Глава 11

Глава 11

Я закрыла за собой дверь, переоделась в старенькую ночную сорочку, ткань которой того и гляди расползется дырами.

Ну и на что я такая рассчитываю? Он — древний вампир, красивый, обаятельный. А я?... Мало того что в принципе не красавица, так еще и одета не пойми во что.

Он ведь не зря меня с собой сегодня целый день как пугало таскал! Ведь по мне же сразу видно, что у меня муж не богатый и не умный, а просто пыль в глаза всем вокруг пускает…

И если днем, все это не вызывало абсолютно никакого негатива, то сейчас в тишине ночи и темноте большой пустой комнаты рождало внутри раздражение и недовольство.

«Может быть мне себе тоже чего-нибудь прикупить?» — от этой крамольной мысли было не так-то просто отмахнутся. Но рациональное я, тут же взяло вверх. «У Наденьки зимних ботинок нет, Лилечке нужно красивое платье в садик на утренник. Аркаше в школу нужна форменная жилетка и брюки… а еще карандаши, тетрадки, учебники… Нашла, когда о себе думать!»

Что бы отвлечься от мыслей о Максиме и собственном внешнем виде, попыталась переключится, но раз за разом вставал образ того, как мужчина приобнял меня, как он уткнулся носом мне шею…

«Да он просто сожрать тебя хотел, дура! Он же вампир!» — отругала я себя, переворачиваясь на другой бок.

Но сколько бы не ворочалась уснуть никак не получалось. Мысли сделали виток и скользнули к камешкам с непонятными рунами.

«Рассорка…» — произнесла про себя я название, и вдруг резко села на кровати.

А ведь когда я прибиралась в деревенском доме, после пробуждения, я нашла там много мелких камешков. Это совпадение? Или они все тоже были с рунами?

Бросила быстрый взгляд на дверь? Может быть пойти к Максиму? Рассказать о том, что вспомнила?

Потом вспомнила о своей застиранной ночнушке, и снова натянула себе до подбородка одеяло.

Наверное, лучше подождать до утра.

Но все равно закрывая глаза, я все еще чувствовала щекотное дыхание и нежные руки, а на губах сама собой расцвела улыбка.

***

Утро Максима началось почти так же, как и вчера.

Топот детей в коридоре, голос Светланы, пытающейся не дать детям разодраться за место у умывальника.

— Мама, я же забыл! — послышался испуганный возглас Аркаши за дверью. — В школе сказали, надо всем сегодня поделку принести.

— И тебе обязательно надо было вспомнить об этом сейчас?

— А что, лучше, чтобы я об этом совсем не вспомнил? — обиженно ответил мальчик.

«Лучше бы забыл…» — мысленно ответил ему Максим, накрывая голову подушкой.

Утренняя суета уже второй день подряд выбивала его из колеи.

Сегодня детей по школам и садикам Света отвела сама. У самого Максима ближайшая встреча была назначена на десять утра, а потому он не торопился. Заварил себе кофе и сел за стол изучать биржевые сводки, медленно потягивая ароматный напиток.

Кролик, переваливаясь с лапы на лапу, зашел в кухню:

— Открой холодильник, — приказным тоном потребовал зверек. — Жрать охота. Согласен даже на мясо.

— Можешь спуститься в подвал, мышей половить, — ухмыльнулся Максим.

Кролик обижено засопел и одним прыжком залез на подоконник.

— Ну ладно, ладно… припомню, — мстительно прошипел он. — О, смотри-ка, сосед своих малолетних монстров в детский сад повел. Ой, он со Светой поздоровался, и она с ним. Так заулыбалась ему, смотри-смотри…

— Заткнись. — Макс кинул в пушистое безобразие первой попавшейся под руку конфетой, отчего кролик с диким безумным хохотом сорвался бежать назад в коридор.

— Это ты еще не знаешь, что вчера было!

«Какая мне разница, что было вчера?» — мысленно отмахнулся мужчина, вот только неприятное подозрение все равно свербело. «О чем этот кикиморов выкидыш говорил?»

Пока он собирался, искушение пойти достать забившегося под диван кроля только возрастало. Эта дрянная зверушка еще и периодически подхихикивала, будто задумала какую-то гадость.

«Да что такое могло быть вчера, что он так надо мной издевается?»

