Глава 13. Адам и Ева

А в «Старой деве» нас уже ждали Бонзо с Раяной. Взволнованные, но решительные.

— И? — тут же приступил к расспросам здоровяк, едва мы переступили порог постоялого двора. — Как все прошло?

— Идеально, — успокоил Адам. — Ева легко взяла в оборот Бэйна. Знаешь, кем он вырядился? Палачом.

— Да ну?!

— Я сам глазам не поверил.

Мы с Раяной удивленно переглянулись.

— А что необычного в костюме палача? — спросила я.

— Всех жен Бэйна казнили на лорвелльской площади, — пояснил Бонзо, пододвигая ко мне чашку с горячим чаем и бросая заинтересованный взгляд на букетик, игриво торчащий из корсета. — Он вечный вдовец. В такой ситуации облачиться палачом весьма смело, не находишь?

— Ого.

Адам отмахнулся.

— Не берите в голову. Главное, мы справились.

— А за что казнили-то? — не унималась я. — И много жен было?

— Четыре, а за что казнили понятия не имею, никогда не интересовался. Да какая разница? Ты же не замуж за него собиралась.

Я громко фыркнула, но продолжать допрос не стала.

Раяна заботливо добавила в мой чай молока.

— Но вы же узнали все, что хотели? — она воззрилась на котяру. — Бэйн сказал где камень?

Я поморщилась. Ненавижу чай с молоком.

— Узнали, — Адам с любопытством проследил за моей мимикой и незаметно поменял бокалы. А потом вновь обратился к друзьям: — По словам Бэйна камень так никто и не нашел, но это и понятно. Непонятно другое… В мире ничего не происходит.

— В смысле? — я пригубила напиток и едва не зажмурилась от удовольствия. Черный, мой любимый. Адам мог быть заботливым.

— Ева, вот если бы ты была похитительницей камня, что бы с ним сделала? — спросил котяра.

— Ну… желание бы загадала.

— Какое?

Я нахмурилась.

— Это мое личное дело, — не рассказывать же про возвращение в другой мир.

— Хорошо, но скажи, разве это было бы что-то простенькое и незаметное?

— Нет, конечно! Ах, вот что ты имеешь в виду… Думаешь, похититель камнем не воспользовался? — догадалась я.

— Или у него очень незначительные потребности, — Адам отхлебнул чай с молоком, тоже поморщился и попросил служанку принести новый.

Бонзо почесал затылок.

— Значит, наши соперники уверены, что камень бездействует? Тогда его найти будет еще сложнее, чем ожидалось. И что делать?

— Они упоминали о великане, который знает орка, который знаком с гоблином, который в дальнем родстве с гномом, который слышал от деда о некой фее, у которой есть книга, в которой сказано…

— Стоп! — Бонзо выставил руку вперед. — Давай еще раз и помедленнее.

— Великан знает орка, который знает… — терпеливо повторил Адам. — В общем, надо найти великана, а там, глядишь, и на гнома с феей выйдем.

— А где его искать-то?

— Не поверишь, буквально в двух шагах отсюда. Так что, давайте спать, ребята, завтра с утра прогуляемся до Великаньей пустоши.

— Пф, как пафосно звучит, — поморщилась я. — Великанья пустошь. Она и правда такая огромная?

Адам рассмеялся.

— На самом деле, это небольшой клочок земли, сплошь забитый домами.

— А почему тогда «пустошь»?

— Чтоб загадочнее было, — ответил он и с удовольствием припал к бокалу с только что принесенным черным чаем.

***

Остаток вечера мы провели в молчании. Каждый думал о своем.

Адам задумчиво пялился в окно, будто что-то мог разглядеть в темноте улиц. Бонзо выстругивал какую-то непонятную вещицу из дерева. А Раяна… Раяна высыпала из кармана непонятные камешки и сосредоточенно раскладывала их в две кучки. Я хотела спросить, чем она занимается, но почему-то не спросила. Да, если честно, и не особо-то хотелось знать. Мало ли какие увлечения у человека?

Наступила ночь и мы разбрелись по комнатам.

— Можем бросить монетку, кому спать тут, а кто пойдет в другое место, — предложила я, останавливаясь возле спальни и складывая руки на груди.

— С какой стати?

— С той, что я сплю одна.

— Вот как? И к кому собралась идти, если проиграешь? — насмешливо поинтересовался Адам.

— Попрошусь к Раяне.

— Хорошо, попробуем, но условия такие: орел — ты спишь одна, решка — мы спим вместе.

— Еще чего!

— Ева, просто спим, — он быстро пресек мои возражения.

Я усмехнулась и протянула блестящую монетку, подаренную Бэйном в качестве оберега.

— Договорились.

Монетка взлетела вверх, перевернулась в воздухе и звонко упала на пол.

— Орел! — довольно улыбнулась я.

— А ведь я плачу за спальню, трачу деньги… — пробурчал недовольный мужчина.

— Я могу вернуть все затраты!

Адам скривился.

— Думаешь, я бы взял с тебя что-нибудь?

— А почему нет?

— Одно целое. Забыла?

Я пожала плечами.

— Ну, как хочешь.

Мужчина еще немного постоял, словно что-то намеревался сказать. А потом ушел ночевать к Бонзо.

Скинув одежду, я забралась под одеяло. Служанки сегодня поменяли простыни, чувствовался запах свежести. Повернувшись на другой бок, задула свечу. Уснуть бы, но в мыслях то и дело всплывал котяра, а глаза мозолил маленький букетик в вазе на прикроватной тумбочке.

Я слышала, как дальше по коридору скрипнула дверь и раздалась тяжелая поступь. Судя по звуку это был Бонзо. Неужели не выдержал соседства с котярой? Или ищет прислугу? А может у него появилась тайная возлюбленная? Свести их с Раяной, что ли? Кстати, хорошая идея. Надо бы заручиться поддержкой Адама.

