Глава 5

— Я, Тиберий Джордано Ли, адмирал Звездного флота, глава области исследований соседнего сектора, теряю свое драгоценное время, обучая бездарей. Дожили! Докатились!

Все больше убеждаюсь, что присутствовать на уроках своих групп — чрезвычайно интересное занятие. Никогда не видела адмирала в таком гневе. А все началось совершенно невинно. Ребятам вживили чипы, которыми обладают все военные Звездного флота. Эти микроэлектронные устройства должны были позаботиться о том, чтобы студенты не смогли совершить противозаконные деяния в области программирования, не имея на то санкций или приказа старшего по званию, состоящего на службе Совета. В прошлом году младший Гер сумел обойти систему, поэтому на этот раз с ним подстраховались дополнительно.

Так вот, первое время все шло стандартно, пока не выяснилось, что одна из моих групп совершенно не обладает склонностью к программированию. Каким-то непостижимым образом все слабые студенты угодили именно в одну группу. Теперь Джордано разгребает косяки моих неумех и пребывает в совершенном бешенстве от этого факта. А перевестись обратно на Землю нельзя.

— Сегодня у вас день самостоятельного изучения предмета, а завтра я буду вам разжёвывать то, чего вы, остолопы, не поймете.

Несмотря на то, что Ли был преподавателем от бога, ученики мало того что не все понимали, но и сильно нервничали. Здесь им давали информацию совершенно другого уровня, а это еще и ответственность. В итоге практически вся группа получала углубленное домашнее задание, что не приносило радости ни им, ни преподавателю.

Пока студенты, получив самостоятельное задание, копошились в своих терминалах, Джордано подошел ко мне.

— Эрум, я тебя как человека прошу, выполни анализ побыстрее, а? Я не выдержу десять лет с этими идиотами. Я или на себя руки наложу, или на них руки наложу. Это ж что-то за гранью добра и зла.

Вернуться на свое прежнее место преподавания в академию на Землю Ли не мог, так как по приказу генерал-адмирала снабжал меня требующейся мне информацией по созданному им закрытому каналу.

— Зато после такого испытания твоему преподавательскому таланту уже ничего не будет страшно, — не сдержала я улыбки.

Джордано был необычным мужчиной, привлекательным внешне, с непредсказуемым характером. Высокий и грациозный, несмотря на крупное телосложение, с правильными чертами и пропорциями лица. Немного смуглый, со слегка вьющимися черными, как и у всех ракш, волосами. Адмирал бы пользовался популярностью у женщин, если бы не чуткий присмотр супруги, которая по совместительству была моей подругой Кирой.

— Все женщины бессердечные. Я тут страдаю, а она насмехается.

— Поверь, я стараюсь ради нашего общего дела как могу. И стоит также вспомнить старинную пословицу: поспешишь — людей насмешишь. Вот!

— Когда это ты успела так глубоко изучить земной фольклор?

— Это все Анфиса, у нее земная старина — это хобби.

— Надо было ей про эту пословицу вспомнить, когда они с Гером Илью делали. Один раз поспешили, а теперь весь Звездный флот расхлебывает.

— Не ворчи. Ты гордишься своим учеником, — заметила я.

— Еще неизвестно, кто у кого ученик. Способности у парня феноменальные.

Наше общение было прервано младшим по званию, который явился ко мне с докладом. Решив, что достаточно насмотрелась сегодня на урок своих студентов, я покинула аудиторию.

— Добрый день, мэм! — приложив кулак к груди, поприветствовал меня лейтенант.

— Докладывайте.

— Мне поручили сообщить, что из-за трех ваших студентов в теплице произошло ЧП.

— Кто? — нахмурилась я.

— Гер, Ройс и Квик.

Та-а-ак!

— Спасибо, вы свободны.

Что же такого случилось, что это не смог уладить преподаватель и пришлось вызывать куратора? Решив не нервничать раньше времени, я, нахмурившись, зашла в отсеки биофауны, где царил совершеннейший бардак и хаос.

Вокруг мигала сигнализация, бегал народ, а трое студентов понуро сидели в уголке. Кивнув коллегам, я направилась к воспитанникам. Увидев меня, они вскочили и поприветствовали старшего по званию.

— Слушаю.

Вперед вышел Иван и, запинаясь, начал рассказ:

— Мы как обычно пришли, ну и, получив задание, начали отработку наказания. Работу выполняли согласно инструкции, а потом… Все замигало, включилась сирена и прибежали военные. А то первое задание пропало и вместо него появилось другое.

