Глава 4. Совет подружек
- Не отпускай меня... - прошептала ему в губы. Несмотря на стужу, по телу растекался маслянистый жар. Я словно плыла в невесомо-нежной дымке - голова туманилась, ноги не держали. Глаза напротив, жёлтые, звериные, лишь подстёгивали. Я знала эти чувства наизусть. Фальшивые, ложные, пропитанные похотью. Но сейчас... сейчас я хотела покориться им.
Наверное потому, что этот мужчина мне ничего не обещал. Без обещаний было как-то... честно.
- Лапушка, - с насмешкой произнёс он, - время позднее, хорошеньким свахам пора спать.
- Ты же понимаешь, чего я хочу, Руд.
- Синеглазые врушки не в моём вкусе, уж извини. Я больше по доступным девицам, а ты у нас - свита будущей царицы, - он щёлкнул меня по носу, - так что не приставай ко всяким оборотням, Лапка.
Голос у него спокойный, в отличие от мужских чресел. Это не давало мне покоя. Врушка... забавно. Он никогда не задавал те вопросы, на которые я бы солгала.
Не смогла бы не солгать.
Сумасшедшая ночь. Я проснулась посреди ночи от горящего огнём лона. Дикое желание лишало воли, вытягивало из постели. Подлое языческое зелье!.. Вскочив, я первым делом направилась к подружкам.
Нужно предупредить их, чтобы не...
Но это уже произошло.
Таша в своей опочивальне уже вовсю стонала под царём. Прямо на столе развлекались, бесстыдники! Впрочем, двери я закрывала флегматично - в Микаиле у меня сомнений не было. Под зельем страсти часто беременели, так что никуда царь от Таши не денется. Больше меня пугала сестра Микаила, Востра, которая тоже жила в женском тереме. Как самая молодая да дерзкая, Востра нуждалась в опеке - и я боялась, что она натворит глупостей.
Натворила...
Между её ножек и задранных юбок расположилась голова царского воина, северянина Эрна. Эту ласку я знала, и от бессилия чуть не вцепилась ноготками в дверь. Во-первых, мне самой хотелось почувствовать мужской язык на своём лоне. Вцепившись в волосы северянину, Востра изгибалась как кошка, стонала до хриплых ноток. Я же злилась безумно, но скорее не на Востру, а на судьбу!
Почему ей попался именно Эрн?! На этого воина я почти расставила сети! Крепкий, неглупый, работящий - и без предрассудков по поводу женской чести. Но... увы. Микаил не допустит, чтобы его сестра осталась с позором, да и ко мне Эрн приставал, желая вызвать ревность у Востры.
Третью подружку, лекарку Ясмину, поселили в отдельных гостевых палатах - и я решила всё-таки сходить до неё. По морозу шла с желанием да пустым сердцем. На Ясмину у меня были большие надежды - уж лекарка-то могла снять эффект подлого зелья. Но как выяснилось, я не учла одну досадную вещь.
Если зелье подлили в медовуху, то мы все получили свою дозу. А у Мины имелся законный и любимый жених, который приехал ко двору вместе с ней.
И его мужской уд был в полном её распоряжении.
Как и в предыдущих случаях, приоткрытую дверь никто не заметил. Положив ладони на молодецкую грудь Клима, Ясмина оседла его сверху. Она ритмично скользила по члену, вызывая совместные и жаркие охи-вздохи.
У меня горячо запульсировало внутри. Это что же, все подружки при мужчинах, а я?!.. Что мне делать?! Как бороться с напастью?! Местные стрельцы, конечно, утешат девицу, но от стражей такого добра понабрать можно!..
- А чего мы не спим, красивая? - вдруг вкрадчиво раздалось на ушко. - По двору бродим, в окна заглядываем? Поди, задумала чего?
Боже, не было печали - принесло беду под дверь. Уж Руда мне точно не надо! Я даже повернулась уверенно, готовая ему ответить, и...
