Эпилог

Это утро началось совершенно обычно: леди Элва проснулась, потянулась и села на постели… Затем окинула взглядом комнату и вздохнула – увы, но лорда Джисперта рядом не наблюдалось. Он опять проснулся раньше и спустился в кабинет, дабы почитать утренние газеты и разобрать корреспонденцию.

Привычка Джисперта была давнишней, и Элва всегда относилась к ней с пониманием, однако сегодня поступок мужа вызвал волну неподдельного раздражения.

Впрочем, в последние две недели леди раздражало буквально всё – от излишне румяного пирога и криво висящего светильника до затянувшихся снегопадов и нового сорта роз, распустившихся в зимнем саду.

Отдельным поводом морщиться и кривить губы была потрёпанная колода игральных карт. Сейчас колода была спрятана в резную шкатулку – подальше с глаз долой, – но забыть о допущенной ошибке не получалось.

Да, карты подвели впервые, один-единственный раз, но как сильно! Ведь на протяжении нескольких месяцев пророчили появление в семье темноволосой девочки, а предсказание… не сбылось. Девочка ускользнула. Сбежала.

Представить, будто произошла ошибка и сокурсница младшего сына, Айрин, никакого отношения к предсказанию не имеет, не получалось. Леди Элва точно знала, что речь именно об этой хорошенькой пейзажистке.

Вот и сыновья, все как один, при виде этой девчонки перья распушили, а она… никого не выбрала, предпочла покинуть резиденцию герцога Раванширского и вернуться в Ристаун. Это было неправильно. Но что тут сделаешь?

Неохотно выбравшись из постели, леди расправила плечи и опять поморщилась. Пихнула ноги в тапочки и отправилась в примыкающую к спальне ванную. По пути, как и каждый день с момента отъезда детей, прикидывала – а всё ли она сделала, чтобы Айрин осталась?

Конечно, Элва немного перегнула. Вероятно, ей следовало действовать мягче, исподтишка, но желание заполучить девочку было слишком сильным. Ну а как иначе? Когда у тебя пятеро не очень-то стремящихся к браку сыновей, проявлять мягкость вообще вредно. Будешь мягкой – никогда внуков не увидишь!

В ванную комнату маркиза вошла чуть не плача. Прав был герцог, который предлагал… стукнуть девчонку по голове, отвести в Храм и выдать за кого-нибудь.

Нет, лорд Стин, разумеется, шутил, но… всё равно был прав! А она, Элва, упустила такую чудесную партию.

И что теперь делать? Собирать чемоданы и ехать в Ристаунский Университет Искусств? Или договориться с родителями Айрин, выкрасть её и…

В общем, планов и вариантов было много. Проблема заключалась лишь в том, что у маркизы никак не получалось выбрать. Предоставлять такой выбор мужу со свёкром Элва тоже не желала. Более того, решила не делиться собственными соображениями до тех пор, пока к какому-то решению не придёт.

Вот эта сложность выбора являлась ещё одной причиной для очень хмурого настроения. Она выматывала, заставляла кусать губы и нервничать.

Пребывая в том же нервозном состоянии, леди приступила к утренним процедурам. Не торопилась, ибо точно знала, что времени достаточно, к завтраку она не опоздает. Ну а если и задержится, без неё всё равно не начнут.

По возращении в спальню Элва ожидаемо обнаружила горничную. Девушка сразу присела в книксене, сказала:

– Доброе утро, ваша светлость. Какое платье подать?

– Бордовое, – буркнула маркиза. – С чёрными кружевами.

Лицо девушки сразу вытянулось…

– Но это так мрачно, – попыталась возразить она.

Леди от возражений отмахнулась. Одевшись, позволила горничной привести в порядок волосы и, в который раз вздохнув, спальню покинула. Отправилась вниз, в большой обеденный зал.

В процессе прогулки думала всё о том же – о сбежавшей из замка невесте. А ещё о сыновьях… Идгард – ладно, ему простительно, но остальные… они же в самом деле жениться не желают. И если раньше такая солидарность со старшеньким вызывала улыбку, то теперь плавно перерастала в глобальную проблему.

Как итог настроение маркизы ухудшилось окончательно, и в столовую она вошла без улыбки. Степенная и решительная, преодолела оставшееся расстояние и немного удивилась, когда Джисперт поднялся, чтобы лично отодвинуть для жены стул.

Герцог Раванширский обнаружился здесь же – сидел в кресле-каталке во главе стола и, в отличие от леди, выглядел очень даже радостно.

– Что-то случилось? – поинтересовалась у свёкра Элва.

– Нет, – ответил тот. – С чего ты взяла?

