20

Не помню конкретно, как мы добрались до дома. Все было словно в тумане.

Голову переполняли водовороты мыслей. Я не находила в себе сил смотреть на Кайдена даже мельком.

После поцелуя в воде, который тянулся словно вечность и в то же время был мимолетен, словно мгновение, мы с принцем едва ли говорили друг с другом. Продолжать купаться настроения не было, мы быстро вернулись на берег и поспешили восвояси.

Я заперлась в кабинете — во время нашего отсутствия днем на столе появилась стопка ожидающих внимания документов. Проживание в удаленной хижине в горах вряд ли можно назвать отпуском. А Кайден…что ж, он делал то же, что и обычно — листал книги на диване в гостиной.

Горка бумаг постепенно становилась ниже, я работала словно на автопилоте. Старалась сконцентрироваться на важных вещах, но мысленно постоянно возвращалась к событиям сегодняшнего дня.

Его глаза, его улыбка, вкус его мягких губ…

Приди же в себя, Лиссандра!

Ты поддалась моменту, кто может тебя за это осудить? Теперь главное, чтобы подобное больше не повторилось.

У него есть возлюбленная, а тебя принц презирает.

Но…мы так долго знакомы, я знаю его раньше, чем Эльвина, и лучше, чем кто бы то ни было. Это так нечестно!

Нет…качаю головой, обрубая подобные мысли на корню. Все честно. Такое бывает. Люди теряют связь, расходятся, это нормально.

От этих мыслей голова раскалывается. Словно по обе стороны на моих плечах сидят ангел и демон и шепчут диаметрально противоположное.

Вздохнув, опускаю глаза на очередной документ.

Список изъятых у Мортимера Соллера материальных ценностей и активов, наличных денег и доказательства его вины в растрате, присвоении выделенного на строительство моста через Сидру бюджета и махинациях с поставками, сопровождающийся письмом от самого дядюшки, в котором удивительно сочетаются обвинения и мольбы, перекладывание вины и нравоучения.

Закатываю глаза. Злодеяния старейшины налицо, смысл сопротивляться?

Пожалуй, на следующем собрании вассалов следует поднять вопрос о лишении старика титула старейшины. Может, вовсе упразднить этот архаичный орган управления, итак не имеющий никакой власти?

Чем ближе дата приема делегации из Эльзанской империи, тем больше от графа Клосса и Пейсли поступает на мое утверждение правок по позиции герцогства в переговорах.

Наладить торговые отношения далеко не так просто, как могло бы показаться. Здесь важно найти баланс между тем, чтобы поддержать своих производителей и установить с иностранной державой долговременное взаимовыгодное сотрудничество.

Последним в стопке оказывается краткий отчет о делах в столице. Тайные поиски принца не прекращаются, королевская гвардия расширила радиус территории… Его величество, редко появляющийся в свете и находящийся последние годы в уединении, неожиданно положил конец затворничеству.

А это уже интересно.

Король лично председательствовал на заседании правительства.

Все прежние слухи о его болезни теперь могут быть опровергнуты. Физически и психически монарх находится в полном здравии.

В висках снова возникает сверлящая вспышка боли.

Прошло уже пять дней, а в столице и во дворце никто даже не подозревает об исчезновении наследного принца. Это странно. Очень странно. Какого черта задумал король?

Как ни гадаю, не могу найти смысл избавляться от собственного сына.

В аристократических домах Азарина все спокойно. Интриганы как обычно плетут интриги, заключаются тайные союзы, между молодыми и горячими головами совершаются дуэли, несколько девиц сбежали с любовниками в неизвестном направлении от нежеланных браков, образовалась парочка новых альянсов, распалось несколько старых, кто-то почил, кто-то родился…Словом, типичное поведение дворян в естественной среде обитания.

За одним исключением. Прищуриваюсь, находя за коротким сухим перечислением фактов важную информацию.

Исторически обосновывавшийся на севере дом Стерлинг неожиданно — или ожидаемо — перенес с личного разрешения монарха свою резиденцию в столицу.

Семья святой Эльвины.

Хм-м-м.

Вряд ли северяне довольны подобным исходом. Их земли мало того, что не подходят для земледелия и крайне суровы, так еще и подвержены открытию порталов и страдают от нападений вылезающих из этих брешей между мирами монстров.

Не будь Эльвина святой девой — единственным в королевстве человеком, способным закрывать эти порталы — феодалам северных земель было бы глубоко плевать на посредственный род Стерлингов, небогатый и ничем не примечательный.

Только последнее поколение потомков — Эльвина и ее братья — могут похвастаться достижениями, что принесли славу фамилии, которой не смогли достичь их предки на протяжении трех столетий существования этого рода.