Адам… Он сегодня молодец. Вон, как лихо управился с Палачом. На балу я чувствовала себя защищенной, даже мысли не возникло, что может случиться что-то плохое пока он рядом… И на Маришку не особо поглядывал…

Ох, будто мне есть дело, сколько раз он смотрел на Маришку! Мне, вообще, все равно. Между прочим, она вообще не в его вкусе, он сказал, что блондинки намного симпатичнее. Вон, даже букетик подарил.

А Бэйн про букет не подумал… Только лепетал что-то про улыбку…

У Адама красивая улыбка. Особенно, когда не язвит. Мне кажется, или прежде он улыбался по-другому, не так открыто? А сейчас… Сейчас он смеялся по-доброму и это растворяло напускную холодность и… наверное, в него можно было бы влюбиться…

Я что, соединила в одном предложении слова «Адам» и «любовь»? Кажется, тот единственный глоток чая с молоком был лишним. Вместе с неприятным вкусом, он еще и вселил в меня неправильные мысли. Совершенно неправильные. Но почему они так настойчиво обживаются в сердце, словно им там самое место?

В коридоре вновь раздались шаги, на этот раз более легкие, а в дверь порывисто постучали. Не встану, не пущу. Не открою. Я зажмурила глаза и накрылась одеялом с головой, вылезая только тогда, когда створка распахнулась. На пороге стоял Адам.

— Я не могу там спать, — пожаловался он.

— Почему?

— У Бонзо личная жизнь.

— И что? Ты в эту жизнь никак не вписываешься?

Адам прошел внутрь и щелкнул задвижкой, ограждая спальню от посторонних.

— Ты знала, что маг моего уровня умеет открывать простейшие замки заклинанием? — невзначай спросил он.

— Ты говорил, — я скривила губы. — Что тебе надо? Только честно.

— Честно? Я просто хочу спать, а тут большая кровать.

— Серьезно?

— Абсолютно, — он скинул рубашку.

— Эй! Ты что делаешь? — я вспомнила, что тоже почти не одета и посильнее натянула одеяло.

— Раздеваюсь.

— Зачем?!

— Нельзя спать в одежде. Ева, ну ты как ребенок, честное слово, чего боишься? — насмешливо поинтересовался мужчина, снимая брюки. — Что я тебя съем?

— Да, съешь и не подавишься.

Его улыбка стала шире.

— Не беспокойся, ты невкусная.

— А Бэйн сказал, что сладкая, — ляпнула я и тут же пожалела. Язык мой — враг мой.

— Ах, Бэйн так сказал… — протянул Адам. — Ему, конечно, можно доверять. Но, на самом деле, я предвкушаю ночь полную твоего храпа, а это начисто отбивает аппетит.

— Я не храплю.

— Правда? Вот совпадение, я тоже, — он задумчиво оглядел кровать. — Значит, сладкая, говоришь…

— Кажется, кто-то сейчас отправится ночевать на улицу, — процедила я.

— Да ладно, — Адам хохотнул. — Имей совесть.

— Ты знаешь такое слово?

— Знаю, в отличии от тебя.

Он сел на матрас и чуть сдвинул одеяло.

— Ложусь?

— Нет, — буркнула я.

— Значит, ложусь, — удовлетворенно сказал он, откидываясь на подушки.

— Адам…

— Что? Да-да, помню… Тебя не трогать, аппетит держать в узде, не слушать храп. Все усвоил, не переживай.

— Я не храплю!

— Вот заодно и проверим, — чуть зевая ответил он и повернулся на бок, лицом ко мне.

Я чувствовала себя странно.

Конечно, ему нельзя позволять спать рядом. Нельзя потакать глупым желаниям, мало ли что он захочет в следующий раз. Пусть даже не надеется, что разрешу.

Но Адам надеялся. Смотрел в упор, прожигая взглядом янтарных глаз, будто бросал вызов. Так пристально, что все тело пылало огнем, а дыхание становилось тяжелее.

Самоуверенный, невозможный, невыносимый! Я не собиралась делить с ним кровать. Не собиралась сидеть в темноте и гадать — прикоснется или нет? Меня вообще это не должно интересовать.

Его волосы, такие же темные, как ночь, спадали хищными прядками, а глаза по-прежнему смотрели в упор. Он раньше никогда не глядел так внимательно… так выжидающе…

Я резко втянула в себя воздух и решительно поднялась с постели.

— Ты куда? — спросил Адам.

— К Раяне.

Но подергав дверь, с удивлением поняла, что замок не открывается.

— Это что такое? — я возмущенно обернулась. — Заклинание? Открой немедленно.

— И не подумаю.

Мужчина поднялся вслед за мной и теперь медленно приближался. Каждый его шаг отдавался набатом в сердце.

— Неужели не нравлюсь? — он подошел вплотную, вынуждая прижаться спиной к дверям.

— Нет, — ответила я, но голос предательски дрогнул.

— Совсем?

— Совсем.

Он наклонился и чуть прикусил мою губу.

— А так? — голос звучал едва слышно и от этого шепота на спине появились мурашки.

Я совершенно не понимала, что происходит. Точнее понимала, но никак не могла решить, что с этим делать. Адам опьянял.

Могла ли представить, что котяра, против своей воли очутившейся в связке с ненавистной ведьмой, вдруг окажется таким восхитительным?

— Ты не имеешь права, — выдохнула я.

— Почему? Мы одно целое.

— Это ни к чему не обязывает.

— Пока нет, но мы всегда можем сделать так, чтоб обязывало, — его губы вновь коснулись моих. Очень нежно, мимолетно и дурманяще. От Адама пахло жаром. Тем самым горячим, пламенным жаром, которое возникает, когда больше нет сил оставлять чувства холодными.

— Нет, — я отвернулась. — Не надо.

— Почему?

— Потому, что ты язвительный, самовлюбленный, эгоцентричный, невыносимый тип.

— Но ты взяла букет, — напомнил мужчина, постепенно раскрывая объятия и позволяя выскользнуть.

