17

Три дня жизни под одной крышей с Кайденом прояснили многое.

Например, то, что его высочество — ранняя пташка.

К тому моменту, как я проснусь, умоюсь и выйду в гостиную-кухню-столовую, он уже разливает свежий чай по чашкам и сервирует завтрак. Одному небу известно, во сколько именно он встает, потому что я поднимаюсь в районе семи.

Высокомерие и требовательность явно не входят в изначальные настройки личности мужчины. Кайден даже слова против не сказал, когда я выдала ему подушку и покрывало, молча обосновавшись ночевать на диване.

Я бы успела увериться в том, что затея графа и его сына-лекаря терпит полный крах, если бы на следующий день после стрижки и мимолетного инцидента с орехами принц не сообщил бы первым делом утром, что я ему снилась.

Вернее, не я, а маленькая версия меня. Настоящая Лиссандра.

— Я болел три дня. Вокруг меня были слуги, кажется. Все это время я чувствовал, как кто-то держит меня за руку. А когда пришел в себя и открыл глаза, маленькая черноволосая девочка без двух передних зубов шепеляво назвала меня дураком, глотая слезы. Ее слова разнились с ее поступками. Остальные были рады, что избежали проблем, и только она искренне за меня беспокоилась…Это ведь была ты.

Ровным тоном, словно эта история не имела к нему никакого отношения, Кайден не спрашивал, а утверждал.

Мне оставалось только подтвердить правдивость вернувшегося принцу кусочка памяти.

Да. Было такое.

Юный принц отведал приготовленный новым королевским кондитером десерт с орехами во время моего визита, плохо себя почувствовал, слег с лихорадкой на трое суток. Все это время я — вернее, настоящая Лиссандра — оставалась с другом рядом, отказываясь покидать его, несмотря на уговоры и просьбы взрослых.

Похоже, что мое нахождение рядом с принцем действительно может помочь ему прийти в себя.

Увы, прошло еще два дня, а новых подвижек не было.

— Не видел мою шляпу?

— В шкафу на верхней полке.

Второпях отхлебываю чай. Готовить его у Кайдена при тех же самых ингредиентах получается намного лучше, чем у меня. Почему — загадка. Жадно три раза куснув, приканчиваю бутерброд с сыром и ветчиной и бегу в спальню искать шляпу, покончив с завтраком.

Работа на поле началась вчера. Как инициатору проекта мне хотелось там быть. Лично наблюдать весь процесс, чтобы потом было легче оперировать посадками, составлять отчеты, собирать статистику и заниматься распространением кукурузы в феоде.

Проторчала весь день под палящим солнцем, вернувшись только к ужину. Белоснежка Лиссандра обгорела так, что с носа и щек начала облазить кожа.

Кроме старика Роланда остальные крестьяне понятия не имеют, кто именно я такая. Никто в здравом уме не сможет предположить, что хозяйка герцогства будет пахать в поле словно батрак.

Приняли меня за посланного герцогиней наблюдателя и в шоке глазели, как я наравне со всеми возделываю землю и раскидываю навоз. Если бы знали о моей истинной личности, наверное, и двух слов связать бы не смогли.

Герцогиня Сваллоу почти всю свою жизнь провела в столице, по возвращении в родной край из поместья не выезжала, фотографии этот мир не знает, описание в газетах и картинки с реальностью несопоставимы.

Вероятность того, что принца признают, особенно после смены образа, опустилась практически до нуля. Тех, кто знаком с Кайденом лично, в герцогстве придется днем с огнем искать.

Шесть месяцев в столице, плюс месяц в герцогстве — я давно отвыкла от тяжелого физического труда. Несмотря на напряжение в мышцах вечером после целого дня работы в поле, чувствовала я себя необыкновенно расслабленно. Должна признаться, это даже как-то умиротворяет. В здоровом теле — здоровый дух!

Нахожу шляпу там, где сказал Кайден.

Сегодня я во всеоружии.

Жаль, что солнцезащитного крема в этом мире еще не изобрели, и защищаться от прямых лучей беспощадного светила можно только так. Помимо чувствительной кожи у меня и волосы черные, находиться без головного убора долгое время на улице не безопасно.

Поправляю поля шляпы, завязываю под подбородком завязки, чтобы ее не снесло с головы ветром.

Поглядывая на отражение в зеркале — на мне простая одежда сельского обывателя: рубаха из натуральной ткани и широкие штаны палаццо, подвязанные на талии шнурком — удовлетворительно киваю, находя свой образ непривычным, немного забавным, но вполне приемлемым для работы на пашне.

