Глава 22. Ценность для клана и ящера лично

Две недели пролетели в лихорадочной работе. Мои дни приобрели четкую структуру: утром — изучение драконьей магии и экспериментирование с металлами в мастерской замка, днем — поездка в город для контроля над "Вторым дыханием", вечером — анализ результатов и планирование следующих шагов.

Я спала не больше пяти часов в сутки, но адреналин и захватывающие перспективы поддерживали меня в тонусе.

Сегодня должно было состояться мое первое официальное представление перед Советом старейшин клана Авельтан. Я готовилась к этому с тщательностью генерального директора перед критически важной презентацией для совета директоров — продумывала каждую деталь, репетировала речь, предвидела возможные вопросы и возражения.

— Нервничаешь? — спросил Латор, появляясь на пороге моей мастерской.

Я выпрямилась, оторвавшись от последних приготовлений:

— Драконы чувствуют страх, верно? — я позволила себе легкую улыбку. — Тогда ты уже знаешь ответ.

— Чувствуем, — согласился он, подходя ближе и рассматривая разложенные на столе артефакты. — Но в тебе странная смесь. Напряжение есть, но не страх. Скорее... предвкушение.

Он был прав.

Несмотря на очевидные риски, я ощущала знакомый азарт — то же чувство, что охватывало меня перед важными переговорами в прошлой жизни. Адреналин битвы, но не физической, а интеллектуальной.

— Привычка, — ответила я уклончиво. — Я всегда так реагирую на вызовы.

Латор взял в руки один из артефактов — браслет из драконьего металла с рубиновыми вставками: — Это для усиления огненного дыхания?

— И контроля над ним, — уточнила я. — Позволяет направлять пламя с большей точностью, менять его интенсивность даже в полете. Особенно полезно для молодых драконов, еще не полностью освоивших свою силу.

Латор выглядел впечатленным:

— Ты применяешь свой дар нестандартно. Большинство артефакторов сосредоточились бы на простом усилении мощи. Но точность и контроль...

— ...дают гораздо больше преимуществ в реальной схватке, — закончила я за него. — Сила без контроля — всего лишь растрата энергии.

Наши взгляды встретились, и на мгновение я почувствовала странную связь — как будто мы оба мыслили в одном ключе, видели одну и ту же картину.

— Тебя ждет Совет, — напомнил Латор, первым разрывая зрительный контакт. — Я буду сопровождать тебя. Помни, старейшины ценят традиции и силу. Демонстрируй уважение, но не заискивай.

— Я готова, — я аккуратно сложила артефакты в специальную шкатулку, выстланную бархатом. — Веди меня к драконам.

Зал Совета располагался в древнейшей части замка — просторное круглое помещение с высоким куполообразным потолком, выложенным мозаикой, изображавшей звездное небо. Вдоль стен стояли каменные троны, украшенные символами разных линий клана.

Центральный трон, самый массивный, принадлежал главе клана — отцу Латора. Рядом с ним — трон чуть меньших размеров, очевидно, для Оукаты, его супруги и матери Латора.

Старейшины уже собрались — девять древних драконов, чей возраст исчислялся веками, если не тысячелетиями. В человеческой форме они выглядели как мудрецы из легенд — седобородые мужчины и седовласые женщины с проницательными глазами, в которых время от времени мелькали драконьи вертикальные зрачки.

Первый трон пустовал.

Оуката сидела на своем месте — прекрасная и холодная, как ледяная скульптура. Её присутствие излучало такую мощную неприязнь, что я почти физически ощущала её как волны холода.

Латор официально представил меня, используя полный драконий титул:

— Достопочтенные старейшины, приветствуйте халидэлу Лиралин из рода Радналов, супругу наследника клана Авельтан.

Я сделала глубокий реверанс, как того требовал этикет:

— Благодарю за честь предстать перед Советом. Я пришла предложить плоды своего дара на службу великому клану Авельтан.

Мне предложили говорить. И я начала.