Внезапно его рассмотрела.
Руд числился в приказе Тайных дел - кажется, он был правой рукой главы приказа. Однако не это делало его известным. Когда-то оборотень побратался с молодым царём Микаилом и, судя по общению, они были близкими друзьями. Такая дружба и привязанность - редкость при дворе. Я не сомневалась, что Руда пытались извести, но разве ж можно выжить оборотня?.. Уж если оборотень завёлся, то пиши - пропало. Никто не знал, откуда взялся Руд. Он появился через полгода после воцарения Микаила Лесовского - тогда ещё мальчишки пятнадцати лет. Призванный на царство Микаил железной рукой удержал Северную империю от новой Смуты, а оборотень закрывал ему спину. Они ходили вместе на войну с полонцами, вместе боролись с нежитью, вместе держали в узде язычников. Наш царь умел окружить себя надёжными людьми - и Руд много лет служил ему верой и правдой. И подчинялся он тоже Микаилу, а не главе своего приказа.
Если взглянуть в глаза правде, Руд очень перспективный жених. На службе у царя он наверняка скопил немало денег. Ему будет куда уйти на покой. Но сейчас, по влиянию, Руд стоит наравне с патриархом и языческим главой. Даже ближе.
Только бояре побаивались отдавать за него дочек. Слишком мутная фигура. Язычник, распутник, оборотень. Откуда он пришёл в империю и почему верен царю из рода светочей?.. Тех светочей, которые много лет пытаются извести его племя.
Словом, Руд вызывал уйму вопросов. Но если мыслить логически, это молодой и крепкий воин. Он так не широк в груди, как имперцы, но ладный и гибкий. У него внимательные глаза, какие-то удивительно мужские сильные пальцы и привычка криво улыбаться. Он богат, он друг царя и он прячется в тени самого опасного приказа империи. Роковой мужчина. Сладкий пряник для юных барышень и змей-искуситель для зрелых дворянок. Ух, обжечься можно!
Мне никогда не нравились такие молодцы. Никогда. Они считали меня лёгкой добычей, сходу вгоняли в краску и получали щелчок по носу. Я полжизни ходила за юбкой мамы-свахи. Уж насмотрелась, как искусители разрушают семьи и девичьи сердца.
Ради своей похоти.
- Нас опоили! - ляпнула я - и тотчас пожалела. Взор у Руда стал острым, цепким, а руки, прижавшие меня к мужскому телу, расслабились.
- Продолжай, сваха. О ком ты говоришь? Нас - это ваш бабий ковен?..
Сам он... ковен!!!
От ответа меня избавили Ясмина с женихом. Дверь я не захлопнула - и звуки из опочивальни доносились... интригующие. Руд тихо присвистнул.
- Да, - выдохнула я, - кажется, в медовуху подлили языческое зелье страсти. Уж не ведаю, для кого и зачем, но нам всем... нужно любви.
Медленно облизала губы, прижимаясь к его груди. Дотронулась пальчиками до лица Руда, коснулась кончика его носа, верхней линии губ. И мужчина, словно подчиняясь моему желанию, мягко обхватил палец ртом, легко посасывая.
Ох, прошило так прошило!.. До мурашек и таракашек! Убрав ладонь, я впилась в его губы! Ты ужасно последовательна, Лапка! Стражи ей, значит, не угодны, а развратник Руд - самое то!.. Но было уже всё равно! Я терлась об него грудью, бёдрами, горела в своём фальшивом пламени. Чувствуя его отклик, моё лоно истекало, сжималось, желая мужчину. Было плевать на епитимью, на пост, на запреты!
Ругнувшись, Руд стянул мои волосы на затылке, вынуждая открыть шею. Его поцелуи жалили, будто по-хозяйски клеймили, но это приводило в восторг. Ну же, ну! Задери мне юбку, приставь к стене, сделай своей!
