Глава 19

За дворцовыми воротами открывались изумительные сады, палисадники и цветущие поляны, испещренные пешеходными каменными дорожками, в сравнении с которыми университетские аллеи выглядели сельскими тропинками. Зная, что мне еще представится возможность оглядеться здесь получше, я не останавливалась и спешила вслед за Майером. Встречать нас вышли Элвин и Аштар, а не слуги, это придавало некоторой уверенности в том, что нас не собирались сразу взять под стражу и выпустить из нее лишь обвенчанными.

– Нас с Маритой поселили в одном из тех домиков, – объяснил Аштар, указывая в сторону на хорошенькие одинаковые строения.

– Да, они специально для гостей и созданы, – подтвердил Элвин, подстраиваясь к нашему шагу и указывая путь. – Но это не про вас. Судя по всему, его величество желает за вами присматривать чуть ли не лично. Потому вам выделили комнаты в королевском крыле – раздельные, если интересно. Продержитесь друг без друга еще совсем немного? Судя по всему, свадьба состоится с минуты на минуту, так спешат с подготовкой.

– Преувеличиваешь, – глянул на него Майер. – Уж дождутся, наверное, пока моя матушка переоденется?

– Преувеличиваю, – согласился Элвин и добавил: – Но вряд ли слишком сильно. Наследника престола нет, он уехал с дипломатическим визитом во Вторую Окраину, но даже его ждать никто не намерен. Иногда я начинаю подозревать своего отца в излишней эмоциональности. К чему спешить настолько?

Майер взял меня за руку.

– Да какая разница, если мы все равно этого хотим?

Вошли мы не в центральные двери, где коридором выстроились чуть склонившиеся лакеи. Элвин, будто издеваясь над ними, провел нас дальше.

– Здесь ближе. Поясняю для тебя, княжна, Майер и так знает дворец как свои пять пальцев. На завтра назначен обед с придворными в вашу честь. Я не успел разузнать, приедут ли на свадьбу какие-то почетные гости, но будьте к ним готовы.

Мы попали в широкий коридор с множеством дверей, ведущих в разные комнаты. Скорее всего, здесь размещались члены королевской семьи, родственники и почетные гости во время визитов. Но до нужной спальни в тишине дойти не успели – из дальнего пролета к нам свернула целая группа женщин. Впереди шла особенно выделяющаяся: худобой и ростом она могла посоревноваться с самой Хинандой, густые каштановые волосы были заколоты в высокую прическу с таким невероятным количеством алмазных цепочек, заколок и прочих украшений, что мне стало страшно за ее шею. Зато сразу стало понятно, кто передо мной. Императрица поприветствовала нас ледяным тоном:

– Добро пожаловать. Майер, рада тебя видеть в добром здравии. Сынок, ты даже ко мне не забежал. Нашлись дела поважнее? Так это и есть княжна Имельская? А ты не так дурна, как я надеялась. Свадебное платье еще шьют, завтра к тебе забегут портнихи для примерки. Оно будет восхитительно, даже не сомневайся.

Элвин не был на нее слишком похож, он обладал более мягкими и приятными чертами лица, но желто-оранжевые глаза выдавали их родство сразу. Я опомнилась и присела в глубоком реверансе:

– Благодарю, ваше величество.

Она смотрела на меня столь пристально, что кожа горела. Но кроме взгляда и немного двусмысленной реплики я не увидела в императрице какого-нибудь сдержанного раздражения – она просто разглядывала меня, как неведомого зверя, привезенного ей в подарок из-за моря. Более того, фрейлины, ее сопровождавшие, выражали презрение более открыто – некоторые буквально скривились, то ли прицениваясь к моему дорожному наряду, то ли навеки ставя печать презрения на моем лице. Одна так вообще изображала легкую тошноту от моего присутствия – и выходило у нее довольно артистично.

– Мам, – коротко отреагировал Элвин на все ее вопросы, выступил вперед, кивнул и даже не поцеловал ее в щеку.

