22. Быть или не быть?.

Лика

К обеду комнату привели в божеский вид. Слухи как пожар разнеслись по всему зданию, и туда не заглянул разве что ленивый. Все шушукались и поглядывали на меня. По-разному поглядывали. Кто весело, кто недоверчиво, а кто и стрелы ядовитые метал. Но я в таких ситуациях толстокожая — мне не привыкать взгляды ловить.

— Прощайте, спокойные обеды и разговоры, — уныло вздохнул Юрик.

— Будет во сто крат лучше, — заявила я уверенно. В таких случаях главное — не сомневаться. А что на душе творится, никому знать не надобно.

— Приглашаю всех на пирожки! — поработала я рупором. Не поленилась и офис обойти. Всё же одна команда, как я понимаю. Только Одинцова не пригласила — обойдётся. Он уже свою порцию слопал. А секретаршу его Машу ещё в конце переговоров уболтала прийти.

В комнате для отдыха чисто, но пустовато. Столы сиротливые, стулья убогие. Окна чистые, но пока голые. Тарелок нет — пришлось с салфетками импровизировать. Одного чайника явно недостаточно, но я всё же надеялась, что Одинцов — человек слова. Вот же незадача: в одной постели побывали однажды, а каков он в деле, я до сих пор и не знаю. В смысле, в деловой сфере.

Я запуталась в трёх мыслях, как в дремучем лесу. Впрочем, с Одинцовым всегда так, лучше не думать о нём. Есть над чем голову ломать и без Его Величества.

Чай и кофе пришлось за свой счёт купить. Незаменимая Люба распорядилась, чтобы кулер с водой поставили — занесли баллон почти перед самым обедом. Очень кстати. Вполне можно и без дополнительного чайника обойтись.

Как только пробил час икс, в комнату начал сползаться народ. Зуб даю: большая часть — из чистого любопытства, но они повелись, а это главное.

Шапочно я их всех знаю. Некоторых даже по именам запомнила, а кто они на самом деле — загадка.

— Я не ем пирожки! — категорично заявляет Инна. Она работает вместе со мной в торговом зале, но в другом отделе. Продаёт пылесосы и прочие бытовые радости. Судя по всему, жёстко сидит на диетах, а поэтому почти всегда злая и неразговорчивая.

— Значит сможешь приносить свои салатики и употреблять их с комфортом, — не тушуюсь я. — А пока выпей чаю. Замечательный чай. Есть чёрный и зелёный — на выбор.

— Я кофе люблю, — мстительно, словно торжествуя. А все следят за нашей мини-пикировкой.

— Есть и кофе, — благожелательность из меня так и прёт во все стороны радужным солнцем.

— А я люблю пирожки, — потирает руки пухленькая Нонна, её напарница. Улыбчивая и позитивная, она, на мой взгляд, выигрышно прикрывает недостатки воспитания и дурного настроения у своей коллеги. Мне кажется, они дружат, несмотря на непохожесть, а их тандем от этого только выигрывает.

— Мы тоже любим, — откусывает сразу полпирожка Максим, местный айтишник, и толкает в бок Рона. Тот на своей волне, но, очнувшись, к пирожкам прикладывается благосклонно, даже улыбается блаженной улыбкой. У него какое-то другое имя, но все зовут его Рон, хотя ничего иностранного в нём нет. Ну, разве что оторванность от мира и людей, но для части программистов это характерно.

Я поглядываю на эту парочку хищно. Они мне нужны, поэтому я пытаюсь и мило улыбаться им в ответ, и завязать дружеский разговор.

Постепенно компания расслабляется. Вот уже и Юрик не так хмурится, как вначале. Чай, кофе, пирожки, а также непонятно откуда вынырнувшие бутерброды работают на созидание. И меня это безмерно радует.

У меня есть план. Пошаговый. Может, дурацкий, но моя деятельная натура требовала не просто работать, а сделать работу интересной. А то с этими мышками да флешками с ума сойти можно. Как бы Юрик не хорохорился, а я не особо верила, что по мановению волшебной палочки перестану страдать от «светобоязни» техники.

Нет, бесспорно: когда находишься очень близко и беспрестанно к этим штучкам, становится не так страшно, привыкаешь, но я всё же сомневаюсь, что смогу раз и навсегда избавиться от собственной фобии.

Как всегда, как только дело сдвинулось с мёртвой точки, и даже желчная Инна лицом посветлела, к нам нагрянул «ревизор» — босс Одинцов собственной персоной. Я как раз у окна хлопотала — чайник ставила и прикидывала, что в этом месте нужно столик поставить специальный. По воцарившейся внезапно тишине, я поняла: что-то пошло не так.

Я обернулась, чтобы лицезреть сияние солнца. Одинцов припёрся не один, а со своей Зефиркой.

— Ну, и что замолчали? Я не кусаюсь. Женя тоже. Надеюсь, нам можно чаю выпить с коллективом?

Народ кивнул, но как-то вяло и неуверенно. А мне так и хотелось съязвить, что уж кто-кто, а Женя членом нашего коллектива ну никак не является. Вместо этого я натянула самую свою блистательную улыбку и сделала приглашающий жест.

Надо быть совсем дурой, чтобы Одинцова сейчас драконить. Он мне технику обещал и шторки. И много чего другого. Вон, молча глотнул, что его не приглашали, пришёл на правах Биг Босса. Сердится или нет — по лицу не понять, слишком он сейчас спокоен и уравновешен.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌Самое смешное — стула ему не хватило. Зефирке тоже, но она на мой пристроила свою маленькую ж…женскую прелесть.

— Во-о-от, — развела я руками, — вы же видите, Александр Сергеевич, пока тут не совсем уютно, но зато душевно — на двести пятьдесят процентов! И стульчиков тоже не хватает, ага.

— Да я не гордый, — обласкал он меня добрым взглядом. По-настоящему добрым. Таким… от которого внутри ёкает. Ему весело. — Мы тут с мальчиками прекрасно уместимся.

Мальчики — Рон и Макс — охотно сдвинули стулья и потеснились. Биг Босс пристроился на краешке сиденья и схватил предпоследний пирожок. Последний достался Зефирке, и та с наслаждением куснула его. Аккуратно так, по-девчачьи. Вроде укусила, а вроде и нет. Птичка, одним словом.

— Чашек лишних нет, — снова развела я руками, давая понять, что призы для радужных пони ещё не завезли.

— Да нам и пирожков хватит. А кофе мы потом выпьем.

Одинцов подмигнул мне. Я осталась стоять у окна. Ну, сесть уже негде, только подпирать задницей подоконник.

— Будут тебе чашки, Егорова, будут. Я тебя понял и услышал. И вижу необходимость. Рациональность твоего предложения.

Это главное. Остальное можно и пережить. Мне даже нравится — из окна свежий ветерок дует. Замечательно!

— А ещё, пользуясь случаем, приглашаю всех на нестандартный корпоратив, посвящённый моему дню рождению. Выезжаем в зону отдыха на озеро. В пять утра сбор возле офиса. Всех заберёт автобус. С собой брать купальники и хорошее настроение.

Приглашал он, может, и всех. А смотрел строго на меня. В глаза. И как бы я поняла, что он меня приглашал. Остальные в курсе были. Проблема как у Гамлета: у него «быть или не быть?», а у меня «простить или не простить?». Он как бы исправился. А я как бы хочу на этот дурацкий корпоратив. Но надо ещё подумать. Так быстро сдаваться — не в моих правилах. Я девушка, поэтому имею право повыделываться, да!