Глава 10

Глава 10

– Виктор, – натянуто улыбнулся Максим.

Вот только на лице того, кого назвали Виктором, не дрогнул ни один мускул, он ничего не ответил. Вместо этого раздался удивленный женский возглас:

– Ты?.. – стоящая у зеркала миловидная темноволосая девушка побледнела так, словно увидела приведение. Рот приоткрылся, помада, которой она подводила губы, выпала из руки.

– Вероника, – улыбнулся мой фиктивный муж девушке, наклонился, подбирая помаду, и протянул ей. – Давно не виделись. Ты все так же очаровательна, как и десять лет назад.

К помаде та не притронулась, вместо этого покосилась на Виктора.

– Добрый день, – на всякий случай поздоровалась я, чувствуя себя откровенно лишней в этой игре в гляделки.

«Стоп… он сказал десять лет назад? Так эти двое не «инвесторы», а знакомы с Максимом давно?»

Виктор с Вероникой синхронно повернулись ко мне, кажется, только сейчас поняв, что Максим, оказывается, не один, а со спутницей.

«Вот и зачем рот открыла», – поругала себя я, одновременно с этим улыбаясь как можно шире.

– Что ты тут делаешь? – прищурился тем временем Виктор, снова повернувшись к Максу.

– А что люди обычно делают в ресторанах? Зашел на обед.

Брюнет еще раз мазнул по мне взглядом, затем подхватил Веронику под локоть, и вместе они покинули заведение.

Максим так и остался стоять с помадой в руках, потом вздохнул и сунул ее в карман.

– Какие высокомерные, – поежилась я. – Они тоже… – понизила голос, так чтобы точно никто не услышал. – Ну… не люди?

Мужчина кивнул и повел меня в зал мимо девушки, которая рассаживала гостей. Мы сели подальше от всех, к окну.

– Прошу прощения, тут забронировано… – попыталась остановить администратор, но Максиму хватило одного поворота головы к ней. – Или не тут. Сейчас принесу меню.

Я проводила ее рассеянным взглядом.

– Если ты так легко можешь управлять людьми, зачем тебе пускать пыль в глаза всем этим мошенникам, с которыми ты сегодня встречался? Не проще ли просто заставить их… оформить на себя кредит и дать тебе деньги? – спросила я.

Хотя на самом деле спросить хотелось совсем другое. Что за мужчина и женщина, которых мы встретили? В окно я видела, как они вышли на улицу и подошли к дорогущей спортивной тачке черного цвета. Машина, на которой ездили мы, по сравнению с этой, была не просто ведром с болтами – детской ледянкой, годной, только чтобы с горки катиться.

– Это довольно забавно. Обманывать тех, кто пытается обмануть тебя. За десять лет я, признаться, соскучился по финансовым играм, – он грустно улыбнулся. – Даже не подозревал насколько. Прежнего азарта нет, но вспоминаются старые времена, и от этого я чувствую себя на своем месте.

Он проследил направление моего взгляда. Спортивная машина, в которой сидели Виктор и Вероника, скрылась за углом здания, но я все еще продолжала туда смотреть.

– Это был мой брат, – вдруг произнес он. – И его жена.

– Брат? Родной? – Я нахмурилась.

– Кровный, – мрачно усмехнулся Максим. Прозвучало жутковато.

«Видимо, тоже вампир», – подумала я, решив не задавать пока больше вопросов на эту тему. Официантка принесла меню, но я, почти не глядя, заказала самый бюджетный бизнес-ланч. Максим попросил два кофе.

– Ты с ним не ладишь? Кажется, они тебе не очень обрадовались.

– Это он меня запер в лесу. – Мужчина сказал это словно само собой разумеющееся. Таким тоном о погоде говорят, а не про десятилетнее заточение рассказывают.

– Он? – Я мысленно еще раз прокрутила сцену их встречи в голове. Если Вероника выглядела так, будто действительно удивлена, то вот Виктор удивленным не выглядел. Настороженным, недовольным, сосредоточенным, но только не удивленным. – Зачем?

