, который буравлю уже минут тридцать глазами, информация не откладывается в голове, чтобы я не делала.

– Виктория. – вздрагиваю от бархатистого голоса, в котором нет и намека на злость или недовольства. Наоборот, мне кажется, что я слышу нежность.

Вытягиваюсь как суслик, всматриваясь в его лицо. Когда замечаю удивленные лица коллег, понимаю, что мне не послышалось. Пётр Всеволодович неестественно ласков, что не свойственному ему. Он никогда ни с кем не говорит так сдержанно и заискивающе.

– А? – теряюсь.

– Ты идёшь? – он насмешливо выгибает бровь, и я готова упасть под стол. Не отмыться от слухов, люди всё поймут. – У нас совещание.

Пётр Всеволодович никогда никого не зовёт на встречи, обычно он идёт в переговорные сам, а ты должен догонять его. Если опоздаешь – прибьёт.

– Да. – сгребаю со стола документы и пулей вылетаю в лифтовую. Когда Баженов со мной равняется, раздраженно шиплю: Обязательно всем своим видом показывать всему офису, что мы спали?

– Нет. – пожимает он равнодушно плечами. – Что спали незачем, а вот что спим, регулярно мнём отчеты на моем столе, то это с радостью. – когда он встречается с моим гневным взглядом заходится хриплым смехом. – Ты слишком близко всё воспринимаешь к сердцу.

Мы приходим на встречу последние, садимся на свободные места напротив друг друга.

– Коллеги, начнём? – интересуется Фёдор Михайлович, главный инженер, когда Баженов кивает, он продолжает: Мы в прошлый раз уже обсуждали возможность интеграции нашего блока в автоматизированную систему планирования, чтобы мы могли оперативно извлекать все интересующие нас данные в максимально короткие сроки и не теряя качество.  К сегодняшнему дня стоял ряд задач, хотелось бы узнать результаты.

– Я начну первым, Фёдор Михайлович, потому что озвучу самое главное. Готовы изыскать бюджет под всё это дело. В принципе, уже нашли, где подожмёмся, чтобы всё выгорело. Нужно техническое задание и ориентировочный бюджет, чтобы запустить корректировку бизнес-плана.

– Отлично. Есть какое-то ограничение?

– пока нет.

– Нравится мне, что «пока»! Виктория, Вы успели посмотреть потребность, чтобы подумать, что можно сделать?

– Да, я проговорила с коллегами из отдела разработки и эксплуатации АСУ, мы набросали первые предложения по интеграции. На почту всем скинула материалы на ознакомление, мне нужно, чтобы все посмотрели кусочек в вашей и части и ответила на вопросы, которые я подсветила. Когда заполните, направляйте. Мне удастся сформировать более чёткую картинку.

– Давайте сейчас пробежимся коротенько.

– Пробежаться можно, но коротенько не получится. Нужно смотреть предметно. Там есть ключевые моменты, над которыми возможно придётся даже подумать. – вздыхаю, привыкшая к постоянному желанию инженеров всё решать на пальцах. Сначала они коротенько всё разрешают, а потом им всё не нравится и они не понимают как всё работает.

– Виктория, Ваша работа уметь всё сжимать и оптимизировать. Что же Вы из всего проблему то делаете. – Фёдору Михайловичу не нравилось работать своей головой, он любил постоянно на кого-то перекладывать свои обязанности. Инженер поморщился.

Сжимаю челюсти, когда я уже открываю рот, чтобы сказать ему что-нибудь острое, в разговор вмешивает Пётр Всеволодович:

– Фёдор, работу и задачи для Виктории определяю я, позицию её разделяю на сто процентов. Не могу понять в чём проблема? – говорил Баженов ровным голосом, не поднимая даже взгляда, но все присутствующие вздрогнули и как будто стали меньше ростом.

– Петь, понимаю, что хочешь защитить свою девочку, она у тебя умничка, смотреть приятно на симпатичную девочку, но моим людям тоже некогда её таблички читать и заполнять ответики на вопросики. Пусть садится и работает, а не только глазками стреляет.

– Федь. – передразнил Баженов инженера, захлопывая блокнот. По тому, как заостряются скулы на его лице я догадываюсь, что Босс разозлён не на шутку. – Тогда и говорить не о чём. Проект закрыт, интеграции не будет.

