Глава 13

Итак, нам повезло, ведь бандиты могли послать разведчика и заметить наши приготовления, но у них был лазутчик Семён, и именно на него они и понадеялись. Свят, конечно, на всякий случай ещё с вечера сидел в лесу и жучками контролировал подходы с юга и с востока, но так никого и не увидел.

Первые бойцы вражеского клана подошли и затаились в лесочке в километре к югу от деревни незадолго до времени подачи сигнала, а вот потом они стали прибывать очень быстро.

Мы рассчитывали на то, что они в последний момент не сменят позицию и нападут именно с юга или с востока. Откуда мы их ждали и где прямо под пшеницу закопали наибольшее количество восстановленных чёрных кристаллов.

Три часа — пора.

Я поднял фонарик и трижды щёлкнул выключателем, после чего снова сел на пол, прислонившись спиной к стене.

Кроме меня, на третьем этаже бревенчатого дома находился только староста деревни, Максим Иннокентьевич. Шестидесятилетний крепкий мужчина с длинной седой бородой сидел рядом и сжимал между ног АК.

— Не могу поверить, что Семён так поступил, — покачал головой он. — Я его с пелёнок знаю.

— Вы не знаете, что они ему предложили, — пожал плечами я. — Или чем угрожали.

Староста мои слова никак не прокомментировал, а вместо этого проверил, всё ли в порядке с автоматом. Я же в последний раз осмотрел наши позиции.

Деревенские вперемешку с моими гвардейцами затаились на вторых этажах домов, а также очень плотно стояли за трёхметровым частоколом. Стоит только отдать команду, и они взлетят на протянутый вдоль зазубренного края помост и откроют огонь.

Основные наши войска во главе с Владом располагались в лесочке в километре к западу. На всякий случай я переставил туда точку веселья, чтобы, если бандиты всё-таки забредут, Гензо смог прикрыть гвардейцев и пушки иллюзиями.

Да. Когда враг атакует, используя технику, он чаще всего вынужден ехать по дорогам, и там его гораздо проще поймать, уничтожить, а самое главное, не дать никому уйти. Сейчас же, чтобы перехватить выживших, нам пришлось выделить отдельный резерв во главе со Святом.

Хотя даже если кто-то сумеет убежать — это уже не так критично. Да, изначально я не хотел светиться в самом начале этого противостояния, но несколько разговоров с Парамоновым заставили меня изменить свою точку зрения. Во-первых, коалиция кланов уже получила один удар и сегодня получит второй, а во-вторых, посланник императора пообещал, что в случае нападения на Савино все силы Усмани и тех, кто ещё успеет приехать и прилететь из других городов, встанут на нашу защиту.

Через полчаса стало окончательно понятно, что атака всё-таки будет с юга, и к этому моменту уже собралась вся армия противника. И да, это была именно армия — не меньше полутора тысяч человек. Как и предполагалось, такую жирную деревню отдали одному из самых крупных кланов. Тем лучше, его потеря нанесёт сильный удар по собравшейся в Трое коалиции.

Жучки ловили переговоры в стане врага и подсказали, что у тех всё по плану и никакого подвоха они не видят. И уже атаковали бы, если бы не приказ ждать четырёх часов. И задача подтвердилась — взять как можно больше живых.

Интересно, сколько деревень будут защищать вооружённые силы и полиция нижегородцев? Понятно, что за редким исключением все жители пограничных деревень покинули свои дома и ушли или за Оку, или к нам. Но бандиты наверняка посылали разведчиков и вычислили те, что остались и пойдут именно к ним. Надеюсь, император не пожадничал.

Последние минуты перед штурмом тянулись очень медленно, но наконец часы пробили четыре утра.

— В атаку, — скомандовал один из бандитов.

Я давно следил за этим невысоким сорокалетним мужиком с рассекающим лоб шрамом. Сильный маг и, видимо, лидер клана уверенно командовал и не давал своим подчинённым расслабляться. Надо бы его захватить, но вряд ли получится — артиллерия не будет выбирать цели.

— Врубайте кристаллы! — скомандовал Влад, и лежащий рядом с ним на земле гвардеец дёрнул рубильник.

Бандиты выбежали из леса молча, и в покрывающем землю утреннем тумане их чёрные фигуры выглядели зловеще. Наверное, сейчас они бегут и предвкушают, как будут развлекаться с местными девочками и рыскать по подвалам в поисках халявного бухла. Нет, ребята, не в этой жизни.

