Глава 15

Ангелина

- Как хорошо, что вы пришли. Знакомьтесь, это моя подруга Лина, а это Аня, жена Демьяна.

Током бьёт по позвонкам, скрещиваемся взглядами. В её ненависть, что она видит в моём понятия не имею, но мне становится нехорошо.

Мне бы представить Картера, но я не уверена, что голос не подведёт.

Он представляется сам, уже немного освоился в подобных ситуациях, понимает некоторые слова и даже пытается применить. Прямо как сейчас.

- Добрый вечер, Я Кэйн, - получается у него на ломаном русском.

Светлова, не сказав ни слова мне, улыбается ему и подаёт руку.

- Анна, очень приятно.

- Очень приятно, - вторит Картер с жутким акцентом.

- Лиля, - присоединятся Ларина.

И пока она пытается обменяться парой фраз с Кэйном на английском, мы ещё раз смеряем друг друга взглядами.

Отмечаю, что она красивая, яркая, с идеальной фигурой, чуть выше меня ростом, одета дорого и со вкусом. Собственно, рядом с Титовым простушку и представить сложно.

Когда крайний раз ко мне приезжала в гости Юля, мы разговорились, и она рассказала, что Светлова не просто знает обо мне, дико ревнует и на дух не переносит всё, что со мной связано. Поэтому, прийдя в себя, воспринимаю её неприязнь, как должное. Ей и не за что меня любить, она каждый день видит татуировку с моим вторым именем, не каждая так смогла бы.

Демьян подходит к нашей компании.

- Добрый вечер, - голос отзывается побежавшими по спине мурашками.

Кейн тянет руку первым, интересуется, как его дела. Я лишь успеваю вставить - «добрый».

Титов отвечает на английском, спрашивает на каком этапе рабочий процесс. Картер рассказывает, что мы уже успели. Аня зыркает то на Демьяна, то на меня, я же стараюсь на него не смотреть. Ситуация настолько неловкая, что я хаотично пытаюсь придумать повод отойти.

Беседу прерывают хозяева, приглашая за стол. Светлова демонстративно берет Титова под руку и делает всё возможное, чтобы они оказались от нас подальше. Я не возражаю, это прямо подарок судьбы. Не представляю, как весь вечер смотреть на них, сидящих рядом.

Но глаза время от времени, всё-таки, выхватывают картинки с той стороны стола. Он подливает ей сок, она накладывает ему салат, вот прямо сейчас что-то говорит на ухо, прислонившись максимально близко, Демьян, улыбнувшись, кивает, прямо семейная идиллия.

А что я хотела? Они больше года вместе, привыкли, притёрлись. Сейчас даже кажется, что у них все прекрасно. Может, не стоит брать на веру его слова о том, что я не выхожу из головы?

Только тотально поглощает ревность, я даже в студенческие годы так его не ревновала.

Что с головой? Как можно ревновать к жене? Но режущее душу неприятие, распирает черепную коробку до головной боли, мозг не вникает в разговоры за столом, все фоном, а я... Я в гостинице с Демьяном, схожу с ума от ласк и тут же фрагментами представляю, что он делал это с ней, после меня...

Говорю Кэйну, что отойду и спешу скрыться в дамской комнате. Минут пятнадцать занимаюсь самовнушением, что веду себя глупо, хотя бы потому, что всё решила. Я выхожу замуж, какая мне разница до их отношений? Какая мне вообще разница, кто с Титовым? У него и мимо Светловой любовницы водятся.

Вдох-выдох.

Покидаю туалет и иду в банкетный зал. Картер разговаривает с Мельниковым, улыбаюсь. Как у них получается понимать друг друга, один Бог знает. В буквальном смысле на пальцах. Увидев меня, Кэйн что-то говорит Сергею и направляется в мою сторону.

- Отойдем? - обняв за плечи, выводит в холл.

Там практически пусто, Кэйн выбирает дальний уголок.

- Где ты была? Тебе нехорошо?

- Всё нормально, в туалет ходила.

Он трогает мой лоб.

- Ты горишь, может заболела?

- Нет, говорю же, всё в норме. Жарко немного.

- Ладно, - гладит по щеке пальцем, любуясь, улыбается и чмокает в губы. - Ты у меня самая красивая сегодня.

- Я старалась, - улыбаюсь в ответ.