Я не могла оценить теплоту их отношений прямо сейчас – у меня самой с родней встречи проходят примерно так же. Но после объятий и нежного утешения, которое проявил Майер к своей матушке, разница бросалась в глаза. Но ведь женщина передо мной – императрица! Наверное, даже объятия с родным сыном позволительны ей лишь за закрытыми дверями. Я ей не нравилась – это было заметно, но я ей не нравилась вежливо, мягко, без атак и выпадов. В отличие от скукожившейся девушки с тошнотой. Приглядевшись, я вздрогнула – та фрейлина тоже принадлежала к роду драконов, вертикальные зрачки не оставляли сомнений. А это означало, что вести она себя может как угодно вздорно – разве что сама императрица ее и осадила бы, если бы повернулась назад и это разглядела.

К счастью, долго нас задерживать она не стала. Элвин сослался на усталость после долгой дороги, а ночь уже близилась – нас с Майером еще надо разместить в выделенных комнатах. Правда, в мою, которая оказалась ближе, вошли все трое. Аштар с удовольствием осматривал обширные покои невесты, Майер устало тер шею, а Элвин объяснял:

– Комната твоего жениха – следующая по коридору. Моя – напротив его. Княжна, если тебе понадобится куда-то пойти, то лучше позови одного из нас к себе в попутчики. Я не утверждаю, что ты чем-то рискуешь, но недовольных вашим браком здесь много – не убьют, так настроение подпортят, уж в этом будь уверена.

Я устало опустилась в кресло, обитое красным бархатом. Тоже не удержалась и, подражая своему будущему супругу, потерла заломившие виски.

– Уже заметила, – признала я. – Одна фрейлина – видимо, драк-шелле – вообще выглядела так, словно готова плюнуть мне в лицо. И, похоже, попробует осуществить, когда ее величества не будет рядом.

– Это не фрейлина, – одновременно сказали Эл и Майер. Последний рассмеялся и пояснил: – Сразу за ее величеством стояла Анабель, жена Тирия.

– Ого-о! – протянула я самодовольно. – Первый день в столице, а уже заполучила такого врага – законную супругу законного наследника престола! И она же станет следующей императрицей. Кажется, этот месяц начинается для меня не скучнее предыдущего.

– Она не враг тебе, – возразил Элвин неуверенно. – То есть Анабель, как и другие осведомленные, винит тебя и твою семью в созданных проблемах на границе. Прости уж им эту неприязнь. К тому же как раз у нее полно причин быть недовольной жизнью, ты далеко не самая главная. Ну, ты знаешь.

– Не знаю! – воскликнула я. – О боги, снова против меня играет неосведомленность в столичных сплетнях? Очнитесь, господа шелле, откуда мне знать, что тут происходит?

Аштар отошел от окна и плюхнулся на диванчик слева от меня. И он был в курсе, что только добавило обиды, зато хоть объяснил:

– Она – законная супруга старшего брата Эла и будущая императрица, все верно. Но она – не единственная для своего дракона. Тирий давно любит свою фаворитку, которая живет тут же, при дворце. И недавно стало известно, что его возлюбленная носит ребенка. Хоть Анабель и выходила замуж, понимая примерно свое будущее, но сейчас у нее не лучшие времена для хорошего настроения. Сама должна понимать с вашей, женской, точки зрения.

– Я понимаю, – кивнула, успокаиваясь и взвешивая услышанное. – Особенно если она еще не понесла будущего наследника… Каково ей будет наблюдать, как ее муж нянчиться с младенцем от другой женщины, в которой души не чает? Уговорили, прощаю ей неприязнь! Я бы на ее месте тоже врагов в каждой встречной видела. А та фаворитка, возлюбленная наследника престола, кто? Ведь ей тоже несладко!