— Вы и сами военный, Ройс, — напомнила я, устало потерев глаза.

— Так точно…

Оставив провинившихся, я подошла к командиру конвоя. И снова все повторилось. Приветствие, доклад…

— Нас вызвала сигнализация, которая оповестила о взломе секретной зоны «А». Сейчас проверяем.

— Прошу пригласить независимых следователей.

Дежурные странно на меня посмотрели.

— Из-за взлома? — уточнил их командир.

— Не слишком ли строгие методы расследования? — послышался голос адмирала Ройса за моей спиной.

— Я хочу точно знать, действительно ли был взлом. И я это узнаю, — резко развернулась я к преподавателю биофауны. — Всякое может случиться. Мало ли у кого на моих студентов есть зуб. Поэтому я, как куратор, настаиваю на расследовании с привлечением специалистов, которых выберу сама. В связи с этим прошу очистить отсек.

— Я, как руководитель территории, на которой произошло происшествие, против, — прищурившись выдал Ройс.

— Согласно уставу, у меня приоритетное право, — возразила я.

Некоторое время мы мерились взглядами, но потом Ройс отвел глаза, хмыкнув:

— Как скажете, мэм.

— Имейте в виду, если я получу доказательства вашей причастности к организации сегодняшнего происшествия, в академии вам остаться не удастся, — вернула шпильку я.

— Вот и славно, — подмигнул ракш. — Ненавижу преподавать.

Прикрыв глаза и не в силах побороть порыв, я представила, как, размахнувшись, врезала Ройсу по носу. Выпустив таким образом пар, провела рукой по лицу. Гнев ушел, а с ним и сладкая иллюзия. Жизнь — боль! Поэтому я стояла и просто смотрела вслед наглому, самоуверенному…

— Мэм, следователей вызвали, — доложил командир смены.

— Независимых следователей вызову сама, — повторила я и направилась к своим архаровцам.

— Мэм, мы этого не делали! Мы не… Это недоразумение!

Голоса всех троих студентов слились в один, и разобрать что-либо было сложно.

— Молчать! — повысила я голос, и студенческая масса затихла, сбившись в кучку.

— Значит так. Гер, найди мне старое задание, хоть из-под земли достань. Приедет независимая служба контроля, и ей оно пригодится. Давайте, докажите, что вы гении, но не угробьте Звездный флот. Помните, на кону ваши погоны.

— То есть вы нам верите? — нерешительно спросил Ройс.

— Да, и считайте, вам в этом повезло, — просветила их я.

— Да, мэм, — кивнул Квик.

— А теперь свободны. И постарайтесь до конца расследования быть паиньками.

Студенты исчезли за считанные секунды.

Вот что значит, верная мотивация! Прикоснувшись к коммуникатору, я открыла канал связи со старым другом. Хорошо бы тот был свободен.

— Да? — раздался хриплый спросонья голос.

— Привет, Зак. Мне нужна твоя помощь.

***

Еще одним предметом, который я преподавала в академии, было вооружение. С самого детства мне были интересны молотки и дрели больше, чем куклы. И когда выросла, не смогла устоять при виде новейших бластеров, танков или машин войны, как их теперь называют.

В общем, в моем распоряжении было много дорогих и очень эффектных игрушек. Любовь к ним я всячески прививала и своим студентам. Причем этот предмет я также вела и у потока выпускников, которые сейчас уже ушли на диплом.

Что они все еще делают в академии? Просто у некоторых дипломные работы связаны с лечением боевых ран, и ребята вместо практики оказывали помощь младшим курсам.

На свои занятия я всегда выбирала суженую Козеро, как ее называл весь преподавательский состав. Отношения Юрия и Серы Маркевич никак не продвигались, и это всех уже начало беспокоить. Козеро являлся авито и привязки не имел. Может, и зря.

Например, у Ремарка из-за расы в свое время не было выбора. Фиса землянка, а они необыкновенно выносливы, непревзойденно приспосабливаются и адаптируются. В эмоциональном и умственном плане они отличаются инертностью, непостоянностью и непредсказуемостью. Единственная раса из всех, имеющая возможность переносить вирусы, не болея ими.