Я не расспрашивала его до этого, но сейчас показалось, он сам ждет этого вопроса. Перед нами на стол поставили кофе для Максима и чай из бизнес-ланча для меня.

Я успела сделать маленький глоток.

– Скажем так, я пытался обанкротить его фарм-компанию, попутно подставив его тогда еще невесту и развязав конфликт между вампирами и оборотнями.

– Ты?! – Я подавилась, чай пошел носом.

Максим подхватил салфетку и протянул мне.

– По спине похлопать? – Он снова улыбнулся. Его мой вид, кажется, забавлял.

– Я тебе не верю, – безапелляционно заявила я. – Ты не мог этого сделать.

– Но я это сделал.

– Ты не похож на плохого человека. В смысле, не-человека.

– Ты просто плохо меня знаешь. – Он пожал плечами.

– Я так чувствую! – уверено заявила я. – Даже если ты сделал что-то не слишком хорошее, обязательно должна быть причина.

– И какая же? – Он подпер щеку рукой и с интересом на меня уставился. Будто ждал, что я начну сказки рассказывать.

Официантка поставила передо мной тарелку с супом. Я взяла ложку и воинственно помахала ею в воздухе.

– Понятия не имею.

– Расскаешь?

Максим пожал плечами и отпил кофе.

– Ладно, сделаешь это, когда захочешь, – легко согласилась я, снова задумчиво посмотрев в окно.

«Может быть, я не права? Нет никакой причины. Он просто наломал дров по глупости. Как он так сказал про финансовые махинации? Потому что… забавно?»

К двери ресторана подошла горбатая некрасивая женщина с длинным носом, рядом с ней был мальчик. С хорошей осанкой, курносый, разве что лопоухий немного. Он забежал внутрь, горбатая осталась ждать снаружи.

Повернулась в сторону зала – мальчик о чем-то вежливо побеседовал с администратором, а затем взял еду навынос и побежал обратно.

– Мне кажется, или у нее горб шевелится? – ахнула я, показывая Максу на окно.

Вампир невозмутимо ответил:

– Это не горб, это крылья. Скорее всего, это бесовка.

«Ну ничего себе…»

После обеда я поехала домой, а Максим остался, сказав, что проведет сегодня еще несколько встреч.

Аню и Аркашу встретила, когда парковалась во дворе дома, они как раз шли со школы.

– Как прошел первый день?

– У меня было пять уроков, а у Ани шесть. Но я ее подождал, и мы вместе пошли, – отчитался сын.

– Познакомились с кем-нибудь уже?

– Нет, – за двоих ответила старшая дочь и, не глядя на меня, ушла в подъезд.

«Ее кто-то обидел?»

Рассудив, что дам ей немного времени остыть, сначала помогла раздеться Аркашке, узнала, какие были уроки, и, покормив, посадила его делать домашнее задание. Только после этого постучала в комнату к Ане.

– Можно? – не дождавшись ответа на стук, я заглянула внутрь.

Дочка лежала на расправленном диване и обнимала подушку. Я осторожно присела на краешек.

– Тебе класс не понравился? Или учительница?

Аня неопределенно мотнула головой.

– Мы всегда можем вернуться обратно… – неуверенно произнесла я, но дочка мотнула головой.

– Я могу чем-то помочь?

Может быть, дочку засмеяли из-за того, что у нее не было телефона? Или, может, ее одежда показалась кому-то немодной? Она плохо ответила перед классом?

Хотя вроде Максим сказал, что их обещали пока не спрашивать…

– Меня обвинили, что я вру! – выпалила Аня, а в глазах заблестели слезы.

– Тебя? Да ты самая честная девочка из всех девочек на свете. Добрая, заботливая, моя главная помощница… – Я запнулась, глядя на виноватое лицо дочки. – Или ты правда в чем-то соврала?