– Всех пожалела, – Майер снова смеялся. – Хотя на самом деле хочешь услышать полный политический расклад, чтобы самой не оказаться в гуще событий. Ирта, любовница Тирия – из старого, но незначительного провинциального рода, она даже не шелле. Потому старается лишний раз носу не показывать на светских раутах. Хотя демонице очень сложно держаться в тени. Наверняка после удачного разрешения родов мы еще увидим ее характер в полной красе!

– Демоница?! – я очень удивилась и глянула снизу на Элвина. – Милорд, да у вас это, кажется, семейное – из всех возможных кандидаток любить только демонов! – осеклась от его взгляда и закончила спокойнее: – Но вам повезло намного больше, вы все-таки женитесь на любимой, избежите всех этих дрязг. Мне удивляться нечему, князья тоже нередко заключают браки по расчету, вот только в таком случае любовниц своих напоказ не выставляют. Но чем больше я думаю об особенностях драконов, тем меньше я завидую вашей доле. Уж особенно доле коронованных отпрысков. Примите еще раз мои поздравления, милорд, что ее избежали!

– Спасибо, княжна, – Элвин скривился в ответ. – Пора расходиться, пока ты не залила меня своим умилением до удушья. Скажи, если что-то нужно, я позову служанок.

Я покачала головой – мне ничего не было нужно. А уж разоблачиться и принять ванну я сумею, за год в университете давно научилась обходиться без посторонней помощи. И все же жаль, что Мариту выселили в домик вне дворца, а Хинанда наверняка сейчас с Элвином, мне бы сейчас не помешала подруга. А уж сколько бы я отдала за одну молчаливую партию в мац-хе возле камина – полжизни бы не пожалела.

* * *

Весь следующий день прошел относительно спокойно, даже обед с придворными обошелся без жертв. Его и ее величество почтили нас своим присутствием, а иначе, боюсь, меня так и пожирали бы со всех сторон брезгливыми, недоуменными или яростными взглядами. По последним я угадывала тех, кто осведомлен о восстании в Седьмой Окраине и штрафе, выплаченном, чтобы уладить последствия. Это остальные лишь рассматривали меня и недоумевали, отчего же дракон остановил свой выбор именно на мне. Но эти люди меня по понятной причине беспокоили намного меньше, поскольку я знала – их мнение обо мне рано или поздно поменяется, а дракон, который женится по настоящей любви, должен вызывать уважение, а не презрение.

С появлением императора и императрицы обстановка резко поменялась на благоприятную. Все дело было в их отношении – они беззаботно расспрашивали нас об учебе, о здоровье господина Дастерса и о том, как теперь студенты организуют праздники. Никакого высокомерия или презрительного выделения именно моей персоны я не уловила. Это же заметили прочие присутствующие за огромным столом и тоже перестали так злобно зыркать. Едва меня кто-то пытался расспросить о семье или родине, как в разговор нагло вмешивалась Хинанда, а ей тут же потакал Элвин. Своей идеальной слаженной командой они защитили нас с Майером ото всех неудобных вопросов, просто не дали им шанса быть заданными. Поговорили и об организации свадьбы – я с деловитым видом обсуждала с самой императрицей, какой цвет роз лучше подойдет к золотому залу, где будет совершаться свадебный ритуал, а какой – к серебряному, где уже расставляют столы для последующего банкета. За столом все усердно изображали, что вовсе не обескуражены такой спешкой – вчера мы только приехали, а завтра уже состоится свадьба. И я как ни в чем не бывало делилась с ближайшей по столу фрейлиной опасениями, как бы мои ноги не устали за целый день от праздничных туфель, а она, растерявшись от моей незамутненной доброжелательности, заверяла, что обязательно распорядится приготовить мне несколько пар на смену – таких, чтобы под мое роскошное платье точно подошли. Мне кажется, я выглядела достойно и в грязь лицом не ударила; родители Майера, которых сегодня усадили напротив нашей пары, улыбались мне все шире. И от их улыбок настроение прибавлялось еще сильнее, ведь именно их мнение обо мне было наиважнейшим.