Обычные женщины не обязаны носить лишь юбки да неудобные платья — это вопрос индивидуальных предпочтений, в отличие от дворянок, которые цепляются за традиции старины, а брюки, несмотря на их очевидное преимущество, носят только для занятий верховой ездой.

Довольно киваю отражению и возвращаюсь в гостиную. Собираюсь уже выходить из дома, но, как назло, взгляд цепляет одинокая фигура Кайдена в кресле с книгой в руках.

Позавчера и вчера он также сидел на этом месте и читал. Должно быть, ему скучно быть в четырех стенах круглые сутки. Нет ни телефона, ни телевизора, не говоря уже про интернет…

А на улице ведь так хорошо. Солнце жарит, но весенний ветерок до полудня пока что еще приносит прохладу с гор. Везде бабочки летают, все цветет и пахнет, жужжат занятые пчелки, птицы поют. Лепота!

Мой взгляд смягчается.

— Не хочешь…со мной?

Кайден в курсе, где я пропадала вчера. Уходя, предупредила принца, куда собиралась, и была такова. Как и ожидалось, вопросов от него не последовало, а я в любом случае не стала бы ничего объяснять.

Вместе с аристократическими привилегиями, роскошью и титулом приходится нести и бремя ответственности. Поддерживать свой статус, блюсти различного рода церемонии, выдерживать на себе наблюдательные взгляды и всячески оправдывать чужие ожидания.

Так что я быстро нашла плюсы в этой жизни инкогнито.

Можно расслабиться, отбросив все надлежащие с титулом приличия и формальности, покопаться на равных со всеми в земле и размяться, распределяя граблями навоз в поле без зазрения совести. Давно не чувствовала себя такой свободной!

— Хочу.

Принц быстро собирается, прихватив с собой корзинку с неизвестным содержимым из кухни, и следует за мной. Я сама предложила, но не думала, что он действительно согласится. Надо же!

До выбранного мной участка земли быстрее всего добраться верхом. Каких-то полчаса вместо того, чтобы идти пешком в два раза дольше обозначенного времени.

Только на крыльце дома замечаю проблему.

Нас двое, а лошадка одна.

Поглядываю на Кайдена, тот, как уже стало привычно, с благодушным, но совершенно не читаемым лицом ждет молча от меня решения, щурясь, разглядывает открывающийся впереди пейзаж, поросль деревьев, в сени которых скрываются тайком охраняющие нас стражи.

Может, у кого другого подобная безынициативная скудная реакция мужчины вызвала бы напряжение и неловкость, но я чувствую только доверие, с которым ребенок полагается на взрослого. Несведущий щеночек, полностью зависимый от своего хозяина. Очень мило.

Поначалу казалось, что обрекаю себя на пытку, согласившись на жизнь под одной крышей с Кайденом, разбивавшим раз за разом сердечко прошлой Лиссандры, а потом и мое собственное, но оказалось, что находиться в одном пространстве с потерявшим воспоминания принцем вполне себе сносно.

Седлаю коня, взбираюсь на него и показываю жестом Кайдену, чтобы сел сзади.

Тепло чужого тела распространяется по спине словно пожар, стоит только принцу ловко взлететь в седло и взять поводья из моих рук. Понимаю, что оказалась зажата между шеей скакуна и туловищем принца, по бокам меня обнимают руки мужчины, правящие животным.

Дыхание Кайдена щекочет мне ухо и ключицу под свободным воротом рубахи. По всему телу начинают бегать невольные мурашки, а сердце спотыкается и начинает биться быстрее.

Моя вера в то, что я привыкла к нахождению Кайдена рядом, трещит по швам. Хочется оказаться где угодно, но не здесь, в этой ловушке, которую сама же и организовала.

Конь сдвигается с места, размеренно шагая по тропинке. Запястья мужчины легко касаются моих. Это не специально, я знаю, но…

Стоит только мне немного отклониться назад, и я окажусь спиной, прижатой к упругому торсу, о твердости которого знаю не понаслышке. Там, под одеждой, словно засевший в засаде зверь, скрывается сокровище из мощных мышц.

Всю поездку верхом держу спину идеально прямо, походя на натянутую до напряжения струну, и стараюсь мысленно убедить себя в том, что краснею я от выпитого горячего чая и палящего солнца.

Возможно, у меня тоже проблемы с памятью… Мое сердце отказывается хранить болезненные воспоминания, тая мечты о несбыточном.