Хорошо, Света пришла довольно быстро, и он не успел начать пытать безумную зверушку. В двери повернулся ключ.

— Ты еще не ушел… — обрадованно позвала Света из коридора.

— Уже ухожу, к десяти нужно быть в городе, но до этого хотел заскочить уладить пару вопросов… — Он вышел навстречу.

— Максим… — Женщина опустила глаза в пол, явно собираясь что-то сказать, но то ли смущаясь, то ли тревожась.

— Что такое? — насторожился он. — Что-то с детьми? Проблемы в школе или садике? Нужно с кем-то поговорить?

«Или это связано с тем, что было вчера?»

— Нет, нет, не в этом дело. — Она замялась, но, вздохнув, собралась и выпалила на одном дыхании: — Я переживаю. Эти камушки. Рассорки, как ты их назвал. Мне кажется, они из деревни. И чем больше я об этом думаю… а Семен остался один в деревне, может быть…

— Ты хочешь съездить проверить мужа? — догадался Максим.

— Да, — облегченно кивнула Света. — Ты не против со мной туда съездить? Туда и обратно, просто убедимся, что у него все в порядке. Ну или я могу одна…

Максим пожал плечами, прикидывая.

— Ну сегодня, как я уже и сказал, у меня запланирована встреча. Но завтра с утра я свободен. Поедем вместе.

Света просияла. Максу показалось, что она вот-вот его обнимет, но вместо этого женщина неловко переступила с ноги на ногу.

— Отлично, тогда завтра. А сегодня я готова снова быть твоим личным водителем, — с теплотой в голосе произнесла она.

— Сегодня не надо. Возьму такси, так что не переживай.

Улыбка чуть увяла на ее лице, но она лишь кивнула.

«Спросить или не спросить?» — поколебался он, но потом решил, что будет выглядеть глупо. Ведь он даже не знает, о чем спрашивать.

— Как скажешь. Тогда схожу в магазин, приготовлю ужин. Может быть, ты чего-нибудь хочешь?

— Нет, не думай обо мне. Я найду чем перекусить в городе, — ухмыльнулся он.

На такси Максим доехал практически до здания вокзала, попросив остановиться около дома напротив. Прямо рядом с крылечком, над которым виднелась вывеска «Чайная».

На дверях висела табличка «Закрыто».

Максим поднялся по ступенькам, достал ключи и открыл дверь. Колокольчик над ней мелодично звякнул.

Он так и не успел рассказать Светлане, что неожиданно для самого себя выкупил это место.

Нужно же было куда-то вложить полученные от вчерашних «инвесторов» деньги.

Причем, поддавшись порыву, умудрился провернуть сделку всего за пару часов. Да, нужно было еще дождаться бумаг от регистраторов, которые вчера сдали, но это уже было формальностью.

Деньги внесены, договоры подписаны. Помещение и все содержимое — его, он даже юридическое лицо выкупил, чтобы не заморачиваться с перерегистрацией и названием. Пришлось немного воздействовать на нотариуса, но к документам было не придраться.

Немного поразмыслив, он нашел за стойкой лист бумаги, ручку и, написав крупным шрифтом «Требуется продавец», добавил свой номер телефона и закрепил на входной двери.

Удовлетворившись результатом, хмыкнул и отошел сварить себе кофе. Ассортимент чая и зерен оставался еще от прошлых владельцев. А в плетеной корзинке у кассы лежали баранки, правда это скорее было для декора, чем для угощения.

Кроме продавца нужно было искать еще и администратора, того, кто будет заниматься закупками, но это уже дело десятое.

Место полностью готово к работе. Мебель, оборудование, на стеллаже книги и настольные игры для развлечения гостей. Правда зачем они тут, если Чайная больше ориентирована на приготовление и продажу напитков на вынос.

Вот только не успел решить, стоит ли что-то переделать в оформлении или оставить все как есть, как колокольчик на двери звякнул еще раз. Максим повернулся:

— Мы закрыты, — холодно произнес он.

В дверях стоял Виктор, с интересом осматривающий помещение.

— Зашел поздороваться, — хмыкнул брат, ничуть не смущаясь, проходя вперед и усаживаясь за один из столов.

— Здравствуй. И проваливай. — Внутри поднималась волна гнева.