Обед затянулся на несколько часов – надеюсь, во дворце не все трапезы такие длительные. Уже наступил вечер, когда мы с Майером распрощались в коридоре, чтобы встретиться завтра и войти в новый статус законных супругов. Он наклонился, поцеловал меня в щеку и прошептал в самое ухо:

– Волнуешься, Айса?

– Все меньше и меньше, – честно призналась я. – Если меня не сожрали тогда, когда все вооружились вилками и столовыми ножами, то завтра придворные точно до моей плоти не доберутся. Не хочешь глянуть на мое свадебное платье? Уже должны были доставить в спальню. Знаю-знаю, что это не принято, но не в нашем же с тобой случае.

Он глянул на меня с легкой улыбкой:

– Вот это меня до сих пор беспокоит больше всего – наш с тобой случай. Ты даже не волнуешься о простых романтических традициях, как не волнуюсь о них я. Сомневаюсь, что богиня одобряет такие союзы.

– Одобряет, – решила я за всех небесных светил. – Тогда до завтра, Майер. Надеюсь поразить тебя самым великолепным нарядом за свою жизнь.

Встала на цыпочки и теперь сама чмокнула его в щеку, сжав пальцы на его сложенной руке.

Служанок сразу отослала. Они принесли специальные мази для волос, которые стоит нанести на ночь и сделать локоны податливыми и блестящими. Но я заверила, что с этим справлюсь сама. Времени у меня было достаточно и на ароматную ванную, и на то, чтобы тщательно рассмотреть каждую вышивку на жемчужной ткани. Длинная фата будто гипнотизировала, затуманивала взгляд, но я тряхнула головой и отошла от нее – я не испытывала страха и сомнений, но очень боялась, что начну, и не давала себе ни единой для того возможности. Я долго стояла у окна и рассматривала темнеющие аллеи, многочисленные столичные огни вдали и едва проклевывающиеся из черноты звезды. И не могла поверить, что я здесь, в Сердцевине – жива, здорова, завтра выхожу замуж за дракона, которого не люблю, но которому бесконечно доверяю. Многие о такой судьбе и мечтать не смеют. Я сама, еще какой-то год назад, жила будто на плахе с затянувшейся казнью – и только ждала, когда же придет мой конец. Сейчас я обязана быть счастлива. Целый час я заставляла себя ощущать, насколько же я счастлива.

Устав от этой тяжелой работы, взяла банку с мазью для волос и отправилась в ванную. Но в этот момент в дверь тихо постучали. Я не успела ответить – дверь распахнулась, впуская саму императрицу. Ойкнув, я присела в реверансе, хотя и почувствовала себя неприлично одетой – всего лишь в длинный пеньюар. Ее величество, к счастью, была одна, голосов фрейлин не раздавались даже из коридора. Она махнула рукой, останавливая мои ненужные извинения за вид:

– Успокойся, Айса, я зашла поговорить. Садись.

Отставив банку, я поспешила занять место напротив высокопоставленной особы и ждала, когда она начнет разговор. Показалось, что в глазах ее не было негодования моим поведением сейчас или за обедом – лишь какая-то усталость:

– Итак, тебе здесь удобно? Не нужно ли еще чего? Понравилось ли платье?

– Оно божественно, ваше величество! – я ответила с удивлением, поскольку понимала – не для этих вопросов императрица пришла, они лишь предисловие.

Я не ошиблась.

– Айса, то легкое пренебрежение к тебе при дворе, которое ты уже наверняка ощущаешь, пройдет. Уж я постараюсь поспособствовать, чтобы оно прошло. Через пару недель после свадьбы вы сможете уехать куда угодно. Я приложу все усилия, чтобы к дворцовой жизни тебя не приближали и лишний раз не дергали, ведь вряд ли тебе это вообще нужно. А Майеру это не нужно было никогда.

