Глава 6

Белла Эрум

Происшествие в отсеке с биофлорой ясно показало, что я слишком расслабилась, преподавая в академии. Не могу быстро приспосабливаться к новым условиям или старею. Я стала колоть себе препараты подавления эмоций, следовательно, неизбежно притупилась реакция, но я этого не учла. К тому же в моей жизни много отвлекающих факторов. Например, Ройс, рядом с которым я, кажется, перестаю нормально думать.

Но все это не повод пропустить укол растения в учебной теплице. И дело не в младшем Гере. Я опытный солдат, он студент. Не он отвечает за ситуацию, и именно поэтому я не стала наказывать троицу.

Когда очнулась у Фисы, та около часа читала мне нотации. Потом пришел мрачный Ремарк и высказал свое неодобрение. Заходил и адмирал Ройс. Но тот, озаботившись моим самочувствием, лишь молча стоял и смотрел. Что было еще хуже.

Чем дольше я думаю об этом мужчине, тем больше для меня в нем загадок, но и не думать о нем я уже не могу. Может, мне нужна встряска, как во времена оперативной работы?

Правильно говорят, бойтесь своих желаний, они могут исполнится!

Спустя неделю после происшествия Зак прислал отчет о расследовании, и на моем лице расплылась ехидная улыбка — я оказалась права в том, что все подстроил Ройс. Но, к сожалению, поймать его за руку оказалось невозможным даже для такого опытного следователя, как мой друг.

Выразив Заку благодарность и послав ему денежное вознаграждение за работу, я задумалась. Безусловно, адмирал Ройс хорош, и тем сильнее любовь опутывала мои голову и сердце. Кем бы он ни работал, Рейнол являлся прекрасным специалистом. Противостоять такому будет сложно, но и интересно.

Отправив заключение Зака, без домыслов о Ройсе, следственной группе Звездного флота, я тем самым сняла все подозрения со своих студентов, а завтра еще и рапорт Ремарку напишу.

Мельком бросив взгляд на новостные сообщения по каналу безопасников, я застыла. Молясь, лишь бы это был обман, открыла одно из донесений:

«Вчера было незаконно изъято несколько тон орко-урановой руды новейшего производства».

Чаще всего эти сообщения предназначались главе по безопасности нашего сектора, но и обычные адмиралы имели к ним доступ в пределах своих должностных полномочий.

Я не сомневалась, что изъятие произошло благодаря контрабандистам, поддержке влиятельной семьи и моей медлительности. Отвлеклась на провокацию Ройса… А ради брата ли была устроена эта провокация, или имелась другая причина?..

С другой стороны, Рейнол же не знает, что я занимаюсь расследованием. Или знает?

Надо взять себя в руки. Если дело пойдет так и дальше, у меня случится нервный срыв. Немного подумав, я увеличила себе дозу блокатора.

***

Рейнол Ройс

Ремарк очень злился. Редко я видел генерал-адмирала в такой ярости. И сейчас его гнев был направлен на меня:

— Я вообще не понимаю, как можно поступать подобным образом. Это недопустимо! Из-за тебя мы потеряли очень ценный груз, из-за тебя у контрабандистов есть пароли от одного из самых больших транзитных путей. Ты хоть соображаешь, насколько это огромная жертва?

— Конечно. Помимо военного образования у меня имеется еще и экономическое. Но без жертв не выиграть войны, Наран, и ты знаешь это не хуже меня. Да, я поставил ловушку, но чтобы в нее попал нужный нам зверь, пришлось не поскупиться и на приманку.

— Да я убить тебя готов! И мы точно с Советом побеседуем о твоих полномочиях.

— Твое право, — пожал плечами я. — Но как только остынешь, ты поймешь, что я все сделал правильно.

— Твоя ловушка дала результат?

— Безусловно.

Вот теперь я увидел в глазах Ремарка тень надежды.

— И?

— Ранее я заподозрил несколько влиятельных семей в предательстве. Косвенные данные указывали на кого-то из них больше, на кого-то меньше. Полагаться только на умозаключения слишком рискованно, нужно было проверить. И я расставил капкан.

— Ты псих. Надо лишить лицензии того специалиста, который дал тебе освидетельствование, — пробормотал адмирал-генерал, проведя рукой по волосам.

— Но чтобы не вызвать подозрение, я предложил хорошую наживку. Второго шанса могло и не представиться. В общем, все получилось, но тебе я пока ничего не скажу, рано еще. Как только картинка сложится полностью, тогда… Тогда мы начнем охоту.