Однако вирус любви поражает абсолютно всех и, чем больше упрямишься, тем хуже последствия. Сера сидела сбоку от полигона и наблюдала за тренировкой, как и два ее одногруппника. Я уверена, единственная причина, по которой она пошла на военное отделение, это Козеро. И если костоправ в ближайшее время не ответит девушке взаимностью, ее уведет кто-нибудь другой.

— За выделенные нам часы я должна рассказать вам обо всех видах оружия: переносимых и стационарных. А также о взрывных устройствах, средствах слежения и другой разнообразной полезной технике. Ну и, конечно, на последних курсах вы столкнетесь с оружием класса «А», и не только. Будут испытания на местности, — поясняла я, пока группа внимала мне, готовясь к тренировке.

Как и ожидалось, самое опасное вооружение, наносящее непоправимый вред, вызвало у моих балбесов бурный восторг. Ну, это пока они сами вплотную не столкнулись с ним. Потом оно вызывает бурю совсем других эмоций.

— Вопросы?

Руку подняла Дейзи. Я кивнула.

— Насколько понимаю, применение оружия — это часть нашей профессии. Но неужели придется часто применять и оружие класса «А»?

Оу! Никак голос разума прорезался в этой группе?

— Что сказать… Меня радует, что хоть кому-то среди присутствующих претит использование самой разрушительной силы, что была создана гуманоидом… Однако все по порядку. Оружие вам может пригодиться не только на службе, но и в повседневной жизни. Может, даже в личной…

Я встретилась взглядом с Серой и нашла в нем солидарность с моим высказыванием.

— По поводу использования оружия во время обучения… Будете применять его с корабля, в дальнем секторе. Туда для вашей практики будут доставлены биомиры с искусственно выведенной флорой и фауной. Конечно, они больше двух часов с момента активации не проживут, но вам и этого должно хватить. А то, как часто придется это делать на службе, зависит от вас и ваших решений, поступков.

Группа притихла.

— В будущем за каждое применение вооружения класса «А» вы будете нести ответственность. Цель академии — дать вам необходимые знания и навыки, чтобы вы, оперативники, смогли сделать верный выбор, и кому-то из командования не пришлось писать вам некрологи.

— Мэм, разве об этом можно рассказывать так… открыто? — спросил Ройс.

— Вы дали обязательство о неразглашении сведений об академии, туда входила и вся информация, получаемая вами на лекциях. При обнародовании этих сведений вас посадят так надолго и так далеко, что про свое нормальное существование можете забыть. И у нас имеются возможности проверить вашу неболтливость, — подмигнула я им.

Группа совсем приуныла. Надо их расшевелить!

— Помните! Космос — это смерть во мраке и тишине. А теперь за оружие и на тренировку. А то что-то медики у нас просиживают.

На столь оптимистичной ноте мои студенты бросились в атаку на тренажеры. Полигон наполнился звуками ударов, стонами и криками.

***

Почему командиры всегда вызывают к себе поздно вечером, когда валишься с ног от усталости, а тут срочное совещание, на котором непременно надо быть. После занятий со старшими групп решала краеугольные вопросы по учебе и дисциплине студентов, потом анализировала новую информацию, а теперь добавляла недостающие кусочки к картине расследования, словно собирала пазл.

И тут, стоило мне углубиться в дело, вызов от Ремарка. Вот как он хочет, чтобы я быстрее завершила расследование, если постоянно дергает меня?

Пройдя в холле мимо роботизированного секретаря, я, постучав, вошла.

— Сэр, вызывали?

— Эрум? Садитесь.

Ремарк показал на одно из кресел напротив его стола, в соседнем восседал Джордано. Более того, удобно разместившись, я заметила голограмму адмирала Гера. Ого, какие люди. Три побратима генерал-адмирала и я. Значит, будут пытать насчет хода расследования.

— Привет нашему аналитику! — отвесил шутовской поклон Гер. — Есть ли новости о том, что происходит в академии?

— Есть, — спокойно отозвалась я. — Но вам не скажу. Кроме генерал-адмирала Ремарка ваши имена все еще в списке.

— А меня, значит, исключили? — вскинул брови мой командир.

— По вам, сэр, я провела анализ в первую очередь. Надо же кому-то докладывать и просить о дополнительных ресурсах.

— Все женщины коварны, — вздохнул Гер. — Но коварнее этой никого нет!

— Не льсти мне.

— Когда же все это закончится? — простонал Джордано.