— За прошедшие недели я изучала драконью магию и особенности драконьего металла. С помощью своего дара я создала серию артефактов, которые могут усилить природные способности драконов.

Я открыла шкатулку и по одному представляла артефакты, объясняя их свойства — браслеты для контроля над огнем, кольца для усиления телепатических способностей, ожерелье для укрепления чешуи и повышения сопротивляемости чужой магии...

— Впечатляющая работа для человека, — произнесла одна из старейшин, седая женщина с пронзительными синими глазами. — Но какую пользу это принесет клану в целом?

Я улыбнулась, ожидая этого вопроса:

— Позвольте продемонстрировать, почтенная. — Я обратилась к Латору: — Могу я просить халидэла надеть браслет для контроля над огнем?

Латор надел браслет, и тот мгновенно засветился, настраиваясь на его энергию.

— Теперь, если позволите, — я достала из другой шкатулки несколько хрустальных сфер, — попробуйте разбить эти сферы своим огнем. Сначала без использования артефакта.

Латор улыбнулся. Огонь без трансформации? Впрочем, драконы пользовались пламенем направо и налево, как я уже прекрасно знала.

Муж пожал плечами и выдохнул тонкую струю пламени, разбивая первую сферу. Огонь был мощным, но распространился шире необходимого, опалив ближайший столик.

— А теперь с браслетом, — предложила я. — Сосредоточьтесь на контроле, а не на силе.

Латор выдохнул снова, но на этот раз пламя было тонким, сфокусированным, словно лазерный луч. Оно пробило крошечное отверстие в хрустальной сфере, даже не разбив ее полностью.

Старейшины зашептались, явно впечатленные.

— Представьте это преимущество в бою, — продолжила я. — Точность вместо грубой силы. Экономия энергии. Возможность поражать уязвимые точки противника, не тратя ресурсы на преодоление его защиты.

Я перешла к следующему уровню презентации:

— Но это только начало. Я разработала методику, позволяющую создавать такие артефакты в значительных количествах. — Я развернула свиток с диаграммами и расчетами. — При налаженном производстве мы сможем обеспечить подобными артефактами каждого воина клана Авельтан.

Оуката, молчавшая до сих пор, подала голос:

— И сколько драконьего металла потребуется для этих... массовых побрякушек?

В ее тоне звучало столько яда, что им можно было отравить небольшой город.

— Значительно меньше, чем вы думаете, почтенная Оуката, — ответила я с вежливой улыбкой. — Я разработала способ "растягивать" драконий металл, сплавляя его с другими материалами без потери магических свойств. — Я указала на диаграмму. — Около полукилограмма чистого металла позволит создать пятьдесят артефактов базовой мощности.

Это был один из моих главных козырей. Используя принципы нанотехнологий из своего мира, я нашла способ распределять частицы драконьего металла в матрице из обычных материалов, сохраняя его уникальные свойства. Оуката не знала, что загоняет себя в ловушку.

Мммм, мой маленький злобный свекрончик.

Давай, еще что-нибудь скажи.

Но она замолчала.

— Ты утверждаешь, что можешь растянуть наши запасы драконьего металла в десятки раз? – подался вперед один из старейшин.

— При правильной организации процесса — да, — подтвердила я. — Но дело не только в количестве. Подумайте о стратегическом преимуществе. Если каждый воин клана будет экипирован комплектом таких артефактов, наша боевая мощь увеличится в разы. Представьте воздушный строй драконов, способных направлять пламя с хирургической точностью, координировать действия через усиленную телепатию, противостоять вражеской магии... Я думаю, аэллэ оценит такой потенциал драконов. К тому же, вряд ли кто сможет бросить вызов и из драконьих кланов.

Это была прямая апелляция к их амбициям и клановой гордости. Я видела, как загораются глаза старейшин — драконья жажда превосходства отзывалась на мои слова.