— Что ж, постарайся довести дело до конца и не вылететь из-за своих выкрутасов из академии… охотник. Ты в курсе, что мне на тебя жаловались?

Я улыбнулся, вспомнив полные возмущения глаза.

— Адмирал Эрум, полагаю?

— Правильно полагаешь. Ройс… Ты ничего не хочешь мне сказать?

— Я? Нет. Если ты о Белле, то не переживай, она не выкинет меня из академии.

— Белла? Вы уже на короткой ноге? А по ее поведению и не скажешь…

— Ерунда, все наладится.

— Ройс, ты недооцениваешь адмирала Эрум. Не провоцируй ее, ибо ты провалишь задание, и мы с Советом тебя убьем.

— Ты в последнее время очень нервный, — посмотрел я на командира.

— Станешь тут нервным, когда кажется, что кругом одни предатели. Кстати, что там с исполнителем контрабандистов?

— Я подозреваю Роу Кроса и еще нескольких преподавателей. Пару студентов и некоторых служащих.

— Значит, Кроса?.. Ройс, еще раз спрашиваю: ты ничего не хочешь мне сказать?

Мы встретились с Ремарком глазами.

— Пока нет, — тихо, но твердо ответил я.

— Ну-ну… Только имей в виду — женщины способны преподносить сюрпризы. И чаще всего они неприятные. Свободен!

***

Белла Эрум

Следующие пару месяцев мы с Ройсом практически не виделись. Я была погружена в анализ, он тоже ходил задумчивый и был весь в делах. Странно, не предполагала, что работа по двум дисциплинам в академии так загружает…

Первое время я промучилась с именем Рейнола Ройса в качестве предателя, но не могла найти фактов, которые позволили бы вычеркнуть его из моего списка. Как и фактов, доказывавших причастность адмирала. Поэтому я перешла к другим подозреваемым и работала с ними вполне успешно. Список с каждым днем становился все короче. Пока меня опять не отвлекло очередное происшествие.

Снова заработавшись до глубокой ночи, я, уже практически засыпая, просматривала отчеты преподавателей о своих студентах и, на последнем резко проснулась, а еще и разозлилась.

Вот нельзя оставить одних ни на минуту. Просила же этого лентяя присмотреть за группой. И что он сделал? Впрочем, остальные старшие тоже хороши. Взглянув на часы, я коварно улыбнулась.

Самое время для гостей!

Пройдя в студенческий отсек, я быстро нашла нужный мне бокс и, открыв его, вошла в совершенно темное помещение. Дверь за мной плавно закрылась, отрезая от последних крох света. Но какой же я адмирал и выпускник Звездной академии, раз такая мелочь, как темнота, способна мне помешать? Не-е-ет…

Мгновенно сориентировавшись, направилась в спальню ребят и, присев на корточки перед Иваном, произнесла:

— Ройс, пора вставать.

Реакции ноль.

— Ройс, вставай, — повысила я голос.

— Если вы не безумно красивая женщина, то пойдите отсюда вон, — пробормотал парень, завозившись в кроватке.

Вы только посмотрите, какая прелесть!

— Ройс, да вы-таки просто везунчик, ибо я совершенно неотразима! А ну, встать! — рявкнула так, что и Иван, и Илья подскочили на своих койках как ошпаренные.

Одно тело упало, громко ругаясь. Второе во что-то врезалось, поранилось, что-то разбило, при этом не менее виртуозно матерясь. И это при женщине и своем кураторе. Какой позор!

— Свет, — произнес Гер.

И когда ребята увидели меня, то Иван тоненько протянул:

— Все, тушите свет.

И тот послушно погас. Интересно, долго будет продолжаться этот цирк? Впрочем, нет, цирк уехал, клоуны остались!

— Ройс, если вы считаете, что темнота помешает мне вас побить, то глубоко заблуждаетесь, — прохладно напомнила я о своем присутствии.

— Свет! — простонал Гер обреченно.

Надо отдать должное ребятам, те поприветствовали старшего по званию и застыли, нервно на меня поглядывая.

— Знаешь, Иван, когда Марк отказался с тобой селиться, я не совсем его понял. Но теперь полностью осознал, почему Саймак считает Квика прирожденным стратегом, — грустно вздохнул Илья.

— Зря вы так, Гер, — поцокала я языком. — Побратимы должны делить не только приятные моменты, но и тяготы. Тем более, что вы не сосед, а почти сокамерник.

— А что я? Я вообще ничего. Совсем ни при чем! — выпалил старший группы.

