12
Времени на сборы в ресторан было не так, чтобы много, но Ирина приехала в пять пятнадцать вечера. Она словно не дома или в местном салоне красоты прихорашивалась, а у голливудского стилиста. Хоть сейчас на красную дорожку.
— Точно не слишком? — Ира обеспокоенно смотрит то на меня, то в зеркало, и вертится у него, зараза. — Нормально же, да?
— Шикарно, — мрачно подтвердила я. — Если бы у меня было что может встать — встало бы.
— Спасибо, ты права. Я сама себя хочу, — подмигнула Ира, и продолжила вертеться передо мной в своем золотом платье. Облегает оно как змеиная кожа, вся физиология видна. Даже лобок и тот, кажется, обтягивает. — А я ресторан меня точно Максим возьмет?
— А куда ему деваться? Он с помощницей должен явиться.
— Но я-то не его помощница. И звал он тебя.
— Звал меня. А возьмет тебя.
— И снова ты права. Как меня можно не взять? — Ира улыбнулась своему отражению.
Может, бить зеркала — это не такая уж плохая примета? Я бы сейчас с радостью это зеркало расколошматила! Желательно об Ирочкину блондинистую голову.
— И что я должна буду делать в ресторане?
— Ой, да ничего, — махнула я рукой. — Включишь диктофон на телефоне, запишешь встречу. Если Максиму понадобится потом уточнить что-то — прослушаешь запись. А лучше просто скинешь её мне.
— А если я запишу что-то… — Ира начала хихикать, — ну, ты поняла же? Звуки поцелуев, и не только. Тоже будешь прослушивать?
Убила бы! И её, и Максима, который будет с ней кувыркаться! И плевать, что пока у них ничего не было — будет. Его даже травмированный член не остановит. Меня бы не остановил, будь я мужиком, а рядом со мной — такая женщина. В охапку в отель, на кроватку, золотое платье долой, и секситься.
— А ты записывай только деловой ужин. То что будет после не нужно записывать, — проскрежетала я.
— Если не забуду.
— Уж постарайся.
— И всё же, а вдруг Максим приедет за тобой, а тут я, и он скажет тебе быстренько собраться а мне — ехать домой?
— Не скажет.
— Почему?
По качану.
— Сейчас всё будет. Сиди, жди пока, скоро уже приедет. А я тоже пойду готовиться.
— Так ты с нами, да? — скуксилась Ирочка, но я уже не могу с ней разговаривать, иначе сорвусь, и меня покарает система исполнения наказаний за нарушение Уголовного Кодекса. Вроде, 105 статья — это убийство? Я уже ой как близка.
Посмотрела на часы, и принялась за внешность. На волосы нанесла маску, которую нужно держать три часа, завернула волосы в пищевую пленку, а сверху закрепила тюрбаном-полотенцем. На губы — гель. На лицо — маску, на шею — омолаживающую маску, и тоже обмотала пленкой. Такую меня Максим точно ни в какой ресторан не потащит.
Я уродовала себя с мазохистским удовольствием. За Ирочкиной красотой меня даже в полном марафете сложно было бы заметить, а уж увидев меня в подобном виде, Максим и вовсе отшатнется в ужасе. И правильно. Так и должно быть. Лучше рвать пока тонко, не так больно будет. Пусть идут в ресторан, Максим разозлится на меня, и поведется на Иру гораздо быстрее. Ему — правильная жена банкира, мне — деньги за выполненный заказ.
Убила бы… Иру, Максима, и себя тоже. Саму себя я раздражаю сейчас больше всего!
А всё потому что хочется… да, наивно хочется быстренько привести себя в порядок, вытолкнуть Ирочку, и поехать с Максом в этот ресторан, на чертов деловой ужин. Вот только что потом? Романтичный роман, предложение руки и сердца, и «вместе, пока смерть не разлучит нас»?
Ха! Три раза «ха»! Натрахался бы со мной месяцок-другой, когда член вылечил, и всё. На таких как я банкиры не женятся. На таких как я женятся айтишники с сальными волосами, и чокнутые ролевики.
— О, Господи, — вскрикнула Ирочка, когда я вышла из ванной, укутавшись в халат, тюрбан и пищевую пленку. — А, поняла, это отмазка чтобы не идти в рестик?
