Глава 16

Ангелина

Еле разлепляю глаза. Все-таки уснула, а сейчас солнце светит так ярко, предполагаю, что дело к обеду.

Встаю, на часах почти одиннадцать, иду в душ, чищу зубы. Состояние оставляет желать лучшего. Камень на душе так и не прошёл, душит и угнетает.

На телефон звонит Кэйн.

- Алло! - включаю громкую одним пальцем, потому что наношу крем.

- Привет, я в лифте, открывай.

Блин! Иду открывать дверь, Картер с цветами и пирожными.

- Тебе лучше? - заходит, целует и вручает букет.

- Не совсем, но отоспалась. Спасибо большое, - втягиваю запах, уткнувшись носом в одну из роз.

Голова чумная, он проходит на кухню, кладёт коробку со сладким на стол и зависает взглядом на окурках в блюдце.

Елки! Забыла, совершенно! Внутренности подпрыгивают в испуге, пульс учащается.

Он поворачивается, на лице ураган.

- Это что?

Не знаю, что ему говорить, просто в ступоре смотрю в серые, разгневанные глаза, хаотично перебираю версии и не нахожу.

- Анджелина, кто здесь был, я спрашиваю?!

- Лиля утром приходила, кофе пили.

Он кидает взгляд на чашки и снова сверлит меня с недоверием.

- Что за чушь? У тебя кто-то есть?

- Кэйн, не придумывай, пожалуйста.

- Я задал чёткий вопрос! - раздражённо повышает голос. - Да или нет?!

- Нет.

- Цветы, окурки, в отеле жить со мной не хочешь. Ты меня за дурака держишь?!

- Кэйн, я замуж за тебя выхожу! Что ещё нужно в доказательство?

- Значит так, собираешь вещи и переезжаешь ко мне! Прямо сейчас!

- Почему? - понимаю, что он мне не оставляет выбора, мозг ищет варианты отказаться, но их нет.

- Потому что я хочу, чтобы моя будущая жена проводила ночи со мной! Потому что ты странно ведёшь себя в последнее время! Потому что через месяц максимум мы сыграем свадьбу и будем жить вместе. Каждый день, каждую ночь! Так какая разница, когда это произойдёт, тогда или сейчас?!

Боже! Как же он зол, он мне не верит, насквозь пронзает негодующим взглядом. Если сейчас скажу что-то против, будет взрыв.

- Не кричи, пожалуйста, голова болит.

- Тебе помочь собрать чемодан? - жёстко и категорично.

Он уже всё решил, не спрашивает хочу ли я. Ноздри раздуваются, скулы дёргаются, а у меня нет моральных сил препираться.

- Я сама... Тебе сделать кофе? - пытаюсь как-то наладить контакт.

- Сделай, - его слегка отпускает. Он садится за стол, ставлю перед ним чашку эспрессо, выкидываю блюдце в мусорное ведро и иду в комнату.

Как я могла забыть про эти окурки, про чашки? Да и кто думал, что он придёт? Собираю вещи, вывожу чемодан в гостиную. Картер, услышав мою возню, выходит из кухни. Оказавшись рядом, притягивает к себе за талию.

- Извини, нервы шалят в последнее время, - чмокает нежно в губы.

- Ты уже успокоился? - мягко освобождаюсь из объятий. - Можем ехать?

- Поехали.

- Сейчас, посуду сполосну и вызову такси.

А в такси накрывает.

Куда я еду, зачем? Я не люблю его, ещё несколько дней от секса отделаюсь, а дальше? Но сказать, что я передумала не получается. Спазмом сковывает горло, не представляю его реакцию. Это будет грандиозный скандал, и сама я его не потяну. Пожалуй, подожду Демьяна, с ним не страшно, вернее страшно, но можно спрятаться за эту каменную стену.

**********************

Сегодня четверг. Титов написал, что приедет в пятницу, я не сказала ему, что теперь живу в отеле, не хочу давать лишний повод беситься. Тем более, интима с Картером нет. Он не настаивает, терпеливо ждёт, хотя настроение у него заметно ухудшилось.

Если честно, так от всего устала. Работы тоже невпроворот, Кэйн спешит закончить всё побыстрее, сам работает в режиме нон-стоп и подчинённых дрючит по полной. Я стараюсь быть милой и не напрягать обстановку, чего мне это стоит, одному Богу известно. Чем ближе приезд Демьяна, тем более муторно становится.

Вот и сейчас, сидя за рабочим столом, перескакиваю мыслями от договора с банком, с которым мы заключили договор партнёрства по рассрочке и кэшбеку, на Демьяна, и обратно. Не могу сосредоточиться.