Это я привыкла смотреть на нее как на взрослую. А ведь она еще ребенок. Может, она, желая вписаться в компанию, приукрасила свою жизнь? Сказала, что из семьи миллионеров или что папа космонавт. Или еще что-нибудь столь же безумное, но на что вполне мог быть способен испуганный ребенок, оказавшийся в новой для себя обстановке.

– Ну сначала все было хорошо, – начала она, – я сказала, что в Лебяжьем недавно, а девчонки мне давай первым делом всякие нелепые сплетни про местный интернат рассказывать. А я возьми да скажи, что к нам недавно парни из интерната приставали, а потом Максим… – Она покраснела. – Ну, то есть я сказала, что мой папа на них наругался и те врассыпную кинулись, визжа как девчонки. Немного преувеличила. Не визжали они. Но все равно убежали.

Когда это к Ане приставали парни из интерната? Внутри словно тугой узел завязался. Почему Макс мне не рассказал?

– В итоге, – выпалила дочь, – мне сказали, что либо я такая же ненормальная, как те, кто в интернате учится, либо я вру!

«Вот же…» — Я смотрела на расстроенную дочь и не знала, как ее утешить. Она явно хотела понравиться своим новым одноклассницам, и советы в стиле «если тебя будут задевать, то натравим на них Злыдня» вряд ли будут уместны. Поэтому просто приобняла ее и погладила по голове.

— Быть не нормальным не всегда плохо. — Так хотелось ей помочь стать увереннее в себе, не быть зависимой от чужого мнения. Но как ее этому научить, когда у самой не слишком-то хорошо получается?

— Я просто хотела с ними подружиться.

— Может быть, не будешь ставить на дружбе с ними крест раньше времени? Попробуешь пообщаться снова? — предложила я ей.

— Может быть… — уныло вздохнула дочка.

— Давай пройдемся с тобой по магазинам? Пока малыши в садике, а Аркаша уроки делает? Тут рядом были отделы с одеждой, вдруг там будет что-то красивое?

В конце концов, Максим оставив мне карточку, сказал, что могу тратить по своему усмотрению. Почему бы не порадовать дочку? Тем более для девочки ее возраста красивые вещи — как товар первой необходимости.

— Правда? Для меня? — удивилась Аня. Она распахнула глаза и смешно округлила рот, совсем как Лилечка, когда ту угощали конфетой.

А она ведь совсем еще ребёнок, хоть ей и пришлось взвалить на себя очень многое.

Я побежала собираться, чтобы пойти в магазин. Идти было недалеко, но все равно нужно было предупредить Аркашу и успеть до того, как придут стекольщики.

Зашла в большую комнату переодеться. Включила телевизор фоном.

Шли новости, собиралась уже было переключить канал, но остановилась:

«…Если у кого-то есть информация…» — Я нахмурилась, всматриваясь в фотографию незнакомого мальчика. В репортаже рассказывали о найденном в городе ребенке лет десяти. Мальчик почти ничего не помнил, поэтому надежда была на то, что кто-то его увидит и узнает сам. Кажется, я уже откуда-то знаю про эту историю…

За стенкой раздались крики и ругань. Я выключила телевизор и прислушалась.

Кажется, доносится от соседей.

Неужели Валентин так на своих дочек ругается, что на весь дом слышно? А таким спокойным мужчиной казался…

Или у них что-то случилось?

Собравшись, мы вышли с Аней из квартиры.

На лестничной площадке стоял хмурый сосед в растянутой футболке и спортивных штанах.

— Аня, ты подожди у подъезда, я кое-что забыла, сейчас догоню, — соврала я дочке, замешкавшись.

Девочка кивнула и, поздоровавшись с соседом, выбежала на улицу, уже предвкушая обновки.

Дождавшись, пока дверь подъезда закроется, я подошла к Валентину.

Он выглядел расстроенным и рассеянным.

— Привет. Все в порядке? Может быть, помощь нужна?

Он покачал головой.

— Спасибо, Светочка. Вы такой светлый и добрый человек. Я просто немного постою тут, не обращайте внимания.

— А девочки? Они дома?