Не прошло и двух минут, как первые ряды нападавших попали в зону кристаллов. Их оружие стало бесполезным, но надо подождать, пока они отойдут как можно дальше от леса.

Моё сердце обливалось кровью, когда я видел, как колосящуюся пшеницу будто катком втаптывают в землю. Оставалось успокаивать себя тем, что ублюдки ответят за всё.

Да когда там уже? Руки прям чешутся!

— Огонь! — раздался долгожданный приказ Влада.

Со старостой Алферово мы вскочили синхронно и одновременно распахнули окна, но открыть огонь не успели — нас опередила артиллерия.

На первом залпе экономить не стали, и пока противник бежал кучно, по нему ударили разрывными снарядами. Огонь и дым окутали поле, выжигая то, что не вытоптали бандиты.

А почему этой группе мудаков не досталось?

Я приложил автомат к плечу и дал очередь, а через две секунды ко мне присоединились многочисленные стрелки, занявшие позиции на частоколе.

Крики удивления, ужаса и боли я слышал только благодаря жучкам, остальные слышали только грохот выстрелов и взрывы.

— Получите, твари! — орал в соседнем окне не жалеющий патронов староста.

Бандиты очень быстро сообразили, что зашли не в ту дверь, и те из них, что ещё были живы, побежали назад. Но как тут бежать, если по тебе стреляют суммарно почти две тысячи человек, а твоё оружие превратилось в кучу металлолома? Выжили только сильные маги или везунчики, и в руки к засевшему в лесу Святу и его отряду попало не так много народу.

Побоище. Без единого шанса для врагов и без единого раненого с нашей стороны. Всё как я люблю.

Ещё минут десять жучками я уничтожал скрывшихся в лесу «везунчиков», щиты которых выдержали шквальный огонь и взрывы. Влад тоже не халтурил и уже выслал отряд на тарелках на помощь Святу.

— Ну как вам, Максим Иннокентьевич? — спросил я, поворачиваясь к старосте.

— Если честно, я до конца не верил, — закидывая автомат на плечо, покачал головой он. — Если бы не вы…

— Если бы не мы, всех вас отвезли бы в дикие земли и передали людям из Перми. А дальше, я так предполагаю, вы попали бы в лагеря, где вас обработали бы кристаллами гипноза, лишили бы воли, и всю оставшуюся жизнь вы бы работали или воевали против своих, а женщины бы рожали новых воинов для них.

— Это чудовищно, — выдохнул староста.

— Да, времена нынче непростые, — кивнул я, оглядывая горящее, изрытое взрывами поле и лежащие на нём тела. — Но самое плохое то, что они ещё вернутся. Не эти, конечно, но их там пятьдесят тысяч человек. А ваша деревня находится на границе и является очень лакомым кусочком.

— Здесь хорошее место, — со вздохом произнёс подавленный староста. — Монстров не так много, чтобы представлять угрозу, но достаточно, чтобы мы хорошо удобряли почву. В лесу нет-нет да и что-то находим и продаём.

— Сейчас вы ничего продать не сможете, да и из-за бандитов ходить по диким землям тоже. Но, если вы так любите это дело, у меня есть к вам интересное предложение.

— Влиться к вам? — поморщился староста.

— Можно не просто влиться, но и полностью повторить то, что у вас есть здесь. Например, на той стороне реки Воронеж мы уже зачистили большую часть кристаллов, но вокруг их всё равно полно. И как раз ваши любимые редкие монстры для удобрений будут появляться. Да и найти что-то интересное в тех лесах гораздо проще — там тоже порыскали сталкеры, но не так начисто всё вылизали, как здесь. Да и Воронеж недалеко, и мы только начинаем его разрабатывать. То есть вы можете полностью сохранить свой уклад и даже остаться в большом плюсе. А самое главное, выжить.

— А дома?

— Леса там полно, и у нас есть два больших лесоруба, построите новые, мы поможем. Или так, или уходить на ту сторону Оки, или умереть, других вариантов нет.

Думаю, даже если бы я не применял магию контроля, которой мне нравилось пользоваться все больше и больше, староста всё равно пришёл бы к нужному выводу.