На мне чёрное, блестящее платье, причёску и мэйк сделала в салоне.

И сейчас я признаюсь себе, что мысль о том, что могу встретить здесь Демьяна сыграла не последнюю роль в моём желании выглядеть на максимум.

Картер поднимает глаза, поворачиваюсь за его взглядом. К нам идет Светлова.

Очень интересно. Сердце пропускает удар, за ним другой.

- Уже уходите? - спрашивает деловито, поравнявшись с нами.

- Нет.

- Мне сказали ты замуж выходишь?

Кэйн в непонимании наблюдает за нашим разговором, обычно я ему перевожу, но Светлова обращается только ко мне, поэтому не вижу смысла.

- Выхожу, почему тебя это интересует?

- А твой жених знает, что ты спишь с моим мужем? - с ехидной улыбкой она смотрит на него, затем снова возвращается ко мне.

А меня бросает в жар, с ног до головы.

- Ты это пришла выяснить?

- Ну да. Интересно же, видит он в зеркале рога, которые ты ему наставила с чужим мужиком?

Унижение бьёт хлёсткой пощёчиной. Тело пронзает иглами, кровь набирает скорость и пускается по венам бушующей рекой. Картер переводит взгляд с неё на меня и обратно.

- Что молчишь, может, скажем ему?

Сглатываю, выхожу из ступора. Я тоже кусаться умею.

- А давай скажем. Говори, я переведу. Только прежде подумай о последствиях.

- А что мне твои последствия?

- Не мои, наши, - улыбаюсь.

Она зависает, не понимая к чему клоню.

- Твоими стараниями, Кэйн уйдёт отсюда один, разбираться не станет. А я - уйду с Демьяном. Это я тебе обещаю. И вряд ли он уже к тебе вернётся. Проверим?

Шок на её лице не описать словами, она не находится с ответом, застыла в афиге. Меня трясёт лихо, но я не показываю.

- Энджи, что происходит? - косится на меня Картер.

Молчу, неотрывно смотря в глаза Светловой, в ожидании ответа. Сердце молотит так, что слышу его грохот.

- Ты не Ангел, ты подлая с*ка! - наконец, выплёвывает она.

Разворачивается и уходит, стук её каблуков отсчитывает секунды до моего обморока. Мне так плохо, что едва она скрывается в проёме двери, хватаюсь за Кэйна и начинаю задыхаться.

- Эй, малышка, что с тобой? - он подхватывает за талию и удерживает на ногах.

- Мне нужно на воздух.

*************************

Ангелина

Уже в такси он пытается понять, что же, всё-таки, произошло.

- Что тебе сказала жена Титова?

Мне уже полегче, мы, сославшись на моё состояние, попрощались только с Мельниковыми и уехали.

- Спрашивала о Богдане, они оказывается, знакомы.

- И что с Богданом?

- У них была неприятная история, в прошлом... Не хочу об этом, Кэйн.

Отворачиваюсь в окно. Как же надоело врать, сколько я ещё продержусь? А вдруг он и правда узнает, что я ему скажу? Господи, быстрее бы в Лондон и забыть всё, как страшный сон.

Увидев, что доезжаем до отеля, спохватываюсь.

- Я домой поеду, - кладу руку на его бедро, - сейчас высадим тебя и...

- Нет. Высаживать меня мы не будем. Если не хочешь оставаться, я отвезу тебя, а потом вернусь, - говорит он недовольно.

- Не стоит, Кэйн...

- Это не обговаривается.

Вздыхаю, что тут возразить. Он видит, что чувствую себя неважно, конечно, не отправит одну. Совсем не хотелось, чтобы узнал адрес, но я и так долго оттягивала этот момент.

Убедившись, что я приняла душ, выпила обезболивающее и укладываюсь спать, Картер прощается и уезжает. А я выхожу на лоджию, забираюсь с ногами в темноте на диван и отпускаю себя.

Плачу.

Нет, это не истерика, не крик души, это состояние, когда ты устала морально настолько, что даже на рыдания нет сил.

Слёзы тихо катятся, апатично смотрю на засыпающий город, окна домов постепенно гаснут, всё меньше горящих точек становится на фасадах.

Что не так? Я же разобралась в себе, я всё решила.