— Ты погоди, вот скоро поступят твои дети в академию, тогда ты завоешь. А пока не ной.

— Кстати, что там произошло с тремя вашими студентами? — спросил меня Ремарк.

— Только не говорите, что Илья что-то снова учудил — простонал старший Гер.

Прищурившись, я обратилась к генерал-адмиралу:

— Сэр, я прошу урезать полномочия одного из преподавателей. Тот использует их в личных целях.

Ремарк улыбнулся уголками губ и прямо спросил:

— Вы намекаете на то, что Ройс пытается отчислить своего брата из Звездной академии?

— Именно так. И нахожу это возмутительным, — нахмурилась я.

— Эрум, но ты же понимаешь, что кому-то придется стать наследником, — заметил Джордано.

Эх, как мы заговорили. А в свое время едва не поседел от подобной перспективы.

— Вот пусть Ройс старший сам этим наследником и становится. Тем более, он скоро женится. Прекрасный кандидат. Или пусть разбираются с наследованием после того, как Иван закончит академию. Тогда это никак не будет меня касаться. Но использовать вот такие бесчестные методы… Я не допущу.

— А вы уверены, что ваши студенты здесь ни при чем? — вскинул бровь Ремарк.

— Конечно. Они у меня все пусечки и не способны на такие подлые и топорные выходки. А эта троица вообще мои любимчики и очень перспективные ребята. Я, несомненно, проведу расследование и подам рапорт о компенсации им морального вреда. Бедняжки теперь ночами не будут спать от переживаний. И, конечно, я ходатайствую, чтобы и речи не было ни о каком наказании.

В кабинете после моей пламенной речи повисла тишина.

— Еще никто никогда моего сына так не защищал, — пробормотал Гер.

— Он замечательный мальчик, к тому же с мозгами. Впрочем, как и все мои студенты. И я не позволю их обижать для удобства какого-то адмирала, — поджала губы я. — Кстати, эта троица помогает мне с расследованием.

Я намеренно обронила информацию об этом.

— Ты нас погубишь, — ужаснулся Джордано.

Ремарк молчал, но хмурился.

— Эрум, не замечал раньше за вами инфантильности, — вздохнул адмирал Гер. — Как вы могли допустить такое?

— Я в них уверена и контролирую ситуацию. Сейчас ребята знают об ответственности и приносят пользу. Именно они обнаружили незаконный аккаунт. Рапорт об этом я подавала.

— А я прочел, как именно они его обнаружили… — заметил Ремарк, но не стал открывать своим побратимам подробности.

— А если серьезно, как там мой сын? — тут же живо поинтересовался адмирал разведки.

— Процесс дрессировки идет медленнее, чем я рассчитывала, но продвигается. Через пару лет можно будет уже увидеть ощутимые сдвиги. Пока динамика положительная.

— Эх, надо было подождать год и сразу отдать его тебе, — пробормотал Гер.

— Что ж… Не будем занимать ваше время, Эрум. Тем более что вы потратите его с большей пользой за анализом. Жду ваш рапорт по поводу происшествия в теплице, — со вздохом сказал Ремарк. — Можете идти.

Попрощавшись с командиром и помахав адмиралам, я полетела в свой преподавательский бокс, где в последнее время провожу практически все свое время. Нормально ли для молодой женщины жить только работой? Может, и нет, но в моем случае уже ничего не поделаешь.

Подойдя к аптечке, я сделала себе очередную инъекцию препарата, который прописала мне Фиса, и взглянула на заканчивающийся запас. Экономить не получалось, а значит, с расследованием и правда нужно поспешить. Грустно знать о том, что конец близок, и не в силах что-то изменить.

***

Сегодня трое моих любимчиков последний раз отбывают наказание в теплице. После произошедшего инцидента и откровенного саботажа я больше не доверяла адмиралу Ройсу. А значит, за завершением наказания придется проследить самой.

Многие преподаватели использовали отработки в теплицах, чтобы покарать студентов. В таком труде для провинившихся мало приятного, зато он идет на благо академии. Похоже, мне придется отказаться от этого метода, хотя бы временно.

— Адмирал Эрум, чем обязан чести видеть вас?

Я медленно обернулась к Рейнолу. Как обычно подтянутый, аккуратный, мужественный и чересчур харизматичный. Препараты, выписанные Фисой, сильно облегчали мне жизнь, и сейчас я была благодушна. и спокойна, словно удавчик на солнце.

