Глава 13

При этом сразу заметила, как мелькнуло на лице Ираклия удивленное узнавание, а затем полный абсолютно необоснованно ревности взгляд метнулся к Тимофею, но греку хватило ума промолчать, а вот Варвара, явно успевшая накатить далеко не одну рюмочку, легкомысленно воскликнула:

– Вот вы где! Что за прятки, молодежь? Вы сюда развлекаться пришли или по углам обниматься? А ну, прекращайте!

Мы с Тимофеем скептично переглянулись и почти синхронно фыркнули, но Варя умудрилась это не заметить, уже командуя обслугой, чтобы сдвинуть поближе сразу несколько диванов.

– Ребята, знакомьтесь!

На правах главной виновницы торжества, Тихомирова бодро перезнакомила меня со всеми и я узнала, что обнимающий её мужчина - брат Ираклия, одна из девиц их кузина, а две других её подруги и баронские дочки. Кстати, греки оказались не простыми горожанами, а титулованными. Их дядя имел титул архонта, то есть правителя города, а сами Андианакисы (это фамилия такая) числились лордами.

Ещё двое парней (хотя скорее молодых мужчин, им было к двадцати пяти) оказались братьями Михаилом и Арсением, сыновья графа Жигунова. Их земли находились довольно далеко от моих, по другую сторону Волги, юго-западнее Астрахани, но с Тихомировыми ребята были знакомы уже довольно давно, не раз участвуя в совместных рейдах по разломам.

Скупой улыбкой обозначив, как мне “очень приятно” со всеми познакомиться, поймала на себе чересчур пристальный взгляд юной Алексии, кузины Иркалия. Девушка была довольно привлекательна: карие глаза, темно-русые волосы, пухлые губы, красивой формы брови. Немного крупноват нос, но, как я поняла, это было типично для её национальности, и в целом он девушку не портил. А вот взгляд…

– А вы та самая княжна Горчакова, которую похищали османы, да? - заявила она звонко, когда расторопные официанты принесли все желающим выпивку и немного элементарных закусок.

За столом стало резко тише, сидящий рядом со мной Тимофей ощутимо напрягся, а Варвара и вовсе нахмурилась.

– Возможно, - небрежно повела плечом. - Я не слежу за мировыми новостями, может и другие были. А что такое? Почему это вас так интересует, Алексия?

– Просто, - она хмыкнула. - Странно. Такие слухи нелепые ходит, один чуднее другого. Кто-то говорит, что вас там чуть ли не до смерти избили, вот только я совсем не вижу следов, - она выразительно изучила видимую часть моего тела. - Кто-то говорит обратное, что вы им там полноценный армагеддон устроили… Кому верить? И что было на самом деле? Расскажите.

Я пристально посмотрела на эту мелкую наглую пигалицу и коротко хмыкнула.

Всё-то им расскажи…

– Даже и не подумаю, - произнесла спокойно. - Что бы на самом деле там ни произошло, вас это не касается, юная и совершенно не воспитанная леди.

– О, то есть вам есть что скрывать? - Она выразительно выгнула брови, а в глазах мелькнуло что-то странное… Как будто некая злость. Или зависть? А может личная неприязнь?

Хотя откуда бы ей взяться? Вижу её впервые.

– А даже если бы и так, - пожала плечом. - То что? С какой стати я должна откровенничать не пойми с кем? Что-то не припомню, чтобы это было обязательной программой мероприятия. Или я чего-то не знаю, Варенька?

Я посмотрела на Тихомирову, на чьих щеках алели алые пятна гнева, причем это было очень хорошо видно, но не успела именинница вставить хоть слово, как Алексия выдала невероятное. Причем удивительно радостным тоном.

– Я так и знала! Знала! Ты сама дала ему повод и просто продалась за деньги! А когда тебе их не заплатили, закатила скандал и выставила себя жертвой! А на самом деле сама всё подстроила! Он такой лапочка, такой красивый, а ты ему всю жизнь своей ложью испоганила, стерва!