— И какую выгоду получишь ты, человеческая жена? — спросила Оуката, не скрывая пренебрежения. — Какую цену требуешь за свои услуги?

Я повернулась к ней, выдержав ее тяжелый взгляд:

— Я не требую ничего сверх того, что уже имею, почтенная Оуката. Я — халидэла Авельтан. Благополучие и могущество клана — мое благополучие и могущество.

Ответ был идеальным — смиренным на поверхности, но на самом деле напоминающим о моем статусе, который Оуката так стремилась принизить. Более того, под ней зашатался ее трон, который по правде говоря, она занимать не имела права. Потому что по справедливости на месте главы клана прямо сейчас должен сидеть Латор, а на ее месте, хоть туда и не стремилась – я. И ей наверняка это прекрасно известно.

— Хорошо сказано, халидэла. Что скажет Совет?

Обсуждение было кратким. Старейшины были в большинстве своем впечатлены и заинтересованы. Только двое выказали сомнения — пожилой дракон, явно из фракции Оукаты, и молодая женщина, обеспокоенная вопросами безопасности.

— Как мы можем быть уверены, что эти артефакты не содержат скрытых опасностей? — спросила она. — Что, если они будут использованы против нас?

— Разумная предосторожность, — признала я. — Поэтому я предлагаю установить строгие протоколы безопасности. Каждый артефакт будет настроен на конкретного владельца и активируется только его энергетической подписью. Кроме того, я открыта для любых проверок моей работы — мастер Горан может наблюдать за всем процессом создания.

Горан, присутствовавший на Совете как главный мастер-артефактор клана, кивнул:

— Я могу подтвердить, что работа халидэлы безупречна и ее методы не представляют угрозы.

В общем, совет большинством голосов меня одобрил.

Пока.

Все как в человеческом мире, ага.

Мы вам выделим первую сумму на стартап. А теперь доказывайте, что вы – не верблюд.

— Совет одобряет проект халидэлы Лиралин. Ты получишь необходимые ресурсы и помощников. Ожидаем первую партию артефактов для элитной гвардии через месяц.

Я склонила голову в знак согласия:

— Благодарю за доверие, почтенные старейшины. Клан Авельтан не разочаруется.

Оуката резко встала, не скрывая раздражения:

— Что ж, играйте. У меня есть более важные дела, чем обсуждение человеческих игрушек.

Она прошла мимо меня, обдав волной холода. На мгновение наши взгляды пересеклись, и я увидела в ее глазах нечто большее, чем просто неприязнь — настоящую ненависть и... страх? Она боялась меня?

Или того, что я представляла?

Когда мы с Латором покинули зал Совета, я чувствовала себя так, словно только что вышла из изнурительных многочасовых переговоров с непредсказуемым партнером. Адреналин всё еще пульсировал в венах, но начинала ощущаться и усталость.

— Ты была великолепна, — произнес Латор, когда мы отошли на достаточное расстояние от зала. — Даже старейшины, поддерживающие мою мать, были впечатлены.

— Она ненавидит меня, — заметила я.

— Оуката? — Латор усмехнулся. — Не принимай на свой счет. Она ненавидит всё, что не может контролировать. А ты... — он окинул меня задумчивым взглядом, — ты явно выходишь за рамки ее представлений о человеческой жене.

Мы шли по длинному коридору, и я видела, как драконы-слуги и стражники украдкой бросают на меня взгляды — уже не с презрением, как раньше, а с любопытством и... уважением?

Мы дошли до моей мастерской, и я собиралась проститься с Латором, но он последовал за мной внутрь:

— Знаешь, почему так злится мать? По древним законам драконов, супруга наследника, доказавшая свою исключительную ценность для клана, может быть признана... равной.

Я нахмурилась:

— Что именно это означает?

— Полноправное членство в клане. Голос в Совете. Право наследования, — Латор сделал паузу. — Возможность передавать статус потомкам даже в случае... отсутствия супруга.