— Ага.
— Прокатит, — удовлетворенно кивнула она, и раздался звонок в дверь. Я пошла открывать с мыслью о том, что сделала всё правильно.
Всё равно ничего бы не получилось. Я бы жалела, если бы не обрубила наши недоотношения. Но в глубине души я и сейчас жалею. Что струсила.
* * *
МАКСИМ
Алёнка могла бы и не отправлять мне адрес, я и без неё никак не забуду это место. Никогда так не позорился раньше. Даже на первой студенческой попойке, когда так надрался, что сумел закадрить самую красивую девушку универа, но вот вместо того чтобы её трахать, я заблевал всю комнату.
Знакомый дом. Знакомый этаж. Помню-помню, как я валялся здесь, скрючившись от боли и смеха, а надо мной скакали Алёна и два каких-то мелких беса. Я перехватил букет пионов «Сара Бернар», и нажал на дверной звонок.
— Давай, выходи, Алёнка. Я успел соскучиться по тебе, — пробормотал я, ужасаясь что это так и есть — да, соскучился. Да, именно по чокнутой. Все мысли мои оккупировала!
Дверь открылась, а за ней… она. Но в каком виде?!
— Алёна? — нахмурился я, разглядывая… это. — Привет. Не готова пока? Могу подождать, но поторопись, времени не так уж и много. Минут пятнадцать-двадцать тебе хватит?
— Боюсь что нет, — прохрипела она, шмыгнула носом, и натужно раскашлялась. Очень и очень наигранно. — После некоторых событий моя внешность пострадала, я решила привести себя в порядок, и почувствовала себя плохо. Вирус подхватила, наверное. Так что я не смогу составить вам компанию.
— Но…
— Но! — перебила Алёна, и шире распахнула дверь. — Я, как ответственный сотрудник, нашла замену себе на деловом ужине. И проинструктировала её. Вы же помните Ирину? Ирочка, иди сюда, — пропела она, и к ней подошла смутно знакомая девушка. — Ирочка освободила вечер специально для вас, подготовилась, выслушала мои инструкции, и согласна составить вам компанию. Благородно, не правда ли?
И как после этой речи, полной манипуляций, сказать что мне эта Ирочка не нужна?! На деловом ужине помощники — декоративный элемент. Алёнка мне нужна была на этом ужине, чтобы поближе к ней подобраться. Но я уже подобрался. И этот ужин в ресторане — неплохое место, чтобы поговорить с ней о том, что у нас произошло. Убедить, чтобы не стыдилась, если всё вспомнила. И сказать, что я хочу повторить.
Да, хочу. Мне было больно, но еще мне было хорошо так, как никогда до этого. Может, во мне живет тайная страсть к БДСМ, когда секс и боль идут рука об руку? А может, я просто представил как всё будет, когда пройдет моя травма.
Но Алёнушка струсила, и сейчас сверлит меня таким взглядом, что я понимаю — если я отфутболю её подружку, меня загрызут. У Алёнки уже можно в глазах прочитать то, что она транслирует: «Неблагодарная ты скотина, Макс»
— Так что, Максим Вадимович? — надавила она голосом.
— Обещаю украсить ваш вечер, и помочь в переговорах, — пропела подпевала-подружка моей трусихи.
Хм, а вот фиг Алёнке! Не стану я спорить, уговаривать. Пора щелкнуть её по носу.
— Так даже лучше, — улыбнулся я этой, как там её, и протянул букет. Не Алёне, а блондинке. — Вы очаровательно выглядите. Готовы?
— Да, — разулыбалась блонди.
Я услышал скрип зубов. Выкуси, Алёнушка!
— Тогда выезжаем. Да, — кивнул я, показательно облизывая взглядом фигуру блондинки, — вы точно украсите вечер. Алён, спасибо что нашла замену. Выздоравливай.
— Хорошего вечера, — отрывисто пожелала нам моя вежливая секретарша.
Вот только послышалось мне: «Горите в аду»
Ну, поиграем, Алёнка!
* * *
АЛЁНА
Украсить вечер…
Я остервенело смываю маску с волос.