— Мне надо поговорить со своими, — ещё раз кинув взгляд в окно, проговорил он.

— Конечно. — Я повернулся в сторону лестницы. — Только имейте в виду, времени у вас не так много, а пока мы здесь, можем помочь перевезти вам часть вещей.

— Понял.

Староста кивнул и прошёл за мной.

Выйдя на свежий воздух, я попросил гвардейцев принести мне доску.

Тут все в надёжных руках Влада, а у меня есть ещё дела. Я окинул взглядом радостный переполох в спасённой деревне, а ещё через минуту, терзаемый сомнениями, висел в тридцати метрах над ней.

Очень уж хотелось полетать над югом империи и посмотреть, что сейчас происходит. Но совсем поблизости все деревни пусты, а лететь дальше… Зачем? Чем я могу помочь? Ну, убью нескольких бандитов жучками — это ничего не изменит, только разозлит остальных. А специально вставать так, чтобы я долбил магией и убивал их кучами, они не станут, да ещё и заложников возьмут.

Нет, смысла лететь нет. Будем надеяться, то, что произойдёт сегодня, вправит мозги тем жителям деревень, до которых пока не добрались бандиты. Ну а сами головорезы, потеряв определённое, надеюсь, большое, количество людей, тоже задумаются над тем, а хорош ли их план и стоит ли он того, чтобы рисковать и вот так всем составом погибать.

Я повернул доску и с максимальной скоростью помчался в сторону Савино.

Приземлился прямо рядом с усадьбой и сразу же забежал в радиорубку.

— Даже не сомневался в вас, ваше сиятельство! Мы тоже работаем, — отозвался Парамонов, когда я сообщил об успешно проведённой операции.

И отключился.

Что ж, деловой подход и лаконичность я люблю.

Я несколько секунд постоял, вспоминая, не нужно ли мне что ещё сделать в Савино, и спустился на первый этаж.

— Учебник по османскому уже привезли, — сообщила мне Катя, ждущая, пока Дарья Петровна заварит ей чай.

— Прекрасно, — ответил я, выглядывая в окно, за которым практически ничего не было видно, кроме уходящей вверх кирпичной стены нового центра Савино.

— Сегодня закончат, — сказала Катя, заметив мой интерес. — Потом нужно обставить комнаты, и завтра можно заезжать. А если возвращаться к османскому языку, то, насколько я поняла, Диана и Атих уже прочитали примерно треть толстенного словаря.

— Ага. По-хорошему, это значит, что мы можем начинать. Только, слушай, Кать… — Я оторвался от завораживающего зрелища стройки и посмотрел на девушку. — Раз привезли учебник, пусть Диана с Атихом на время отвлекутся от словаря и сначала прочитают его. Чем быстрее, тем лучше.

— Рано или поздно им придётся лечь спать.

— Пусть учебник прочитают, а потом спят, — распорядился я и вышел из усадьбы.

Голубое небо и поднимающееся всё выше солнце радовали, но в голову продолжали лезть мысли об атаке бандитов. Ладно, есть хороший способ отвлечься!

Я снова сел на доску и полетел в сторону дороги жизни, где застал достаточно редкий момент — отсутствие бурной деятельности. Да, ребята отстреливали появляющихся монстров, и кто-то зачищал кристаллы, но далеко не все. Часть бойцов спали, часть завтракали, и Милы тоже не было.

— Она на своей поляне, — подсказал Гензо.

— А точка веселья?

— У нас же их две, забыл, что ли? Как сороковой уровень взяли.

— А, ну да, точно.

Это знаменательное событие случилось позавчера. Кристалл иллюзий стал мощнее, хранитель тоже, и точки веселья у нас теперь две.

— Тогда веди.

Гензо провёл меня к Миле, и вскоре я опустился между деревьями.

Девушка сидела в позе лотоса, прислонившись спиной к берёзе.

— Я не сплю, — открыла она глаза, когда я подошёл ближе. — Набиралась сил.

— Успела набраться? Они нам понадобятся.

— Успела.

Мила встала и обняла меня.

— Тогда полетели.

Сначала мы вернулись на дорогу жизни и взяли малый бомбардировщик. Мы не собирались пользоваться креслами, но перестраховались, вдруг придётся быстро отступать или, наоборот, нападать.