Я смотрела на ребят, которые все еще стояли навытяжку в одних трусах. Хорошо хоть, в них. А то был у меня случай, после которого в правилах академии появился пункт об обязательном ношении нижнего белья.

— Меня всегда изумляло, Ройс, как тонко вы можете обрисовать ситуацию. Хм… Видимо, Саймак так и не научил вас составлять доклад, — не смогла не подколоть я.

Старший группы молчал, настороженно косился и выжидал.

— Первый вопрос, который я хотела бы обсудить, это предстоящие экзамены. За последнее время у вас многократно увеличилась нагрузка по предметам, и это связано с окончанием первого года обучения. Сначала будут проверяться теоретические знания, и только потом подойдет очередь практических рейдов. Они направлены на то, чтобы определить, насколько усвоены вами полученные знания.

Ребята переглянулись, но пока слушали молча.

— Расписание экзаменов я вам уже скинула на коммуникаторы. У каждого куратора есть любимая группа, в этот раз это ваша группа, Ройс. И, надеюсь, она меня не разочарует, — добавила с угрозой.

— Мы будем стараться, мэм.

— Ну, раз так, перейдем ко второму вопросу нашей беседы. А именно: вы знаете, Ройс, что сегодня преподаватели прислали мне отчет по группам?

Вот тут Иван понял истинную причину моего ночного визита.

— Теперь знаете. И этот отчет меня не порадовал. В особенности то, что моя лучшая группа за короткое время стала самой худшей. А до экзаменов две недели! Почему у некоторых студентов столько долгов?!

— А что я могу сделать? У них личная жизнь, мэм. Не могу же я вытаскивать их из… Ну… — промямлил старший группы.

— Ройс, мне плевать, что у них за жизнь. Если надо, хоть свечку держите, хоть третьим к ним ложитесь, но до экзаменов задолженности должны быть закрыты! Иначе я лично подготовлю им приказы об отчислении, и влиятельные родственнички не помогут. После первой сессии начинается отсев, который будет продолжаться на протяжении семи лет. И какие группа понесет потери, частично зависит и от вас. Я понятно выражаюсь?

— Так точно, мэм!

— Вот и прекрасно. Пойду отдыхать. Ваша группа отнимает у меня здоровье!

— Так точно, мэм! — отрапортовал Гер.

— Шутники, да? Что ж, посмотрим, кто будет смеяться последним.

***

Время показало — весело было всем. С приближением экзаменов моя жизнь стала напоминать сумасшедший дом. Так бывает практически всегда, но этот год был особенно проблемным. Первокурсникам пришлось срочно сдавать задолженности и отчитываться за прогулы. Десять процентов студентов вылетели еще до экзаменов.

И единственным, кто в эти дни выглядел хуже меня, был младший Ройс. За то, что он без моего надсмотра наплевательски относился к своим обязанностям, пришлось платить. Не говоря про то, что его оценки должны быть практически идеальными, чтобы его братец не нашел причину для отчисления. Все же есть ситуации, когда не смогу помочь даже я.

Экзамены по своим предметам я принимала у всего потока поступивших, и уставала не меньше студентов. Когда в перерыве я, прикрыв глаза, сидела в преподавательской, над моей головой раздался знакомый голос:

— Могу ли я развеселить тебя, красавица?

— Роу, у тебя не получается подкрадываться, ты топаешь как слон, — улыбнулась я, посмотрев на мужчину.

— Что поделать, — пожал он плечами. — Я же заканчивал гражданское отделение и совсем не похож на вас, вояк. Как прошли экзамены?

— Сносно и лучше, чем я ожидала. Впрочем, мне еще не сдала группа моих любимчиков. Их я оставила напоследок.

— Но это же любимчики! С ними-то точно проблем не будет.

— О-о-о… Как раз с ними они чаще всего и бывают. Они ведь не какие-нибудь школьники, а готовые специалисты высокого класса. А их чуть два раза не угробили тепличные растения. Про то, сколько раз они пытались угробить растительную живность, я промолчу.

Роу рассмеялся и, чуть прищурившись, спросил:

— А точно ли тебя все раздражают?

— Поясни, — вопросительно вскинула я брови.

— Говорят, тебе нравится младший Ройс.

Так… Это уже не смешно.

— И почему ты спрашиваешь меня об этом?

— Может, ревную?

— Роу, мы уже обсуждали это…

— Но я ничего не могу поделать со своими чувствами.

— И я с отсутствием любви в отношении тебя тоже. Ты очень хороший и поверь мне, еще встретишь свою девушку.