И... с размаху упала во что-то мягкое и плотное. В шерсть крупного белого медведя.
Завизжала и.... проснулась.
* * *
За окном барабанил хмурый дождь, оставляя разводы на таком прозрачном стекле. После желтоватой слюды в родном доме, стекло казалось настоящим чудом. Я могла забраться на подоконник и часами наблюдать за жизнью во дворе. По злой иронии, вид мне открывался на двухэтажный сказочный терем - приказ Тайных дел.
Ну никакого от него спасения, упырь подери! Даже во снах от Руда не избавиться!..
На самом деле, Руд не превращался в ту ночь. Он схватил меня за шкирку и унёс в свою опочивальню. Сам же огромным зверем лёг за дверью - не выбраться и не сбежать. То, что в обороте он именно "дед Михайло", я узнала от царя. Крестьяне почитали медведя как дедушку, хозяина леса - и придумывали ему прозвища, чтобы не прогневать. Микаил рассказывал, что когда-то записывал эти прозвища, а потом дразнил ими Руда.
Молодому Руду идея не понравилась - и он подбил побратиму глаз. Парни так сцепились, что разнимали их взрослые мужчины-воины. Слушая эту историю, я с трудом заставляла себя не улыбаться. Руд в тот вечер сидел вместе с нами - и мне захотелось его поддержать. По доброте душевной, забесплатно.
Суть в том, что в соседней Полонии медведя называли... да-да, царём Микаилом из лесу или Микаилом Лесовским! То есть, полное имя нашего царя - буквально медвежье прозвище из Полонии!
Под дружных хохот Микаил признался, что хозяином зверей, птиц и "всяк тварей" он себя и ощущает. Так что медведей во дворце было двое - один по имени и статусу, второй по обороту.
...Стыдно, но я никогда не видела Руда-медведя. Сваха во мне требовала разобраться - а вдруг медведь кривой или косой, или вообще какая-нибудь панда! На гравюрах хинские панды выглядели сурово, но Таша называла их милыми и нелепыми. Нелепый и милый воин, как говорят во Фракии, моветон!
Если Руд в обороте грызёт бамбук и падает с деревьев, я должна это знать!
- Что девица совсем плоха стала, - вздохнули рядом. Я охнула, вскрикнула... и обнаружила Ясмину с Ташей. Царица как всегда расположилась за столом, а Мина - на мягком покрывале лавки. Судя по тому, что подружки даже не стояли, они смотрели на меня давно.
Да провались оно всё!..
- А где Востра? - удивилась я. Уж если меня пытали, то обычно в полном составе.
- С токсикозом мучается, - отозвалась наша мудрёная царица. Впрочем, что токсикоз - это беспричиная рвота у беременных, я уже запомнила.
Таша вообще была для меня загадкой. Она знала столько сложных вещей, которые мы с Ясминой и представить не могли. А между прочим, мы с Миной считались самыми умными девицами в Ладани - волей случая, обе учились у лучших наставниц. Царица же ставила в тупик даже своего мужа, зато в жизни порой терялась, как девочка. Нет, я понимала, что она княжна-язычница, которую прятали от людей, и которая читала много книг, но... Для батюшкиного цветочка у Таши был слишком крутой характер!
Но я всё равно любила и её, и Ясмину, и даже заразу-Востру, которая увела у меня жениха!..
- Ты определённо мне не нравишься, Лапка! - припечатала Мина. - Может, хворь какая в теле завелась, а?! Давай-ка проверю!
- Тебе нельзя чаровать, - напомнила я. И Таша, и Ясмина были язычницами, только царица наша правила льдом и мёртвыми, а Ясмина владела лекарской силой. И почему-то лекари запрещали беременным женщинам колдовать - мол, это опасно для дитя.
- Ой, не повторяй за всякими перду... старцами, - отмахнулась Мина, - всё со мной и ребёнком нормально!