— Взяла, — я отошла на пару шагов. — Потому что вокруг была толпа и все смотрели прямо на нас. Ты хотел, чтоб они услышали отказ?

Мужчина сжал зубы. На щеках заиграли желваки, а в глазах появился незнакомый доселе огонь.

— Взяла только из-за того, что все смотрели? Пожалела, значит?

— Это не жалость.

— А что тогда?!

Я прошла к кровати.

— Не жалость. Я просто по дружбе взяла.

— Дура! — вдруг рявкнул он и взмахнув рукой, отворил дверь. — Ты дура, Ева!

И вышел.

***

На следующий день мы никуда не поехали. Лил дождь, в воздухе пахло грозой и грустью. Адам куда-то исчез и утром не вернулся. Надеюсь, не замерзнет, а то лечи его потом…

За завтраком хмурая Раяна пробубнила что-то про головную боль и удалилась в комнату. Бонзо тоже не горел желанием куда-то выезжать. Выпил три чашки чая, задумчиво поглядел в окно и вздохнув, сказал:

— Надо на кухню сходить.

— Зачем?

— Ну как же, дождь, молнии, хандра… Не хватает только бутыли с вином.

Я готова была согласиться, меланхолия и впрямь наступала нешуточная. Все обитатели постоялого двора сидели унылые, словно вместе с льющейся с неба водой утекала радость. Хотя чего грустить? Подумаешь, дождик. Мы под крышей, в тепле и уюте, а что разгадка камня отодвигается еще на день, так это не беда. Учитывая обстоятельства, думаю большинство соискателей приза тоже устроили перерыв.

И все же интересно, где Адам?

— Ты нашего котяру случайно не видел? — спросила я у Бонзо.

Здоровяк покачал головой.

— С самого утра где-то бродит. Вы бы это… помирились, что ли. А то нехорошо получается: ты в одиночестве, он тоже смурной. Не дело это. Да и гоблины не оценят.

— А при чем тут гоблины?

— Так ты же его сама к себе привязала, сама согласилась, а теперь, получается, на попятную идешь. Гоблинские законы не чтишь, — пояснил Бонзо. — Ты не думай, Ева, я все понимаю, поторопилась, переусердствовала, но так оставлять нельзя. Тебе-то ничего не будет, матриархат у них в цене, а вот Адаму тяжко придется, коли связь разорвете. В Гасонии-то еще жену отыскать сможет, не беда, но вот приехать с ней сюда — нет. Гоблины казнят, как изменщика.

Я удивленно округлила глаза. Ничего себе, подробности выясняются! Это как же так? И почему раньше не расспросила насчет нашего единения?

Бонзо смотрел прямо на меня и явно ожидал хоть какой-то реакции, а я не знала, что ответить. Сказать, что ничего не знала о нюансах? Глупо. Если раньше не объяснили, значит были уверены, что в курсе, как и все добропорядочные ведьмы. Заявить, что в мужьях не нуждаюсь? Поймет не так, за друга обидится… Ох, дела-а…

— Ты подумай, — продолжил Бонзо. — Адам ведь неплохой, да и тебя уважает. Хорошая семья может получиться, крепкая.

— Ну, насчет крепости ты ошибаешься, — отмахнулась я. — Мы переубиваем друг друга еще до первой годовщины.

Здоровяк улыбнулся.

— Решать, конечно, тебе, но все же поразмысли, всю жизнь в девках тоже сидеть нельзя, заскучаешь. Впрочем, вы сами разберетесь. Пойду-ка я все же попрошу бутылочку старого доброго вина или две… М-м-м, предвкушаю прекрасный дождливый день.

Он ушел, а я еще некоторое время сидела в одиночестве, размышляя о сказанных Бонзо словах, а потом тоже отправилась на кухню.

После обеда дождь внезапно кончился, а небо засияло нежнейшим аквамариновым цветом. Я распахнула оконные створки. На улице, прямо около стены, сидел длиннохвостый молодой котяра. Он иногда поднимал голову и щурился на солнце, позволяя шерстке быстрее высохнуть.

— Адам, — позвала я. — Кис-кис-кис.

Котяра поискал взглядом откуда звук, узрел в окне довольную «вторую половинку» и фыркнув, повернулся спиной.

— Хватит дуться, — я облокотилась о подоконник. — Идем домой, заболеешь же.

Язвительное «мряу» было ответом.

— Ты не завтракал, а я кое-что принесла из кухни. Идем, тебе понравится.

— Мряу! — уже в полный голос.

— И глинтвейн сварила… Это зелье такое, из вина. Вку-у-усное, тепленькое.

Котище дернул ушами, обернулся, оценил мой подчеркнуто любезный вид и благосклонно кивнув, направился в здание.

— Вот и хорошо, — улыбнулась я, закрывая ставни.

Быть может Бонзо не так уж и неправ?

***

Адам, в своем человеческом обличии, сидел на стуле, и пристально разглядывал меня.

— Никак не пойму, что изменилось, — выдал он.

— А почему что-то должно измениться?

— Ты меня не прогоняешь, даже наоборот…

— Никаких «наоборот», — возразила я. — Просто, как истинная женщина, позаботилась о невинном чернобоком пушистике, сиротливо сидевшем у меня под окнами и все. Не воображай большой любви и безмерно счастливого будущего, его нет.

Мужчина ничего не ответил, лишь вежливо кивнул в знак благодарности и вышел.

Вообще, Адам меня удивлял. И чем больше я его узнавала, тем сильнее понимала, что характер этого человека весьма сложен. Он не был открытым и доверчивым, как Бонзо. Не был уступчивым и поддерживающим, как Раяна. Он даже на меня не был похож! Казалось, что Адам — совершенно новый, доселе неизученный вид мужчины.

И это было очень любопытным.

Котяра нашелся на первом этаже в компании уже довольно пьяненького Бонзо и еще парочки магов. Здоровяк пытался шутить, но, судя по кислому выражению лица слушателей, у него получалось плохо.

Я села за соседний столик и прислушалась.