Что значит это решение?

Мне, как и северянам, остается только гадать, вернутся ли Стерлинги, преимущественно святая Эльвина и ее старший брат Энтони, командующий оборонительным отрядом в княжестве Ностра, обратно.

Весной и летом прорывов немного, наблюдается затишье, но осенью и зимой, брешей в пространстве и рвущихся наружу из них тварей столько, что без помощи святой север понесет большие потери.

Ностра, Винтервальд и Дренгар — три северных феода — изначально были против союза принца и Эльвины. Их внутренние противоречия не позволяли им объединиться, выступить единым фронтом и предотвратить этот брак.

Но как изменится ситуация сейчас, когда совершенно неожиданно они столкнулись с бескомпромиссным решением монарха, что сравнимо с угрозой их существованию?

Кайден несколько лет провел на севере, по крайней мере с наследником у северных сюзеренов складывался диалог, у них была надежда достигнуть соглашения. Но вот с его величеством спорить бесполезно. Переезд — дело уже решенное.

Перенос резиденции Стерлингов сам по себе не имеет значения. Будь на их месте другое семейство, никто бы и бровью не повел. Но то, что подразумевается под этим действом, играет колоссальную роль в жизни королевства.

Очевидно, что, приблизив к себе семью святой, король намерен хорошенько поторговаться с северянами, просто так он им святую не отдаст. Эльвина в их руках всего лишь разменная монета.

Вопрос в том, чего именно желает его величество?

Хмурюсь, прикрыв глаза, массирую переносицу.

Все еще мало. Мало информации.

Прежде чем осознаю, рука уже тянется к верхнему ящику стола и достает оттуда блокнот.

Тот самый, в который я так скрупулезно и детально все записала, чтобы потом благополучно забыть язык, обесценить часы работы и все надежды на читерство с помощью знания сюжета романа.

Кайден — главный злодей. Эта неопровержимая истина возникла в сознании, стоило только увидеть его снова у портальных врат. То, что случилось в столице, стало причиной его превращения в антагониста.

Задумчиво открываю блокнот и быстро пролистываю страницы.

Все так же, как и раньше. Ничего не понять. Ни буковки. Принц со своей потерей памяти тоже не помощник. Впрочем, я не лучше.

Черт!

Все, что мне остается — продолжать скрывать Кайдена в герцогстве. Более чем очевиден факт, что его венценосный отец предпочитает видеть сына мертвецом.

Стоит ли надеяться на чудесную силу протагонистки Эльвины? Но если святая действительно главная героиня, то они с Кайденом по разные стороны.

Может, потому что я сама имею заводские настройки злодейки, с трудом верю, что Кайден способен причинить вред стране, своей возлюбленной или кому бы то ни было без причины.

Сейчас принц еще не совершил ничего, за что бы его могли бы ненавидеть. Поэтому вдвойне непонятно, что творится в головах ключевых персонажей истории.

Причина…

Ха. Как там было?

«Если ты, Лиссандра Сваллоу, вызываешь всеобщее презрение и ненависть — значит, на то есть причина».

Вряд ли Кайден мог предположить, что его слова ему же однажды и аукнутся.

Но что он имел в виду тогда во дворце? Действительно ли у него есть причина или это просто отговорки?

Мне казалось, что презирает он Лиссандру из-за того же, что и все остальные. Репутация девушки шла впереди нее. Но ведь принц лучше всех знал, какова его подруга на самом деле.

Жаль, я не спросила раньше.

Теперь уже нет смысла, он ничего не помнит. Хотя, вряд ли бы он имел щедрость поведать мне о своих мотивах даже будучи в трезвом уме и здравой памяти.

Мрачно выдыхаю и откидываюсь на спинку кресла, расфокусировав взгляд.

Горячие ладони на талии контрастируют с прохладой обволакивающей тело воды, капельки текут вниз по лицу и губам, сумасшедший стук сердца, обжигающий взгляд, полный темного желания…

Резко встаю, хлопнув руками по столу. Звук и боль в ладонях немного приводят меня в чувство.

Неужто ты, Лиссандра, забыла, как он с тобой обращался?! И про его невесту в столице тоже? Про их неземную, прямо-таки сказочную, выставленную напоказ любовь?!

— Можно?

Дверь кабинета медленно распахивается, в проеме показывается голова Кайдена.

В отличие от меня, он уже успел помыться и переодеться. Только сейчас я вдруг ощущаю легкий запах тины от собственных волос.

— Нужно было постучать.

— Я так и сделал, но ты не отвечала, — улыбается Кайден, пропуская мимо ушей мое недовольство.

