Глава 15

В этот раз парализация длилась намного дольше. Я старалась не впадать в панику и терпеливо дожидалась резолюции Кеймаров. А куда бы я делась? Почти все разошлись сдавать экзамены. Даже Мариту отправили, а то она собиралась из-за меня прогулять. А я пока успокаивала себя тем, что сдачу всех демонических предметов поставили на послеобеденное время. Если очень-очень повезет, то могу и успеть.

К сожалению, по той же самой причине присматривать за мной вызвались тоже свободные Аштар и Хинанда. Я бы порадовалась их заботе, если бы демоны не развлекали себя исключительно демоническими беседами. Хоть я и усердно притворялась, что сплю, но щеки непроизвольно обдавало жаром – от любого поворота разговора, которых скучающие присутствующие не стеснялись.

– В общем, переворачиваю я ее и загибаю поудобнее, – продолжал Аштар очередной рассказ, – а она визжит во всю глотку. Ты мне, дескать, позвоночник сломаешь! И вот держу я ее, понимаешь, за ногу, а сам взвешиваю – как она в разгар страстной игры может думать о всяких там позвоночниках? В этот момент залетает нянька и с размаха бьет меня по затылку стулом. Орет, что и так прислугу всю поискалечили, а мне, семнадцатому сыну, никто права не давал устраивать пытки без повода. И я ведь ей так и не доказал, что никаких пыток там не подразумевалось!

– М-да-а, – задумчиво протянула Хинанда в ответ. – Иногда жалею, что родилась в Сердцевине. Я одному в порыве страсти однажды случайно пару пальцев сломала – так шуму-то было, ты не представляешь. Даже несмотря на то, что бедный потерпевший еще месяц серенады под моими окнами орал и умолял повторить. Люди, не испытавшие настоящей страсти, так мелко мыслят!

– Уж не говори. Хотя мне в Сердцевине понравилось – меня вообще заводит это ощущение, что всякий раз нужно выяснять границы допустимого ущерба. Это делает игру еще увлекательнее, а страстные затеи не повторяются от одной девицы к другой, со всеми выпадает разная роль.

Демоница усмехнулась – видимо, тоже что-то представив. Потом добавила:

– Эх, жаль, что ты с Маритой. Не хочу ее обижать, все-таки своя. А так бы у нас с тобой получилась незабываемая ночка.

– С ума сошла? – голос Аштара прозвучал хоть и со смехом, но уверенно. – Мы бы с тобой друг другу горло перегрызли, выясняя, кто сверху. Ну и целых позвоночников бы точно не осталось.

– Тоже верно, – вздохнула Хинанда. – Тогда очень хорошо, что ты с Маритой. Не будет соблазна проверить. Слушай, а как тебе столичные шлюхи? Лучше ваших, окраинских?

Я стонала безмолвно. Уже пора было привыкнуть к их нравам, но я бы предпочла эти науки на потом отложить. И зря Аштар заверял, что некоторые вещи нужно непременно показывать, ибо не объяснишь. Судя по последним полутора часам – очень даже возможно пересказать любую сцену. И против своей воли узнать, что мужской орган, оказывается, помещается далеко не только в том месте, которое у меня от всех этих бесед пламенем горело.

– Майер? – этого слова от Хинанды я ждала, как самого важного в жизни заклинания. – Вы уже вернулись? Сдали?

– Что за глупый вопрос, Хин? – мой жених вошел в спальню. – Как будто ты не знаешь, что шелле очень сложно не сдать экзамен – мне по крайней мере такой смелый и ответственный преподаватель еще не встретился. Что вы тут обсуждаете?

– Да ничего особенного, пустяки разные. Ой, а почему Айса такая красная?! – демоница посмотрела на меня и вскочила на ноги. – Ей плохо? Эл, глянь, она точно не задыхается?

Если бы мне действительно стало плохо, то эти смотрители бы и не заметили. Я тут три раза могла отдать богам душу, пока они своими пошлостями перекидывались! Но Элвин все-таки склонился надо мной и зачем-то прижал палец к моей щеке. Но о настоящей причине моего состояния не догадался:

– Вроде бы все в порядке. Возможно, уже нужда прижимает – времени-то сколько прошло. А это состояние может затянуться… Какой же я идиот, что не остановил.