— А он, значит, и говорит ей… Нет, не он ей, а она ему! Да, точно! Вот, значит она ему и говорит… Или все-таки он ей? — Бонзо хмуро потер подбородок. — Сейчас вспомню.

Адам покосился на магов, что подперев голову рукой, меланхолично потягивали вино из круглых стаканов.

— Что? — спросил один из них, поймав взгляд котяры.

— Пойду прогуляюсь, — ответил Адам. — Если поймете, что ему хватит, просто отправьте в комнату.

Бонзо насупился.

— Я и сам могу за собой проследить!

— Конечно, — не стал спорить Адам и вновь посмотрел на магов.

— Отправим, — пообещали те. — Эй, Бонзо! Бонзо!

— А?

— Рассказывай дальше.

Пока здоровяк вспоминал, какую именно шутку он пытался пошутить, Адам поднялся и поманив меня за собой, отправился на улицу.

— Не боишься оставлять друга? — я с сомнением глянула на магов. — Что это за типы?

— Сегодня заселились в таверну, — котяра поплотнее прикрыл за собой дверь и посмотрел на небо. — Облаков нет, это хорошо. Сегодня к великанам не поедем, за городом грязища, но в самом городе прогуляться можно. Показать интересный магазинчик? Тебе должен понравиться.

— Ты серьезно хочешь бросить Бонзо на растерзание незнакомцам? — поразилась я. — А если они тоже охотятся за камнем?

— Без сомнений охотятся. Они уже пытались разузнать, как далеко мы продвинулись с поиском.

— И?

Адам усмехнулся.

— И Бонзо никогда не пьянеет, в отличие от них, — сказал он. — Что ты так на меня смотришь? Да, наш могучий друг неплохой актер и умеет втираться в доверие, удивлена?

— Я уже ничему не удивляюсь. Показывай свой магазин, не стоит сидеть дома в такую чудесную погоду.

***

Алузия — чудесный край! Особенно для женщин. Я заявляю об этом совершенно осознанно и искренне. Вы только представьте, оказывается тут есть целая улица, отданная под нужны прекрасной половины человечества!

Я шла вслед за Адамом и поражалась необычайной фантазии местного народа. Гномы торговали домашней утварью, эльфы — украшениями, а странного вида человечки, прозванные котярой «полуросликами» — одеждой. И все это было истинно девичьим и очень изящным. Да и на самой улочке покупателей-мужчин почти не наблюдалось, только если в качестве сопровождающих.

Адам провел меня к дверям небольшого домика, двери которого тут же распахнулись.

— Магазин принадлежит энтам, поэтому ничему не удивляйся, — предупредил он.

К сожалению, предупреждение оказалось запоздалым. Приоткрыв рот я замерла на пороге, пораженно разглядывая стеллажи и полки с верху до низу наполненные самым настоящим волшебством.

Вот удивительно, как бы долго я не находилась с здешнем мире, как бы часто не наблюдала магию, но едва в поле зрения появлялось что-то по-настоящему сказочное, вновь чувствовала себя маленькой девочкой на премьере виртуоза-фокусника.

— Нравится? — с блеском в глазах спросил Адам.

— Очень! — искренне ответила я, разглядывая товар.

А посмотреть было на что. На самых нижних полках красовались высокие прозрачные кувшины, внутри которых весело махали ручками крошечные феи. Я даже хотела возмутиться на жестокую эксплуатацию прекрасных созданий, но продавец услужливо пояснил, что феечки самостоятельно залетали в стеклянные сосуды, желая заключить сотрудничество с человеком. Традиция такая, ничего не поделаешь.

На средних полочках стеллажей громоздились нескончаемые коробки с различными артефактами. Адам тоже мазнул по ним взглядом и, вроде бы, заметил точно такой же переводчик, как и у меня. Но комментировать не стал.

А вот на самых верхних полках аккуратным рядком стояли колбочки и баночки, мешочки и крохотные шкатулки, наполненные различными ингредиентами. И почти на каждой сияла крупная надпись «Для любовного ритуала».

— Ого, — вырвалось у меня.

— Что? — напрягся Адам, но тут же успокоился. — Ты что, ни разу не проводила подобных ритуалов?

— Нет.

Он с удивлением вздернул брови и даже едва заметно улыбнулся.

— Зря, — сказал котяра. — Это интересно и познавательно. Можно проверить на верность супруга, можно приворожить покрепче любимого или, наоборот, приготовить отворотное. А можно узнать кто именно тебе судьбой предназначен. Правда, это не стопроцентный результат, но все-таки, — мужчина прищурился и неожиданно сказал: — Хочешь попробовать?

— Приворожить кого-нибудь? — рассмеялась я. — Нет, пожалуй.

— Зачем же сразу приворожить? Я имел в виду, просто попробовать собрать подобные ингредиенты, не обязательно же все покупать, многое можно и собственными силами раздобыть.

Я с сомнением нахмурилась. Адам это заметил и широко улыбнулся.

— Боишься? — в его глазах появился задорный огонек.

— Не боюсь, — черт дернул так ответить, но видя, как мужчина смеется, решила, что ничего страшного от одного ритуала не случится. — Что для этого надо?

— Самую мелочь, если хочешь я все устрою.

— Давай.

Адам позвал продавца и быстренько объяснил, что именно нам нужно. Я слушала затаив дыхание и, честно сказать, на первое время даже утратила дар речи.

Изумленно моргая, я смотрела на вечно вредного котяру, который мало того, что решил поделиться со мной знаниями, так, к тому же, с энтузиазмом взялся за дело.

— И что теперь? — пробормотала я, едва мы вышли из магазина.

Улыбка Адама стала еще шире:

— Чтобы нам не ехать через весь город к лесу, нужно всего лишь найти проход.

— Какой?

— Специальный, — мужчина огляделся по сторонам. — Где же… О, вижу! Пошли!

Проход, про который так уверенно говорил Адам, оказался не чем иным, как очередным магазинчиком с желто-черной вывеской «Исподнее для прекрасных дам и не менее прекрасных полудам». Я едва не споткнулась прочитав сей привлекательный текст.