Маркиза, конечно, поверила. Заняла отведённое ей место, взяла салфетку и вновь удивилась, услышав:

– А может, игристого? – предложение выдвинул Джисперт.

Элва подарила мужу недоумённый взгляд, уточнила:

– Что? Прямо с утра?

– А почему нет? Что нам мешает?

Помех в самом деле не имелось, но… Впрочем, ладно.

– Хорошо, – сказала маркиза. – Давайте.

Тихий хлопок, и слуга принялся наполнять бокалы. Маркиз в это время перекладывал на тарелку Элвы столь любимые женою фаршированные блинчики. И хотя Джисперт всегда был достаточно обходителен, такое поведение заставило насторожиться.

Но ухаживания – это ладно. А вот то, что случилось дальше…

– Милая, знаешь… Я так тебя люблю! – внезапно сказал маркиз.

Элва выпрямилась и глянула остро. Спросила после недолгой паузы:

– Что ты натворил?

– Кто? – мгновенно пошел в отказ Джисперт. – Я?

Леди, невзирая на всю свою сообразительность, решила поверить, но тут в разговор герцог вмешался…

– Элва, а я уже говорил, что ты лучшая невестка в мире? Я даже предположить не мог, что мне в дочери достанется такая замечательная женщина. Я так счастлив. Каждый день богов благодарю!

Всё, кусочки мозаики сложились. Элва отодвинула тарелку, скептически глянула на наполненный игристым вином бокал и процедила:

– Перефразирую вопрос. Что натворили вы?

– Мы? – дружно, но не слишком искренне возмутились отец с сыном. Потом инициатива к старшему поколению перешла: – Милая Элва, уверяю, мы абсолютно невинны.

– Да? – маркиза прищурилась. – А к чему тогда эти признания?

– Да просто любим тебя, – заявил Джисперт.

– Очень, – поддержал Стин.

– Ага, конечно, – проявила благоразумие женщина. Окинула лордов пристальным взглядом и потребовала: – Выкладывайте.

– Нечего выкладывать, – отозвался герцог Раванширский. – Всё хорошо!

Несколько секунд молчаливого противостояния, и леди почти отступила. Но потом заметила, как Джисперт, словно невзначай, отрицательно качнул головой – жест адресовался слуге.

– А ну стой, – обратилась к тому же слуге она. – Ну-ка, объясни, что это всё значит?

– Что «всё»? – побледнев, переспросил прислужник.

В воздухе вспыхнул отчётливый запах заговора, и…

– Я, между прочим, твоя хозяйка, – напомнила леди с нажимом.

– Я тоже хозяин, – встрял лорд Стин. Добавил лукаво: – И жалованье тебе плачу именно я.

На лице слуги отразилась паника – что делать, кому подчиняться… нет, он не знал! Элва сперва хотела настоять, но что возьмёшь с подневольного человека?

Взгляд маркизы вновь метнулся к свёкру, в голосе прозвучали стальные нотки:

– Рассказывайте!

Стин с Джиспертом переглянулись и дружно вздохнули.

– Хорошо, расскажем, – сдался Джисперт. – Но сначала игристое!

Леди сморщила носик. Понимала, что кое-кто желает подпоить, дабы задобрить, но всё-таки согласилась.

Пара небольших глотков, и Джисперт действительно сказал.

– Милая, к нам Осберт приехал.

Элва застыла в недоумении.

– Что? – переспросила она. – Сейчас?

Это было странно. Ведь у Осберта работа, а поводов для визита вроде бы нет.

– И Вирджин с ним, – добавил герцог Раванширский, чем окончательно вогнал леди в растерянность.

Пара минут молчания, и Элва поинтересовалась:

– А почему они не здесь? Почему не за столом?

Вот теперь Джисперт кивнул слуге, и тот радостно умчался, дабы оповестить Осба с Вирджем. Ну а лорд Стин…

– Элва, ты только не ругай их, ладно? Они не виноваты и хотели как лучше.

Маркиза судорожно потянулась к бокалу, сделала большой нервный глоток и лишь после этого спросила, причём вполне ровным тоном:

– Что натворили мои мальчики?

– Да ничего особенного, – отмахнулся герцог.

– А что все-таки натворили вы двое? – прищурившись, поинтересовалась она.

– Мы? Точно ничего! – заявил Джисперт. – Мы чисты, как лежащий за окном снег.

Леди не поверила, однако давить не стала. Повернулась к входной двери, чтобы почти сразу увидеть входящих в столовую сыновей.

Осберт и Вирдж выглядели обыкновенно, зато двигались не так, как всегда. Вроде бы шли, но возникло чувство, что крадутся. И головы в плечи втягивают, и уши как будто прижимают.