Какого лешего он сейчас приперся сюда? Не Виктор ли говорил ему, что Максим теперь «сам по себе»? Не Виктор ли забрал себе все его деньги и имущество из прошлой жизни? Так что за неожиданный визит?

Или он пришел угрожать? Решил, что Максим чересчур активен, и собрался щёлкнуть по носу? Так ему уже давно не десять лет.

— Как невежливо. Что, даже чаем не напоишь? — выразительно приподнял брови брат. При этом взгляд, внимательно следивший за Максом, был холоден.

Макс скрипнул зубами и, открыв ящик под кассой, вытащил початую пачку дешёвого чая в пакетиках. Пакетик залил холодной водой и поставил кружку на стол перед братом.

— Пей и проваливай. — Он был сама вежливость и даже улыбался. Правда, со стороны это, возможно, выглядело жутковато.

Виктор кивнул на место напротив.

— Сядь.

— Ты специально говоришь со мной в таком тоне, что хочется тебя ударить?

— Этот город принадлежит моему клану. А ты влез сюда и наводишь смуту, в каком еще тоне я должен с тобой говорить?

— Да, я заметил, как вы тут развернулись. Сотрудничество с оборотнями пошло на пользу. Тут и раньше было довольно уныло, но сейчас вообще стоячее болото, — хмыкнул Макс, скрестив руки на груди.

— Ты водишься с низшим отребьем, задумал финансовые махинации, а еще зачем-то выкупил это место. Собрался через него отмывать деньги, заработанные на обмане? За десять лет мир изменился, но ты, как я вижу, не изменился ни капли.

— Так, может быть, надо было меня убить, когда была возможность? — Лицо Максима закаменело.

— Если будешь так настойчиво просить, я, пожалуй, так и сделаю. А пока просто послежу за тобой.

— Тебе лучше следить за собственным сыном. — Это было сказано гораздо резче, чем следовало. Но слишком уж взбесили слова о слежке. Виктор изгнал его, так какое право вообще имеет вмешиваться в его жизнь?

— Это угроза? Давай, повтори ее, и я пересмотрю решение оставить тебя в живых. — В глазах Виктора промелькнуло нечто, заставившее все естество напрячься. Шестое чувство трубило тревогу.

Макс замер, застигнутый этим врасплох. Ну уж нет, сейчас он умирать не собирался. Виктор шанс избавиться от него упустил, вот пусть и кусает локти.

А потому Максим лишь дернул плечом, пренебрежительно хмыкнув:

— Ты вообще в курсе, что он сколотил шайку и применяет свои силы на людях, просто чтобы развлечься?

Виктор на секунду растерял холодность и уверенность. Он несколько раз растерянно моргнул, но быстро пришел в себя.

— Со своим сыном я разберусь сам.

— Ну, конечно. У тебя же талант в воспитании. На мне натренировался и теперь просто ас в этом деле.

— Язви сколько вздумается. Я пришел предупредить тебя, чтобы не высовывался и вел себя тише. Этот город такой, какой есть — потому что я хочу, чтобы моего сына окружала безопасная и мирная среда.

— Стерильные условия убивают иммунитет. Тебе ли как врачу этого не знать?

— Я тебя предупредил, — холодно бросил Виктор и поднялся с места. Макс думал, что тот уйдет, но он остановился около стеллажа с настольными играми. Провел рукой по деревянной коробке с шахматами. — Помнишь, как мы играли раньше?

Вопрос выбил почву из-под ног. Только хотелось язвить, уколоть больнее, и вдруг его словно перенесло на много десятков лет назад. Как они сидели с Виктором за доской, брат улыбался и рассказывал, как ходят фигуры. Максим быстро схватывал и жутко гордился своими успехами. Он пытался научить сестру, но у той не получалось даже ферзя от ладьи отличить, и поэтому Макс раз за разом упрашивал Виктора играть с ним.

И брат соглашался, даже если был занят, откладывал все дела ради докучливого (по крайней мере, теперь Максим понимал, что был именно таким) ребенка.

— Да, помню, — глухо произнес Макс. Губы тронула грустная улыбка. — Я часто тебя обыгрывал.

— Потому что я поддавался, чтобы побыстрее закончить игру и отвязаться. Ты был слишком приставучий.