— Решила присмотреть за своими мальчиками. Вам я, по понятным причинам, не доверяю.

— Это очень печально, ведь я не раз повторял, что не имею к этому инциденту никакого отношения.

— Угу. Но это мы еще посмотрим.

Наши «любезности» прервали ребята, пришедшие на отработку. Едва они увидели меня, как младший Ройс выпалил:

— Я же говорил, командир нас не бросит!

— Да и я тоже тут, и прослежу, чтобы вы отработали свое наказание как надо, — усмехнулся адмирал Ройс.

Вот так мы и стояли вместе, наблюдая, как ребята распределяют выделенное им на сегодня задание.

— Смотрю, на работу им вы не поскупились, — проверила я через свой коммуникатор наказание. Список дел для моих студентов выглядел внушительно. — Желаете заночевать здесь с ними?

— Если у вас мало времени, вы можете не присутствовать, — провокационно улыбнулся адмирал.

— Ну что вы… Всегда мечтала пробыть как можно дольше рядом с незаурядными и привлекательными мужчинами, — пробормотала я.

— Польщен, — склонил голову в поклоне Ройс.

Адмирал удалился в свой рабочий отсек, а я расположилась неподалеку на железной лавочке, чтобы держать своих архаровцев в поле зрения. Но умение ждать никогда не было моей сильной стороной.

Я переделала все дела, написала рапорт о проделанной работе и, не зная, чем еще заняться, прикрыв глаза, прокручивала у себя в голове анализ. На данный момент список из тысяч имен уменьшился до пары десятков. Но там все еще присутствовали имена Рейнола, его семьи и Джордано с Гером.

— О чем задумались? — у самого уха раздался голос адмирала Ройса.

Вскрикнув, я подскочила на месте.

— Не думал, что вы такая нервная, Белла. Может, хотите поговорить об этом?

Издевается, но сейчас меня волновало не это. Я закончила Звездную академию, работала оперативником, имела прекрасную подготовку, и, тем не менее, этот мужчина смог подкрасться ко мне незаметно. Немыслимо!

Кто же он такой?!

— Где проходила ваша подготовка? — выпалила я, пристально взирая на Ройса.

— Зачем вам это знать? — спросил адмирал, шагнув ко мне ближе.

Расстояние между нами стало неприличным, а мужской запах обволакивающим, чарующим.

Я шагнула назад. Ракш чуть сощурился и, слегка улыбнувшись, тоже отступил. А сбоку от нас послышался шум. Ребята снова больше следили за нами, чем за растениями. И в этот раз поплатились за это сильнее.

Бокс, в котором студенты отрабатывали задание, был усажен ядовитыми растениями, с подвижными ветвями. Они и ужалили трех, застывших на месте, разинь, которым не в Звездный флот надо было идти, а в папарацци.

— Их надо спасать, — пробормотала я.

— Точнее и не скажешь, — вторил мне Ройс.

Мы одновременно бросились к боксу и, влетев внутрь, стали отбивать уже почти сдавшего позиции Ивана, которому, как мог, помогал Марк. Илья прикрывал друзей и пока успешно.

— Гер, защищай нас, пока мы не вынесем Ивана из бокса! — приказал адмирал.

Я отметила уверенность Ройса при координировании ситуации. Значит, он привык командовать отрядом. Что еще он может делать?

Когда мы практически освободили Ивана, случилось непредвиденное: я почувствовала болезненный укол в спину, встретилась с потемневшим взглядом Рейнола и испугалась этого мужчины. Казалось, он сейчас совершит убийство.

— Гер! — прорычал Ройс. — Ты идиот! Квик, выноси Ивана. Гер, на выход!

Перед глазами все начало двоиться, когда Рейнол, перекинув меня через плечо, бросился к медпункту, находившемуся на территории теплицы. Там не было медперсонала, но любой окончивший Звездную академию имеет начальную медицинскую подготовку и знает, что нужно делать в той или иной ситуации. От времени зависела жизнь. Вот прямо как моя сейчас.

Краем сознания я отметила нереальную силу Ройса, когда тот рвал на мне мундир, чтобы вколоть противоядие и обработать рану. А когда неприятные ощущения немного отступили, осознала всю интимность момента.

Помощь мне оказали квалифицированную и своевременную, но сидеть перед объектом привязки обнаженной по пояс — это слишком. Пусть даже и спиной.

