Глава 12. Охотница Диана

Уже несколько минут Бонзо стоял подле стены и терпеливо ожидал подходящего момента, чтобы вставить слово. Он морщился, качал головой, и с осуждением смотрел на нас с Адамом, недоумевая, какая причина послужила толчком к очередной перепалке.

Котяра никак не мог понять, почему я настояла на посещении мероприятия, тогда как я не могла объяснить ему, в чем увидела выгоду. Достаточно отвратительно вновь ругаться с человеком, мнение о котором за последние несколько дней начало меняться. Жаль, что Адам этого совершенно не ценил.

Бонзо поморщился и тяжело вздохнул. А потом вдруг размахнулся и впечатал громадный кулак в стену.

Мы моментально замолчали и перевели взгляд на друга.

— Ты что творишь? — возмутилась я, разглядывая образовавшиеся на стене трещины.

— С ума сошел? — нахмурился котяра.

А здоровяк лишь виновато улыбнулся.

— Утихомирьтесь, ребята. Ну чего вы опять ругаетесь?

— Мы не ругаемся, мы общаемся!

— Да ладно вам, — Бонзо глянул на меня. — Вот чего ты взъелась?

— Потому, что он ничего не понимает! — я обличающе указала на Адама.

— Это ты ничего не хочешь слышать! — бросил он в ответ.

Бонзо потер лоб, немного подождал, а потом вновь стукнул кулаком о стену.

— Эй, ты так дыру пробьешь! — возмутились мы хором. И это были первые слова за последние два часа, сказанные в унисон. — И вообще, ты чего тут делаешь? Это наша комната.

— Если я уйду, вы друг друга убьете.

— Не беспокойся, она живучая, — фыркнул Адам.

Я уже хотела обидеться, но вдруг поняла, что котяра смеется.

Невозможный. Невыносимый, непримиримый, самоуверенный, но… И вот это «но» почему-то отбило охоту язвить.

— Облезлохвостый котохмырь, — пробурчала я.

Всерьез ругаться больше не получалось.

— И чего опять не поделили? — спокойно осведомился Бонзо, наблюдая, как молчаливо мы отворачиваемся друг от друга.

— Она, действительно, хочет пойти на прием к Маришке, — бросил Адам.

— Зачем? — Бонзо удивился.

— Я-то откуда знаю?! Будь моя воля, сидела бы в этой комнате под семью замками! Но нет! Развлечение подавай!

— Ты же сам согласился! — вновь начала заводиться я.

— Я думал, ты специально ее злишь, у меня и в мыслях не было, что правда туда пойдешь!

— Адам, но это такой шанс!

— Какой?! Встретить смерть при параде? Мечтаешь быть похороненной в бальном платье?!

Бонзо в третий раз впечатал кулак в стену, отколов при этом нехилый кусок от перегородки.

— Простите, — виновато сказал он, отряхивая руку. — Но иначе вы меня не слышите. Ева, а зачем идти к Маришке? Это, и правда, опасно.

— А я о чем толкую, — тут же встрял Адам, но увидев взгляд здоровяка, махнул рукой и устало опустился на кровать. — Ладно, пусть расскажет, зачем ей понадобились танцы.

Я постаралась успокоиться и привести самые действенные аргументы.

— Вспомни, что Маришка сказала: приглашены ее знакомые, то есть маги и ведьмы. Какова вероятность, что гости на балу и наши соперники — две разные категории чародеев?

— Никакой, в том доме будут участники турнира, именно поэтому, желательно туда не ходить.

— Хорошо, — я кивнула. — Объясни, пожалуйста, почему соревнование еще не остановили?

Адам недоуменно моргнул.

— При чем тут это?

— Просто ответь.

— Потому, что камень еще не нашли, это и дураку ясно.

— Правильно! Не нашли, хоть и очень тщательно ищут! Верно?

— Ева, перестань говорить загадками, у меня уже голова болит, — поморщился мужчина и вправду потер виски.