Счастливые воспоминания лопнули словно мыльный пузырь. Он взглянул Виктору в глаза, пытаясь понять, серьезен ли он.

— Жаль, что ты тогда выжил, столкнувшись с лошадью, — окончательно добил его брат.

Из горла Максима вырвался смешок. Полубезумный, злой. Так вот, значит, все как. Жалеет, что взял к себе безродного сироту? Что так много времени потратил на «приставучего» ребенка?

Виктор уходил, почти дошел до двери, взялся за ручку.

— А как твои исследования? — весело спросил Макс, словно бы не услышал, что сказал ему брат.

Но на самом деле просто хотелось лишний раз напомнить Виктору о том, что он сделал десять лет назад. И вполне может повторить и сейчас.

С куда большей фантазией и рвением.

Виктор давно увлекся изучением геномов разных видов нечисти, все хотел найти способ превращать любого человека в вампира. То ли невесту хотел сделать одной из них, то ли все человечество.

«Сейчас нас — единицы, но ты только подумай, какие перспективы откроются, если мы сможем создавать себе подобных произвольно. Отбирать тех, кто проживет не одну сотню лет… Выбирать лучших».

Максим уговаривал его остановиться. Просил. Он как никто другой знал, что бывает, если не слушать здравый смысл и идти напролом, идти против природы.

Но брат не послушал, он продолжал свои исследования, добился первых результатов…

И тогда Максим решил действовать обманом.

Сначала спровоцировал конфликт с оборотнями, потом сделал все, чтобы «уронить» акции «Алмаз-мед», попытался разорить лабораторию.

После десяти лет вынужденного одиночества, когда каждый свой шаг он рассмотрел со всех углов словно под микроскопом, когда в голове прочертил не один десяток возможных вариантов, что можно было сказать или сделать — все, что он натворил, казалось, мягко говоря, не слишком умным и логичным.

Можно и нужно было действовать тоньше.

— Хочешь знать, добился ли я успеха? — Виктор покачал головой. — Смотря что понимать под успехом. Всех подряд в вампиров я так превращать и не смог. И не думаю, что это в принципе возможно. Но благодаря Нике и нашему сыну открыл для себя новую область исследований. Скрещивание видов.

— Звучит как создание химер. А, впрочем, вполне в твоем стиле. — ехидно произнес Максим.

— Каких еще химер? Ты все не так понял. Ты даже не представляешь, сколько межвидовых браков, в которых пары мечтают, но не могут завести ребенка из-за плохой совместимости. Так что мы сейчас специализируемся на ЭКО. К нам со всей страны и из-за рубежа клиенты обращаются. Недавно вот делали перенос эмбриона баюна и орка.

Максим задумчиво взял в руки карандаш со стола, а из вазочки засохшую баранку, покрутил в руках, пытаясь представить эту картинку. Какие, однако, извращенцы встречаются в их мире.

— А кто из них баюн и кто орк? — как бы между прочим спросил он.

Виктор посмотрел на него как на идиота:

— Это высшие, они выглядят как люди. А свои фантазии оставь при себе. Как ребенок, честное слово, — скривился он.

Максим вернул баранку и карандаш обратно на стол.

— Зато ты прямо герой. Защищаешь жителей города от всякой скверны и помогаешь рождаться детям. Того и гляди нимб засверкает над головой. Но мы ведь оба знаем, что ты ничем не лучше меня.

— Я лучше тебя. Потому что не виню других в своих бедах.

Колокольчик на дверях звякнул, возвещая о том, что Максим снова остался один.

Максим какое-то время стоял неподвижно, минута, две, три. А потом со всего размаха ударил кулаком по стене.

В стене образовалась вмятина. Словно смеющийся над ним беззубый рот. Легче не стало.

Максим пошатнулся и опустился на пол.

«Жаль, что ты тогда выжил», — слова брата все еще звучали в ушах.

Может быть, ему и самому жаль, что он тогда выжил. Тогда бы не было всего того, что случилось после…

***

Максим с сестрой жили в центре города недалеко от набережной, на втором этаже двухэтажного деревянного дома. Квартира принадлежала Виктору, но тот жил вместе с остальными членами клана Алмазовых, в большом поместье за городом. Максим же вести сестру в дом с дюжиной вампиров отказался, как и оставлять ее одну.