– Вы очень добры, ваше величество…

Прозвучало совсем уж жалко, так и хотелось в конце добавить «Почему?». Удерживалась я только на воспитании, но любопытство уже начинало превалировать. Императрица чуть склонила голову и, пристально глядя мне в глаза, задала странный вопрос:

– Так вы с Майером полюбили друг друга? Мы очень привязаны к нему и ради него готовы на любую доброту.

– Полюбили, – ответила я. – Разве мы женились бы, вопреки всем предрассудкам, если бы не полюбили?

– Врешь, – она произнесла устало и вскинула руку, прерывая мои реплики. Повторила громче и напряженнее: – Врешь! Не забывай, что говоришь с драконом, очень могущественным драконом, ведь я ровесница моего возлюбленного мужа. Мы чутко улавливаем эмоции своих родных и любимых, но способны хотя бы приблизительно понять и чувства всех остальных людей. Ты не любишь своего жениха, в тебе нет ни грамма страсти к нему или хотя бы влюбленности. – Она резко встала и подошла к окну, отвернувшись от меня. Закончила намного тише и спокойнее: – И я благодарна тебе за эту жертву.

– Жертву? – я повторила эхом.

Она невесело усмехнулась:

– Разумеется. Я вижу твою силу, вижу, как остервенело ты следуешь той сделке, которую заключила с императором. И за это я тебя искренне благодарю. За это же буду помогать тебе здесь, покуда хватит моих сил. За это же мы с его величеством прощаем тебе и твоей семье те проблемы, которые вы создали. Если Имельские князья способны порождать таких детей – они в любом случае выгрызут себе свободу, не сегодня – так завтра.

Я тоже поднялась на ноги, задрожав от неясного волнения. И врать ей почему-то отчаянно не хотела – императрица уже уловила самое главное, потому и другую ложь скорее всего заметит:

– Я не подведу вас, ваше величество, – пообещала тихо, но уверенно. – Я слишком сильно ценю вашего сына, чтобы создать ему любые проблемы. Простите меня за дерзость, я все-таки осмелюсь спросить – почему вы так отчаянно боитесь его выбора? Разве ваш старший сын счастлив от того, что женился на нелюбимой?

– Тирий счастлив, потому что все равно проводит большинство ночей в постели своей любовницы. От его жены требуется только родить нам внука и дальше носить прекрасные платья, которые Анабель очень идут, – цинично объяснила императрица. – Ты, кажется, не поняла самого важного. Элвину с его мудростью, самоконтролем и спокойствием намного проще было бы вынести бремя власти. Если бы боги существовали, то они подарили бы мне сыновей в другом порядке.

У меня от такого неуместного признания дыхание перехватило:

– Вы… вы хотите сказать, что размышляли об изменении порядка престолонаследия?

– Конечно, нет, – она повернулась и посмотрела на меня. – Для империи нет ничего хуже семейных дрязг за власть. Но кто знает, что произойдет в будущем – с Элвином и Тирием, с их детьми или внуками? И это объясняет, почему мы не можем разрешить Элвину допустить настолько глобальную ошибку. Ему в любом случае быть если не императором, так главой рода Ео. На самом деле мы обожаем Хинанду – этого демоненка невозможно не любить, но были против их помолвки как раз на случай непредвиденных изменений. Однако она молода и может родить несколько детей, и, если боги разрешат, хотя бы один из них будет драконом. То есть его брак с Хинандой – не полная катастрофа, в отличие от… – она замолчала и демонстративно глянула на мой живот.

Я бездумно прижала под грудью рукой.

– Вы… вы знаете?