Тогда почему так больно? Почему так хочется набрать Демьяна и сказать, как я по нему соскучилась. Почему ломает от желания прикоснуться, вдохнуть его запах, ощутить горячие губы на своей коже? Почему всё так сложно? Когда я избавлюсь уже от этого чувства? А если никогда?

«Ты готова подарить счастье Картеру и всю жизнь притворяться, что тебе от этого хорошо? Носить боль, играть любящую жену, рожать ему детей?».

Господи, что со всем этим делать? С каждым днём увязаю все сильнее в мыслях о том, спасёт ли отъезд в Лондон или ещё больше усугубит.

Засыпаю после двух, долго кручусь, снова одолевают мысли, и нет им ни конца, ни края.

Подрываюсь от звонка и сажусь в кровати. Приснилось?

Но звонок в дверь повторяется.

Темно. Который час?

Тяну с тумбочки телефон - четыре утра, что за новости?

Выхожу в прихожую, смотрю в глазок и сердце делает кульбит.

Открываю, куда и пропал сон - Титов. В той же одежде, что был на празднике, смотрит устало.

- Пустишь?

Отступаю, он проходит прямиком в гостиную.

- Демьян, ты на время смотрел?

- Прости, не было сил ждать утра.

- Чего ты хочешь?

- Тебя.

- Нет. Я же тебе в прошлый раз сказала.

- Тогда кофе сделай.

Идет на кухню, а я возмущенно шагаю следом. Но вместо того, чтобы прогнать его, включаю кофемашину.

Глаза у него невыспаные, вид уставшего человека. Морально уставшего, в точности как у меня.

- Ты откуда вообще? - нажимаю кнопку американо, и пока напиток наполняет чашку, поворачиваюсь к нему.

- Так, по городу круги наворачивал... Думал о тебе...

- И решил, что четыре утра - лучшее время мне об этом рассказать?

- Прости, ломка победила, край нужно было тебя увидеть... Можно я закурю?

- Кури.

Достаю блюдце, даю ему вместо пепельницы и устраиваюсь напротив. В районе сердца тупая, ноющая боль. То ли недосып сказывается, то ли моя депрессия, даже дышать трудно полной грудью.

Он чиркает зажигалкой, затягивается.

- Я соскучился, Лин, - с таким надрывом, болезненно сжимается всё внутри.

- Дём, подожди... В ресторане твоя Аня подходила к нам с Кэйном. Она знает...

- Почему ты так решила?

- Она прямым текстом предложила сказать Картеру, что я с тобой сплю, хорошо, он не понимает. Мне прямо дурно стало.

- Не ведись на её выпады. Ничего она не знает, скорее догадывается.

- Какой ужас сидеть и обсуждать с тобой твою жену...

Встаю и готовлю кофе себе тоже. Сама себя ненавижу. Я всегда осуждала таких женщин, не понимала, презирала. И вот ступила на эту тропинку.

- Лина, я на прошлой неделе планировал поговорить с ней, но её отец попал в реанимацию с инсультом. Несколько дней были адом, между жизнью и смертью. Я не мог бросить её в такой период.

- Я тебя не просила её бросать. И мне сегодня показалось, что у вас всё хорошо.

- Тебе показалось...

Несколько секунд смотрим другу другу в глаза. Демьян тушит сигарету.

- Хорошо у меня может быть только с тобой. Ангел, я не могу смотреть на вас с Картером, мне его убить хочется.

Мимоволи мои глаза увлажняются, закусываю губу, сглатываю.

- Я согласилась выйти за него.

Он застывает на мне потрясённым взглядом.

- Зачем?

- Так будет лучше для всех. Давай больше не будем пересекаться. Знаю, это трудно, но... я скоро улечу, не будет контакта, нас отпустит...

- Стоп, Лина, стоп! Нас не отпустит. Это нас убьёт! Меня то хр*н с ним, себя не закапывай. Даже если не хочешь быть со мной, я тебя, как близкого человека прошу, не совершай моих ошибок, не связывай свою жизнь с нелюбимым.

- Ну жили же мы как-то до этого. И всё было нормально, и мне было хорошо с Кэйном, пока снова не появился ты...

Не нравится Титову сказанное, он злится, снова достаёт сигарету, подкуривает.

- Скажи мне, почему вы приехали вместе, а живёте раздельно?

- Потому что мне нужно личное пространство, личное время и Кэйн уважает мои желания.