Стук в дверь окончательно возвращает в рабочий режим.

- Ангелина Тимуровна, к вам посетительница.

- Да, пригласите, - поднимаю голову и застываю.

В кабинет входит Светлова.

- Привет, - не дожидаясь приглашения садится на стул по ту сторону стола и закидывает ногу на ногу.

- С чем пожаловала? - не могу сдержать неприязни.

- С новостями, - улыбается она. Вытаскивает из сумочки медицинские документы и кладёт передо мной.

Первое, что вижу - снимок УЗИ, прикреплённый степлером к другим бумагам.

Мозг прошивает мысль, от которой немеют ноги, резко становится жарко и подступает тошнота.

- Я беременна, - со счастливой улыбкой добивает она. - Поздравлений не надо, просто уберись от моего мужа подальше, ему теперь будет не до тебя. Ребёнка он не бросит, так что твои игры на два фронта больше неуместны.

Небо рушится на голову, грудь вспарывает резкой болью. Неимоверным усилием держу лицо, несмотря на то, что в висках стучит набат, взрывая голову сиренами.

- Я, кажется, ясно сказала, что выхожу замуж. Если цель твоего визита уведомить меня, то скажу прямо - мне не интересно. Делись своими новостями с теми, кого они интересуют.

- Обязательно! - произносит торжествующе. - Завтра приедет Демьян, устрою романтический ужин и сообщу. Надеюсь, у тебя теперь не хватит наглости лезть в нашу семью?

- Я на днях улетаю, - вру, но вместе с тем, строю именно такие планы. - Можешь не переживать за свою семью. Желаю счастья. А теперь покинь мой кабинет и не мешай работать.

Стараюсь звучать как можно спокойнее. Но то, что творится сейчас в душе, врагу не желаю.

- Как хорошо, что мы друг друга поняли, - улыбаясь, забирает бумаги и прячет в сумку. - И не звони ему больше, хватит чужого мужика с ума сводить.

Уверенной походкой Светлова выходит, прикрыв за собой дверь, а меня бросает в чёрную бездну.

Поднимаюсь, пол шатается, лихорадочно стучащее сердце запускает пульс в галоп. Шум в ушах и головокружение заставляет снова опуститься в кресло.

У него будет ребёнок! Это конец! Надежда рушится, как карточный домик. Боже, хорошо, что я ничего не сказала Кэйну.

Судорожно втягиваю воздух и разражаюсь слезами. Горькая правда дала под дых и разбила вдребезги мои иллюзии о мизерном шансе на счастье. Рыдаю громко, плевать, что меня могут услышать проходящие под дверью. У меня мир рухнул, стою босиком посреди осколков своих надежд, а самый крупный отрикошетил и попал прямо в сердце, распоров его до крови. Мне уже всё равно. Всё равно, какой дальше будет жизнь, без него всё равно...

До этого казалось, что с Демьяном невозможно ничего построить, теперь кажется, что без него впереди сокрушительная пустота. Значит, не судьба.

Стираю слезы, промакиваю салфеткой лицо. Открыв окно, пару минут стою перед ним, подставив лицо ветерку, врывающемуся в помещение. Затем, приняв решение, резко закрываю и иду к Картеру в кабинет.

Нервы звенят, сердце качает наизнос, отчаяние заполняет трещины сомнений. Не соображаю ясно, на автомате открываю дверь, вхожу. Он, оторвавшись от монитора, в афиге расширяет глаза.

- Что случилось? - встаёт мне навстречу.

Падаю в его объятия.

- Увези меня отсюда, я больше не могу, я хочу в Лондон.

- Объясни, что произошло? - поднимает моё лицо за подбородок.

- Ничего, просто надоело здесь всё.

- Энджи, у нас ещё минимум на три недели работы.

- Ты же планировал прислать вместо себя брата.

- Но я уже вник в дело, и какой смысл ему прилетать под конец?

- Тогда сама полечу, вырываюсь из его рук и иду на выход.

Но он догоняет.

- Стой! Успокойся, - удерживает за плечи. - Я отвезу тебя в Лондон, потом вернусь.

Затихаю, дышу рвано, тяжело даётся, воздуха не хватает.

- Анджелина, присядь.

Он усаживает меня на диван, сам садится напротив.

- Тебе не кажется, что нам пора объясниться? - взгляд серьёзный, напряжённый.

Не кажется. Что я тебе скажу, что изменила? Что хотела остаться с ним, а теперь понадобился запасной аэродром?