- Проверить не мешает, но думается мне, дело не в болезни. Что-то нашу Лапку гнетёт. Прямо к земле подгибает, как тонкую веточку, - прозорливо выдала Таша. Она всегда чувствовала тоньше, чем Ясмина.
Ну что ей ответить?..
- Да не справляюсь я, голубы мои, - закрыла лицо руками, - сваха должна помогать и поддерживать, а я без мамы - пустое место. С Рудом тоже ничего не ладится. То ему невесты не нравятся, то родители резко отказываются от смотрин, то сами невесты. Пошла я, значит, к Белостане на поклон, а та девиц нашла - хуже нечисти! Ещё и Бержен объявился! И без того на пороховой бочке сижу - так ещё повод! Руд ко мне без конца цепляется, того и гляди, на каторгу отправит!!! - под конец я едва не сорвалась на визг.
Подружки изумлённо промолчали. Они странно переглядывались, словно что-то понимали лучше меня! Потом Таша решительно подошла ко мне и крепко обняла. Я вцепилась в неё, как утопающий - в дощечку.
- Ох, ну ты и дурочка, Лапка! Хотя Руд тоже хорош, запутал тебя, - она погладила меня по волосам, - это же простая шарада, дорогая. Почему мальчики дёргают девочек за юбку, за косички, м?..
Косички... Я испуганно притянула косу и покачнулась. Ну конечно, ленты! У меня же ленты не с той вышивкой!!!
Если Руд заметил...
- У Лапки есть полонские корни, - Мина взяла и просто сдала меня с потрохами! Ещё и разулыбалась, пока моя душа в пятках обживалась! Я замахала руками, но поздно, - да что с тобой, Лапушка, в самом деле?! Сколько у нас деток-полонцев после Смуты-то подрастает?!
То детки... Ясмина знала часть истории, а вот Руд, если будет копаться, точно найдёт всё.
- Ты боишься полонских корней? - рассмеялась Таша. - Да полно тебе, у Руда есть занятия поважнее! - ответила она, попав в тон моим мыслям. - С полонцами мы пока заключили перемирие, но Мик уверен, что они тянут время. Прислали нам молодого княжича - посла, из какой-то старой шляхты.
- Из новой, - машинально поправила я, - из самопровозглашённой, скорее. Старая шляхта считает себя потомками древних саарматов - и у неё... особенности, которых у Бержена нет.
Комнату накрыла такая густая тишина, что я нервно икнула.
- Однако, здравствуйте, - пробормотала Таша, - что ещё за Бержен?! Тот самый княжич, который подозрительный и который живёт в хоромах Мартышкина?! Ты с ним знакома?! Мик потому и хочет отправить Руда из столицы - полонцы о нём наслышаны, побаиваются. Лапка, если ты что-то можешь рассказать о Бержене, это сейчас на вес золота!
Ой.
- Таш, Бержен может подставить нашу Лапушку, - покачала головой Ясмина, - у неё с ним некрасивая история вышла, коли захочет, поведает. По-хорошему, её никак нельзя показывать полонцу.
Так, Лапка, убрать слёзы да сопли! Выходит, аферу с невестами Микаил поддержал из-за полонцев, но Руд, наверное, в курсе. Мы действительно должны уехать - и мои тайны не пострадают!
- Бержен не воин и не дипломат, - я пожала плечами, - посылать его - только кур смешить. То есть, за два года он мог измениться, но чтобы настолько... Мне бы узнать, кто его направил, почему. В таком случае я бы разобралась...
- Корни у неё, ага, - фыркнула Таша, - дюже ветвистые, что и о шляхтах, и о политике болтает. И ведь не выдала себя ни разу, партизанка! Хорошо, я расспрошу Микаила. Но ты задолжала мне объяснения, Лапка! Уж я тебя на каторгу не отправлю, не переживай. И чего у вас Рудом приключилось, что он тренировочные столбы на куски покромсал, а?..