Я замерла, осознавая значение его слов:

— Ты говоришь, что если я продолжу в том же духе, то могу получить власть, независимую от нашего брака?

— Теоретически — да, — кивнул Латор. — Это редкость, но бывали прецеденты. И Оуката видит, как быстро ты движешься к этому. Сегодняшняя презентация была не просто демонстрацией артефактов — это было заявление о твоих амбициях, осознаешь ты это или нет.

Я опустилась в кресло, ошеломленная перспективами. Это меняло всё. Если я смогу получить статус полноправного члена клана, это не просто защитит меня от козней Оукаты — это откроет совершенно новые возможности.

— Почему ты рассказываешь мне об этом? — спросила я, изучая лицо Латора. — Разве тебе выгодно, чтобы твоя жена-человек получила независимую власть в клане?

Латор приблизился, его глаза вспыхнули драконьим огнем:

— Потому что я хочу, чтобы ты знала, за что сражаешься. И потому что... — он помедлил, словно подбирая слова, — потому что наш союз становится чем-то большим, чем просто тактический ход против моей матери. Ты доказываешь свою ценность не только мне, но и всему клану.

В его взгляде читалось что-то новое — смесь уважения, восхищения и какого-то почти собственнического удовлетворения. Он гордился мной, как гордятся редким и ценным приобретением, оказавшимся еще более драгоценным, чем предполагалось.

— Мне нужно подумать, — сказала я, чувствуя, как от усталости и новой информации начинает кружиться голова.

— Конечно, — Латор направился к выходу. — Отдыхай.

Ага. Отдохнешь тут!

Когда через несколько часов дверь мастерской открылась, я не сразу обернулась, увлеченная тончайшей гравировкой на внутренней поверхности браслета. Работа требовала предельной концентрации — малейшая ошибка в узоре разрушила бы всю энергетическую структуру.

— Еще минуту, — произнесла я, не поднимая головы. — Почти закончила.

— Я подожду, — раздался голос Латора, и что-то в его тоне заставило меня вздрогнуть — не то мягкость, не то непривычная теплота.

Я, видимо, снова заработалась, а дракон пришел вытащить меня из мастерской? Возможно. Завершив последний штрих, я выпрямилась и повернулась. Латор стоял у входа, держа в руках небольшой сверток.

— Прости за вторжение, — сказал он, проходя внутрь. — Но у меня для тебя кое-что есть.

Я отложила инструменты и вытерла руки специальной тканью, пропитанной нейтрализующим составом:

— Новый заказ от Совета?

— Не совсем, — Латор подошел ближе и положил сверток на стол. — Это личная просьба.

Он развернул ткань, открывая несколько слитков драконьего металла высшего качества. Даже в неактивированном состоянии они слабо мерцали внутренним светом, а моему особому зрению представлялись сложнейшими энергетическими паттернами, пульсирующими в такт невидимым течениям силы.

— Чистейший драконий металл, — пояснил Латор, хотя я и так видела его исключительное качество. — Из личных запасов моей линии. Я хотел бы заказать особый артефакт.

Я осторожно взяла один из слитков, чувствуя, как он отзывается на мое прикосновение легким теплом:

— Какого рода артефакт?

— Защитный, — ответил Латор, наблюдая за моей реакцией. — Для прекрасной женщины. Нечто, что могло бы стать универсальной защитой от большинства угроз. — Он сделал паузу. — И особенно от драконьих проклятий.

Я застыла, слиток в моей руке словно потяжелел.

— Драконьи проклятия? — переспросила я, стараясь сохранить нейтральный тон. — Довольно специфическая угроза. Эта... дама часто с ними сталкивается?

Латор склонил голову набок, его глаза с вертикальными зрачками внимательно изучали мое лицо: — Чаще, чем хотелось бы. И ситуация может усугубиться в ближайшее время.

Я отвернулась, делая вид, что изучаю металл на просвет:

— Когда это должно быть готово?