Так даже лучше…
Лицо растерто докрасна, кожа скрипит от чистоты, как и волосы.
Вы точно украсите вечер…
Оторвала пинцет от брови, глаз дернулся от боли, но прекращать я не намерена!
Спасибо что нашла замену. Выздоравливай…
Нет, ну как так?!
— Алло, — ответила я на вызов сестры.
— Ты дома?
— Да, — рявкнула.
— Вот дура.
— Ты за этим позвонила, Жень? Чтобы меня дурой назвать?
— Угу, — невнятно ответила она.
Ясно, сидит, мне лекции читает и хомячит что-то вкусненькое.
— Зря ты.
— А вот и не зря! Максим приехал, и обрадовался даже, что я не еду с ним, — принялась я ябедничать. — Перед Ирой чуть ли не на колени грохнулся в экстазе, богиней её назвал, и быстренько уволок её. Уж не знаю — в ресторан, или в отель на очередные потрахушки.
— Ну и кто тебе злобный Буратино, — флегматично ответила Женя. — Ты же мне говорила что планируешь его в образе крокодила встретить.
— Не в образе крокодила, а в полотенце и с масочками на волосах, лице и шее.
— Одно и то же, — вздохнула сестра в трубку. — Сама отказалась с ним идти, приволокла замену, показалась несчастному мужику в таком виде, в котором даже мать родная испугается. И чего хотела? Чтобы он что сделал?
— Ничего, — буркнула я.
— Как обычно — ты сама не знаешь чего хочешь. Короче, дурочка ты, Алён. Двадцать семь лет, а сама дитя дитем. И вообще, — Женя прожевала то, что она там жует, и продолжила, — я не удивлюсь если твой Макс и правда не в ресторан поехал, а в отель на шпили-вили. Мужику стресс нужно перебить после такого приема.
— Спасибо, блин!
— Кушай на здоровье, — парировала моя сестра-язва. — Не нужна была бы своему Максу, он бы просто сказал тебе ехать на такси к ресторану, а не заезжал бы за тобой. Ты же не думаешь что это в порядке вещей — приезжать к сотруднице домой, чтобы отвезти её на деловой ужин? Но он приехал, и…
— Ой, всё, мне пора, — перебила я этот голос моей совести.
— Врушка. Никуда тебе не пора. Ладно, иди и подумай над своим поведением.
— Вообще-то ты младше меня, Жень. Хорош поучать. Тоже мне, нашлась Евгения Премудрая.
— Я такая, да, — голос у Женьки как мурлыканье кота Гарфилда. — Ладно, тебе не обязательно взрослеть и скучнеть, и на такую тебя нашелся любитель. Правда, ты его эпично профукиваешь, но смотри сама. Пока-пока, систер.
— Пока. И не ешь на ночь, Жень, а то в дверь не пролезешь, — бросила я ответку, и нажала на отбой.
Блин, я же правильно сделала? Всё на десять раз обдумала, и поняла — ничего не выйдет! Ну вообще ничего! В универе я много общалась с парнями, и наслушалась их хотелок: хочу трахнуть мулатку, хочу азиатку, хочу близняшек… а всё чтобы галочку поставить. Не хочу быть такой галочкой! Не-хо-чу!
— Я правильно поступила, — сказала я спокойно, и встала с пуфа. Пошла на кухню, и налила себе бокал вина. — Я круто живу, — пробормотала, пригубив терпкий напиток. — Одна, делаю что хочу. Хочу — халву ем, хочу — пряники. Да!
И не нужно подстраиваться под свидания, переживать что вдруг на попе прыщик вскочит, или после эпиляции останется волосок в самом неожиданном месте, а ОН увидит. Не нужно гадать: любит, не любит, и когда уже наиграется и бросит. Не нужно перекраивать себя, чтобы понравиться ЕГО родственникам, и строить себя Марьей-искусницей.
Гораздо круче продолжать пить винишко по вечерам, женить охотниц за кошельками и папиков, тетешкать племянников, и не подстраиваться ни под кого!
— Да что ж такое, — я залпом выпила второй бокал, и вернулась в комнату за телефоном.
Аутотренинг не работает.
