Глава 21

На этот раз, правда, мы не стали долго разлеживаться и я всё-таки оделась в простое домашнее (но очень удобное!) платье, а всё потому, что невероятно резко захотелось есть, да и доченька выразительно пнула по почкам, тем самым намекая, что совесть тоже надо иметь.

И мы вышли из спальни…

Немного взъерошенные, загадочные и крепко держащиеся за руки.

– Барыня, ну наконец-то! - всплеснула руками Нюра, когда мы вошли на кухню. - Ну вы и спать! Здравствуйте ещё раз, Мирослав Михайлович. Ну как?

Лично я вопроса не поняла и с удивлением перевела взгляд на Миро, а вот он, сделав загадочное лицо, чинно кивнул.

– Да вы шо?! Радость-то какая! - Нюра всплеснула руками и кинулась мне на шею - обниматься.

Кхм… Ну и чего я не понимаю?

Аккуратно приобняв девушку в ответ, одними глазами потребовала у Тихомирова объяснений, а он, смущенно потерев костяшками спинку носа, вполголоса признался:

– Мы виделись утром. Сказал, что поехал за кольцом, буду делать тебе предложение.

О…

– Вы ж согласились? Барыня? - Нюра отстранилась и посмотрела на меня так требовательно, словно строгая матушка.

– Согласилась, согласилась, - проворчала, но беззлобно. - Сейчас приедет сотрудница, будет нас женить. Ты меня кормить сегодня будешь? Есть хочу.

– Конечно-конечно! - Тут же забегав по кухне, Нюра в два счета накрыла на стол, причем сразу на двоих, и только когда мы сели, немного растерянно уточнила: - А вот про свадьбу не поняла. Как это?

– Очень просто. - Я понимала, что действительно стоит объясниться, тем более проблемы в этом не видела. - Сейчас приедет сотрудница и быстренько нас поженит. Чтобы ребеночек родился в браке. Сама же знаешь, как окружающие любят злословить. А в конце лета, как рожу, устроим пышный праздник.

Я покосилась на Миро, вопросительно приподнимая брови, и он охотно кивнул, накрывая мои пальцы своей ладонью.

– А-а, вот оно что… - Нюра задумчиво потерла лоб. - Понятно. Но всё равно народ позвать надо, да? И стол накрыть! Как без стола-то?!

Да, без стола никак. Факт!

В итоге, пока Нюра лихорадочно соображала, сколько именно будет гостей и что она успеет приготовить за столь короткий срок, мы с Мирославом поели и я, взяв его за руку для надежности, повела на экскурсию по территории. Он ведь столько всего пропустил!

Пока гуляли, причем выпустив из вольера Манюню и Айлу, которым Миро понравился моментально (и это было здорово!), встретили на своём пути, кажется, всех, кто в это время находился на территории хутора.

А людей у нас хватало!

Это и Василий с Феофаном, несущие дежурство во дворе. Это и Мирон, контролирующий бригаду зачистки, которая только-только вышла из тропического разлома, вынося туши варанов, змей и индюшек. Это и Бобров с дежурным отрядом, заступающим на смену… Верю-верю! Вообще-то пересменка у нас в семь утра и семь вечера!

Или пока я спала, всё поменялось?

Ох уж эти мужчины!

Ближе к военному городку мы и вовсе наткнулись на всю чертову дюжину дедов-отморозков, гоняющих по полигону молодежь, куда они причисляли всех, кто был младше них хотя бы лет на пять. Даже сорокалетних командиров, прежде служивших князю!

Полюбовавшись на это, Мирослав честно признался:

– Знаешь, впечатлен. Нас на границе гоняли меньше. И территория так продумано отстроена… Фантастика. За каких-то полгода, да?

– Плюс-минус, - согласилась, довольно улыбаясь.

– А там что?