Я сжалилась.

— Появился хороший шанс пообщаться с соперниками и узнать, как далеко они продвинулись. Может быть, кто-то близок к цели? Или вдруг появились новые факты, о которых мы слыхом не слыхивали?

Адам перевел взгляд на Бонзо.

— Теперь ты понял, почему я ругался? — устало сказал он. — Ее невозможно переубедить.

Здоровяк посмотрел на меня с сожалением.

— Ева, неужели ты думаешь, что кто-то так просто поделится секретами? Несмотря на то, что бал костюмированный, маску никто не наденет, да и бесполезно это, магическое сообщество слишком известное, глупо надеяться, что кого-то не узнают.

— Ты, без сомнения, прав, — кивнула я. — Но ведь есть один способ…

***

Вечер был влажным и теплым. Экипажи теснились у дома номер двадцать семь на площади Хрустальных фонарей, мешая всем добропорядочным горожанам.

Некоторые из гостей приехали верхом.

Масок, и правда, не наблюдалось, но костюмы… О-о-о, магическая публика разошлась не на шутку. От служанок до пиратов — на любой вкус! Особенно мне понравилась синеглазая пастушка, притащившая на бал живого барана. Рогатый постоянно издавал странные звуки и тянулся к бокалу с вином.

— Это ее муж, — пояснил Адам, разглядывая животинку. — Умеет превращаться в барана, вот и воспользовался.

— Может и тебе не стоило заморачиваться с костюмом? — усмехнулась я. — Стал бы котиком, я бы тебе бантик повязала. Голубенький.

— Еще чего.

Адам щеголял в мрачном готическом образе. Конечно, в этом мире про Брэма Стокера слыхом не слыхивали, но, черт возьми, лучшего Дракулы сложно было бы представить.

— Вампиреныш, — я хихикнула и тут же отвернулась. На пороге дома гостей встречала Маришка собственной персоной.

— Мой дорогой Адам! — воскликнула она. — Как же я рада тебя видеть. Ты сегодня один?

Котяра многозначительно усмехнулся.

А я посильнее натянула мужскую шляпу на лоб, пригладила накладные усы и проскользнула мимо брюнетки, грубовато буркнув едва слышное: «Здрасти».

Адам в это время старательно отвлекал красотку.

— Маришка, — вещал он, широко улыбаясь. — Сегодня ты удивительно похожа на русалку!

— О, тебе нравится? Я знала, что ты не останешься равнодушным, — довольно ответила она, проводя руками по бедрам, отчего узкое платье, из зеленой кожи, противно заскрипело.

— Нравится. Осталось хвост, как у селедки отрастить и можно на стол подавать.

— Адам! — голос брюнетки прозвучал обиженно. — Какой ты все-таки несносный.

Я не стала вслушиваться в диалог и прошла дальше. Котище не позволит змее сесть на шею, а у меня будет несколько драгоценных минут, чтоб оглядеться.

В огромном бальном зале оказалось светло, как днем. Миллион свечей — от огромных, под потолком, до самых крохотных, расставленных на подставочках вдоль стен — освещали помещение. Пахло воском и цветами. Лилась неторопливая музыка, блестели фужеры. На первый взгляд, дом Маришки казался безупречным.

На магических маскарадах нет, пожалуй, человека, который не узнал бы соратника по ведьмовскому мастерству, поэтому я и не думала прятать лицо. Нашла небольшой закуток, скинула плащ, отклеила усы и сняла шляпу.

Мы с Раяной потратили целый день, чтоб раздобыть и подогнать под мою фигуру костюм охотницы. Высокие сапожки, черные брюки, белая блуза с умопомрачительным вырезом и корсет, затянутый в талии так, что вот-вот лопнет. Дополняла образ тяжелая коса через плечо. Идеальная дева, прекрасная Диана и одна из самых желанных богинь Олимпа в моем мире. Одним словом, именно то, что требовалось этим вечером.