«Ир, у вас всё нормально? Вы в ресторане?» — написала я клиентке.
Пусть только скажет, что они не в ресторане!
Ирина не отвечает. Молчит. Я налила третий бокал, и чуть не разлила вино по столу, так как не могла оторвать взгляд от экрана телефона. Ну! Ну же! Отвечай, чтоб тебя!
«Ир, ты не забыла включить диктофон?» — отправила я еще одно сообщение.
И снова игнор.
— Убила бы, — и снова вкуснейшее и недешевое вино, которое принято смаковать, я выпила залпом как дешевую водку.
Налила еще бокал.
«Ирин, у тебя всё получается? Максим очарован? Не зря ты пошла на деловой ужин хоть?» — написала я третье сообщение.
Не отвечает. Почему она не отвечает? Ирина всегда со смартфоном! Она с ним не расстается!
«Максим Вадимович, еще раз простите что подвела. Спросите Ирину, не забыла ли она включить диктофон чтобы записать беседу? А то вдруг какие-то моменты из переговоров забудутся. Я переживаю» — уже в отчаянии я накатала Максу.
Игнорит! И Ирина, и Максим!
Я вскочила со стула, и побежала в комнату. Распахнула дверцу небольшой гардеробной, и принялась перебирать платья. Я же могу внезапно выздороветь, и приехать в ресторан?
А если они не в ресторане?
Если они уехали из него?
Если они вообще в него не доехали?
«Максим Вадимович, мне гораздо лучше. Ирина справляется? Или мне приехать?» — напечатала я и, подозреваю, напечатала с ошибками.
И тут мне пришло сразу два сообщения. И от Ирины, и от Максима.
«Макс поплыл, мы давно не в рестике. Спасибо, Алён, ты супер. И он супер! Такой мужик, арррр, так бы и съела. Крч, у меня всё на мази» — от Иры.
«Отдыхай, Алёна. Ирочка справляется. Со всем» — от Максима.
— Чего? — прорычала я, снова вчитываясь в их сообщения.
Ирочка, значит? ИРОЧКА??? Он действительно поплыл? И что значит «на мази»?
* * *
План с фактом у меня редко сходятся.
По плану я должна была приехать в понедельник до прихода Макса на работу, собрать свои вещи и гордо удалиться в закат. Да, это подстава работодателя, и непрофессионально. Но почему я должна об этом думать? Я на испытательном сроке, и в любой момент могу помахать ручкой этому банку. Да и, стоит быть честной, с работой секретаря справится любая — посадил бы Максим на моё место стажерку, и та прекрасно бы справилась. Уж получше меня.
По факту получилось иначе. Я волновалась, собиралась часа два-два с половиной, подбирая наряд для моего драматичного ухода, который Максим даже застать не должен был…
В общем, приехала я с опозданием. Рабочий день начался двадцать пять минут назад, когда я вышла из лифта в приемной.
Ну и ладно! В лицо Максиму скажу что ухожу. В самом деле, что я, мышь что ли, чтобы сбегать? — подумала я, бросила пальто на свой рабочий стол, и постучалась в кабинет Максима. Впрочем, сразу же после своего порыва вежливости я поняла — его в офисе нет. Максима нет! Максима, который всегда приходил вовремя!
Ну и кому мне говорить что я увольняюсь? Может, никому не говорить, а как планировала тихонечко собраться, и домой?
— А Ирину нужно послать, — пробурчала я, упаковывая свою чашку с изображенным на неё Скуби-Ду. — Не смогу я с ней работать. Вот только блин, деньги-то я уже потратила! Хотя… пофиг, со счета сниму, и верну ей аванс.
Я, бурча, собиралась, и поглядывала не идет ли Максим. Черт возьми, даже хочется его встретить! И поинтересоваться этак, между прочим, не травмировала ли ему Ирочка член. Или с ней он не сопротивлялся, и вообще рад был травмироваться?
Как же они меня бесят!
Я достала телефон, там ничего — ни от Максима по поводу его отсутствия в офисе, ни от Ирины. Ладно, Ирочке я напишу сама.