— Чего тебе? — отвечаю со всей грубостью, на которую способна.

Оттолкнуть. Это правильно. Так не будет больно. Я не могу обманываться его улыбками и нежными взглядами.

— Я набрал тебе ванну. Подумал, захочешь освежиться перед ужином.

Кайден неловко чешет нос и снова улыбается. Той самой улыбкой, искренней и непринужденной, от которой слабеют ноги.

— Разве я тебя об этом просила? — не могу сдержать обиды в голосе. — А? Пойми уже наконец, что я не желаю ничего от тебя ждать! Ты столько раз закрывал глаза, когда я нуждалась в твоей помощи, столько раз отворачивался!

Я не могу остановиться. Все это время сдерживалась. Усталость ли или непривычное обращение, может, поцелуй, но это стало последней каплей.

Когда я только-только оказалась в этом мире и не вернула все воспоминания Лиссандры, я еще надеялась, цеплялась за Кайдена, думая, что он единственный сможет понять, что я не желаю никому зла.

Но эти иллюзии быстро разбились о суровую реальность.

«— Ваше высочество, поверьте, я никогда бы так не поступила! Проверьте показания слуг, пожалуйста. Должны быть свидетели…

— Я не ожидал от тебя ничего другого, Лиссандра Сваллоу. Ты вполне способна на подобные выходки!»

Его холодный голос. То, как с отвращением он сбросил мои руки и отвернулся.

Воспоминания Лиссандры снова и снова показывали мне смотрящего на меня с любовью мальчика. Но действительность раз за разом развеивала этот самообман.

Меня бросило в дрожь. К горлу подступила тошнота. Я сжала ладони в кулаки, а когда разжала, на покрасневшей плоти проступили белесые шрамы.

— Ты…Ты тот, кто сотворил это со мной…Теперь ничего не помнишь и хочешь, как там…А! Наладить отношения!

Я не могла прекратить дрожать.

Мое сердце трепетало от нежности в его взгляде, и все же я должна стараться не питать никаких надежд. Скоро это кончится. Скоро его синие глаза снова заледенеют.

— Ты меня ненавидел! А теперь желаешь измениться? Сделаешь все возможное?! Не абсурд ли это?! Из-за тебя я уехала! На этом все должно было закончиться…Но ты все никак не можешь меня отпустить!

Обнимаю себя руками, но не могу согреться.

Мне страшно. Очень страшно. Я не могу снова совершить ту же ошибку. Я не могу тебе верить. Я этого не перенесу.

Я просто хочу, чтобы эта бесплодная эмоция наконец совсем умерла.

Не знаю, в какой именно момент Кайден пересек кабинет и оказался рядом.

— Не могу тебе верить…Нет…Нельзя допустить… — продолжаю бормотать, словно мантру.

— Ш-ш-ш, — большие руки ласково гладят меня по голове и спине, прижимая к горячему, словно печка, телу, пока я вяло ударяю кулаками по груди мужчины, не находя в себе сил отстраниться.

Так тепло.

Пока я, задыхаясь, выплескивала эмоции, Кайден продолжал крепко меня держать.

Когда у меня не осталось сил продолжать, его рука дотронулась до моей щеки. Я покачала головой, избегая его прикосновения, и отвернулась, он не стал настаивать. Над головой раздался тихий вздох.

— Лисси…То, что случилось между нами…Я уверен, это какое-то недопонимание! Мы во всем разберемся, поверь.

Недопонимание…

Ха.

Мне хотелось рассмеяться. Прямо как тогда в гостиной, когда принц пообещал «сделать все возможное».

Это ты был тем, кто меня недопонимал.

— Понимаешь, как бредово звучишь? — не скрываю в голосе остроты. — Что ты собираешься исправлять, если ничего не помнишь?

Моя голова покоилась на груди Кайдена, прямо под моим ухом было его гулко колотящееся сердце. Оно билось так быстро.

— Может, это и есть возможность все исправить.

Меня снова обдало холодом. В этот раз тепло, исходящее от Кайдена, было не в силах меня согреть.

Отстранившись, я заглянула в его лицо, чтобы убедиться в серьезности сказанного. Твердость в его глазах не оставляла никаких сомнений.

Я почувствовала, как на моей шее словно затянулась удавка.

— Когда я тебя впервые увидел, — Кайден протянул руки и сжал в них мои. — Я не мог перестать смотреть. Это чувство ни с чем не спутать. Я уверен, что это единственное, что я к тебе испытываю. Искренняя, нежная, страстная, всеобъемлющая, безусловная…

— Не надо…

Принц не внял моей тихой просьбе и бессердечно продолжил:

— …Любовь.