Беда пришла тихо, бесшумно, не предупредив, не подготовив. Просто однажды утром Лиза не смогла встать с кровати.

— Лизка! Лизка, я в гимназию опаздываю, Виктор узнает, что я снова учебу прогулял, опять надерет уши. Лизка, Лизка! — Максим, привыкший всегда и во всем полагаться на сестру, не сразу понял, что что-то не так.

Он вошел в ее спальню и обнаружил девушку безвольно лежащей на кровати. А ведь обычно она вставала раньше него, прибирала, готовила завтрак и шла работать в Заразный барак. Виктор помог ей обучиться и стать медицинской сестрой, хоть Максим и был против.

Но разве Лизку уговоришь, если та что-то задумала!

Первое, что подумал мальчик в тот день — что сестра заболела. Подхватила какую-нибудь гадость от пациентов, такой хрупкой и тонкой девушке много ли надо?

— Лиза, Лиза… — снова позвал он, прикладывая руку к ее лбу. Он ожидал почувствовать жар, но лоб был даже холодным. — Лизонька…

Лицо девушки было бледным и измученным, а слабое неровное дыхание едва ощущалось. Даже его вампирские способности с трудом позволяли почувствовать биение ее сердца.

Словно жизнь вдруг ни с того, ни с сего решила покинуть ее.

Доктора он привел через час. По тем временам — максимально быстро. Тот осмотрел ее, но видимых причин болезни не обнаружил. Прописал кровопускание и постельный режим. Будто бы Лиза была способна встать!

— Не волнуйся, Виктор придет, он тебя вылечит. Ведь меня же он спас, — шептал Максим, сжимая холодную руку сестры в своей. Будто бы мог передать так ей часть своей силы.

— Помнишь, что он сказал? — слабо пробормотала сестра, с трудом удерживая глаза открытыми. — Меня нельзя сделать… стать такой, как вы.

— Чушь! Ерунда. Я обязательно что-нибудь придумаю. Или Виктор. Он умный, он все может. И вообще, кроме таких, как мы, есть еще куча всяких видов. Куча всяких способов.

— Максим, обещай мне. — Лиза сделала передышку, так как слова давались ей с трудом. — Я хочу остаться человеком. Если я умру, то так тому и быть. У меня есть на кого тебя оставить, так что в этом я спокойна.

— Нет! Нет! — Макс так разозлился, что вскочил со стула. — И вообще, ты заболела из-за Виктора. Из-за того, что работала в его лечебнице, так что он обязан тебя вылечить.

Сердце колотилось в груди, словно пытаясь выбраться наружу, а в голове крутились мысли о том, что Виктор подверг опасности его сестру, и он просто обязан все исправить.

— Но если не сможет… То, пожалуйста, не делай ничего… Помнишь, мы с тобой гуляли, и на нас напала жуткая страшная тварь…

— Я быстро с ней справился, — поспешно воскликнул Максим, — тебе не надо бояться, теперь я могу постоять за нас обоих. Больше никто нас не обидит! Только пожалуйста, поправляйся.

Сестра грустно кивнула:

— Да, но такой, как та тварь, я стать не хочу. Просто пообещай мне…

Все внутри разрывалось на части от бессилия. Лизочка становилась слабее с каждым часом.

Виктор пришел уже вечером. Он провел ногтем по запястью девушки и, промокнув пальцем выступившие алые капли, попробовал их на вкус.

— Что с ней? — Максим нетерпеливо крутился рядом.

— Похоже на болезнь крови… — нахмурился брат. — Это не заразное заболевание.

— А какое тогда? Как ее вылечить?!

Сидя на полу «Чайной», Максим отчего-то так ярко вспомнил тот день. Когда страх густо мешался с надеждой и непониманием. Они же вампиры, волшебники, они могут почти все.

Так почему же Виктор говорил, что не знает, как помочь его сестре? Он врет, специально скрывает от него способ.

Максим днями напролет сидел у постели сестры, а та быстро угасала. Надежда таяла с каждым днем, оставляя лишь горькую боль в сердце.

Он забросил учебу, вместо этого изучая талмуды из клановой библиотеки Алмазовых в поместье за городом.

Способ помочь Лизке был — нужно было сделать из сестры нечисть. Оставалось придумать какую. Варианты были самые разные. Можно было сделать из нее фамильяра. Да, это было запрещено, но этот способ не нравился Максиму не поэтому. В книгах писали, что в этом случае душа человека все равно умирает, воспоминания уходят. Так зачем ему одно ее тело?