– Ты здесь при чем? – Майер отодвинул его и сел на постель со мной рядом. – Все будет хорошо, просто разморозка тканей протекает чуть дольше.

Нужда меня немного беспокоила, и пока я спокойно терпела. Но обсуждать подобное при мне же? Элвин слишком много общается со своей невестой – тоже про границы приличий забывает! Майер придумал способ хоть немного мне помочь:

– Айса все еще в бальном платье. Ей было бы намного легче дышать в чем-то просторном. Надо переодеть. Хин, сделаешь?

– Я? – демоница ему удивленно улыбнулась. – Майер, ты свою невесту, с которой в одной постели спишь, переодеть не можешь?

Я видела, как Элвин посмотрел на друга – и даже скачок эмоций уловила. Проскользнуло что-то противоречивое, наподобие смеси торжества, что мы попались, и тягостного ожидания, что больше на этом не попадемся. Майер не подвел – ни меня, ни Элвина:

– Конечно, могу. Хин, я о другом спросил – одолжишь какую-то свою ночную рубаху? Не хочу копаться в вещах Айсы без ее согласия.

– Принесу через пару минут, – она отреагировала мгновенно.

Получив вещь и затворив за всеми дверь, Майер наклонился ко мне и прошептал в самое ухо:

– В принципе, мы давно с тобой должны были миновать этот этап. Потому надеюсь, ты не возражаешь.

Я определенно не возражала. Мне было плевать, станет ли Майер разглядывать мою обнаженную грудь или бедра, обтянутые кружевными чулками. Мы уже привыкли воспринимать друг друга как данность, стеснение излишне. Особенно плевать мне стало, когда я почувствовала волну…

Точно зная, где стоит Элвин, в каком именно месте он облокотился на шкаф, я ощущала, как по стене ползет его злость и тихое, жалобное отчаянье. Вся поверхность завибрировала этой смесью эмоций, сам воздух вокруг менялся и наполнялся невидимой, но явственно ощутимой тоской. Да, моя способность сильно увеличилась – ее осознание еще сильнее ослабило мои мышцы. И громкие голоса из гостиной зазвучали отчетливее:

– Эл! – его звала Хинанда. – Выпьем за первый экзамен?

– Который ты еще даже не начинала сдавать? – в шутливом голосе Элвина нет ни единой нотки той скулящей тоски, которую я уловила. – Конечно.

– Аштар, иди тоже к камину! – демоница позвала в другую сторону. – Этих двоих ждать не будем. Я бы на месте Майера сейчас повеселилась и подарила дорогой невесте незабываемое удовольствие.

Ей снова ответил Элвин – и так же бодро, но остатки старой волны взрезались новой болью:

– Мы им и не мешаем. Можем вообще перебраться пока к тебе, чтобы никого тут не смущать.

Он отдалился от стены, потому ощущения начали терять остроту. Но моя голова кружилась еще несколько минут. До недавнего времени мне казалось, что я в Элвина влюблена, что я в отчаянии, что меня сжирает ревность. Но в сравнении я, оказывается, не чувствовала почти ничего. Это так ощущает себя дракон, когда его обнаженную женщину трогает другой мужчина и он ничего не может с этим поделать? Это такие мили самоконтроля он выставил перед своим драконьим нутром, чтобы никто вокруг даже не догадывался о его реакциях? И сколько суток, недель, месяцев подобной муки может выдержать сознание?

Отпускало меня медленно, с легкой тошнотой. И каким-то странным ощущением, что я поставила точку в нашей с ним истории слишком рано. Спокойствие Элвина, все наши договоры друг с другом обесценились за эти несколько мгновений, потому что я – и лишь отчасти – почувствовала его настоящие эмоции. Дракон любит единственную – ту, рядом с которой его сердце успокаивается. Элвин сильно далек от спокойствия, но прекратить, остановить себя не может. Пережить любую боль проще, чем попытаться это остановить.

– Ты в порядке, Айса? – Майер уже натянул на меня длинную ночную сорочку и расправлял ее под ногами. – Ты побледнела.

Я моргнула, что означало ответ «да» на его первый вопрос. Эмоции Майера не были для меня так же открыты, как недавние Элвина, но теперь я могла уловить хотя бы их отголоски. Ему тоже плевать, что он только что видел меня совсем обнаженной – он испытывал скорее неловкость от такой необходимости. Но все мысли его там – за той же стеной, где недавно были мои. Наше с Майером равнодушие друг к другу настолько взаимно, что при других обстоятельствах это выглядело бы смешно.