На этот ответ Крос только скривился, а у меня очень вовремя запищал коммуникатор. Я обрадовалась сообщению, как шансу на спасение жизни.

— Извини, вызывают, — и стремительно покинула комнату.

А вслед мне донеслось:

— Учти, я просто так не сдамся!

Надо что-то делать с этой неразделенной любовью. Прямо хоть переводись из академии!

***

Меня боялись. И как же они меня боялись! Будто не экзамен сдают, а я их отправляю жениться. У каждого просто массовая гибель нервных клеток. Рассаживаются за терминалы, словно те заминированные.

— Имейте в виду, если кто-то сейчас хлопнется в обморок, от сдачи предмета это его не освободит. К тому же подобный инцидент испортит вашу будущую репутацию крутого оперативника. В конце концов, вы взрослые люди, а так ведете себя, — пожурила я ребят, но лучше не стало.

Впереди меня ожидало три экзамена, а затем подведение итогов. И это будет несколько адских дней. Но ничего не поделаешь, система есть система. Не я ее придумывала, не мне ее менять. Поэтому студенты стонали, преподаватели крепились.

И наконец-то первый этап сессии завершился.

***

Приглушенный свет освещал большое помещение с овальным столом, за которым уже третий час подряд совещались одни из самых влиятельных адмиралов Звездного флота. Как же я ненавижу общегодовое подведение итогов.

— Ну сколько можно обсуждать? — простонал Тиберий. — Давайте уже договоримся до чего-нибудь. Время позднее, а мы еще не прошлись по старшим группы. Меня жена дома ждет!

Меня никто дома не ждал, но от этого желание скрыться отсюда не уменьшалось.

— Согласна, — вздохнула я. — Послезавтра начинаются рейды, а дел еще по горло. Пора сворачиваться.

— А мне всегда говорили, что вы идеальный преподаватель и куратор, — улыбнулся Ройс. — Но время только-только перевалило за полночь, а вы уже ропщете.

— Господа, адмирал Ройс желает задержаться здесь подольше. Кто за то, чтобы по завершении совещания оставить его здесь? — мрачно предложила я.

— Я вас всех здесь оставлю, если мы сейчас же не закончим. Я вообще молодожён! — возмутился Саймак.

Все захмыкали.

— Хорошо, вернемся к нашим баранам, — быстро вставил Джордано. — Насколько я вижу результаты, со спорными балами лишь Ройс и Меркот. С кого начнем?

— С Ройса, — предложила я и с подозрением посмотрела на его брата. — Спорная оценка у него по биофауне. Почему?

— Я занизил балл по двум причинам: недавнее происшествие в оранжерее и неполные теоретические познания.

— Относительно происшествия расследование завершено, и академия принесла студентам извинения. Вы случайно оказались не в курсе? — испытывающе посмотрела я на брата Ивана. — Кстати, в качестве компенсации предлагаю именно его сделать лучшим старшим группы.

Переглянувшись, преподаватели пожали плечами. Тут сказать нечего. За исключением мелких косяков, Ройс и вправду обладал самыми высокими баллами. Вот только сейчас решим еще вопрос с биофауной.

— Был сильно занят в последнее время, — просто ответил Рейнол. — Что ж… Прекрасная работа куратора и преданность группе. Я рад, что они оказались ни при чем. Но есть еще и вторая причина.

— По поводу нее… На каждый экзамен по вашему предмету я внедряла независимого проверяющего. Его оценка знаний студента Ройса отличается от вашей. Будем устраивать очную ставку, или вы измените результат?

Адмирал Ройс улыбнулся и изменил балл на «отлично».

— Вы совершенно потрясающи… в своей работе, — заявил он, смотря на меня с непередаваемым выражением, от которого перехватывало дыхание.

Помимо этого, стоит отметить, что заминка была вполне двусмысленная, и закрадывалось сильное подозрение, что меня просто-напросто дразнят.

— Да, Ройс, чувствую, благодаря Белле придется тебе вступать в права наследования, — подколол его Саймак.

— Думаете? — усмехнулся ракш, словно такая перспектива его совсем не волновала.

— Нас больше интересует, что скажет твоя избранница относительно возможного нового положения, — словно в шутку заметил Козеро, пристально глядя на товарища.

— А она сама виновата. Это ее выбор, а я ни в чем не могу ей отказать. Даже сейчас! — вроде бы тоже шутка, но что-то странное было в тоне Рейнола.

И я не удержалась от вопросов:

— В каком смысле: выбрала сама? Разве это от нее зависит?