Маскарад — праздник души и тела. Надевая костюм, получаешь возможность стать иным человеком. И плевать, что бархатной маске тут не место! Ощущение иносказательности тяжелой патокой разливалось в воздухе, оголяя сердца и толкая людей на свершения.

Я оглядела зал, попутно отмечая, что Маришка так и осталась при входе, выполняя роль радушной хозяйки, а Адам уже прошел внутрь и занял место вдоль стены, недалеко от меня, дабы иметь возможность подстраховать в любой момент.

Одним взглядом я спросила у котяры: «Кто из знакомых подойдет для нашего плана?»

Он кивнул в сторону молодого, немного пухлого мага, в странном костюме палача. Коштаново-рыжая бородка, длинные волосы, забранные в хвост, торопливая поступь. Но, несмотря на внешние недостатки, мужчина был дерзок, остроумен и удивительно очарователен. Он пользовался вниманием женщин, и время от времени прикладывался к бокалу с вином, словно заранее праздновал триумф.

Этот незнакомец заслуженно назывался королем бала. И нашей жертвой.

С первых минут моего появления стало понятно, что выбранный костюм удачный. Особенно большим спросом пользовалось декольте. Думаю, некоторые мужчины за весь вечер так и не разглядели моего лица, не говоря уж о том, чтоб запомнить его до мелочей.

— Я готов быть пойманным в ваши сети! — прошептал проходящий мимо незнакомый колдун и шаловливо улыбнулся.

— Красавица выбирает дичь? — хохотнул другой. — Буду бегать помедленнее.

— Дочь лесов, отдаюсь в твои капканы! — подмигнул третий.

Я вежливо кивала, растягивая губы в ответной улыбке, и шаг за шагом подбиралась к Палачу.

Мне не нужны пешки, охота велась на ферзя.

Мужчина, как раз, отошел от толпы и направился на балкон. Собравшись с силами, я последовала за ним.

— Прекрасный вечер, не правда ли? — застенчиво пролепетала я, приседая в низком реверансе. Брюки сковывали движения, что портило эффект от поклона, но не смертельно.

Палач метнул взор в глубины моей блузы, и ожидаемо расслабился.

— И правда, вечер великолепный, — подтвердил он, немного отодвигаясь и позволяя встать поближе. — А мы знакомы, прелестная охотница?

— Увы, нет, судьба не так щедра к бедной девушке, чтоб радовать приятными знакомствами.

Я игриво стрельнула глазками. Адам предупреждал, что Палач падок на женщин, надеюсь, что я в его вкусе.

— Значит, мы просто обязаны познакомиться, — мужчина воодушевился. — Как ваше имя?

— Диана.

— Ведьма?

— Увы, только учусь.

— О… Как интересно. Участвуете в соревнованиях? — он придвинулся вплотную.

— Нет, я просто хотела посмотреть на бал. Госпожа Маришка оказалась так любезна, что позволила прийти. Она великая ведьма, не правда ли?

— Да, великая, — Палач чуть подался вперед. — А вы здесь одна?

— С братом, — я повела плечом, позволяя косе скользнуть за спину, тем самым оголяя грудь больше приличного.

— А кто у нас брат? — он шумно выдохнул.

— Вы еще не назвали свое имя, а уже допрашиваете? — кокетливо улыбнулась я, по-глупому взмахивая ресницами.

— Бэйн.

— О, это правда вы?! Тот самый господин Бэйн?! Для меня такая честь познакомиться с вами!

— Вы слышали обо мне? — он казался удивленным.

— Разве можно не слышать о самом умелом колдуне Лорвелльского королевства!

Конечно, я о нем слыхом не слыхивала, но лесть еще никому не вредила, особенно в общении с мужчинами.

Бэйн расцвел. Уверена, он и подумать не мог, что неизвестная охотница вовсе не стремится попасть в его жаркие объятия, а сама осторожно расставляет силки.