— Осторожнее, — прошептал котяра. — Не обращай внимания, так нужно, — он подмигнул и желтые глаза замерцали. — Ты же не боишься? Подумаешь, глупая вывеска. Или тебя так смущает исподнее?

— Ничего меня не смущает, — перебила я, ощутив, как к щекам прилила кровь. Глупости какие, еще не хватало краснеть из-за женских трусов. — Просто не совсем понятно, как связаны исподнее и ингредиенты для ритуалов.

— О, — Адам внезапно прекратил улыбаться и наклонился едва не прикасаясь губами к моей щеке. — Я все покажу, — таинственно прошептал он, — если, и правда, не боишься.

— Хватит пугать! — я разозлилась. — Идем, посмотрим, так ли все интересно, как обещаешь.

— Тогда держись поближе, а то мало ли, — неожиданно резко ответил котяра. — Заодно подзаработаем, у меня деньги кончаются.

Он передал мне холщовый мешочек и направился к магазинчику. Я недоуменно пошла следом. Деньги — это хорошо. Мне тоже не хватало финансов. По уши в долгах, пора отдавать.

Дверь дрогнула и раскрылась выпуская седого привлекательного мага. Он обвел улицу задумчивым взглядом, что-то пробормотал и ушел по своим делам, а из магазина выглянула морда незнакомого существа и тихо уточнила:

— Вы за товаром или ради удовольствия?

Адам показал два пальца:

— Второе.

Выступающие клыки морды противно клацнули, а в больших глазах мелькнуло недовольство.

— Вдвоем? — протянуло существо. — Два силибра будет стоить.

— Договорились, — котяра оглянулся на меня. — Не передумала? Тогда не отставай.

Изнутри магазин оказался самым обыкновенным, даже обидно. Вот только, существо почему-то прошло мимо полок с корсетами и кружевными понталончиками и приоткрыло невысокую дверку в дальней стене.

— Ну? — рявкнуло оно. — Скорее, у меня много клиентов по обе стороны!

Адам бросил ему две серебряные монетки и исчез в проеме. Я подошла ближе и настороженно прищурившись, тоже ступила внутрь. Дверь захлопнулась.

В глазах ненадолго потемнело, по щекам пронесся ледяной ветер, а потом послышался довольный голос котяры:

— Прибыли.

Я изумленно завертела головой. Вокруг был лес. Настоящий! Не двадцать тонких деревьев, а густой, широкоствольный лес, с макушками, теряющимися в небесах, с густыми ветвями и узкими, почти незаметными тропками.

— Где мы?

— В десяти днях пути от города, — Адам обвел рукой зеленое великолепие и спросил: — Нравится?

— Да. А как? Как мы тут оказались?

— В магазинчике был портал. Они незаконны, поэтому постоянно пользоваться нельзя, да и не всегда знаешь где искать, — он улыбнулся. — А «Исподним» я уже пользовался.

Я хмыкнула.

— Ужасное название.

— Зато обычных посетителей отпугивает, уж если приходят, то только по делу. Ну что пойдем? — котяра протянул ладонь. — Только ногу не подверни, лечить не буду, сразу предупреждаю. Силы надо сохранить.

— Для чего? — я оперлась на его руку. Так идти, и вправду, было удобнее.

— Для сбора нужных ингредиентов. Запоминай, для малого ритуала требуются: шерсть грифона, два плода рубинового древа, кровь огненной саламандры и печень лягушки. Но печень лягушки, так и быть, брать не будем. Не охота лазить по болотам.

Я уважительно глянула на мага. Мог же быть вполне нормальным человеком.

— И куда идем?

— Вперед, — Адам отодвинул в сторону ветку. — Это древний лес, мало кто сюда ходит.

— Но ты тут бывал? — уточнила я.

— Бывал. Рядом есть небольшое поселение, там с удовольствием скупают все, что маги могут принести.

— Чем ты и пользуешься.

— Пользуюсь, — ответил он и глянул мне прямо в глаза. — Это разве плохо?

— Нет, — мне почему-то стало неловко. — Конечно, нет. Ты приносишь им товар, а они платят деньги, все правильно.

Котяра кивнул. Идти, опираясь на его руку было легко и, что уж кривить душой, приятно. Адам был сильным мужчиной, с таким не страшно гулять по древнему лесу. Даже с учетом того, что где-то рядом водятся огненные саламандры. А еще от Адама очень вкусно пахло.

— Что мы сейчас ищем? — спросила я, стараясь отвлечься от мятного аромата.

— Грифона. Нужна его шерсть.

Я хмыкнула. Котяра удивленно глянул.

— Ты чего?

— Представила, как стричь его будешь.

Он расплылся в улыбке.

— Действительно, забавно. Только грифон мужчинам шерсть не дает, так что заняться этим прекрасным делом придется тебе.

— В смысле, мне?!

— В прямом. Не хмурься, деньги целиком и полностью тоже достанутся тебе.

Это, конечно, хорошо, но я ни разу не стригла грифонов. Где у них вообще шерсть? Насколько помнила, грифон — это крылатые существа, с головой орла и — ах, вот в чем дело! — с туловищем льва. Ему пузико подстричь надо, что ли?

Видимо, на моем лице явственно отразилось замешательство, так как Адам ободряюще сжал плечо и произнес:

— Не страшно, я объясню.

— Гм… Надеюсь… А, кстати, сколько стоит их шерсть?

— Правильным образом собранная около пяти авров за пучок.

Я округлила глаза.

— Сколько?

Адам усмехнулся.

— Что ты хочешь? Грифоны весьма редки и шерсть, в отличие от перьев, просто так не теряют. Перья тоже продать можно, но больше пятнадцати силибров не дадут.

Чудовища нашлись недалеко. Крошечная полянка с тихим ручейком, была сплошь заселена крылатыми полульвами. Я плотоядно улыбнулась — сколько золотых можно получить! Ух!