– Ангары под технику и ресурсы. - Я не собиралась ничего скрывать. - В одном из них вход в горный разлом. Он открылся через несколько недель после того, как закрыли тропический. Там мы сейчас добываем золото и руду, которую продаем твоему дяде. Но в планах свой завод, а может и полноценный комбинат. Во время парада планет у меня тут столько всего понаоткрывалось…

Периодически перескакивая с одного на другое, я взахлеб рассказывала Миро обо всём, что тут происходило с осени. Он ужасался, хмурился, улыбался… Качал головой и посмеивался.

Но самое главное, что он меня обнимал. Обнимал без остановки!

– Барыня! Барыня! - К нам со всех ног бежала Нюра. - Там это! Брачная распорядительница приехала. Вас зовут.

Ох, черт!

Только сейчас резко сообразив, что я совершенно не готова (даже не принарядилась!), я попросила Нюру проводить даму в беседку, решив, что это достаточно привлекательное местечко, где можно стать Тихомировой, а сама, ускорив шаг (сорваться на бег не позволял Миро), поспешила в дом.

К счастью, одежды у меня всё-таки хватало и я, выбрав среди всех “беременных” обновок самое светлое и легкомысленное платье с кружавчиками, быстренько переоделась, изобразила на голове красоту, подкрасила глаза, подобрала легкие украшения, подходящие к платью и событию, и отправилась обратно на улицу.

А там…

– Ну и как это понимать? - растерялась, увидев, что практически от самого крыльца до беседки (а это не один десяток метров!) с обеих сторон дорожки стоят бойцы в парадной форме с самыми что ни на есть торжественными лицами.

У подножия крыльца стоит сияющий Бобров, причем сияющий не только лысиной и зубами, но и парадной формой с медалями, а у беседки тоже что-то происходит, но отсюда не видно. Рядом с Харитоном Демьяновичем замерла Нюра с букетом из тропических цветов, румяная и счастливая настолько, словно сегодня не у меня свадьба, а у неё.

– Как что? - усмехнулся мой начбез. - Княжну замуж выдаем. Или думала, что пропустим сей знаменательный момент? А хренушки!

Последнее прозвучало даже с некоторым вызовом, отчего я не удержалась и рассмеялась, послушно беря у Нюры “букет невесты” и вручая свою руку мужчине, который был действительно достоин привести меня к жениху.

Почти мужу!

Со стороны беседки донеслась торжественная музыка и я, подойдя ближе, увидела, что вся территория с обеих сторон от беседки полна людей. В основном это были мои гвардейцы, их командиры и незабвенная дюжина дедов-отморозков во главе с дедом Лукой, но хватало и гражданских. Это и сборщики урожая вместе с семейством Воробушкиных, это и бригада строителей под началом своего бригадира - господина Жучкова, и даже некоторые шахтеры с супругами, кто сегодня не был на смене.

Чуть в стороне, но не отдельно от всех, стояли Тихомировы.

Мысленно поморщившись… Неохотно признала, что Миро был в своём праве. Всё-таки это его семья. Патриарх рода - Роман Андреевич, Варвара и Тимофей, а ещё двое незнакомцев среднего возраста, подозрительно похожих на Миро. Точнее Миро был точной копией их обоих, взяв от отца стать и некоторые черты лица, а от матери сочную рыжину и лукавые зеленые глаза.

Сам Миро стоял непосредственно у беседки, которую кто-то, явно облагодетельствованный природным даром, щедро украсил нежно-розовыми цветами, благоухающими так, словно уже вовсю началось лето.

Серьезный донельзя, в темных брюках и светлой рубашке с длинными рукавами, которая была застегнута не до конца, с убранными в хвост волосами, обманчиво расслабленный, но точно дико волнующийся, что было видно по его потемневшим глазам и поджатым губам…

Он был прекрасен, как бог.

Мой бог!

А потом ярко накрашенная женщина в нарядном платье сообщила нам, что отныне мы муж и жена, и бойцы прогрохотали на весь хутор:

– Горько!

Это было чудесно.

Безумно волнительно! И вместе с тем так долгожданно, что мне пришлось несколько раз моргнуть, чтобы не испортить всем нам праздник.