Едва парочка великовозрастных оболтусов уселась за стол, а слуги подали дополнительные тарелки и приборы, Элва потребовала:

– Говорите.

– Доброе утро, мамулечка, – попытался напомнить о вежливости Осберт, и леди поняла – ещё миг, и она начнёт убивать!

Мужчины семейства тес Вирион опасность, разумеется, учуяли. Однако прежде чем сказать, Осб отослал слуг и подхватил откупоренную бутылку игристого.

– Это для храбрости? – не выдержав, съязвила леди.

Младший судья Верховного суда Империи отпираться не стал, кивнул.

Будущий великий скульптор тоже закивал, и когда брат наполнил его бокал, осушил залпом. И именно он, младшенький, сказал:

– Мамуль, тут такое дело… Идгард женился.

– Как? – выдохнула Элва ошарашенно. – Когда?

Повисла пауза. Недолгая и не слишком нервная. Мужчины молчали, давая маркизе возможность как следует осознать сказанное.

Потом заговорил уже Осб…

– На днях. Идгард проводил рейд по выявлению и задержанию нелегалов и в процессе поймал одну девушку… Несколько лет назад глупышка прибегла к помощи магов, чтобы заблокировать и скрыть Древнюю кровь, но блокировка слетела, и она пришла, чтобы обновить заклинание.

Глаза Элвы сильно округлились, с губ сорвалось растерянное:

– Что?

Нет, смысл сказанного она поняла, но… Блокировать Древнюю кровь? Разве такое возможно? И… кому это надо?

– Девушка была убеждена, что Древняя кровь не принесёт ей счастья, – верно оценив реакцию матери, подхватил Вирдж. – Мол, свадьба по указанию Храма, все эти ограничения, полное подчинение мужу…

Вот теперь ситуация стала яснее, и леди жестом попросила Вирджа замолчать. Хорошо. С мотивами новоявленной невестки она разберётся позже. А сейчас…

– Что было дальше? После того, как Ид её обнаружил?

– У них случился отклик узоров, – пояснил Осб, – и Идгард… В общем, ты же понимаешь, что за сокрытие Древней крови ей грозило наказание? Вот Идгард и отвёл девушку в Храм. Женился, чтобы вывести глупышку из правового поля.

Элва опять застыла и снова впала в растерянность.

– Что? Только ради этого? – спросила она недоверчиво.

– Нет, конечно, – вздохнул Вирдж. – Девчонка Идгарду понравилась. Вернее, очень понравилась. Я бы даже сказал, что Ид втюрился в неё по уши.

Маркиза подалась вперёд и буквально впилась в младшенького взглядом. Просто эти подробности… они были так прекрасны! Так упоительны!

А самым чудесным являлось то, что у неё, у Элвы, всё-таки появилась девочка!

Вот только…

– А она темноволосая? – спросила маркиза. – И темноглазая?

– Ага, – внезапно развеселился Осб.

Леди отодвинулась и улыбнулась. Правда, улыбка получилась несколько вымученной. То есть это замечательно, что жена Идгарда вот такая, но…

– А ещё у неё очень красивое имя, – продолжил младший судья.

– И характер именно такой, как деду нравится, – подхватил Вирджин.

Упомянутый дед фыркнул и, выхватив из ведёрка со льдом следующую бутылку игристого, принялся воевать с пробкой.

Элва, проследив за реакцией герцога, вновь сощурила глаза и выдохнула, обращаясь к свёкру и мужу:

– Я не поняла, а почему эту новость от меня скрывали? И почему я должна «не ругать» мальчиков?

– Мм-м… – отозвался Джисперт. – Мм-м…

А лорд Стин бабахнул пробкой и всё-таки объяснил:

– Да просто девушка, на которой женился Идгард… ты её знаешь.

– Знаю? – удивилась леди. – Но откуда?

Мужчины семейства тес Вирион переглянулись, и…

– Милая, – наконец, сказал маркиз. – Идгард женился на Айрин.

Элва замерла и хлопнула ресницами. Затем потянулась к бокалу с вином, осушила до дна. Ошарашенно посмотрела на сыновей, на мужа и прямо-таки сияющего герцога и переспросила:

– Айрин? Наша Айрин?

– Ну да, – отозвался Осб.

Леди выдохнула и бессильно откинулась на спинку стула. Мысли закружились калейдоскопом, Элве потребовалось несколько минут, чтобы осознать новость и сопоставить с тем, что было сказано ранее.

