Эпилог

Тихомирова Евдокия Мирославовна родилась в начале июля, когда в регион пришла адская жара.

И кто бы удивился, но только не я - малышка родилась рыженькой и крикливой, всем своим видом давая понять, что ада мы ещё не видели.

Но у нас всё впереди!

К этому времени мы уже сделали в доме перепланировку, оборудовав детскую в соседней комнате, а между комнатами - дверь, чтобы было удобно.

Мирослав переехал ко мне сразу после свадьбы и после тщательного обсуждения всех наших планов и возможностей взял на себя роль управленца, от чего я сама нагло отлынивала. Оказывается, у него даже сопутствующее образование было, а зачистка разломом с братьями, это так - хобби.

Вот только после службы на границе что-то в нем… изменилось. Может быть даже надломилось. Но с тех пор он предпочитал кабинетную работу, а не в поле.

И я не собиралась его в этом упрекать. В самом деле, у меня всё ещё есть Бобров и его деды-отморозки! Есть кому наводить страх и ужас не только на разломных тварей, но и на казахов, которые нет-нет, да и высовывали нос со своей стороны. И тут же по нему получали!

Я понимала, деды не вечны и однажды уйдут на покой, но прекрасно видела - они уже растят себе достойную замену и те же Василий и Феофан с легкостью дадут прикурить всем недоумкам.

Ну а пока…

Всё у нас было хорошо!

Мы разрабатывали разломные недра и отстраивали рабочие поселки. Строили “правильные” дороги. Отдыхали на тропическом озере. И узнавали друг друга.

Дед Лука помог Мирославу обуздать огненную мощь, рвущуюся наружу каждый раз, когда супруг злился, и оказалось, что это были первые проявления хаоса, который тоже в нём проснулся. Когда это стало ясно, то за мужа взялся Мирон и уже совсем скоро Тихомиров вышел на новый уровень силы, одолев аж одиннадцатую ступень и став сотником. И это было здорово!

Удивила Варя, ближе к лету стеснительно признавшаяся, что всё это время продолжала тайком встречаться с Майроном Андрианакисом, и осенью они планируют свадьбу. Сама я этого мужчину так толком и не узнала, но почему-то была уверена - Варя знает, что делает, и обязательно будет счастлива. Обязательно!

На свадьбу князя Горчакова мы не пошли - я дохаживала последние недели беременности, плохо перенося жару, и было не до визитов. Может я и поступала, как обидчивая эгоистка, но мне было плевать. Я не для того живу, чтобы делать неприятные мне вещи.

Рожала я дома, ни минуты не сомневаясь в том, что мне это по силам, тем более всю последнюю неделю с нами жила мама Нюры - потомственная повитуха и травница, да одним глазком присматривал дед Лука.

Роды прошли хорошо, начавшись схватками ближе к полуночи и уже в шесть утра мир огласил требовательный вопль Евдокии Мирославовны.

Самой чудесной малышки от самого замечательного мужчины.

Эта жизнь у меня определенно удалась…

***

Волнения на границе с Османской империей стихли ближе к зиме и тогда же к нам с родственным визитом приехал паши Демирель. Не один. В сопровождении аж трех рот янычар, двух сыновей с семьями и супруги, моей бабушки.

Понятное дело, такую орду разместить нам в доме было негде, но паши был продуманным мужчиной и сначала на территории поставили несколько роскошных шатров с артефактным отоплением, и только потом прибыли сами Демирель.

Их было много, они были шумные, но такие воспитанные и дружные, что все три дня, пока они у нас гостили, я ощущала себя настоящей принцессой - со мной обращались так уважительно и доброжелательно, словно я была не просто внучка паши и хозяйка хутора, а как минимум императрица.

Более того, Демирель привезли мне столько подарков, что мы их только сутки распаковывали, ведь помимо обещанных украшений (это были копии тех, что канули в лету), паши привез подарки на пропущенный им мой день рождения, подарки на рождение правнучки и просто тьму всякого. Условно полезного. Ковры, картины, вазы, антикварную мебель, чеканную посуду - в общем всё, что ценится на востоке.

Этот визит запомнился мне надолго, показав, что не все родственники сволочи. Есть среди них и хорошие! И всё же я с нескрываемым облегчением выдохнула, когда они уехали, а на хуторе снова настала тишь и благодать. Условная, конечно.

Но это была наша тишь и благодать.

Только наша!

***

На одном ребенке мы не остановились. Ведь нам так нравился сам процесс зачатия!

В течение десяти следующих лет у Евдокии появилось два братика: Богдан и Владимир, а потом и сестренка - Есения. Нюра вышла замуж за одного из бойцов, который оказался не самым бойким, но самым рукастым, да и просто сердцу милым, и съехала от нас в свой собственный дом, который стоял на территории бывшего хутора.

Нашла своё счастье и Василиса, и остальные девчата из отряда сборщиков, умудряясь успевать и работу работать, и глазки бойцам строить, чему я совершенно не мешала. Счастья заслуживала каждая.

Сам хутор потихоньку разросся в деревню и уверена, совсем скоро станет и селом, ведь раньше, до того, как регион поглотила аномалия, на этих плодородных землях так и было.

И будет! Обязательно будет!

У Вари родился сын, которого назвали Димитросом в дань уважения греческой родне, и она души в нём не чаяла.

Женился и Родион, найдя себе избранницу по душе. Вернулась из Благовещенска Ольга и мы даже зарыли топор войны, ведь нам больше нечего было делить. Тимофей вроде бы ещё ходил в холостяках, но слышала, живет с девушкой, причем из обычной семьи. Не самой красивой, даже скорее наоборот, но то, что это любовь, я очень и очень сильно подозревала.

Остепенился и цесаревич Дмитрий, отец нашел ему невесту в Европе. То ли в Германии, то ли во Франции… Особо не интересовалась. Главным было то, что в нашу семью он больше не лез. А остальное неважно.

В перерывах между беременностями я всё так же продолжала усиливать себя кристаллами, но теперь уже превращенными в эликсиры, однако пока сумела преодолеть лишь двенадцатую ступень, подтвердив статус паладина. Муж мной искренне гордился, совершенно не мешая ходить в разломы вместе с группами зачистки, но только когда я не была беременна. Правда, подозреваю, это был мой потолок, но… Меня он устраивал.

Ведь главного я уже добилась.

Я была счастлива!