— Слушай внимательно, — Адам встал за моей спиной и шепнул прямо в ухо. — Идешь к самому ближнему и вежливо просишь поделиться силой. Поняла?

— Поняла.

— Вежливо, Ева! Это очень важно. Они реагируют на интонацию. Вся магия содержится именно в шерсти, а не в перьях, как некоторые считают. Как только грифон раскроет крылья, ты медленно и осторожно подходишь вплотную, и гладишь ему брюхо. Ясно?

— Ясно. А стричь когда?

— Шерсть сама прилипнет к рукам, если сделаешь все правильно, — мужчина чуть толкнул меня вперед. — Ну же… Иди.

Идти было страшно, но осознание, что с каждым шагом я все больше и больше приобщаюсь к местной магии, придавало сил.

Грифоны настороженно глядели мне под ноги, избегая поднимать орлиные морды на уровень глаз, а я наоборот, пыталась рассмотреть их клюв и мелкие, серо-рыжие перышки на лбу. Почему-то это казалось необычайно милым.

— Привет, — шепнула я, подойдя к первому грифону. — Какой ты красивый.

Он что-то насуплено курлыкнул.

— Очень красивый. Говорят, надо попросить тебя поделиться силой и сделать это вежливо. Как думаешь, я достаточно вежлива?

Грифон бросил пристальный взгляд и вновь опустил голову.

— Позволишь дотронуться? — я улыбнулась. — Пожалуйста.

Вблизи чудовище вовсе не выглядело таким уж чудовищным. Страшненький, конечно, но отвращения не вызывал.

— Могу почесать пузико, — я протянула руку. — Если, конечно, захочешь.

Грифон шевельнул крыльями и нехотя раскинул их в стороны, давая доступ к сильной, упитанной львиной груди.

Несколько движений вдоль шерстки и драгоценные волоски прилипли к пальцам. Отлично! Я богата.

— Ева, — подал голос внимательно наблюдавший Адам. — Теперь медленно отходи назад.

— Позже.

— Ты что задумала?

Я перевела взор на второго грифона. В конце концов, все оказалось не так сложно, верно?

— Ева, не смей, — Адам заметно напрягся. — Возвращайся.

Грифоны тоже занервничали. Я нахмурилась.

— Это ты их пугаешь, — обернулась к котяре и решительно повела плечом.

— Второй не дастся.

— Почему?

Мне безумно хотелось дотянуться до соседнего грифона, но он переступив с ноги на ногу, что-то крякнул.

— Ева, уходи! — Адам повысил голос. — Немедленно!

Я нехотя попятилась. Грифонья стая зашевелилась.

— Чего это они?..

— За один раз можно взять шерсть только у одного, — мужчина обхватил меня за талию и потянул к себе. — Дай руки.

Я протянула ладони, позволяя мягко очистить пальцы. Все волоски аккуратно легли в приготовленный мешочек. Котяра отдал его мне.

— С почином. Но в следующий раз будь осторожнее, они могли тебя заклевать.

— Так почему ты раньше не сказал, что можно оприходовать лишь одного?

— Не думал, что ты такая жадная, — он усмехнулся. — Тоже не без греха, да, дорогая?

Я сжала зубы. Адам хохотнул и направился дальше.

— Иди следом и не отставай, — велел он. — На очереди плоды рубинового древа. Оно растет всегда около воды, так что будем просто идти вдоль ручья, — котяра помолчал, а потом вдруг спросил: — Почему ты ничего не знаешь о грифонах?

— Училась плохо, — бросила я.

— Это видно.

Адам не был дураком, он легко мог сложить два и два и понять, что в моей легенде слишком много пробелов. Иногда складывалось ощущение, что он все давно знает и не разоблачает лишь потому, что интересно наблюдать за несчастной блондинкой, вынужденной выживать в магическом сообществе. Но и на простого человека я была не слишком похожа, легко видела пугалки, миркаллу и так далее. И даже справлялась с ними.

Словом, не женщина, а сплошная загадка.

Плоды с дерева сняли без проблем. Чем-то похожие на яблоки, но не такие ароматные. Адам их просто засунул за пазуху.

— Куда теперь? — я с любопытством смотрела, как он из кармана вытащил какой-то порошок.

— Вернемся немного назад и приманим саламандру, — пояснил котяра.

— А это зачем?

— Понадобится.

Вот и все. И никакого пояснения. Даже не интересно.

Адам шел долго. Прислушивался, приглядывался и буквально нюхал воздух, старясь отыскать то единственное, что ведомо было только ему.

— Вообще-то, ты обещал научить добывать ингредиенты, — напомнила я. — Хоть бы объяснил, что именно ищешь, может помогла бы.

— Огонь, — просто ответил он.

— Что «огонь»?

— Ищу огонь.

— Ясно… А зачем?

Котяра недоуменно обернулся.

— Нам нужна кровь саламандры.

— Это я помню.

— Ева, где обитают саламандры? — Адам даже остановился. — Это знают все, даже далекие от магии дети.

Я замерла. Мозг тут же начал лихорадочно работать.

— В огне, — кивнула я с достоинством, вспоминая земные мифы. — Они обитают в огне, это я знаю. Просто удивлена, что ты ищешь именно их дом, привыкла наблюдать зверюшек в другой среде обитания.

Мужчина приподнял бровь.

— В какой?

В его голосе звучало столько скепсиса, что захотелось немного поязвить, но зная Адама и понимая, что любая шутка будет чревата, решила ограничиться полуправдой.

— Легче всего саламандру найти в интернете или в телевизоре, — ответила я. — Жаль, что в Лорвелле его нет. Что же делать? Действительно, придется искать огонь.

Адам ничего не сказал, лишь окинул задумчивым взглядом, немного задержался на сумке и пошел дальше.

Дымом запахло примерно шагов через десять.

Среди корней старого полысевшего дуба горел маленький костер. Пламя плясало на зеленой траве, не принося ни малейшего вреда природе. Валил густой, вкусный дым, взлетали росчерки искр, и серо-черный смог.