У меня аж брови на лоб поползли. Она серьезно?

– Писали такое в желтой прессе, - едва слышно пробормотал Тимофей, сидящий рядом, так что я бросила на него вопросительный взгляд и он скривился. - Эту газетенку мы уже засудили. Не стал тебе говорить.

– Боги, сколько же идиотов на свете, - покачала я головой, даже не думая понижать голос. - Девочка, ты вообще с головой дружишь?

– Что? - Алексис явно напоказ хапнула воздух ртом и завопила: - Ты меня оскорбила?!

И тут же начала привлекать к себе всеобщее внимание новыми воплями:

– Нет, вы слышали? Слышали?? Она меня оскорбила! Ну всё!

Она подскочила со своего дивана и, схватив чей-то бокал, выплеснула на меня со словами:

– Я вызываю тебя на дуэль!

Естественно, я не позволила липкой жидкости испортить мне платье и макияж, успев взмахнуть рукой и отправить “послание” обратно, так что всё это алкогольное великолепие с долькой лайма облепило вспыльчивую девицу, заставив её сначала хапнуть воздух ртом, а затем истошно взвизгнуть.

Сидящий рядом со мной Тимофей, даже не пытаясь говорить тихо, пробормотал:

– Боги, ну что за дура… А выглядела адекватной.

– Ну всё-ё… - прошипела зачинщица безобразия, но успела только сделать взмах рукой, явно собираясь применить некое заклинание, как сама оказалась спеленута полупрозрачными темно-серыми путами, а рядом с ней уже стоял Мустафа, а рядом со мной - Исмаил.

А Варя наконец рявкнула:

– Прекратить!

Подскочила, сверкая глазами, шагнула к испуганной Алексии, нависла над ней, как неумолимое возмездие и жестким тоном во всеуслышание отчеканила:

– Ты, тупая, невоспитанная малолетка! Да что ты вообще знаешь о том, что произошло на самом деле? Только и умеешь, как сплетни собирать и перевирать! Этот твой так называемый лапочка - садист и насильник! Выродок, избивающий женщин плеткой! Сочувствуешь ему? Правда? Может ещё и сама хочешь к нему в лапы попасть и получить “неземное” наслаждение от насилия и унижений?

– Варя, хватит, - попытался урезонить её Родион, поднимаясь тоже и перехватывая её за плечи, и ему это почти удалось, но сначала Тихомирова рыкнула “пошла вон с моего праздника”, и только потом, презрительно кривя губы, села обратно.

Я же, коротко кивнув Мустафе, чтобы вынес обездвиженную магией девицу прочь, безо всякого сожаления проследила за тем, как за ней нервной стайкой потянулись её подружки, к которым присоединились и хмурые братья Андрианакис, под конец бросив внимательный взгляд на Варвару.

А ведь ей, как я поняла, приглянулся старшенький Майрон… Не с ним ли она тогда в клубе познакомилась?

– Нда, неприятно получилось, - поморщился Тимофей, жестом подзывая официанта и прося обновить коктейль. - И почему все красивые женщины такие… Дуры?

Мы с Варей, не сговариваясь, переглянулись и одновременно фыркнули.

– Не о вас речь, - отмахнулся великий знаток женщин. - Я в целом. Чем больше узнаю женщин, тем чаще убеждаюсь: действительно умные и приятные в общении обычно выглядят невзрачно. Как так, Лия?

– Ты не с той стороны смотришь, - усмехнулась я, не обращая внимания на то, как внимательно к моим словам прислушиваются те, кто остался. - Если девушка красива, этого более чем достаточно. Ей не нужно быть умной и милой, ей всё достанется и так. А вот если она невзрачна, то тут приходится искать в себе скрытые ресурсы. Быть умной, милой, незаменимой. Учиться готовить, вести хозяйство, предугадывать желания мужчин ещё до того, как они сами в них разберутся. А красивым это не надо, понимаешь?