— В отличие от вас, мои познания в магии смехотворны, — горестно пожаловалась я. — Даже простенького оберега не в силах смастерить.

Адам предупредил: единственное, что у Бэйна и впрямь получается великолепно — обереги. Колдун безумно этим гордился. Улыбнувшись, довольный признанием своей гениальности, он величественным жестом вынул из кармана мелкую монетку.

— Ходить без защиты не следует, — промолвил и тут же опустил ее в мое декольте, проведя пальцами по груди. — Особенно такой хорошенькой ведьме.

— Спасибо, ох…

Еще минут десять, я расточала комплименты, радуясь, что Адам остался в зале и не может видеть, как именно проходит сеанс соблазнения.

Котяра был категорически против способа добывания информации, но Бонзо, а следом и Раяна, признали, что так получится быстрее всего. Времени у нас немного, а Бэйн был именно тем человеком, который мог выдать большинство тайн при должном упорстве.

Осталось аккуратно подвести его к откровениям.

— Всегда преклонялась перед вашими знаниями, — доверительно шепнула я, покачивая бюстом.

Мужчина с довольным видом ощерился.

— Я мог бы показать вам пару заклинаний, — он предложил руку и медленно повел обратно в зал. — Хотите?

— Хочу. А когда?

— Прямо сейчас.

— Здесь? — я деланно удивилась, окидывая взглядом веселящихся и танцующих людей. Нашла Адама, чуть приподняла брови и медленно прикрыла глаза: готовься. Он сцепил зубы, но кивнул в ответ.

Осталось совсем немного. Надеюсь, котяра ничего не испортит.

Бэйн немного приобнял меня за талию, демонстрируя проходящим мимо магам силу своего обаяния.

— Хозяйка дома будет не против, если мы попросим позволения занять какую-нибудь комнату для уроков, — жарко зашептал он. — Я спрошу, где нам лучше всего уединиться.

— Ой, так неудобно, — я нервно хихикнула, радуясь, что Палач счел это за заигрывание. — Может, не будем ей ничего говорить? В конце концов, тайна делает желаннее любое времяпрепровождение.

— Вы считаете это желанным? — ухмыляясь спросил он.

— Очень желанным, — шепнула я и вполне натурально покраснела.

Вот с такой двусмысленностью, мы и покинули зал.

Бэйн с удовольствием рассказывал, как совсем недавно обнаружил в северном крыле особняка чудесные апартаменты. По его словам, они идеально подходили для магии. Временами его голос срывался на хрип, и поначалу я даже испугалась, что у мужика астма из-за моей неземной красоты, но потом поняла, что он таким образом пытается добавить сексуальности.

Мы продвигались все дальше и дальше, оставив позади гостей, чьи голоса уже почти не слышались.

— Вы будете в восторге, — обещал он. — Вы будет требовать еще и еще!

— Не сомневаюсь, — отвечала я. — Вы же гений.

Палач кивнул, подтверждая, что он действительно гений и продолжил:

— Я даже готов пойти вам навстречу и не брать платы за уроки. Наоборот, готов поделиться с вами оберегами… в количестве двадцати, а может тридцати золотых авров.

Я глухо выдохнула, пытаясь замаскировать смешок. Отчего грудь сделала особенно соблазнительную амплитуду, чем навечно приковала взгляд мужчины.

Но тут, из зала послышался голос Маришки, как назло она искала Палача. Бэйн, нахмурившись, обернулся, и уже открыл рот, чтоб откликнуться…

— Тридцать авров! — торопливо воскликнула я. — Вы хотите меня обидеть? Хотите заплатить деньги, как… как… Заберите монету обратно!

— Милая моя, но почему? — Бэйн разрывался между соблазнительно-доступной девой, так удачно подвернувшейся ему этим вечером, и Маришкой. — Вы меня не так поняли, я говорил лишь об оберегах и только о них! Кто же виноват, что делать их удобнее из денег? Но подождите, кажется, меня зовут…

На его чаше весов Маришка явно стояла выше, поэтому пришлось пустить в ход тяжелую артиллерию.