— Как красиво, — прошептала я, наблюдая как дымные всполохи, словно дикие змеи обвивали ствол дуба.

— Красиво, — кивнул Адам и достал порошок. — Отойди немного.

— Ты что хочешь сделать?

— К саламандре не прикоснуться пока она в огне, значит огонь надо погасить, — он сыпанул под ноги. — Это противомагический песок. Через несколько мгновений, тут не будет магии и можно… а’атх гаэрат кардуор.

Я на мгновенье опешила. Но Адам продолжал произносить непонятные слова, будто ничего не случилось.

О боже… Переводчик! Противомагический песок! Я закусила губу.

Адам что-то объяснял и даже улыбался, но для меня все его речи были набором букв.

Огонь погас, а в дубовых корнях показалась удивленная небольшая ящерка, с красными пятнышками на спинке. Мужчина наклонился и осторожно погладил саламандру. Та тихонько заурчала и высунула длинный, юркий язычок.

Осторожное движение острого ножа по передней лапке и несколько капелек крови в приготовленную бутылочку.

— Кардоод а’атх, — с улыбкой сказал Адам. — Итхе мозох илларсах э’рахт… и вновь вернется.

— Что вернется? — автоматически переспросила я.

— Магия. Ты что, все прослушала? — мужчина вздернул брови. — Смотри.

На лапке саламандры, как по волшебству, затянулась ранка, а вокруг появились лепестки пламени.

— Вернулась, — Адам положил бутылочку в карман. — Ну вот и все. Что могли сегодня взять, то взяли. Идем дальше?

— Куда? — я с наслаждением слушала его голос, осознавая, какое же это счастье понимать, что тебе говорят.

— В деревню. Продадим и вернемся к ребятам.

Он опять протянул руку и дождавшись, когда я ухвачусь покрепче, повел к выходу из леса.

Вокруг шумел ветер, тихий и сладкий, будто специально созданный для завершения прекрасного дня. Сквозь высокие кроны деревьев пробивалось солнце, а под ногами шелестела трава. Вдруг Адам наклонился и сорвал стебелек.

— Смотри, — сказал он, прикладывай стебель к губам. — Если его прикусить… вот так…

Я завороженно наблюдала как он обхватил травяную зелень и впился зубами.

— Если прикусить, — повторил котяра, отстраняясь, — то может произойти чудо.

Он протянул мне стебель, с которого медленно и вязко стекал прозрачный сок.

— Протяни руку.

Я послушно подала ладонь. Две капельки чуть обожгли кожу, мимолетно затвердевая и превращаясь в переливающиеся сине-голубые камни.

— Потрясающе, — едва слышно прошептала я, не спуская глаз с волшебства. — Что это?

— Девичьи слезы. Есть старинная легенда про прекрасную деву, которая полюбила эльфа, но он не ответил на ее любовь.

— Расскажи.

— А что рассказывать? Легенда короткая. Красавица долго плакала, сидя в лесу, на старом поваленном дереве, а в тех местах, куда падали ее слезы, появилось это растение, — он показал стебелек. — Дева вернулась домой и постаралась забыть о несчастной любви и может быть, у нее это даже получилось, если бы…

— Если бы?

— Если бы эльф не вышел на охоту. Утомившись, он присел на то же самое дерево и очень удивился, разглядев под ногами неизвестные травы. Естественно сорвал, внимательно осмотрел, но ничего необычного не нашел. Тогда он попробовал стебель на вкус и — О, диво! — капельки сока, что попали на руку, превратились в драгоценные камни.

— А что с девушкой? — я с удовольствием слушала голос Адама, отмечая как мастерски он умеет придавать ценность совершенно обычным словам.

— Эльф догадался кто произвел на свет такое сокровище и пошел к красавице домой. А через месяц они сыграли свадьбу.

— Но это неправильно, — нахмурилась я. — Он женился только ради выгоды!

Котяра улыбнулся одним уголком губ.

— Да, но девушка была счастлива.

— Все равно, это ужасно.

Он кивнул.

— Ужасно. Ты бы на такое не согласилась?

— Нет, конечно!

— А если бы эльф ее любил? Но она была бы к нему равнодушна.

— Это тоже неправильно, — уверенно ответила я, глядя прямо ему в глаза.

— А если любовь взаимна? — продолжал выспрашивать Адам. — Что тогда?

— Тогда они должны быть вместе.

Котяра хмыкнул.

— Вместе, говоришь? Уверена?

— Конечно, — нерешительно ответила я.

Адам наклонил голову, вздохнул, а потом резко поднял, ловя мой взгляд и крепко держа за руку, не позволяя вырваться, спросил:

— Тогда почему ты от меня постоянно убегаешь?

Я растерялась. Вот как у него получается? Вроде все тихо-мирно, но нет…

— Я не понимаю о чем ты, — голос внезапно задрожал и конец фразы получился неясным. Адам буквально выбивал меня из колеи, заставляя испытывать такие эмоции, о наличие которых раньше и не подозревала. Правда, не всегда эти эмоции были приятными, но, тем не менее, котяра мог заставить мое сердце биться сильнее, даже тогда, когда я была полностью уверенна в его холодном безразличии.

— Все ты понимаешь.

***

Мы выгодно продали ингредиенты и теперь в моей сумке приятно позвякивали золотые. Что ни говорите, но иметь собственные деньги очень хорошо, да и быть нахлебницей у друзей не хотелось. Первым делом я вернула долги Раяне и выплатила половину стоимости за спальню с Адамом. Денег хватало, чтоб оплатить за всю, но какое-то странное шестое чувство сдерживало, словно давало котяре еще один шанс.

Неужели он прав? Неужели я чувствую к нему намного больше, чем просто симпатию? Будь мы в моем мире, это не доставило бы проблем, но сейчас… Ох, как же все сложно.

Меня ждали дома, тогда как будущее Адама в Лорвелле, и совместить наши судьбы пока никак не получалось.