– Печально, но факт, - кивнул Тимофей и отсалютовал мне своим бокалом. - Тем удивительнее быть знакомым с тобой, моя милая. Вот была бы ты поглупее… Мы бы уже, глядишь, свадьбу планировали. Всё-таки красивая и одновременно умная - это плохо.

Посмотрела на него, обдумала его слова и фыркнула.

– Да тебе не угодишь. Красивая и глупая - плохо. Красивая и умная - ещё хуже. И после этого ещё обвиняете женщин в нелогичности! А знаешь… Тебе нужно найти умную, но не очень красивую. Я тебе больше скажу, она ещё и верной будет!

Отхлебнув из бокала, Тимофей хмыкнул, покатал идею на языке и кивнул.

– А знаешь, что-то в этом есть. Когда созрею до женитьбы, обязательно вспомню твои слова. Ну а пока… Потанцуем?

Предложение было своевременным - как раз зазвучала медленная композиция, да и на диванах стало не особо уютно, больно уж задумчивыми были лица у всех присутствующих. Варю тоже пригласили на танец, причем старший из Жигуновых - Михаил, но я не заметила между ними химии. Это был просто танец ради танца, не более.

Между нами с Тимофеем этой химии тоже не было, но танцевать меня Тихомиров пригласил не просто так, уже через несколько секунд задумчиво произнеся:

– Знаешь, а ведь она не просто так пыталась тебя вывести на откровения. Я, может, что-то упускаю или забегаю далеко вперед, но очень скоро вы могли бы стать родственницами.

– В смысле?

– Андрианакисы приехали в Астрахань, чтобы открыть сеть ресторанов и вип-доставок.

– Да, слушала краем уха. И что?

– До того, как случился этот сумасшедший парад планет и мир накрыло его последствиями в виде тысяч разломов, они вели активные переговоры с князем Горчаковым. И вроде как проскальзывала идея поженить Илью и Алексию. - Тимофей заглянул мне в глаза и торопливо добавил: - Но это слухи, как обстоят дела на самом деле, я не знаю. К тому же буквально вчера слышал, что князя вызвали в Москву…

– Зачем? - озадачилась.

– В девятый отдел, - многозначительно добавил Тихомиров, но мне это ни о чем не сказало, и мужчина вздохнул. - Один из отделов тайной канцелярии императора, который расследует незаконные финансовые махинации, связанные с предательством Родины и шпионажем. Горчакова вызвали на дачу показаний.

– Ого… - протянула, пока не зная, что и думать. - Считаешь, там всё серьезно?

– Подозреваю, что да, - кивнул Тимофей. - Когда вызывают, обычно доказательства более чем весомые. И мало кто покидает стены девятого отдела без последствий. Чаще всего не покидают.

– И он добровольно поехал? - удивилась ещё сильнее, потому что хорошо знала дядю.

– Ну конечно, - усмехнулся мужчина. - Под конвоем же.

Дела…

Новость была действительно ошеломляющей и я пока не знала, что и думать, так что вернулась к прежней теме. Теме возможного родства.

– И что теперь? Я про переговоры. Приостановлены?

– Вроде бы, - пожал плечами Тихомиров. - Не интересовался подробностями. Тут всё зависит от итогов допроса князя. Если вдруг за ним есть реальная вина, тянущая на расстрел или как минимум ссылку с лишением титула и привилегий, то князем станет его старший сын. Ну а ему в свете вскрывшихся обстоятельств придется как можно сильнее укреплять свои позиции. Как минимум браком. Андрианакисы богаты и влиятельны в Греции, они будут сильными союзниками. В нашей губернии нет настолько сильных родов, где есть невесты на выданье, наш не в счет. Но дядя на союз с Горчаковыми не пойдет. - И торопливо добавил: - Я сейчас не про тебя.