Также я взял с собой все свободные большие жемчужины и пирамидки, ведь нам предстояло очень интересное дело — уничтожение сильных монстров класса «А».

Чем дальше мы продвигались к центру Воронежа, тем больше была вероятность того, что кому-нибудь из них, покрупнее стандартных альтов, метателей или горынчей, вдруг взбредёт в голову прогуляться к окраине города. Тогда нашим ребятам придётся эвакуироваться, что чревато риском и вызовет задержку в зачистке.

Зачем так делать, если я могу это предотвратить?

Дежуривший за пип-боем гвардеец подсказал месторасположение ближайших монстров, я быстро нашёл их жучками и направил туда бомбардировщик.

— Можно вопрос? — спросила Мила, болтая ногами над проносящимся в тридцати метрах внизу разрушенным Воронежем.

— Если ты о том, где я шлялся сегодня с утра, то у меня куча свидетелей того, что не по бабам.

— Твои друзья что хочешь подтвердят, — рассмеялась девушка. — Нет, не об этом, а о том, что ты делал ночью.

— Ночью я ковырялся в своей башке с помощью магии контроля. Думаю, что теперь я смогу заставить людей лучше запоминать информацию, и это поможет им выучить язык.

— Какой язык?

— А-а… Ты же не в курсе… Мы нашли человека, говорящего по-османски.

— И где же вы его нашли?

— В тысяче километров к югу отсюда, — усмехнулся я.

— Мне и дальше вот так клещами по одному слову из тебя вытягивать? — недовольно проворчала Мила.

— Да я просто не успею рассказать в подробностях, — пожал плечами я. — Если в двух словах, то мы метнулись со Святом на юг. Нашли там Тбилисское княжество и Османскую империю. Спасли одного старика из тюрьмы и притащили сюда. Теперь он нам с радостью рассказывает, как у них там обстоят дела.

— Там что-то страшное? — нахмурилась девушка.

— Пока непонятно, но это в любом случае далеко. Я тебе обязательно как-нибудь подробно расскажу.

— То есть теперь ты будешь ещё и туда мотаться, — покосилась на меня Мила.

— Да ты всё равно по лесам бродишь.

— Тоже верно, — сразу же расслабилась девушка и ткнула пальцем вниз.

— Вон альт.

— Не, альтов, горынычей и экскаваторов мы трогать не будем, слишком далеко отсюда туши таскать. С ними могут разобраться ребята, когда они сами придут. Наша задача другая.

— Что бы ты ни придумал, нам сначала надо бы разобраться с этими тварями. Раздражают. — Мила показала на многочисленных летающих вокруг нас птеров, мышей и других крылатых созданий.

— Да, сделаем, как прибудем на место.

— Хорошо. — Девушка побарабанила пальцами по краю доски. — А насчёт магии контроля… Надеюсь, ты не будешь без моего ведома меня гипнотизировать.

— Не буду, — кивнул я и после паузы добавил: — Но, между нами говоря, красный кристалл тоже немного влияет на эмоции. Он заставляет людей рядом с собой лучше ко мне относиться.

— Значит, не показалось, — задумчиво протянула Мила. — На самом деле я это почти сразу почувствовала… И почти сразу заблокировала это воздействие.

Заметила и заблокировала воздействие красного кристалла⁈ Конечно, такое возможно, но что-то я не думал, что моя подруга сумеет это сделать.

Правда, признаться, новость меня обрадовала. Во-первых, тем, что Мила не устроила скандал и не завела разговор на тему, а что из того, что она ко мне чувствует, любовь, а что внушение. А во-вторых, это значило, что её чувства искренни.

Но в целом её сила, конечно, впечатляла — вот что значит сильный врождённый дар и кристаллы рядом. Надо, кстати, спросить у Акаи, раз она тоже теперь прокачалась и лучше чувствует людей, может, близость красного кристалла и других как-то аномально прокачала? Супермаги нам точно пригодятся.

— Вон то… существо нам нужно?

Мила ткнула пальцем в десятиметровый серо-розовый шар, отдалённо смахивающий на мозг-переросток.

— Именно.

— Он до нас не достанет?

— По идее, не должен, но давай на всякий случай подстрахуемся.

Мы поднялись до пятидесяти метров и зависли над монстром. Он будто бы дремал, прислонившись к обвалившейся высотке, в которой уцелело только шесть этажей.