— Да. Включил им телевизор пока, пусть мультики смотрят. Хотя не заслужили. Целый день сегодня мне все назло делают. А я… кажется, от любой мелочи срываюсь. Надо, наверное, выпить чего-нибудь… успокоительного.

Почему-то из его слов показалось, что пить он собрался вовсе не успокоительное.

— А в садик они у вас не ходят?

— Ходят, но стали так часто болеть, после того как жена… ну, в общем, я их вывел на время, на работе на удаленку перешел. Думал больше внимания им уделять. Но в итоге, наверное, зря это. И работать не успеваю, и дети все время жалуются, что «папа опять за компьютером». И вообще…

Он снова вздохнул и спрятал лицо в ладонях.

— Вот стою тут, а домой идти не хочется совсем.

— У вас просто сложный период, вы обязательно со всем справитесь. — И, поддавшись порыву, я обняла мужчину. Просто чтобы хоть немного его поддержать.

— Спасибо… — искренне отозвался он.

Объятия длились всего несколько секунд, после чего я отвернулась закрыть дверь своей квартиры и пойти за Аней.

На пороге сидел Злыдень. Красные глазки хитро блестели.

— Кыш отсюда. — Я согнала его внутрь и закрыла замок ключом.

С Аней по магазинам мы проходили до самого вечера и в садик за Надей, Федей и Лилечкой пошли вместе.

— Ух ты! Сколько покупок! А мне что-нибудь купили? — увидев наши пакеты, захлопала в ладоши средняя дочка.

— Вам купили вкусняшек. — Я потрепала малышку по голове.

— Ням-ням! — заявила на это Лилечка, пытаясь повиснуть на покупках и начать открывать их прямо на улице.

Вечер прошел суматошно. Едва мы пришли, позвонили работники фирмы, изготавливающей окна, пришли делать замеры. Потом нужно было готовить ужин, проверить уроки, собрать портфели на завтра, постирать — в карманах как всегда обнаружилась куча мусора, какие-то камни, которые пришлось выбрасывать — погладить одежду.

За всем этим переживать было некогда, но все равно нет-нет, но в голове свербела тревожная мысль:

«Что-то Максима долго нет…»

Мужчина вернулся поздно, когда дети уже спали. Открыл своими ключами дверь, осторожно прошел внутрь.

Я вышла навстречу с кухни.

— О, а ты почему не спишь? — удивился он.

Неопределенно пожала плечами.

— Просматривала с телефона предложения о работе в интернете. Почему даже для того, чтобы устроиться уборщицей, нужно резюме? Я даже не знаю, есть у меня опыт работы или нет. В документах в доме ничего не нашла, кроме дипломов за девятый и одиннадцатый класс.

Макс прошел на кухню. Я последовала за ним. Хотелось расспросить его о том, что рассказывала сегодня Аня. Мужчина налил себе в стакан воды из графина.

Мне показалось, или на кромке стакана после пары глотков отпечаталось красное… это кровь?

По спине прошел холодок.

— Какая еще работа? Мы ведь договорились, что ты работаешь на меня. — Настроение у вампира явно было приподнятое. — Неужели все деньги с карты уже потратила? Но если надо — ты скажи, я еще переведу.

— Нет, нет, дело не в деньгах, но нужно думать о будущем. Ты уйдешь, а мне нужно будет справляется самостоятельно.

— Ты только и твердишь о том, что я уйду. — Нахмурился Максим, поставив стакан в мойку.

Я на мгновение задумалась. Может быть, и правда мои слова прозвучали не вежливо? Что бы не извинятся поспешила сменить тему.

— Мне сегодня Аня, кое-что рассказала… Что к ней пристали какие-то парни, а ты их прогнал.

Макс на мгновение задумался:

— Ммм… Должно быть, это когда я ходил документы в школу относить. Ничего серьезного.

— А почему ты мне рассказал?

— О чем? О том, что парочка десятилеток обозвали девчонок, а я обещал им оторвать уши, если они сделают это снова?

— Дети из интерната, это ведь — нечисть так?