И уж не знаю, кто оказался таким продуманным и сообразительным, но пока мы слушали сотрудницу ЗАГСа и расписывались в ее талмуде, обмениваясь тонкими ободками золотых колец, которые нам, загадочно подмигнув, преподнес на бархатной подушечке дед Лука, но поляну рядом с прудом наводнили сотрудники выездной доставки, так что и пятнадцати минут на прошло, как были накрыты десятки фуршетных столов с самыми разными деликатесными изысками, а между гостями сновали идеально вышколенные улыбчивые официанты с подносами, полными бокалов.

Да уж… На что угодно готова спорить, что это подсуетились Тихомировы! Нюра на такое точно не способна!

Как бы то ни было, мне не на что было ворчать и обижаться. Стихийный праздник оказался организован безупречно, причем без каких-либо усилий с моей стороны, и мне оставалось лишь наслаждаться непривычным статусом замужней дамы, которая (вот это поворот!) стала членом семьи Тихомировых.

Боюсь, игнорировать их и дальше больше не получится…

– Лия, познакомься, пожалуйста.

Выбрав удачный момент, Миро довел меня до своих родственников, которые так и стояли группкой, но точно не чувствовали себя изгоями, весело переговариваясь между собой и уже вооружившись бокалами.

– Мой отец, Михаил Романович Тихомиров. И моя мать - Алиса Борисовна Тихомирова.

– Очень приятно, - улыбнулась немного дежурно, с легкой настороженностью рассматривая родителей мужа.

Уже мужа!

– Взаимно, - сдержанно улыбнулся мне свекор.

А вот свекровь порывисто подалась вперед и крепко обняла, судорожно вздохнув. Я аж на Миро покосилась, одним взглядом интересуясь, чего это она, на что супруг неловко пожал плечами и произнес:

– Мам, ну что ты? Перестань. Жену мне раздавишь.

– Да-да… - Алиса Борисовна отпрянула так же резко, и смущенно повинилась: - Простите. Просто я… Так долго этого ждала! Вы такая красивая пара…

Неожиданно она всхлипнула и, резко отвернувшись, разрыдалась на плече у супруга.

– Ма-а-ам… - как-будто бы даже и слегка испуганно протянул Мирослав, да и мне тоже стало неловко, - ну чего ты…

– Мама переволновалась, - ответил за неё Михаил Романович, глядя на меня и виновато улыбаясь. - Мы действительно искренне за вас рады. Рады, что вы помирились и все недоразумения позади. Простите, мы отойдем.

Было неловко, причем по многим причинам, но я всё равно изобразила улыбку и предложила:

– Можете пройти в дом. Там прохладно и на кухне есть морс и фрукты. Ванная комната сразу налево.

– Спасибо.

Свекор увел расчуствовавшуюся свекровь, ну а мы, переглянувшись с Миро, настороженно уставились на графа. Я так уж точно!

– Поздравляю с бракосочетанием, - улыбнулся он тепло, кивая нам обоим. - Вряд ли удивлю, если скажу, как искренне этому рад. И не потому, что я бессовестный сводник… - Он бросил ироничный взгляд на Варвару, которая сморщила нос, и снова тепло посмотрел на меня. - А потому, что просто рад за вас, дети мои. Позвольте?

Не сразу сообразив, что он хочет, тем не менее догадалась, что скорее всего обнять, ведь он слегка расставил руки, так что первая шагнула к нему, но… Граф Тихомиров завладел моей ладонью и поклонился, уважительно целуя. Словно я была как минимум княгиней.

Выпрямился, накрыл мою руку второй ладонью и легонько сжал.

– Поздравляю. Будьте счастливы. И ещё…

Не отпуская мою руку, он загадочно кашлянул, но посмотрел на Мирослава.

– Так как невеста у нас с роскошным приданым, то я просто не вправе оставить без приданого жениха. Позвольте подарить вам село Пичугино, что на вашей северной границе.

– Пичугино? - Мирослав уставился на графа с нескрываемым изумлением. - Так там же…

– Выход к морю, пристань, которую мы отремонтировали буквально в том году, и цех по переработке рыбы и мяса, - договорил за него граф, кивая, после чего снова посмотрел на меня. - Это меньшее, что я могу для вас сделать. Уверен, вы будете достойными хозяевами.