— И чем его бить? — спросила Мила.

— Сейчас ты его ничем не достанешь — у него щит против магии и физического воздействия. Надо заставить его атаковать, и тогда он выпустит щупальца. Наша задача — эти щупальца отрывать, тогда он будет растить новые и тратить на это энергию. Рано или поздно щит спадёт, и тогда мы его убьём.

— Звучит несложно. — Мила улыбнулась. — А как заставить его атаковать?

— Сейчас всё будет! — заявил появившийся перед нами Гензо в облике феи.

Крошечная волшебница засучила коротенькие рукава, порылась по карманам и довольно кивнула.

— Мана на месте. Самый сильный и крутой хранитель тоже. Два помощника в наличии. Можно приступать.

Фея взмахнула волшебной палочкой, и недалеко от монстра появилось что-то типа гнома с огромным горном в руке. Гном тряхнул бородой, поднёс рог ко рту и изо всех сил дунул.

Рёв разнёсся по округе, привлекая целую кучу монстров, но самое главное, он спровоцировал шар. Тот будто проснулся, вздрогнул и выбросил длиннющие щупальца. Не тридцать метров, конечно, но двадцать точно есть. Шесть штук.

Я тут же скастовал магию изменений, и они рассыпались прахом. Дорого по мане, зато эффективно против противников без антимагических щитов. Жаль, что чем дальше, тем реже такие встречаются среди людей.

— А меня ты зачем взял? — укоризненно посмотрела на меня Мила.

— За компанию, — рассмеялся я. — А вообще, видишь, гном привлёк летунов, бей пока их.

— Летуны не очень для меня удобно… Хотя ладно, потренируюсь в магии воздуха.

Мила произвела несколько пассов руками, и снизу пронёсся ураганный порыв ветра. Он подхватил сразу с десяток крылатых существ и швырнул их о стену уцелевшего дома. Фраза «мокрое место» хорошо описывала то, что от них осталось.

Тем временем обескураженный большой попрыгун пришёл в себя, и по его поверхности пошла рябь… Он заревел, покатился и… прыгнул сразу метров на двадцать.

Гном ждал этого и тут же переместился. Попрыгун рухнул на землю, по инерции прокатился и врезался в стену соседнего дома, окончательно снося его.

Поднялся столб пыли, а ещё через несколько секунд гном снова затрубил в рог. Шар пришёл в бешенство — он выбрался из-под обломков, снова прыгнул и выпустил ещё шесть щупалец. И их тут же постигла участь предыдущих.

В общем, это оказалось не очень интересно — мы ещё два раза повторили последовательность действий, после чего попрыгун показал зачатки интеллекта и перестал бросаться на гнома. Но было уже поздно — он потерял слишком много плоти и, забившись между разрушенными домами, активно отращивал её за счёт щита. И скоро этот самый щит закончился.

Я решил сэкономить ману в своём резервуаре, из которого слишком много уходило на магию изменений, и позаимствовал энергию пирамидки, сотворив огромную сосульку. Очень острую внизу, а у основания толщиной в три метра. Ледышка зависла над шаром, а потом резко упала. Раздался хлюпающий звук, и большого попрыгуна прикололо к земле, будто жука. Он резко дёрнулся и, сумев обломить кончик сосульки, покатился.

Далеко не ушёл — я призвал несколько огненных шаров и тоже обрушил их на верещащего от боли монстра, а потом ещё и ещё. В результате совсем скоро от ещё двадцать минут назад смертельно опасного монстра класса «А» остались только ошмётки.

— Что ж, разминка закончилась, — усмехнулся я. — Кстати, наш второй друг не так далеко отсюда.

Я повернул доску на запад, и через километр мы увидели того, кого хотели — гиппо. Десятиметровая темно-зелёная бронированная машина для убийств. Когда он разгонялся и таранил, наверное, единственное, что могло его остановить, — это большой кристалл.

— Этот тоже щупальца выбрасывает? — спросила Мила.

— К сожалению, нет. Это вообще необычный монстр. У него нет щита, как у других, но его кожа чрезвычайно прочная и через неё не проходит магия.

— И что делать?

— Его слабое место — это сравнительно хрупкий скелет в совокупности с относительно эластичной кожей. Его проще всего убить, сбросив на маковку что-то очень большое и тяжёлое, ну, или его самого скинув откуда-нибудь с верхотуры.

