Глава 47

Кресс тащил огромную корзинку, полную самой разной снеди. Его рана окончательно зажила, и я больше не видела смысле в постоянном присмотре. В конце концов, он уже большой мальчик и вполне может сам позаботиться о своем здоровье. Поэтому я несла легку сумку с покрывалом и ножом для сбора трав, а Кресс тащил на себе все остальное.

Денек выдался по-летнему теплым. Солнце припекало вовсю, и в лесу стоял густой тяжелый аромат нагретой смолы и трав. Под веселое щебетание птиц мы добрались до самой реки, начало которой уходило в горы. По их склонам раскинулись альпийские луга, полные редчайших трав.

Я шла, пританцовывая. Инквизитор маршировал позади, зорким взглядом высматривая противника. К счастью, до сих пор Чаща выводила на нас только тонконогих косуль и наглых ворон.

Не представляю, как Кресс отреагировал бы даже на мирного жителя леса вроде лешего. Меня все еще вело после вчерашнего, а магия так и не вернулась. Если будет драка, я смогу лишь постоять в сторонке, подбадривая всех по очереди.

На большее инквизитор просто не мог рассчитывать. Не после того, что он сделал.

— Напомни, — произнес Кресс, — зачем мы туда идем?

— Насладиться свежим воздухом, поискать красивые цветы, сплести венок, — принялась перечислять я. — Ничего не забыла? Ах да, возможно, на тебя позарится русалка. Тогда в моей жизни на одну проблему станет меньше.

— Зато появится целый орден проблем посерьезнее, — напомнил он.

Я легкомысленно отмахнулась от этого замечания. Мы уже почти пришли к тому место, что я заприметила еще в прошлый раз. Его окружали крупные валуны, покрытые лишайником сверху и мхом у земли, и пестрые левкои. Цветы здесь росли куда мельче, чем в лесу и даже на лугу. В горах всегда было холоднее и ветреннее, поэтому даже самые стойкие растения вынуждены были склоняться к земле и ужимать свои стебельки и листики.

— Тут, — скомандовала я. — Ставь корзину вон на тот плоский камень. Это будет стол.

— Если пойдет дождь, нас смоет, — заметил Кресс и покосился на горный пик.

Над нами возвышался Южный Орленок, самый младший и беспокойный. Гору назвали так из-за гнездовья птиц на вершине. Они и сейчас парили в высоте: едва различимые точки над склонами.

— Значит, будем надеяться, что дождя не будет. Давай поищем что-нибудь интересное.

— Камни? — изогнул бровь инквизитор. — Помет животных?

— Или труп. Не помню, где зарыла последний скелет из своего шкафа. Попробуй отыскать. Мне нужен бокал, а подходящую черепушку найти сложно.

— Ты ужасна, ведьма, — вздохнул Кресс. — Как только тебя Гленна терпит?

Я не ответила, ускакав вверх по склону, где повсюду пестрели маленькие цветочки. Их нежный аромат пьянил. Я склонилась к зеленому ковру, вдыхая запах. Мое внимание привлек яркий золотистый цветок, которого здесь быть попросту не могло.

— Как ты забрался так высоко, малыш? — удивилась я.

Среди травы пряталась примула. Ее нежный бутон раскачивался на ветру, готовый вот-вот оторваться и улететь прочь маленьким зонтиком.

Я сорвала его и принесла Крессу. Инквизитор остался абсолютно равнодушен к хрупкой красоте цветка, и я попросту воткнула его ему в петлицу.

— Что это? — вздохнул Кресс. — Та самая радость жизни?

— Это примула, — гордо произнесла я. — Смотри, не потеряй.

— Почему?

— Потому что это ключ.

— К каменному сердцу карги? — улыбнулся инквизитор.

Я закатила глаза.

— Тебе вообще ни одной легенды не рассказывали? Это же примула. Каждый раз, когда кто-то теряет ключ, на земле вырастает этот цветок. Сорвавший его сможет проникнуть в чужой тайник. Но помни, обронив примулу однажды, ты никогда не найдешь этот ключ снова.

— Глупости.

— Ты ни разу не пробовал.

— Открывать цветком двери?

— Верить во что-то хорошее, — сказала я. — Волшебное.