– Да, от Зохара, – подтвердила она. – И этот твой изъян уже не исправить никакой магией, герцог Кеймар подтвердил. Теперь понимаешь, почему я благодарю тебя за твою жертву? Быть может, у Элвина пройдет привязанность к тебе. Или же вы когда-нибудь сдадитесь, и ты попросту станешь его любовницей. Это уже не будет иметь такого значения, если женат он будет на той, кто может произвести на свет дракона и наследника рода или даже короны. Но я своего младшего сына знаю – он не Тирий, он не позволит единственной любимой называться всего лишь фавориткой. Вот именно здесь корни моей благодарности к твоей сдержанности. Сейчас, вблизи, я даже чувствую, какую прочную заслонку ты ставишь перед своим нутром и прочим миром.

– Понимаю, – я смотрела в ее глаза прямо и не отводила взгляд. – Но почему вы так откровенны со мной, ваше величество?

– Чтобы ты хорошо представляла себе ставки, – она медленно направилась к двери. – И чтобы свою душу хоть немного облегчить, пока мой сын сидит под стражей.

Я воскликнула:

– Элвин под стражей?

– Да, – императрица опустила глаза. – Мой сын, моя гордость и наследник лучших черт моего рода сейчас сидит в своей комнате с выставленной охраной.

– Почему же? – я от удивления была готова побежать в коридор и убедиться, что все действительно так.

– Потому что сегодня за обедом я почувствовала, что он крайне близок к тому, чтобы все разрушить. А ставить на твою силу воли я не имела права. Но почему-то сейчас чувствую, что напрасно тебя недооценивала. Думаю, что Элвин ближе тебя к тому, чтобы сдаться, его заслонка уже трещит по швам. В выборе сердца, к сожалению, он оказался больше похож на своего эмоционального отца. Хотя именно за это я когда-то своего мужа отчаянно полюбила и называю единственным на протяжении столетий. Но моя история сразу была другой: я родилась драконом и могла рожать драконов. В твоей истории уже нет важнейших предпосылок, и я очень на тебя надеюсь.

– Я не подведу, – заверила я снова.

Императрица улыбнулась тепло, почти ласково:

– До завтра, Айса. Завтра большой день. – Она уже приоткрыла дверь, но вдруг ее захлопнула и обернулась ко мне, будто только о чем-то вспомнила: – Кстати, раз уж мы нашли общий язык, то предупрежу тебя. Завтра на свадьбе будет присутствовать Зохар Рокка.

– Что?! – я крикнула чрезмерно громко и даже покачнулась.

Но ее величество безжалостно добила:

– Ты слышала. Мы сами его пригласили – и это очень важно с политической точки зрения. Сделай вид, что вообще его не видишь, перетерпи его присутствие всего несколько часов. Он там будет в точно таком же положении. Император смог закрыть вопрос с нападением дракона, но великий князь обвиняет тебя в предательстве и бунте. Центрина не вмешивается в дела Окраин, и даже глядите-ка – отдает дань уважения бедному пострадавшему великому князю. Посуди сама, если Зохар Рокка будет присутствовать на вашей свадьбе, то уже никогда не сможет заявить на тебя права. Глупо будет поднимать вопрос о преступлениях в его землях, если сам пил за счастье молодых и тем признавал за тобой статус шелле. Это цена твоей свободы и благополучия. Сойдет?

Я кивнула, хотя меня страшно замутило. Да, ее рассуждения звучали логично – меня действительно хотят отдать за Майера и так, чтобы даже старый враг больше не смел посмотреть в мою сторону. Вот только императорская чета не понимает. Вернее, они прикладывают все силы, чтобы не понимать. Цена свободы разумная, но речь идет о свободе и жизнях тысяч людей. Завтра я буду сидеть за одним столом с монстром, который уже собрал новую армию для истребления моих земляков. И буду молчать трусливой овцой, как будто волнует меня только собственное благополучие.

Как жаль, что смертельные яды изучаются только на старших курсах, иначе мне нашлось бы чем заняться в предсвадебную ночь. Не может же быть такого, чтобы завтра мы с ним встретились и разошлись в разные стороны, оба – живые и невредимые? И сильно сомневаюсь, что в данную минуту Зохар не думает о том же. Или я вообще о его мстительности ничего не успела узнать.