На мои плечи легли руки мужчины, мягко сдвинулись к предплечьям, слегка стиснув их. Затем мне на ушко шепнули:

— Я отнесу вас к медикам.

— Ум-м… — только и смогла выдавить я.

Перед глазами все больше и больше расплывалась картинка, и организм отключался, чтобы быстро и эффективно побороть яд. Перед тем как сознание угасло, я почувствовала ткань на плечах и поцелуй в губы. Быстрый, жадный… А потом меня подхватили на руки.

Но поручиться, было ли это на самом деле, я бы не смогла.

***

Иван Ройс

Чувство вины давило неимоверно. Так подставиться во время работ, отвлекшись на брата и куратора. Из-за нас пострадала адмирал Эрум, которая столько делает для своих студентов. Учит, оберегает, защищает! Я вообще все еще в академии исключительно благодаря ее заступничеству. А сейчас она из-за нас в таком ужасном состоянии.

Когда брат пронес ее мимо нас по направлению к выходу, Эрум была без сознания и очень бледная. Но еще меня беспокоил Рейнол. Я знал, каков он в бешенстве. Но довести до такого состояния ракша во время брачного периода, да еще причинить вред его избраннице… Дела у нас не просто плохи. Они катастрофичны!

Вернувшись обратно, Рейнол спокойным шагом направился к нам, а я весь подобрался, готовый броситься прочь. Но брата интересовал не я, а Гер. Подняв Илью на ноги одним рывком, Рей за шею прижал его к стене.

— Как ты посмел? — прошипел он. — Из-за тебя пострадала Белла. Неужели вы совсем ни на что не способны? Только все портить.

Понимая, что совершаю глупость, я бросился к брату.

— Рейнол, прошу тебя, отпусти Илью. С адмиралом Эрум все будет в порядке, ведь так? А мы этот урок запомним на всю жизнь!

— Уроки для вас слишком дорого обходятся остальным, — рыкнул он на меня.

— Куратор не придет в восторг, если ты нас покалечишь, — решил зайти с другой стороны я.

А то побратим уже хрипел и задыхался, совсем как я недавно. Пришлось поторопиться и добавить с нажимом:

— Правда откроется. Оно тебе надо? Прости нас.

Видимо, я выбрал верную тактику, потому что Илья мешком свалился вниз.

— Надеюсь, то, что произошло сегодня, больше не повторится. Если что, пожертвуете своей шкурой ради нее.

Мы синхронно закивали, подтверждая, что умрем, но в обиду не дадим. И вроде бы буря миновала.

— Как вообще можно так безалаберно относиться к учебе? Вас что, не предупреждали, что это опасные растения, с которыми вы должны быть начеку?

Друзья, напуганные вспышкой моего брата, затихли и внимали молча, но не пропуская ни слова мимо ушей.

— Вот же три идиота. И зачем, спрашивается, я прикладывал усилия для отчисления своего брата? Надо лишь подождать, вас и так выгонят отсюда. И это будет на благо вам! В противном случае вы убьетесь на службе. Растения в этой оранжерее с планет, которые уже открыты и досконально изучены, и вы теоретически представляете, какие опасности вас на них поджидают. А если вам доведется стать первопроходцами?!

После этого, помолчав, адмирал уже спокойно добавил:

— Решать, наказывать вас или нет, будет адмирал Эрум. Но если бы вашим куратором был я, вы бы уже сидели на чемоданах.

И еще раз оглядев нас, добил:

— Если вы снова подвергнете ее жизнь опасности, я вас сам задушу. Надеюсь, хоть это вы запомните, — и брат вышел, оставив нас одних.

Преисполненные чувств от того, что сейчас произошло, ребята некоторое время не двигались и лишь вздыхали.

А потом Илья повернулся ко мне:

— Как ты прожил с ним все детство? Я бы точно остался заикой.

Не успел я ответить на этот вопрос, как последовал следующий от Марка:

— Иван, почему ты не сказал, что у твоего брата привязка к Эрум?

— Потому что они никак не могут решить свои личные дела, поэтому советую и вам держать язык за зубами. Не стоит влезать в отношения двух адмиралов. Худо будет.

— Согласен с Иваном, — подал голос Илья. — Мне сегодняшнего хватило. И надо еще перед куратором извиниться.

В полной солидарности мы еще повздыхали и отправились по боксам. Надеюсь, кошмары мне сегодня сниться не будут.