«Ир, привет. Как в вас с Максимом продвигается? Надеюсь, поездка в ресторан помогла. Я пишу потому что хочу извиниться перед тобой, у меня семейные проблемы, и я не смогу с тобой работать. Аванс, конечно, верну»
— Так, — я осмотрелась, соображая что еще нужно забрать с собой. Еще раз проверила рабочий стол, включила компьютер, чтобы выйти из аккаунтов, и телефон просигналил о пришедшем сообщении:
«Сорри что не написала тебе вчера и позавчера, времени вообще не было. Аванс можешь не возвращать, и услуги твои больше не нужны. Остальную часть денег за работу я тебе скину чуть позже. У меня всё шоколадно, Алён, ты супер!»
— Чего, блин? — я потрясла свой яблочный телефон, желая чтобы буквы в сообщении перемешались в нужное мне: «Макс меня отфутболил, найди мне другого мужика!»
«То есть, я выполнила свою часть сделки?» — написала я Ирине.
«Деньги только что скинула на привязанную к телефону карту. Спасибо, Алёна, и да, ты свою работу выполнила» — пришел ответ, а затем и пуш-уведомление о поступивших на карту деньгах.
Я опустилась на стул и уставилась на экран компьютера невидящим взглядом.
Ирина заплатила мне за работу, она была с Максом в ресторане, и пропала на все выходные. Заплатила! Она мне заплатила, а значит… а что это значит? Максим что, предложение ей сделал? Да быть того не может! Полтора дня прошло, когда бы они оба успели-то? Одно дело — переспать, а другое — жениться.
А, плевать. Они точно переспали, и не один раз. Раз уж Ирочка так уверена в том что Максим у нее в кармане, что заплатила мне оставшуюся сумму.
— Ну и ладно. Пусть оба будут счастливы и идут нахер, — прорычала я, и начала открывать вкладки с аккаунтами, чтобы выйти из них. Так, нужно еще в кадры зайти, и предупредить что я домой, пусть посадят сюда кого-нибудь, а моей ноги здесь больше не будет никогда!
В почте я наткнулась на письмо от Максима. Не персонально мне, к сожалению. Я стояла в копии, как и многие другие:
«Коллеги, меня не будет в офисе ориентировочно 2 недели. По всем вопросам обращайтесь к моему заместителю, в крайних — пишите мне лично, но не злоупотребляйте. С ответами могу задерживаться, так как буду занят переговорами»
— Переговоры, угу, как же, — хмыкнула я, и пошла искать Ирину. Просто чтобы подтвердить подозрения.
— Она уволилась. Написала вчера что работать у нас больше не будет, — сообщили мне в отделе.
Прекрасно! Максим на «переговорах» на 2 недели, Ирочка уволилась, заплатила мне, и у неё «всё шоколадно». Интересно, где те переговоры проходят? На Мальдивах?
Я была так зла, что поднялась в приёмную, и… села за работу. Удалила идиотские коммерческие предложения, прочитала пришедшее персонально мне письмо от Максима с просьбой раскидать расписание и отменить некоторые встречи, а некоторые — перенести в онлайн.
Ладно уж, поработаю до возвращения Максима. Сейчас я не способна искать женихов для других клиенток, а если буду сидеть дома — умом двинусь.
— Хм, Алёна, ты? — поймала меня Извергиль ранним утром среды. — Ну надо же!
— О чем вы? Извините, я на работу опаздываю, — буркнула я.
— Я о том что ты, наконец-то, выглядишь как приличная женщина. Без финтифлюшек, без цыганских цепей и браслетов. Ты же когда в наш подъезд входила, я тебя по звону слышала из квартиры. И одежда не расцветки «вырви глаз», а нормальная. Смотреть приятно. Молодец, взялась за ум, может и мужчину найдешь приличного. А то кто ж тебя, одетую как клоунессу, полюбил бы?
— Стесняюсь спросить, а вам какое дело до моей личной жизни? Хотя чего это я стесняюсь? — разозлилась я. — Шли бы вы куда подальше со своими оценками! Тоже мне, модный приговор, прямо не знаю как я жила-то раньше без вашего одобрения!
— А ты чего хамишь?