— Ваша монета жжет мне совесть, — тяжело вздохнула я, изо всех сил дергая завязки блузы, будто и в самом деле пыталась вытащить глубоко провалившийся оберег. — Но, увы, никак не могу достать самостоятельно…

Глаза Палача заблестели.

— Раз хотите непременно ее отдать, то не смею перечить, — глухо ответил он, наплевав на Маришку и увлекая меня дальше по коридору. — Я помогу вам расстегнуться. Но вы так жестоки, прекрасная Диана, так несправедливы!

Вскоре перед нами оказалась дверь, ведущая в маленькую комнатку с огромной кроватью. Так как в ней больше ничего не было, сомневаться в назначении данного помещения не приходилось. Сколько знойных парочек здесь перебывало, даже представить трудно.

— Я достану эту монету. Сам достану… Немедленно… — бормотал Бэйн, оттесняя меня к ложу, предвкушая момент, когда можно дать волю рукам и губам.

— Нет, нет, подождите, — улыбалась я, нежно, но настойчиво отбиваясь от ласк. — Подождите.

— Что такое?

— Ваш костюм. Он так смущает. Палач — это жестоко…

— О-о-о! Я понял! Сейчас, — Бэйн подмигнул и потянулся к застежкам. — Все для вас, моя милая, все для вас. Вы же не заставите меня мерзнуть в одиночестве? — он заломил бровь и окинул плотоядным взглядом многострадальное декольте.

— Конечно, нет, — я тоже взялась за корсет и нарочито медленно принялась расшнуровывать. — Как вы могли подумать такое?

Мужчина оказался чересчур нетерпелив, он разделся быстрее, чем я рассчитывала, и уже тянул руки к моим плечам.

Где же Адам?! Проклятый кот! Если он задержится хоть на минуту, сцена соблазнения зайдет слишком далеко.

— Какая сладкая, — Бэйн очертил большим пальцем линию шеи и немного оттянул ткань. — Такая свежая, аппетитная… — мужчина скользнул ладонью под блузку, и тут же получил пощечину.

— За что?! — ошалело вопросил Бэйн, хватаясь за щеку, на которой зарозовел след от ладони.

— За отсутствие инстинктов самосохранения, — прошипела я, с облегчением наблюдая, как дверь комнатки отворилась, а на пороге появился вздыбленный черный котище. — Ну все, мне пора. Приятного общения, господа!

Разумеется это была моя победа. Дичь угодила в ловушку, в которую никогда бы не позволила попасться в другой ситуации.

На самом деле Бэйн был средненьким магом, а его любовь к вину и женщинам сыграла наиглавнейшую роль при выборе жертвы. Из всех гостей, он единственный, кто мог увлечься незнакомкой так, чтоб позабыть про собственную безопасность. Он единственный, при ком остальные участники обсуждали грядущие планы, зная, что Бэйну все равно не выиграть. Он единственный, кто мог дать нам нужную информацию. И, наконец, он единственный, кого одобрил Адам.

— Ему ты точно не позволишь ничего лишнего, — сказал он сегодня днем, отправляя меня на подвиги. — Противно будет.

— А может, кого-нибудь другого выберем? Посимпатичнее?

— Нет.

— Ты что, ревнуешь? — посмеиваясь, спросила я.

— Не говори глупостей, — ответил котяра и отвернулся.

***

Я вернулась в зал, оставив Адама с Бэйном.

Гости по-прежнему развлекались и танцевали, никто так и не заметил нашего отсутствия. Играла ненавязчивая музыка, туда-сюда сновали лакеи с подносами, вдоль стен стояли хорошенькие служанки, предлагавшие людям небольшие букетики. Я заметила, что время от времени к ним подходил какой-нибудь мужчина, выбирал цветы и возвращался в толпу. Букетики передавались понравившейся ведьме и служили началом церемонии ухаживания.