Другой способ — сделать сестру упырем. Но те живут мало, и сил у них не намного больше, чем у обычного человека.

Может быть, мертвяком? Ритуал поднятия тела казался не слишком сложным.

Он помнил, как, когда сестра перестала дышать, воскликнул в сердцах:

— Так даже лучше! Я сделаю тебя одной из нас, и ты снова будешь здорова.

***

Машина плавно двигалась по асфальту, а в лобовое стекло ярко светило весеннее солнце.

Максим сидел рядом и что-то листал в телефоне. Вчера он пришел домой поздно. Я уже к тому времени легла, но хоть и не спала, вставать не стала.

Не хотелось показаться мужчине слишком навязчивой. Не хотелось, чтобы он думал, что я пытаюсь его контролировать.

Я думала, он забыл о своем обещании съездить со мной в деревню, но нет. Когда я пришла домой, он уже был собран и ждал.

И вот теперь я снова за рулем, мчусь по трассе и пытаюсь не обращать внимания на копошащуюся внутри тревогу.

У Максима зазвонил телефон:

— Алло. — Он нахмурился. — Хм, да, искал. Обязанности? Приходите завтра к десяти, и я рассмотрю… Как, говорите, вас зовут? Петр? То-то, я смотрю, голос знакомый…

Максим чему-то усмехнулся.

— Нет, нет, ладно. Приходи... Угу, до завтра.

Он положил трубку и негромко рассмеялся.

— Что смешного? — Я была рада отвлечься от мыслей о бывшем муже, о соседях, которые, увидев меня, обязательно начнут сплетничать.

— Да так. — Он пожал плечами. — Один парень пытался меня обокрасть, а теперь просится на работу.

— Вот наглый тип, — удивилась я. — Ты ведь его не возьмешь? Как можно доверять такому?

— Нет, напротив, думаю, надо брать.

Я посмотрела на Максима, но тот выглядел абсолютно серьезным.

— Это странно, — констатировала я, снова сосредотачиваясь на работе.

Вокруг простирались поля, еще не зеленые, но уже начинающие отходить после зимы. Солнце заставляло щуриться, и я выдвинула козырек. Потом убрала его, потому что показалось неудобным так ехать, потом снова выдвинула.

— Нервничаешь?

— Не-ет, — протянула с преувеличенно веселой интонацией. — С чего бы? Ведь ты со мной, если Семен начнет…

— Нервничаешь, — констатировал Макс. — Не переживай, все будет хорошо.

И я ему поверила. Вот только тогда я еще не знала, насколько сильно он ошибался.

Машину мы оставили чуть поодаль, не доезжая до деревни.

— Ты просто не представляешь, какие сплетницы у меня соседки. Они-то ведь знают, что Семен в деревне остался. Увидят, что я на машине с другим мужчиной приехала — таких небылиц насочиняют!

— Думаешь, без машины тебя никто не заметит? — резонно уточнил Макс.

— Нет, мы вдоль кромки леса пройдем. Дом как раз у самого края находится, — принялась объяснять я. — Ты ведь не против немного прогуляться?

Пока мы шли, я умудрилась промочить ноги, и если бы не Максим, обязательно бы поскользнулась на осенней слякоти, но зато повезло — навстречу никто не попался. Это можно было считать победой.

Мы прошли через старую деревянную калитку с задней стороны участка, обогнули дом.

Замок на двери был закрыт.

«Интересно, Семен вообще из дома выходил?»

Ключи у меня были, так что пара минут — и мы оказались внутри.

— Это я! — зачем-то крикнула я, но ответа не последовало.

Максим шел сразу за мной.

— Как-то холодно. Что ты там ему внушил перед уходом? Он совсем не топил, что ли? Весь дом промерз. — Я покосилась на мужчину, но тот выглядел настороженным.

— Что-то не так, — произнес он, задвигая меня себе за спину.

Пройдя веранду, он дернул дверь отапливаемой части дома и застыл на месте.

Я приблизилась, выглянув из-за чего плеча. Сразу у порога на полу лежал Семен.

Максим наклонился к нему и констатировал очевидное:

— Мертв.