Вернувшись на постоялый двор я убедилась, что Бонзо в целости и сохранности продолжает общаться с чужими магами, а Раяна отсиживается в спальне. Мы с Адамом хотели составить компанию здоровяку, но он лишь незаметно покачал головой: мол, не стоит, сам справлюсь.

Ну что же, сам так сам.

Незаметно наступил вечер. Если бы не утренний дождь, мы давно бы расспросили великанов о ритуале. Жаль нельзя заранее предугадать погоду. Вот зачем, скажите, быть ведьмой, если не в состоянии предсказать такой пустяк?

Но завтра мы обязательно посетим Великанью пустошь, и это не обсуждалось.

Перед сном я долго лежала и смотрела в потолок, стараясь упорядочить мысли и чувства. И те и те сильно бередили душу, прогоняя сон и вызывая из памяти облик высокого темноволосого мужчины со странными, но ставшими такими родными желто-карими глазами. Адам никак не хотел оставлять меня в покое, непонятно чего добиваясь. Он пытался воззвать к сердцу, оставить след в жизни, но самое главное — он старался вызвать ответные эмоции.

А я, как та собака на сене, разумом понимала, что этого делать не стоит, что со дня на день вернусь обратно и красавец-маг станет лишь воспоминанием, но сердце требовало иного — оно рвалось на встречу теплому дыханию, ласковым губам и мягкому, обволакивающему голосу, обещавшему счастье наяву.

Я не знала, как поступить и это тревожило. Если раньше даже сомнений не возникало, то сейчас Адам все чаще и чаще появлялся в мыслях, заставляя сердце биться быстрее.

И эта ночь не была исключением.

Дверь отворилась незадолго до полуночи и на пороге возник виновник душевных терзаний.

— Ева, — позвал он.

От хриплого шепота побежали мурашки. Все-таки котяра умел быть чертовски заманчивым, когда хотел.

— Я сплю, — ответила я, натягивая одеяло до подбородка.

— Нет, не спишь.

— Сплю.

— А почему тогда отвечаешь? — в его голосе послышался смешок.

— Лунатизмом страдаю. Ты чего хотел?

— Поговорить.

Адам прошел вглубь комнаты и не слушая возражений, сел на краешек кровати. Сейчас он был без плаща и его плечи, обтянутые тонкой, белой рубашкой, выглядели особенно широкими. Наверняка он легко кружил головы женщинам. Почему-то это показалось обидным.

Я покосилась на его лицо. Красивые скулы, волевой подбородок. Нос почти орлиный, что в сочетании с густыми волосами смотрелась очень привлекательно, и все те же колдовские глаза. Адам мог бы быть моей мечтой, если бы не был реальностью.

— О чем поговорить? — спросила я.

— О нас.

— Думаешь, стоит?

— Уверен.

Рот у него тоже был красив. Чувственные, красиво изогнутые губы растягивающиеся в тихой улыбке. Адам мог свести с ума… Так почему же я отчаянно хваталась за гордое и злосчастное одиночество?

Я снова взглянула ему в глаза.

— Может не надо? — слова прозвучали слишком неуверенно, чтобы быть правдой.

— Ты нужна мне, — твердо ответил он, не отводя взгляда. — И это не просто мимолетное увлечение.

— Не надо…

— Надо, — мужчина сдвинул брови. — Почему ты не хочешь просто выслушать? Я же ничего не требую.

— Требуешь, просто сам не замечаешь. А я не хочу… не могу…

Он не дал договорить. Быстро наклонился и дотронулся губами до моих губ. Легко, быстро, невесомо. И тут же отпрянул.

— Еще как надо, — прошептал Адам. — Просто не бойся.

И снова эти глаза… Казалось, в них можно было разглядеть целый мир. Я вздохнула:

— Не боюсь.

Мужчина чуть улыбнулся и вновь поцеловал.

В его поцелуе не было ничего робкого или нежного, сплошной огонь и желание, головокружительная, ошеломляющая страсть. Я не заметила, как сама обняла его в ответ. Возможно, это был именно тот самый момент, ставший своеобразной чертой, перейдя которую уже нет пути назад. И кто знает, чем бы мог закончиться этот вечер, если бы Адам не отстранился.

— Дай мне шанс, — попросил он. — Я тебя не обижу. Просто поверь.

А я вдруг осознала, что начинаю дрожать. Неявно, незаметно со стороны, но так ощутимо для себя самой.

— А если у нас нет будущего? — хрипло выдавила я.

— Есть.

Он опять приблизился, но на это раз очень медленно и осторожно, словно боялся испугать, сделать что-то не так. Адам был неотвратимым, неизбежным, но… таким желанным.

Я сама не замечала, как жаждала очередного поцелуя. Казалось, лишь одно движение, совсем небольшое, легкое, едва заметное, и манящие губы подарят восторг, который жаждало сердце. И это сводило с ума.

Все мысли, что успел сформировать холодный разум, канули в Лету, оставляя испарину на трепещущем теле. Но Адам медлил, словно чего-то ждал, а я лишь смотрела, не в силах сдвинуться с места. Сраженная, податливая.

Возможно, завтра я буду жалеть, но сегодня… Сегодня он победил.

Я ждала поцелуя. Ловила дыхание, готовясь к прикосновению горячих губ.

И потому прозвучавшие слова показались слишком внезапными и пугающими:

— Спокойной ночи, Ева…

Он отодвинулся, не позволяя чувствам опять взять верх. А я разочарованно выдохнула, наблюдая, как котяра укладывается спать. Вновь холодный и далекий.

Сердце бешено стучало, не желая сдаваться, требуя огненных эмоций. Больше всего на свете хотелось притянуть мужчину к себе, замереть в жарких объятиях и упиваться запахом сладкой мяты, которая теперь ассоциировалась только с котярой. Но я понимала, что это будет признанием слабости, поэтому осталась лежать, сжимая в побелевших кулаках одеяло.

Кажется, нас обоих ждала бессонная ночь.