После этого нас снова поздравили и граф отошел, решив о чем-то перекинуться парой слов с Бобровым.

К нам подошли Варя и Тимофей…

– Ну вот, - немного неловко улыбнулась Варвара. - Теперь и ты Тихомирова. Как ощущения?

– Пока нравятся, - рассмеялась и посмотрела на неё с пытливым прищуром. - Тебя благодарить?

Уверена, она поняла, что именно я имею в виду, потом учто сначала судорожно облизнула губы, но потом кивнула.

– Да. Это я сказала ему.

Она бросила косой взгляд на мой живот, а потом резко вскинула глаза, чтобы посмотреть мне в лицо.

– Но ты же не сердишься?

– Не в этот раз, - улыбнулась, довольно щурясь, и сама шагнула к ней, приобнимая. - Спасибо.

Варя тоже обняла меня, кажется, даже всхлипнув, но вроде бы не расплакалась. А к нам уже шагнул Тимофей.

– И всё-таки мы породнились, - усмехнулся самый заядлый холостяк из рода Тихомировых, тут же выставив ладонь в сторону Мирослава. - Остынь, братишка! Мы даже не целовались. Клянусь своей свободой, которая мне всё ещё мила!

– Катись уже в своё Баку, братишка, - беззлобно проворчал Мирослав, притягивая меня к себе и обнимая так, словно был готов загрызть любого, кто приблизится. - Погостили и хватит. Некоторые Тихомировы хороши только на расстоянии.

– Нет, ты слышала?! - напоказ возмутился Тимофей, глядя на меня с негодованием. - Слышала?! И это любящий родич!

– Ну, так то он прав, - усмехнулась я.

– И ты Брут, - цокнул мужчина, но потом всё же усмехнулся и подмигнул. - Вы правда классно смотритесь вместе. Так держать. Ладно, пойду я… Всё равно у тебя тут ни одной прекрасной дамы, готовой охмуриться. Пока. Приезжайте в гости.

Он был прав - дам и впрямь катастрофически не хватало. Из незамужних на празднике были разве что Нюра, Василиса, да ещё три их подружки из команды сборщиков, а остальные - жены шахтеров и некоторых вояк. Ну и Варя с Алисой Борисовной, но там уже был совсем другой уровень.

Как бы то ни было, я посчитала, что праздник удался, а как стемнело, магически одаренные деды устроили салют, причем точно знаю, один раз под шумок кто-то точно шмальнул из гаубицы.

Да и ладно. Главное, что не по нам и не из танка!

В итоге спать народ разошелся лишь ближе к полуночи, причем пьяных я ни одного не заметила. Бобров бдил!

Разве что Нюра была чрезмерно раскрасневшаяся - сегодня ей перепало от вояк столько внимания, как ни в какой другой обычный день. И было с чего! Девушка она у меня красивая, рукастая. Работящая! Такая жена, уж простите за честность, любого мужчину украсит!

Правда за ней ну о-очень внимательно присматривали братья, так что ни у кого из особо ретивых поклонников не было ни шанса. Только после знакомства с папой Федей. И свадьбы!

Я же, бессовестно наслаждаясь тем, что Миро сегодня был не просто заботлив и предупредителен, а чуть ли пылинки с меня не сдувал, ничего полезного не делала, ни о чем серьезном не думала, а просто пользовалась моментом и была счастлива.

Имею полное право!

А потом была ночь. Наша ночь. Полная любви и нежности. Страстного шепота и бесстыжих стонов. Неги и блаженства…

Ночь, когда сбывались мечты. Ночь, когда я поняла, что эгоизм - это путь в никуда.

Свобода, она… Есть. Конечно, есть.

Но гораздо лучше, когда она общая.

– Я тебя люблю, - прошептала тихо-тихо, но прямо ему на ушко.

– Я тебя люблю, - прошептали мне пылко и прямо в губы.

А потом наступило утро.

Наше утро.