Да уж, чудны дела твои, господи…

– Ясно, - кивнула, благодаря за откровения. - Значит, девчонка как минимум в курсе того, что княжеское семейство меня не жалует. Иначе бы вела себя иначе. Любопытно… Наверное, уже мнит себя княгиней? Как думаешь?

– Всё может быть, - криво усмехнулся Тимофей. - Женщины любят делить шкуру неубитого медведя и взлетать на чужой пьедестал. Кстати, что за заклинание было? Я даже не успел уловить! Как минимум комбинация воды и ветра, верно?

– И толика хаоса, - улыбнулась загадочно, не видя смысла скрывать то, что уже давно понятно.

– Я так и знал! - просиял мужчина. После чего слегка наклонил голову набок и начал изучать меня так внимательно. словно впервые видел. - Не перестаю тебе поражаться. Сколько еще в тебе тайн и загадок? А силы? Молчу уж о воле! А ещё ты действительно похудела и тебе это совершенно не к лицу. Может, не стоит так себя загонять?

– Уже, - усмехнулась. - Не волнуйся, я уже сбавила обороты. Бобров откопал в тайге очередной раритет по имени Лука, мне уже вправили мозги. Забавный дед, но дело своё знает.

– Лука Поддубный?! - почему-то выпучился на меня Тихомиров. - Серьезно? Он теперь живет у тебя? Да это же легенда среди целителей! Да я даже не знал, что он еще жив!

– О да, живее всех живых, - рассмеялась, вспомнив, как отхватила посохом по лбу. - Знаешь, если бы сказочные друиды существовали, я бы решила, что он один из них. Блаженный такой…

Уловив краем глаза смазанное движение поверх плеча Тимофея, я сначала не поняла, что зацепило моё внимание. Ну, какой-то гость. К нам спиной. У барной стойки. Спортивная фигура, широкие плечи, но сам скорее худощав. По-военному короткая стрижка, так что сразу даже не понять цвет волос. Но точно не блондин и не брюнет. Вроде бы русый…

Или рыжий?

Луч стробоскопа мазнул по мужской макушке и я почувствовала, как в груди кольнуло.

Рыжий…

А потом он обернулся и в груди кольнуло снова.

Рыжий.

Зачем он подстригся???

– Лия-я… - Я вздрогнула, когда Тимофей коснулся кромки моего уха губами. - Приём. Кого увидела?

– Да так… - пробормотала, не в силах отвести взгляда от лица Мирослава, который, словно что-то почувствовав, тоже глядел четко на меня. И пускай между нами были и другие пары, а темнота танцпола скрадывала очертания, в этот миг в зале не существовало никого кроме нас. - Прости, мне надо в туалет.

И я сбежала.

Коря себя за трусость, но не в силах выдержать это дикое напряжение, я позорно сбежала в туалет, который, к счастью, нашелся сразу. Для верности зачем-то зашла в кабинку, закрылась, опустила крышку унитаза и буквально рухнула сверху.

Меня трясло.

Боже, ну что за нелепая реакция?! Что такого произошло, что я так на него реагирую? Это уже психоз какой-то! Полноценное помешательство!

Глупо. Глупо!!

Как же это глупо…

Просидев в кабинке минут десять, не меньше, я кое-как сумела взять себя в руки. Это был не страх, нет. И в то же время он самый.

Что, если я ему больше не интересна?

Что, если он снова примется за своё?

Я не знала, что для меня страшнее.

И я решила это выяснить. Хватит трястись, Лия! Ты никогда не боялась трудностей, так почему пасуешь сейчас? Вперед! Выясни уже всё!

И прими меры.

Вперед!

Выдохнув в последний раз, я заставила себя расправить плечи, придирчиво изучила бледное лицо и лихорадочный румянец, криво усмехнулась и вышла в зал. Пробежалась глазами по танцующим…

Нахмурилась.