Он аккуратно уложил меня, укрыл одеялом, убедился, что руки лежат удобно. А я, насколько это позволяли возможности, наблюдала за его лицом. Все завидуют драконам – эта истина незыблема среди всех цивилизованных существ. Их магия сильна, всестороння, в крайнем случае они могут принять разрушительную форму и выжечь пламенем армию. Мы почти поклоняемся им, как всемогущим божествам. И мало кто знает, как они уязвимы, насколько сильнее страдают и насколько резче переживают самое для них главное – желание взаимности с единственным во всем мире существом.

* * *

На начало экзамена я все-таки опоздала. Пальцы шевелиться начали через час, а ноги никак не хотели держать тело. А мне еще требовалось привести себя в порядок.

Успела приплестись к кабинету самой последней – комиссия уже расходилась, но завидев меня, преподаватели и их помощники снова расселись по местам и разрешили выполнить задание. Я бы обрадовалась, да только мне это не помогло – не получилось ничего. Даже простейшая задача сузить кожаную петлю у меня не вышла: сначала вроде бы материал начал сжиматься, но потом расправился и, вопреки всем выученным заклятиям, петля расширилась в два раза. Госпожа Аркка была удивлена результату сильнее меня, ведь я уже давно не числилась у нее в отстающих. Но колдовство могло не работать из-за слабости, я все еще не отошла полностью от паралича, а тело надрывалось, удерживаясь в вертикальном состоянии, зато обильно обливаясь потом.

Выйдя из кабинета, я рухнула на ближайшую скамью в коридоре. Но рядом обозначилась Нейра, которая меня как будто дожидалась:

– Ты завалила «Прóклятые заклинания», Айса?! Во ты даешь! Хотя ведь сразу было видно, что ты тупорылая.

– Во я даю, – устало согласилась с сокурсницей. – В начале следующего триместра дадут одну возможность пересдать. Этот предмет для меня самый легкий, потому как-нибудь справлюсь. Сегодня просто не мой день.

Она уселась рядом, нагло подвинув меня и вытянув вперед ноги.

– Да, выглядишь ты неважно, хоть от раны не осталось и следа. Ты ж не подыхаешь от какой-нибудь неведомой болячки? Чур, я на твоих поминках на центральном столе танцую!

После такого радостного прогноза я иронично глянула на нее. Если бы не успела узнать демонов, то могла бы обидеться. Но я уже поняла, что под их грубостью часто таится двойной смысл. В данном случае – забота о симпатичном ей человеке.

– Не подыхаю, Нейра, не переживай. Просто немного перебрала.

– Винца на вечеринке? – предположила она.

Я кивнула, хотя правильным ответом был другой: «Магии после вечеринки». После такого опыта вообще удивительно, что я смогла встать и самостоятельно сюда доплестись. Сейчас во мне возросли обе силы, демонической, по логике, стало еще больше, но ведь и драконьей прибавилось – они там как раз во мне промеж собой воюют, выясняют, кто главнее, а тряска рук и холодный пот на лбу – небольшая плата за место в первом ряду.

Но Нейра подалась ко мне ближе и заговорила тихо, словно делилась какой-то тайной:

– Точно не подыхаешь? Хинанда нам всем пригрозила, чтобы рты на замке держали о твоих вчерашних пьяных кульбитах, но это ерунда. Почему ты не увернулась, когда я кинула в тебя бокал?

– Говорю же – перебрала и равновесие потеряла, – повторила я упрямо.

– Чушь, – вдруг отрезала Нейра. – Нас тренируют лучшие учителя, и мы не теряем равновесия, даже если бочку настойки залпом выпьем. А твою координацию движений я своими глазами наблюдала. С такой ловкостью ты могла через себя два раза перепрыгнуть и на ноги приземлиться. Да и бокал, летевший тебе в плечо, мог воткнуться в шею только при очень большом желании, чтобы он воткнулся именно туда. Потому ты порешь чушь. Зачем-то!

Последнее прозвучало как вопрос, а любопытствующий взгляд шел в довесок. Одногруппница мучилась этой загадкой, но никак не чувством вины за то, что сама вроде как выступила моей обидчицей. Мне оставалось только ответить неопределенно:

– Надо было. Не волнуйся, никто о твоем участии не заподозрил и от меня точно не узнает.