— В каком-то смысле — да, — ответил Ройс. — Она ведь выбрала меня, значит, должна принять со всеми недостатками.

Которых море! Ты коварный и хитрый, словно паук. Естественно, не став это говорить вслух, я потерла грудную клетку, в которой скопилась боль. Даже блокаторы ее не сдерживают.

— Что-то мы отвлеклись, друзья мои, — напомнил нам о делах Джордано. — Раз по Ивану Ройсу вопрос решен, то давайте закончим Меркотом и по домам.

— А вот я не согласен с вынесенными Меркоту результатами, — возмутился Козеро. — Ему незаслуженно занизили оценки. Я требую голосования.

Мы все застонали. Это надолго.

***

Утром я не встала, у меня не хватило ни уважительных причин, ни силы воли, и отправилась к старшим своих групп уже после обеда. Нужно было сообщить об итогах экзамена, кто отчислен и о том, что им предстоит дальше.

Иван, увидев меня на пороге, даже запереживал о моем здоровье, видимо, вид у меня был еще тот. Но в ответ я просветила его по поводу затянувшегося до глубокой ночи совещания и о том, что он — лучший старший группы. Ни парень, ни его побратимы сразу мне не поверили. А когда поверили, я еще больше выросла в их глазах.

По словам младшего Ройса, еще никто так успешно не боролся с его братом. Но на это мне сказать было нечего. Ведь то, что происходило между мной и Рейнолом, нельзя назвать борьбой. Этот змей словно играл со мной. Дразнил, строил препоны. Я оборонялась, предотвращала его провокации, но как только у нас должно было доходить до прямого столкновения, тот отступал в сторону.

В такие моменты мне было не по себе, ведь у любой игры есть конец, и он меня почему-то пугал.

Дальше мне предстояла беседа с отчисленными. Некоторые студенты принимали эту весть с достоинством, были и те, которые ругались и возмущались. Но уже ничего не изменить, все решено. Однако смотреть на такие вспышки всегда тяжело.

Но еще тяжелее для меня оказался визит к адмиралу Ройсу. Мы с ним должны были обсудить заключительный рейд — город. Генерал-адмирал выразил желание увидеть там определенные ловушки, поэтому, уже на ночь глядя, я отправилась к Рейнолу.

Едва бравый адмирал открыл дверь, мне словно под дых ударили. Он встречал меня в одних трусах и, судя по виду, только что встал с постели. В связи с тем, что я преподаю в Звёздной академии, где один мужчина другого краше, я многого насмотрелась за свою карьеру. И все же Ройсу удалось меня удивить и сразить. Наповал!

Но за это на ракша, помимо восхищения, присутствовала также и злость. Как он посмел таким жестоким способом напомнить мне о том, что он лучше, чем я представляла в мечтах?

— Адмирал Эрум, вы так и будете молча стоять в дверях? — спокойно спросил Рейнол.

Вот в такие моменты я его просто ненавижу.

— Я не вовремя? — спросила, все же заходя внутрь.

— Что вы. Вас я всегда рад видеть. Но, кажется, вы смущены? — вскинул он бровь.

Я, как могла, старалась сохранить лицо.

— Мне не по себе в связи с тем, что я вижу помолвленного мужчину неодетым. Это все же неприлично.

— Смотрю, вас очень беспокоит моя помолвка, — слегка прищурился Ройс. 1345d3c

— Скорее, я щепетильна в отношении условностей. И где-то даже консервативна.

— Это прекрасно, — выдал непонятно к чему сказанную фразу ракш и скрылся в спальне, а я расположилась в кресле в гостиной.

Разговор обещал быть долгим и, когда Ройс снова предстал перед моими очами, я порадовалась, что он хотя бы не будет вести его в трусах. Но и в домашней одежде его видеть непривычно и, можно сказать, интимно. Я с трудом могла отвести взор от мощного торса в облегающей черной футболке, мускулистых бедер в темных штанах и сильных крупных рук на мужских коленях. Просто преступно с его стороны быть таким сексуальным. Особенно рядом со мной, сейчас! Это же мучение какое-то!

— Белла? — осторожно позвал меня ракш, всматриваясь в лицо.

— Адмирал Эрум, — я рефлекторно поправила его.

— Хорошо, — мои правила игры мужчина принял с улыбкой. — Вы готовы обсудить план ловушек?

— Да, — решительно кивнула и попробовала сосредоточиться на работе.

Интересно, сколько я продержусь в таком любовном напряжении?