- Угу, пространство. Потому что ты его не любишь, Лина! Представь себе, нет Картера, нет Ани, нет обязательств, мы свободны и вместе. Сколько тебе нужно будет ночей в неделю, свободных от меня?

Я уже и забыла, что с Титовым спорить себе дороже, он всегда найдёт железобетонные аргументы.

- Ты обманываешь всех. Картера, себя, окружающих. Тебе нравится жить в иллюзии?

- Ты живёшь в такой же.

- Нет. Я никому не врал, изначально расставил точки. Светлова знала и знает, что я люблю тебя, я сказал ей об этом честно в самом начале. Мои родные знают, близкие друзья, никогда этого не скрывал. Я не играю жизнь, я её живу. Может, не так, как мне бы хотелось, но я честен с собой и с людьми, которые рядом. Нравится им это или нет, это второй вопрос, но меня никто не может упрекнуть в предательстве, потому что Аня сама согласилась на такой расклад.

Делаю глоток и отставляю чашку, даже кофе расхотелось. Встаю из-за стола, отхожу к кухонному гарнитуру и облокачиваюсь о столешницу.

Я все эти годы так старалась выстроить вокруг себя новый мир, отыскать равновесие, но Демьян вновь рушит его до основания. В груди нестерпимо жжёт от его слов, воспламеняется и, словно пороховая бочка, даёт оглушительный залп.

- Я уже родным сказала, что скоро свадьба, Кэйн тоже сказал отцу.

Только сейчас доходит отчётливо, что я наделала.

Он нервно барабанит пальцами по столу, чёрная тень покрывает такое красивое и такое любимое лицо. Смотрим друг на друга угнетённо. От переплетения наших эмоций воздух искрит до скрежета. В каждом вздохе страдание. В необоснованной ревности, что перманентно кроет нас обоих, распарывая вены, вынуждая сердце захлёбываться в собственной крови.

Наконец, Демьян отмирает.

- Ангел, ты не выйдешь за него. Я не хотел тебя ломать, хотел дать время, чтобы сама осознала. Но вижу, ты идёшь не туда, придётся включать тяжёлую артиллерию. Даже если ты не будешь со мной, я расстанусь с Аней. Ещё неделю, поправится её отец, и я закончу эти отношения. Завтра я уезжаю в командировку, приеду к следующим выходным. Даю тебе время разобраться с Картером, если нет, я сделаю это сам.

Он тушит бычок о блюдце, пару шагов и оказывается рядом. Опомниться не успеваю, как накидывается на мои губы.

Жёстко, по-хозяйски, рука захватывает затылок, вторая ложится на поясницу и вжимает в стальной торс. Сдаюсь в секунду. Впускаю настойчивый язык со вкусом никотина и погружаюсь в жаркий омут. Улетаем в отрыв, он уже не целует, трахает - яростно, влажно, со стонами, сжимая до боли ягодицы.

Подсаживает меня на столешницу, обхватываю его ногами, он стягивает верх халата и, надсадно дыша, проходится по плечам.

Схожу с ума от нахлынувших чувств. Несусь по кривой, от болезненного отчаяния, через грозовые тучи до неба в алмазах.

В чувства приводит звонок мобильного, который он оставил на столе.

- Бл*дь! - отрывается от меня Титов.

Снова тянется к губам, давая понять, что не собирается брать трубку. Но я уже очнулась.

- Не надо, Демьян.

Отстраняюсь, давлю ему в грудь, чтобы отошёл и спускаюсь на пол.

Недовольно, он все же подходит к телефону и принимает звонок.

- Алло.

- Где тебя носит? - плачет в трубку Светлова.

- Скоро буду.

- Ты с ней?

Но он отключатся. Смотрит на меня тяжёлым взглядом, незримая ниточка, проложенная между нами минутами раньше, рвётся.

- Уходи, Демьян. - говорю обречённо.

- У тебя есть время до выходных решить вопрос с Картером...

Он уходит, дожидаюсь, когда закроется входная дверь. Бреду туда, запираюсь на все замки и зарывшись с головой под одеяло, пытаюсь понять, как быть и что мне делать. Титов не шутит такими вещами, если сказал, сделает. И если Кэйну расскажет он, не представляю, какая у того будет реакция. Мне нужно сделать это самой, рассказать все, как есть и выбрать. Окончательно и бесповоротно. Выбрать себя или покориться совести. Как быть и как не сойти с ума?