– Понятно, не хочешь говорить, – она вздохнула. – Ладно, выздоравливай тогда быстрее. Завтра сдаем боевую защиту. Противный Ин-Тар наверняка нас с тобой поставит в пару – не со зверолюдом же тебе экзамен сдавать. А я опасаюсь тебя ненароком прихлопнуть!

– Верно говоришь, – я улыбнулась и кое-как встала, бездумно опираясь на стену. – Пойду я, отлежусь.

– Да ты ходишь, как беременная восьмерней козлиха! Проводить?

– Не надо. Спасибо, Нейра.

– А ты уверена? – раздалось мне уже в спину, потому пришлось остановиться, чтобы заново отказаться от заботливого участия. Но я поняла, что неверно уловила смысл вопроса, когда Нейра его уточнила: – Ты уверена, что тебе надо выходить замуж за дракона?

Несколько удивившись, я шутливо переспросила:

– У тебя на примете есть более интересные кандидаты?

Демоница встала, шагнула ко мне. И сделалась притом неожиданно серьезной, каковым был и ее тон:

– Я вчера наблюдала, как ты важна для всех шелле, как они за тебя испугались, как кричала Хинанда в поисках виноватого, а один из маг-шелле сразу поднял тебя с земли. Про твою помолвку многие тут сплетничают. Дескать, ерунда это все, никакой любви или серьезных намерений. Но те, кто вчера это видел, больше слухам не поверят – ты для шелле значима, это неоспоримый факт.

– К чему ты клонишь? – я нахмурилась и тоже посерьезнела.

– К тому, о чем спросила. Ты уверена в своем выборе? Шелле очень тепло к тебе относятся, но ты не одна из них и никогда не станешь. Ты можешь корчить из себя кого угодно, но ты выделяешься из них, как чистокровный демон выделяется из стада белых овец. Да, Майер тебя мог полюбить. Он всегда тебе будет верен, никогда не обидит и будет защищать свою главную драгоценность, как любой дракон. Но это не гарантирует твоего счастья и благополучия, потому что вся его родня – тоже драконы, об этом не забывай. И они тоже будут защищать свою главную драгоценность – то есть его. Я в этих ваших дворцах не бывала, но о порядках в семьях шелле наслышана. Ты, конечно, страшно бесишь, но надо признать, что для человека ты отличный экземпляр. Вот потому я и спрашиваю, Айса: ты уверена, что всю оставшуюся жизнь хочешь провести среди этих снобов, которые всегда будут испытывать к тебе только ненависть? Ты всерьез считаешь, что если станешь жить в их замках и будешь увешана их драгоценностями, то сможешь хоть одну ночь спать спокойно, не опасаясь за свою жизнь?

– Честно говоря, о жизни после свадьбы я еще не думала… Есть ли она вообще: жизнь после свадьбы?

– Ну так подумай, пока не поздно. А вообще мне плевать, куда ты впутаешься со своими тухлыми мозгами.

Выдав последнее, Нейра развернулась и пошагала в другую сторону коридора. Но я еще несколько минут смотрела ей вслед. Вообще-то, она очень искренне и по-дружески все это вывалила, ни единого лживого слова не сказала. Мне как-то раньше казалось, что я после свадьбы смогу держаться в стороне, попытаюсь никого не раздражать лишний раз своей персоной. Но дадут ли мне такой шанс? Я медленно поплелась из учебного корпуса. Остается только порадоваться, что замуж я выхожу не за Элвина, если даже союз с его дальним и не таким высокопоставленным родственником рисуется в столь черных тонах. За Элвина может выйти замуж только Хинанда, об которую зубы сломают все дворцовые интриганы, а для ее убийства пришлось бы здорово попотеть. Но все-таки Нейра поставила очень правильные акценты. Надо будет заранее обсудить с женихом, сможет ли он меня после свадебного обряда выслать в какую-нибудь провинцию – от чужих грехов подальше. Или мы можем путешествовать и учиться в разных университетах десятилетиями, пока я не состарюсь. Судя по характеру Майера, он точно не жаждет поскорее приступить к делам государственной важности, потому этот вариант должен ему понравиться!