— Чем скорее, тем лучше, — в его голосе появилась нотка напряжения. — Ты найдешь не один том по драконьим проклятиям в своей библиотеке. Поторопись, пожалуйста. Этой даме очень нужна защита.

Внутри меня поднималась волна раздражения, которая удивила своей интенсивностью. Почему меня так задевает его просьба? Мы заключили союз по расчету, я прекрасно понимала, что у Латора могут быть другие... интересы.

— Разумеется, — произнесла я сухо, стараясь, чтобы голос не выдал моих эмоций. — Сделаю всё возможное. Что-нибудь еще? Может, передать записку? Или духи с волшебным афродизиаком?

Сарказм вырвался прежде, чем я успела его сдержать. Латор замер, его брови поднялись в изумлении, а затем, к моему возмущению, на его лице появилась легкая улыбка:

— Что-то не так, халидэла?

— Всё прекрасно, — я отвернулась, делая вид, что изучаю книги на полке. — Просто не ожидала, что буду создавать подарки для твоих... подруг.

Слово "подруг" я произнесла с таким ядом, что удивилась сама. Откуда эта иррациональная обида? Я ведь не испытывала к Латору ничего, кроме настороженного уважения и деловой заинтересованности.

Или всё же?..

Латор подошел ближе, его движения стали плавными, почти хищными:

— А что тебя беспокоит больше — сам факт заказа или его предназначение?

Я выпрямилась, встречая его взгляд с вызовом:

— Меня беспокоит, что меня используют в качестве пособницы. Одно дело — твои личные дела, другое — моё в них участие. — Я скрестила руки на груди. — И да, есть в этом что-то оскорбительное. Прошло всего несколько недель со свадьбы, а ты уже заказываешь подарки для любовницы. У тебя даже такта не хватило подождать хотя бы пару месяцев!

Последняя фраза вырвалась у меня громче, чем следовало. В голове мелькнуло непрошеное воспоминание о моем бывшем муже из прошлой жизни — он тоже не слишком утруждал себя сохранением хотя бы видимости верности.

Я прикусила язык. Что-то не так. Латор не выглядит даже озадаченным. Он… наслаждается тем, что я говорю. Ему прям нравится выводить меня из равновесия.

Латор молчал несколько секунд, пристально изучая меня, затем медленно покачал голову:

— Моя халидэла, ты необычно огненная сегодня…

Я почувствовала, как внутри всё закипает от его насмешливого тона:

— Ты собираешься заказать защитный артефакт для какой-то... дамы, и при этом смотришь так, словно тебе это даже забавно?

— Забавно? — его брови изящно изогнулись.

— Ты специально меня провоцируешь, — процедила я.

Латор откровенно усмехнулся:

— Интересная версия.

— Я... займусь этим немедленно, — ответила я, пытаясь вернуться к деловому тону. – Раз ты просишь.

— Благодарю, — Латор кивнул и направился к выходу, но у самой двери остановился: — И, Лиралин...

Я подняла взгляд.

— Меня удивляет твоя... эмоциональная реакция, — сказал он с тем же задумчивым выражением. — Но признаюсь, она не неприятна. В драконьем браке верность ценится выше, чем ты думаешь.

С этими словами он вышел, оставив меня наедине с драконьим металлом и собственными запутанными эмоциями.

— Одно слово — мудащер! — пробормотала я, когда дверь закрылась.

Я опустилась в кресло, обхватив голову руками. Что со мной происходило? Почему мысль о возможной неверности Латора вызвала такую бурю эмоций? Это тело с его молодыми гормонами? Или что-то более глубокое?

Возможно, дело было в уязвимости моего положения. В своей прошлой жизни я была самодостаточной, независимой женщиной с собственной карьерой и доходом. Здесь же, несмотря на все мои усилия и таланты, моё положение всё еще во многом определялось статусом жены наследника клана. Как бы я ни старалась, я пока не достигла полной независимости. Или в самом Латоре?

Ну это уж совсем слишком.