А Палач ведь даже не намекал на цветы… Радовался, что само собой все устроилось, жадина. Вот пусть теперь понежится в обществе Адама, ему полезно! Уверена, котик с воздыхателя три шкуры сдерет.

Продолжая осматривать зал, я увидела Маришку, в руках которой красовалось целых четыре букетика. Дамочка пользовалась популярностью.

Она тоже меня заметила, приоткрыла рот от удивления и тут же скривилась. Кажется, ее настроение испортилось. Приятно.

А тут как раз и Адам вернулся.

— Не скучала? — он как ни в чем не бывало встал рядом и протянул крохотные фиолетовые цветы.

— Что это? — я недоуменно моргнула, рассматривая букет.

— Цветы.

— Вижу, но… зачем?

Нет, я конечно не против небольших приятностей, но судя по здешним правилам это намек… Причем очень красноречивый.

Адам помолчал.

— А ты против? — спросил он после раздумья.

— Как я понимаю такой букетик не дарится просто так.

— Не дарится, — подтвердил мужчина и прищурился. — Так против или нет?

Он так настойчиво протягивал цветы, что на нас уже стали коситься. Ну как не взять?

— Спасибо…

Я вдохнула аромат. Пахнет фиалками и еще чем-то незнакомым, но очень приятным.

— Не за что, — Адам довольно кивнул. — Ну так что, скучала или нет?

— Нет, тяжело соскучиться, когда рядом столько людей, — я всунула букетик за корсет и постаралась вести себя как ни в чем не бывало.

— Опять приставали? — спросил он.

— Вообще-то, это я ко всем пристаю.

— Неправда, ко мне не приставала, — мужчина флегматично пожал плечами. — Может, потанцуем?

Танцевать очень хотелось, но букетик жег кожу даже сквозь рубашку.

— Сначала расскажи, что с Бэйном, — попросила я. — До смертоубийства не дошел?

— Он или я?

— Ну, учитывая, что тебя я вижу живым…

— Спит твой Бэйн, что с ним сделается, — оскалился Адам. — Кровать большая, он очень удачно прилег под нее.

— Под нее? — скептически повторила я.

— Чтобы сразу не нашли. И да, я наложил сонные чары. Переживаешь за поклонника?

— Переживаю за тебя, не хотелось бы со скандалом покидать дом. Кстати, Маришка нас заметила и уже успела состроить противную мордашку. Как думаешь, когда она приглашала на праздник, точно была искренна?

— Без сомнения, — Адам взял меня за руку. — Так как насчет потанцевать?

— Ты все еще не сказал, что узнал от Бэйна, — я жаждала подробностей, но котяра никак не хотел откровенничать. Может и правильно, все-таки бал в чужом доме — не лучшее место для бесед. — Ладно, ладно, подробности потом, танцевать так танцевать.

Ведь пара незначительных танцев ни к чему не обязывает? Это просто, чтоб успокоить совесть и все, ничего личного.

Здешние танцы, конечно, отличались от знакомых, но не так сильно, чтоб я совсем упала лицом в грязь. Были шероховатости, но Адам списывал их на девичье волнение и лишь улыбался.

Он уверенно держал меня за талию, притоптывая ногами в нужный момент, а я порхала, дразня окружающих женщин. Адам был чудо как хорош в карнавальном костюме и многие ведьмы завистливым взглядом провождали нашу пару.

Котяра оказался страстным танцором, особенно когда мы вставали лицом к лицу. Его глаза горели задором, а руки все жарче и жарче обнимали, не позволяя отдалиться больше чем требовалось для очередного пируэта.

Эх, как жаль, что на мне мужские брюки, а не платье с кружевами. Первый в жизни настоящий бал — а я охотница, а не принцесса. Хотя, если поддаться моменту, войти в азарт и забыть, что обстановка не соответствует чудесной сказке, то можно разглядеть в золотых очах Адама по-настоящему королевские обещания.