Я даже рот открыла, подавившим кислородом. Закрыть проект было смело. Пётр Всеволодович выбрасывал в мусорку труд нескольких месяцев, и это было не совсем в его власти. Такое мог проделать только генеральный.

Да и ссориться с инженером не стоило, у него были большие связи не только в компании, а, как бы громко не звучало, в стране.

– Виктория, пойдёмте, у нас есть чем заняться. – Баженов поднимает меня на ноги и ведёт в коридор. Нас провожают тишиной, шокированные резкостью и категоричностью Босса.

– Может быть не стоило так резко реагировать? – шепчу ему. – Фёдор Михайлович иногда перебарщивает, но человек он хороший.

– Нужно было позволить ему оскорблять тебя дальше при всех? – Баженов искренне удивляется, вскидывает брови и смотрит на меня как на маленького ребёнка. – В следующий раз он будет сдержаннее, и сожрёт свой язык прежде, чем скажет пошлость.

– Твой выпад не стоил тех проблем, которые будут у тебя в последующем. – не скрою, мне приятно, что он за меня заступился. – Генеральный будет в бешенстве.

– Не переживай, и слова не скажет. – Баженов приобретает хитрый вид. – Я думал, что ты давно всё поняла. Не такая уж ты и умная. Вика, тут всё принадлежит мне. Я единственный и полноправный владелец.

У меня чуть челюсть не отпала. Я вытаращилась на него.

– Но почему…?

– Мне не нужно лишнее внимание, сама понимаешь почему. Делаю то, что мне нравится, живу в своё наслаждение. – он прижался губами к виску, оставляя влажный след. От близости Петра Всеволодовича снова стало жарко, чтобы хоть немного вдохнуть воздуха, я расстегнула верхние пуговицы на рубашке.

Пётр Всеволодович тут же запустил руки вглубь, чтобы прикоснуться к груди.

– Тут камеры! – всхлипнула я, пытаясь оттолкнуть его.

– Распоряжусь, чтобы всё удалили. – Босс прикусывает нижнюю губу, пробирается языком в мой рот, заставляя подчиняться и принять его. Я невольно застонала, целоваться в лифте было возбуждающе.

Когда до нашего этажа оставалось всего несколько пролётов, Пётр Всеволодович отстранился, поправил мою блузку и чмокнул в нос как нежный любовник. Сегодня он был самим очарованием.

– Думаю, на сегодня работы хватит. Пошли ко мне, пообедаем и выпьем.

– К тебе? – я провела руками по волосам, пытаясь прийти в себя. Очень уж хотелось посмотреть как Начальник живёт.

– Да, у меня в гостинице напротив есть апартаменты, дорога до них занимает не более пятнадцати минут. В будни я обычно обитаю там, чтобы не тратить время на дорогу.

Для чего ещё Баженову нужны были эти апартаменты я знала прекрасно. Он регулярно водил туда красивых дам для быстрого расслабления. Оказаться очередным обеденным перерывом мне не хотелось.

Предложение Петра Всеволодовича испортило настроение и охладило настрой.

– Спасибо, но мне нужно работать, не хочу, чтобы по офису ходили неприятные слухи. Тем более, не хочу быть «твоей девочкой». – чеканю и повернувшись на пятках вокруг своей оси, пытаюсь уйти от Баженова. Он быстро сокращает между нами дистанцию, берёт под руку и заводит в тёмный коридор у принтерной, где никого никогда нет.

– Что опять? – интересуется он недовольно, сжимая пальцами подбородок. – Мне казалось, мы стали находить общий язык.

– Не хочу работать с Вами, не под вашим началом. – скрещиваю руки, стараюсь держать дистанцию, чтобы никто не мог подумать, что мы тут обжимаемся.

– Вот как. В который раз за эти два дня? – шутит неудачно Босс. – Вика, тебя так напрягли апартаменты? Я предложил пойти туда, потому что там спокойно и нет лишних глаз и ушей, там вкусная доставка из ресторана.

– А ещё Вы туда водите своих шмар. – отвечаю ему честно. – Я не собираюсь раздвигать ноги по первому вашему требованию. Этого в моих должностных нет!

– Хорошо, пошли в ресторан. – примирительно говорит Босс. – В отличие от тебя я готов не скрывать наши отношения, сказать обо всём твоему мужу.

Отношения. Звучит сладко. Непривычно. Пикантно. И пугающе.

– Я никуда не пойду. – тут же мотаю головой. – Мне нужно домой к мужу. Чтобы как минимум поговорить с ним.