Твердо решив проблему своего будущего, я с трудом передвигала слабые ноги. Да что ж такое-то? Кажется, далеко не все мышцы уже вернулись под мой контроль. Но как-то же я сюда добралась! А вот на обратный путь сил не осталось.

Левая нога подвернулась, окончательно отказавшись подчиняться, и я завалилась на край пешеходной дорожки. Зря все-таки не приняла предложение Нейры. Теперь придется дождаться кого-то из студентов и попросить их помочь подняться и все-таки добраться до корпуса шелле. Я не переживала из-за того, что обо мне подумают, как и из-за прохладной земли. В конце концов, кто-то из друзей хватится меня – тут и обнаружит, а им уже и объяснять ничего не придется. Но подумав об этом, я снова покрылась ледяными мурашками. Понятное дело, кто меня здесь обнаружит первым! Ведь он чувствует мою боль и слабость – он уже должен быть где-то поблизости…

Я прикрыла глаза, пропуская через себя волну чужого беспокойства. Элвин уже неподалеку – примерно в десяти шагах за моей спиной, за каменной лестничной перегородкой. Может, просто шел мимо, но уловил мое состояние и подался сюда. Или мое состояние вышвырнуло его прямо из покоев на улицу, не давая права выбора? Я снова попыталась встать хотя бы на четвереньки, застыла ненадолго, чтобы отдышаться и собраться с новыми силами, проклиная себя за то, что оказалась в такой ситуации, когда просто вынуждаю его прийти мне на помощь. Но через секунду удивилась – Элвин продолжал стоять там же, не двигаясь. Он даже не видел меня – просто замер, отслеживая мои ощущения. А потом резко повернулся и пошел в обратном направлении.

Я смогла теперь оторвать руки от дорожки и сесть, тело снова нуждалось в передышке. А разум – в переосмыслении. Элвин просто прошел мимо! Он с полным основанием, рассудочно, ни капли не сомневаясь, оставил меня здесь и отправился по своим делам! Во мне не было ни грамма обиды – лишь какой-то сумасшедший восторг от его поступка. Почему-то я не ожидала, что его решения станут такими простыми и однозначными, а его самоконтроль поражает. Ведь я знаю, что у него внутри болит сильнее, чем у меня. Я лучше всех это знаю! Я бы на его месте уже давно все пустила прахом, но мне попался самый выдающийся соперник. Элвин ради нас обоих всю свою природу смог искромсать в лоскуты. Чистое восхищение!

В его покои я смогла войти примерно через час. До того все-таки поднялась на ноги и добралась до скамьи, где заново договорилась со своими ногами. Зато теперь общую компанию я встретила широкой и совсем не вымученной улыбкой.

– Айса? – Майер обернулся ко мне от камина. – Я уже тебя потерял. Неужели так долго сдавала?

– Так долго проваливала! – оповестила я радостно. – Я завалила самый простой предмет. Где мои поздравления?

Рухнула в кресло. Элвин, который сидел перед доской, поддержал общую интонацию беззаботности:

– Наверняка разрешат пересдать, если хорошо подготовишься. Хотя нам, шелле, откуда об этом знать?

– Действительно, – рассмеялась Хинанда, протягивая мне бокал с красным вином. – Но ты выглядишь так, будто сегодня сдавала магическую защиту, а не пустые заклинания.

– Да, мышцы почему-то отказываются слушаться, – я ответила честно.

На меня внимательнее посмотрел теперь и Витай:

– Неужели не до конца отпустило? Как-то уж слишком долго. Веран, тебе не кажется, что мы поспешили и теперь тело Айсы никогда не восстановится?

Веран вытаращил в страхе на брата глаза. А голос Элвина опять прозвучал с задором:

– Хватит разводить панику. Руки-ноги у нее на месте, замуж выдать сумеем. А как подсказала утром Хинанда, Майеру может даже понравиться ее неспособность шевелиться.

– Когда ты успел стать таким циником, Эл? – Витай строго его отчитал. – Вообще-то, ситуация действительно может быть серьезной. Потом вместе посмеемся, когда все окажется позади. А пока над калеками и инвалидами позволено смеяться только демонам!

Я же смотрела на профиль Элвина и улыбалась. Да он просто мой герой! Совершенное самообладание, непроницаемый эмоциональный контроль! Застывшая в фальшивой иронии маска, которая нас обоих спасет.

Он тоже непонятно чему улыбнулся, глядя на доску.