Ушел? Неужели ушел???

Черт!

Ругнувшись вслух и чувствуя, как в груди всё аж обрывается, всё-таки решила не пороть горячку, а сменить угол обзора. Прошла к бару, заказала себе двойной виски, чувствуя, что пора переходить на тяжелую артиллерию, и потихоньку пошла вдоль стены, цепляя взглядом то одного парня, то другого.

Но всё было не то…

Он нашел меня сам. Со спины. Явно применив какую-то технику скрыта, о которой мне рассказывал Мирон, но я сама такое ещё не пробовала.

Аккуратно коснулся плеча. Придержал за талию, когда дернулась. И забрал бокал с почти нетронутым виски, когда обернулась, чтобы высказать в лицо нахалу всё, что думаю.

Не получилось.

Стоило заглянуть в его зеленые глаза, глядящие на меня безотрывно, как слова застряли в горле, а я сама вцепилась в его обеими руками. Инстинктивно. Бессознательно.

Как он изменился…

Стал жестче взгляд. Тверже изгиб губ. Откуда-то взялся шрамик на брови…

– Привет.

Кивнула, не сумев разомкнуть губ.

– Потанцуем?

И снова кивок, словно я окончательно разучилась говорить.

Молчание. Касание. Взгляд, в котором хочется раствориться…

Окружающий нас мир пропал и остались лишь мы двое. Его рука на моей талии, обжигающая даже сквозь ткань. Мои пальцы в его ладони, ледяные настолько, словно я глыба льда. Его глаза, в которых отражаюсь я, почему-то испуганная и потерянная.

Его губы, которые что-то шепчут, но в моих ушах долбит пульс и я ничего не слышу.

– Что? - уточнила через силу.

– Тебе холодно? - он чуть крепче сжал мои пальцы, давая понять, что всё заметил.

Всё ли?

По губам скользнула нервная улыбка и я качнула головой.

– Нет. Просто… А ты изменился.

– Ты тоже.

И снова тишина. Снова молчание. Гнетущее. Непонятное.

И танец завершается раньше, чем всё прояснилось…

– Хочешь выпить?

Наверное, не самое приличное предложение в адрес юной девушки, но я хватаюсь за него обеими руками. Ведь это значит, что разговор ещё не завершен.

Вот только он даже не начался…

– Да.

– Виски? - Миро чуть приподнял брови, но сразу видно - с осуждением.

Хмыкнув, качнула головой.

– Нет. Как насчет вина? Красное полусладкое подойдет.

Кивнул, соглашаясь, но не отпустил, чтобы сходить самому, а, оглядевшись, нашел для нас никем не занятый диванчик буквально на двоих, по дороге отправив за выпивкой официанта. Себе ничего не взял…

– Хочешь меня споить?

Это должно было стать шуткой, но прозвучало глупо, а в его глазах промелькнул укор. Мягкий, но… Неприятный.

Сморщив нос, отвела взгляд, но сразу же приняла бокал, когда мне его принесли. И выпила практически залпом. Да уж, разговор у нас определенно не клеится… Может, если напиться, станет полегче?

А тема всё не подбиралась и я спросила первое, что пришло в голову:

– Почему себе не взял?

– В два самолет. Утром построение.

– Что? Где? - Я уставилась на него в недоумении.

– Я подписал контракт. Ещё на полгода. - Мирослав смотрел на меня, но в то же время как будто сквозь. - На границе с финнами крайне сложная ситуация. Наверное, слышала. Из-за парада планет открылись тысячи опасных разломов. Бойцов не хватает и магов особенно. Меня просили остаться и я согласился.

– Вот как…

Стало так горько.

Глупо. Так глупо!

А впрочем, к черту. Контракт? Отлично!

На полгода? Великолепно!

Как раз хватит времени, чтобы вытравить из памяти даже образ.

Но сначала…