— Да.

Я задумалась, машинально сунув руку в карман кофты, которая была на мне.

Ох, а ведь я себе в карман пихнула все, что нашла в одежде, которую перебирала перед тем, как отправить ее в стирку. Так и не выбросила. Подошла к мусорке в углу кухни, и начала выкидывать все из карманов.

— Что это у тебя? — Нахмурился мужчина, перехватив мою ладонь, занесенную над ведром.

— Да так… дети вечно карманы чем только не набивают, да и у себя порой чего только не нахожу…

Макс осторожно, двумя пальцами взял с моей руки маленький черный камушек.

— Ты знаешь, что это? — тихо спросил он.

— Мусор?

Он мотнул головой:

— Это рассорка. Вот смотри, видишь выцарапанную руну?

Я взяла камень и попыталась разглядеть, что он имел ввиду. И действительно, если сильно присматриваться на свету то, с одной стороны, было видно странную тонкую загогулину процарапанную чем-то острым.

— Вижу какой-то знак.

— Это руна. Действует на людей примерно так же, как и темная аура нечисти, но для нелюдей при этом почти не ощущается. К запрещенным не относится, поскольку быстро выдыхается и прямого вреда не оказывает. Но если использовать много и часто…

— Откуда у нас это взялось?..

Максим не ответил.

Я принялась просматривать другой мусор, что вынула из карманов, и нашла точно такой же символ на еще одном камушке.

— Жуть какая… — прошептала я. Мысли в голове метались от одного к другому.

После переезда — только сегодня у меня дошли руки перетряхнуть вещи, а значит руны могли взяться еще из деревни.

— Не переживай так, — Макс почувствовав мое состояние, подошел к ней сзади и положил руку на плечо, а я зажмурилась и откинулась назад, так хотелось почувствовать опору и поддержку. — Я не думаю, что это может быть что-то серьезное. Камни уже давно выдохлись. Может быть, мелкие нашли их на улице и напихали в карманы?

Я почувствовала, как его рука гладит мое предплечье, осторожные пальцы скользнули по обнаженной шее, вырисовывая на ней замысловатый узор.

Сделала глубокий вдох — от него до сих пор пахло духами чем-то древесным и тягучим. Запах проникал глубоко и кружил голову, или виноват был вовсе не запах, а руки, обхватившие меня за талию?..

Пульс участился, сердце громко стучало, отзываясь на прикосновения. По коже разливалось тепло, концентрируясь в животе, наполняя сладкой истомой…

Максим уткнулся носом мне в шею.

— Щекотно… — пробормотала я, не пряча улыбку.

Что-то тяжелое стукнуло в коридоре. Я моментально подобралась, отпрыгивая в сторону, словно подросток, застуканный родителями за чем-то запретным. Щеки мучительно краснели, а в крови разливался адреналин.

— А что это вы тут делаете? — Смешно переваливаясь с лапы на лапу на кухню прошел Кролик. Он смачно зевнул и принюхался, —Вы меня разбудили.

— Брысь. — Шикнул на него Максим, но Злыдень не обиделся.

— Сам ты, Брысь. У меня имя вообще то есть.

— Я, пожалуй, пойду спать… — Сглотнув ставшую вязкой слюну прошептала я.

Внутри я пыталась себя убедить что сейчас ничего не произошло. Ну и что что сердце бьется как будто отбивая кан-кан, ну и что что жарко, дыхание сбилось, а по телу от случайных взглядов пробегает дрожь.

Может быть я… заболела! Простыла сегодня, вот и лихорадит.

И вообще, я же соседа днем обняла. И с Максом так же. Людям просто иногда нужны другие люди. Поддержка, участие. А остальное — это все нервы, не больше.

— Света, подожди, хотел показать кое-что…

Он полез во внутренний карман пиджака, выудил слегка помятые документы.

— Завтра уже посмотрю, глаза слипаются, сил нет… — прошептала я, поспешно ретируясь в большую комнату.

И вовсе это не позорное бегство!