— Я наконец-то поучаствую? — угадала Мила.

— Да. Надо сделать под ним яму и раздавить его в ней. Как ты это делала с монстрами. Сможешь?

— Попробую. Спустись пониже.

Я снова перебил собравшихся летунов, приманив их иллюзией, а потом долбанув молнией. После опустил доску, и теперь она висела в двадцати метрах над темно-зелёной медленно бредущей тушей.

Мила подняла руку, а в следующий миг гиппо провалился под землю.

— Теперь дави.

Рыжая колдунья сжала кулак, и стены ямы стали сдвигаться.

Сдвигались, сдвигались и приняли точную форму монстра.

— Не хватает прочности грунта, — разочарованно выдохнула девушка. — Он крошится и продавливается.

— Значит, надо сменить материал тисков. Раздвигай.

Мила снова создала яму, а я магией изменения сделал её стены чрезвычайно прочными.

— Давай.

Девушка сжала кулак, и гиппо заревел.

— Давай-давай! Дави!

— Давлю, — прошептала Мила, буквально полыхая энергией.

Ни фига себе — пирамидка уже наполовину пустая. На две трети. Всё.

Мила продолжила давить, высасывая ману из следующей, но что-то явно шло не так.

— Стоп, милая. — Я положил руку на плечо девушки. — Почему так много энергии уходит?

— Приходится давить навстречу друг другу и держать очень большую массу, это сложно делать одновременно, потери очень большие. Если давить только с одной стороны, энергозатраты гораздо меньше, но тогда вторая площадка начинает двигаться в обратном направлении, уплотняя землю.

— Хорошо, а что, если мы вдвоём попробуем? Ты давишь одной площадкой, а я второй тебе навстречу.

— Да, так уйдёт гораздо меньше маны.

— Твоя левая, мой правая.

Я смешал энергию пирамидки и большой зелёной жемчужины и схватился за одну из стенок пресса. Мила сделала то же самое со второй.

— Раз, два, Дави!

Стены ямы рванули друг другу навстречу, и гиппо ощутимо сплющился. Оставался только вопрос — что произойдёт раньше: его скелет не выдержит или кончится вся наша мана?

Я пыхтел и покрылся потом, Мила тоже прилагала много усилий, но работа с землёй ей давалась легче.

— Всем бы такой слабый скелет! — возмущённо крикнула кружащая над нами фея. — Давайте! Я верю в вас!

Гиппо ревел, я продолжал потеть, а энергия пирамидок стремительно улетала.

— Вроде поддаётся! — закричала Мила.

— Да-да! — радостно заголосила фея. — Последний рывок!

— На счёт три немного ослабляем, — скомандовал я. — А потом резко на полную давим! Раз два… ТРИ!

Мой каналы вспыхнули болью, я стиснул зубы, и…

Раздался громкий треск ломаемых костей, и стенки пресса сомкнулись… И тут же, спружинив от кожи, разлетелись, так как мы их уже не держали.

Есть! Хоть гиппо внешне выглядел по-прежнему стрёмно, его внутренности раздавило всмятку, и он был мёртв.

— Ура! — закричала Мила и, повернувшись ко мне, прижала к своей в данный момент весьма объёмной груди.

— Боюсь, второго я сейчас не потяну, — прохрипел я ей на ухо.

— Я тоже, — отстраняясь, кивнула девушка. — И что делать будем?

— О, у нас теперь работы на полдня.

— И какой?

— Кожа этого существа — уникальная вещь. — Я ткнул пальцем вниз. — Если нужно сделать практически вечные детали машин, боевые доспехи или ещё что-нибудь, равной ей нет. Тело большого попрыгуна, это та тварь, что мы убили первой, имеет очень интересный химический состав, из него можно синтезировать мощную взрывчатку. Так что полетели назад, будем думать, как их отсюда вытащить.

Я развернул доску, и мы двинули в сторону дороги жизни.

Отличный улов, но на сегодня монстров с нас хватит. Второй гиппо дальше и нам пока не угрожает, так что им можно заняться потом.

Сейчас решим с ребятами вопрос транспортировки туш, я заскочу на одно важное мероприятие в Савино, и надо будет встретиться с Фениксом и теми бойцами, которых он отобрал для внедрения к османам.