Глава 52. Саша

Диван в этой квартире мог бы использоваться, как инструмент пыток — настолько мучительно на нем было спать. Дико болела спина. Принцесса вела себя хорошо, бегала на улицу каждые три-четыре часа, остальное время возилась со своим пищащим потомством, тем не менее, я измаялся ожиданием. Мне хотелось домой, впервые за все эти недели. Я окреп, тело моё больше меня не подводило и кажется, я наконец сделал и выводы, и выбор. На вокзал мои девочки приехали поздно ночью, я поехал их встречать. Времени я даром не терял, взял в аренду большую семиместную машину, вернуть которую можно будет уже в своем городе.

— Вот это автобус, — фыркнула Женя.

— Чтобы все влезли, — улыбнулся я. А через пару часов, когда Катька уснула, а я все не уезжал находя поводы я подошёл к Жене. — Поехали?

Она смотрела на меня долго.

— Туда?

— Да, туда. Откуда все начиналось. Вдруг, в этот раз будет иначе. Я ни на что не претендую, я просто хочу видеть, как растет моя дочь. А потом продадим бизнес и уедем. Куда угодно. Растворимся на просторах России.

— Правда?

— Обещаю.

— Ты и тогда обещал, семь лет назад.

— Я повзрослел.

Женька промолчала. Ночевать я поехал к себе в гостиницу, и почему то скучал по тому ужасному дивану. Наверное, потому что там Женька рядом. И Катька. И ужасный диван, если так подумать, он самое страшное. Пропустить шесть лет жизни своего ребёнка куда страшнее.

А утром Женька сказала — да. Я заказал машину для перевозки вещей — то что мы таскали целый день влезло в один небольшой грузовик. Принцесса, естественно, в машине, специально взял большую. Катька на заднем сидении. Женька рядом со мной, как когда то раньше.

— Мы едем с тобой, потому что ты мой папа? — бесхитростно спросила сзади Катька.

У меня сердце совершило кульбит в груди, хоть и сказала уже Женька, что призналась.

— Я буду твоим папой в каком бы ты городе не находилась, — обещал я. — Переезжаем мы просто потому, что приняли такое решение.

Катька пожала плечами и уставилась в окно. Поездка не была лёгкой. Принцессу в машину пришлось буквально запихивать — она никогда раньше в них не ездила. В пути ее вырвало два раза, приходилось убирать все, проветривать. Останавливались часто, выпускали ее погулять, благо в машину возвращалась добровольно — там же дети, да и смирилась уже. Наверное решила, что это навсегда. Дорога по свободной трассе, на хорошей скорости заняла бы часов восемь, мы ехали все двенадцать, Катя измучилась, но не плакала — у нее была возможность спать и она ею пользовалась.

— Какая красивая квартира, — воскликнула она, когда мы, глубокой ночью, наконец доехали. — Мы будем тут жить?

— Нет, — сказала Женя. — Тут мало места.

— Но в нашей квартире было еще меньше!

Катька была в восторге. Пространства у меня было много, правда сейчас все покрыто пылью за время моего отсутствия, и пахнет так, словно тут никто и не жил никогда. Я открыл окно и включил очиститель воздуха. Моя пусть и однушка, но такая большая, сейчас полностью была занята сумками, людьми, собаками.

— Принцессе тут одной лучше не гулять, — заключила Женя. — Город чужой.

— Утром решим.

Ужинать сил не хватило, поели всякой ерунды купленной в круглосуточном магазине. Катька и Женя легли на единственной кровати, собачья семья в коридоре, я кинул на пол походный коврик и пару одеял. Выживу, это ненадолго. Но от этой мысли тоже становилось тоскливо — хотелось, чтобы надолго. Чтобы навсегда. Не на коврике у кровати, а чтобы вместе, чтобы одной семьей…

— Так странно вернуться, — сказала с кровати Женя.

— Я думал, ты спишь.

Темно. Тихо. Тепло. На походном коврике, кажется, удобнее, чем на том чертовом диване.

— Лежу, размышляю… Мы здесь на несколько дней, мать знает, где ты живёшь. Надо сменить замки.

— Я не давал ей ключи, она под подпиской о невыезде в чужом городе.

— Саша, я ее знаю! Ее черные стороны знаю, куда лучше тебя!

Я мог бы спорить, но вдруг подумал о том, к чему это привело семь лет назад. К потери семьи, вычеркнутым годам. Иногда нужно просто довериться.

— Хорошо, — сказал я. — Сейчас ночь субботы, в понедельник пришлю мужика с работы, все сделает.

— Спасибо.

Утром я проснулся, когда уже рассвело от тихого поскуливания Принцессы. Встал, торопливо разделся. Они спали, разметавшись по постели, мои девочки. Я мгновение полюбовался, затем пристегнул Принцессу на поводок и вышел с ней в ближайший сквер. К чужому городу собака прислушивалась напряжённо, с недоверием, долго сомневалась, прежде чем присесть под тщательно выбранный куст. На обратном пути я зашёл в пекарню и купил свежей выпечки — сейчас сварю своим девочкам кофе и какао, и от этой мысли тепло разливалось внутри, несмотря на морозное утро.