Блокировка. Страх перед навязанным браком. Убеждённость в том, что магия ничего хорошего не принесёт…

– Так вот почему Айрин так подробно расспрашивала о Древней крови, – простонала женщина. – А я-то думала, что это обычное любопытство!

Сидящие за столом мужчины заулыбались и дружно исполнились надежды, что буря миновала, но…

– Но на вопрос, почему я не должна ругаться, вы не ответили! – сказала маркиза жестко. – И почему о свадьбе сообщают Осберт с Вирджем? Где Идгард и Айрин? И почему вы… – она строго посмотрела на мужа, затем на седовласого герцога, – так рьяно признавались мне в любви? А?

– Мм-м… – сказал на сей раз Вирджин.

А лорд Стин…

– Элва, милая, вот мы с Джиспертом вообще не виноваты.

– Ага! Как же! – не поверила леди.

Мужчины переглянулись снова.

– Нужно было начинать с другого, – поморщился Осб. – С самого начала.

– С какого такого «начала»? – вопросила Элва требовательно, и теперь уши прижали все, включая престарелого хозяина здешних земель.

– Айрин и Идгард поехали в Демстаун, – попытался увести тему будущий великий скульптор. – А потом и до Раваншира доберутся.

– Не юли! – выпалила маркиза. – С какого «начала»?

– Ну…

Вирдж судорожно вздохнул и поднялся, чтобы отобрать бутылку у деда. Лично наполнил опустевшие бокалы, а вернувшись на место, признался:

– Понимаешь, мамуль… Полтора года назад мы с Айрин были на одной вечеринке, и после лишнего бокала вина она проболталась. То есть призналась мне, что является обладательницей Древней крови.

– Та-ак. – Леди прищурилась. – Что дальше?

Вирдж пристыженно опустил глаза, но всё же продолжил:

– Дальше я сказал Осберту, и…

Они успели! Добрались до библиотеки и заперли дверь на засов! Причём слабое звено в лице престарелого герцога Раванширского, оказалось самым шустрым – лорд Стин крутил колёса кресла-каталки с такой скоростью, что за ним пыль стояла!

Остальные улепётывали не менее активно, однако сравниться с герцогом всё-таки не могли. Медленнее всех бежала леди Элва – длинная юбка вкупе с каблуками и несколькими бокалами игристого в этом деле ужасно мешали.

Когда маркиза добралась до библиотеки, дверь уже закрылась. Леди упёрлась в неё ладошками и, невзирая на нехватку дыхания, взревела:

– А ну откройте!

Только ни лорд Стин, ни лорд Джисперт, ни Осберт с Вирджем подчиняться требованию не собирались. Мужчинами владело вполне естественное желание – им очень хотелось жить!

Осб и Вирдж прибыли первым поездом. Очутившись в замке, попросили разбудить отца и деда и предупредили старших родственников о произошедшем. Реакция Элвы была очевидна всем, и план сложился в считаные минуты. Мужчины семейства тес Вирион точно знали, как поступать!

Побег в библиотеку тоже был спланирован и, более того, подготовлен – ещё до завтрака сюда доставили тарелки с закусками и несколько видов алкоголя.

Уборная тут тоже имелась, так что выдерживать осаду можно было без всяких проблем. Тем не менее мужчины надеялись, что добровольное заточение продлится недолго, и отдельно уповали на слуг…

Последним было велено подливать леди Элве вина, чтобы маркиза подобрела и устала, а в идеале – захмелела и ушла спать. Ну а после того, как первые эмоции схлынут, леди точно станет неопасна, и в данный момент оставалась малость – дожить до этого чуда.

Логика шептала, что всё наладится, что сильная половина семейства обязательно выживет, но пока там, за массивными дверьми, бушевал настоящий монстр!

– Вы! – вопила леди Элва. – Да как вы посмели? Как могли не предупредить меня? Я тут… извелась вся, а вы… Жулики! Прощелыги! Аферисты!

Мужчины слушали и кивали, а Осберт в какой-то момент не выдержал, признался:

– Когда я показал Айрин распоряжение о помиловании, она то же самое сказала.

– Сообразительная, – весело фыркнул маркиз.

А лорд Стин откатился от двери и взял курс на низкий, заставленный бутылками столик. Остальные переглянулись и последовали за герцогом – просто в ближайшее время снятия осады не предвиделось, а если так, то чего на пороге стоять?

Спустя пару минут в тишине библиотеки прозвучал первый из целой череды радостных тостов.

– За то, что у нашей замечательной Элвы всё-таки появилась девочка! – провозгласил хозяин Раваншира.

– За Айрин! – поддержали Джисперт с Осбом.

– За Айрин! – подхватил Вирдж.