— А не только вам можно хамить. Достали! Съехали бы вы уже куда-нибудь, — прорычала я, но удержалась от того чтобы добавить: «например, на кладбище»
В банке тоже удивились моему внешнему виду, но за следующую неделю привыкли. Нет у меня настроения надевать яркую верхнюю одежду, и подбирать аксессуары. Цвет моего настроения — черный.
2 недели «переговоров» Максима растянулись на 3 недели. Каждый день я порывалась написать или позвонить Ирочке, но трусила — не хотела, чтобы она хвасталась фотографиями с Максом с «переговоров», и постельными подробностями.
Короче, привет, депрессия!
— Оу, мать, ну и видок, — так поприветствовала меня заглянувшая в субботний вечер сестра.
— Давай, добивай меня, — простонала я.
— Хм, ты зелененькая какая-то. Так оттенок лица у тебя интересный, хмм, я подумываю ванную отделать кафелем подобного оттенка. Слушай, а можно сфотографирую?
— Жень, ты издеваешься? Я знаю что выгляжу по-уродски. Просто настроения нет.
— Ладно, прости. А настроение сейчас поднимем, я с винишком. Две бутылки марочного, — погремела сестра сумкой, и прошла, наконец, в коридор.
Пока Женя мыла руки, я смотрела на свое отражение в зеркале — за 3 недели я немного похудела, а цвет лица и правда стал ужасным. Пора к косметологу. Но как же не хочется! Вообще ничего не хочется из-за апатии.
— Пацанов куда дела? — спросила я, наблюдая как сестра открывает первую бутылку вина. — Лучше бы с собой их взяла.
— Они у родителей моего бывшего. Пусть понянчатся, а я отдохну. Тебя в чувства приведу, а то смотреть жутко. Ну что, тосты будем говорить, или просто напьемся?
— Ой, не до тостов мне, — поморщилась я, приняла бокал, сделала глоток, и…
— Алён! — закричала Женя. — Ты чего?
А чего я? Я бегу в сторону туалета, молясь чтобы меня не вывернуло в коридоре. Склонилась над фаянсовым другом: тошнит, слезы текут, самочувствие жуткое. Зато взбодрилась от пробежки.
— И давно это с тобой?
— Что именно, Жень?
— Тошнота от глотка вина.
— Впервые. Ерунда, сейчас таблетку выпью, — я набрала в рот воды, и прополоскала его. — Ты, кстати, пей спокойно, я-то не буду, живот побаливает. Но поболтать нам мое трезвое состояние не помешает.
— Ты похудела, тебя тошнит, лицо цвета сказочного обитателя болот…
— Жень! — перебила я.
— Всю прошлую неделю ты спала, — добавила Женя.
— Я работала!
— Ты приходила около шести вечера, и в семь уже как сурок спала. По двенадцать часов в день!
— Так зима на дворе, у меня спячка! Не бойся, я ничем не болею, и не умру во цвете лет.
— Либо ты болеешь, надеюсь что нет. Либо ты залетела. Тест есть? — будничным тоном поинтересовалась сестра.
— Пф, глупости, от кого я могла залететь? В форточку надуло?
— Дай-ка подумать! От Максима, например?
— Ой, да брось. Было один раз, и мы предохранялись, — отмахнулась я, и округлила глаза от ужаса. — Наверное, предохранялись. Хотя, Жень, ну бред же, кто после одной ночи беременеет?
— Я, — рассмеялась Женя. — Причем, родился не один ребенок, а целых два. Милая, давай-ка ты сделаешь тест, у нас семейство плодовитое, и я бы не удивилась, — Женя не договорила, кивнула на мой живот, который я зачем-то обхватила, словно защищаясь от ее взгляда.
Ну нет! Нет же! Не могла я забеременеть! И вообще, какие мне дети? Тётя из меня классная, но мать?
— Снова будешь прятать голову в песок? Или мне сходить за тестом?
— Сходи, — пропищала я.
— Ок. Куплю на всякий случай не один, а несколько. Ты пока вино закрой, я скоро вернусь. И не паникуй раньше времени, вдруг просто авитаминоз у тебя, или что-то подобное.
Женя вернулась через пятнадцать минут, и вскоре мы обе смотрели на четыре теста на беременность. И все они категорично заявляли мне о том, что меня очень скоро разнесёт.