- Я ничего не собираюсь объяснять! - выкидываю зло.

Мы ни разу не ругались, я никогда не показывала Кэйну характер, поэтому сейчас он не только в недоумении но и возмущён.

- Что за тон? И что за фокусы? Энджи, имей ввиду, если я надену на тебя кольцо, такого не будет! Я хочу понимать, что творится в твоей голове! И что, чёрт побери, происходит у меня под носом?! - переходит он на крик.

Вскакиваю, открываю окно и хватаю воздух. Так плохо мне не было давно.

- Я просто пришла к тебе за помощью, просто попросила увезти меня в Лондон. Обязательно меня терзать вопросами?! - тоже повышаю голос.

Меня сотрясает злость. Злость на себя, на Картера, на весь белый свет, несправедливый, жестокий и бескомпромиссный.

Он подходит, закрывает окно, нависает, приперев меня к подоконнику. В потемневших глазах бушует ярость.

- Кто он? Я его знаю?

Бах! Бах! Бах! Что говорить? Он не собирается отступать.

- Мужчина, с которым у меня когда-то были отношения. Мой первый, из-за него я уехала в Англию...

Хоть он и подозревал, мои слова производят разрушающий эффект, в глазах вижу уязвлённое самолюбие и разочарование.

- У тебя с ним что-то было?

- Нет...

Сердце разрывается на части. Страшно. От нежного и лояльного Кэйна не осталось и следа. И да, я его понимаю, он чувствует предательство, и мне крыть нечем. Я вру во спасение чего? Не понимаю, дезориентирована, срабатывает инстинкт самосохранения.

- Анджелина, кто он?! - впивается он пальцами в моё предплечье.

- Ты его не знаешь, - смотрю прямо в глаза.

Большего я не скажу, если он узнает имя, он поймёт всё. Что обман начался ещё с первых дней, когда мы с ним попали к Титову в офис.

- Тогда объясни, что между вами произошло. Не просто же так у тебя нервный срыв.

- Не мучай, пожалуйста. Просто помоги мне забыть...

Несколько долгих секунд выдерживаю взгляд серых глаз. Он отпускает мою руку, растираю следы от его пальцев, голова кружится от недостатка воздуха, ощущение, что сейчас рухну.

- Я возьму билеты на завтра. Свадьбу сыграем, как только я закончу в Москве и прилечу, у тебя как раз будет время подготовиться. Но я хочу, чтобы ты понимала - в твоей жизни будет лишь один мужчина, а истерики относительно других недопустимы. Секс раз в две недели меня не устраивает, я хочу полноценных отношений. И своё прошлое, вместе с секретами и триггерами, оставь здесь, в Лондоне мы начинаем новую жизнь, где есть только ты и я. Договорились?

Киваю, к горлу подступает комок, закусываю губу, чтобы не плакать.

Картер обнимает, крепко прижав к себе. Слышу через рубашку стучащее невпопад сердце. Что там на душе, не представляю. Наверное, ему больно, но меня это сейчас не трогает. Мне бы не захлебнуться своей болью, она тотально обложила организм, проникла в каждую клетку и выкручивает суставы до судорог.

*****************************

На следующий день

Солнце закатилось за горизонт, к вечеру разгулялся ветер и стало прохладнее. Безучастно смотрю в окно такси, мимо пролетают автомобили, заправки, и массивы соснового леса, даже не заметила, как свернули с МКАДа. Мельком читаю указатели, отдаляющие нас от города. Обращаю внимание на навигатор, висящий на панели, до аэропорта осталось двадцать минут езды.

Телефон уже пару часов, как отключён. Весь день звонил Демьян. Сначала я выключила звук, чтобы не было лишних вопросов, но больше десятка пропущенных и смс, которые я даже не стала открывать, вынудили закрыть тему радикально. Пусть едет домой, его там ждут с ужином и новостями.

Кэйн не дал мне заехать на квартиру, всё, что касается моей жизни до него, теперь табу. Так и заявил, а у меня пока нет моральных сил отстаивать свои интересы. По дороге в аэропорт заехали к Юле, чтобы оставить ей ключи и попрощаться.

Булатова еще в телефонном режиме, когда я позвонила сообщить, что улетаю, поняла, что что-то не так, но рядом был Картер, и мы ограничились общими фразами. Весь день он не отходил от меня, моё личное пространство больше не моё. Конечно, это связано с моей вчерашней истерикой, я под подозрением и он ревностно следит за каждым моим шагом.

Но, когда прощались, звонок из Лондона дал нам пять минут. Пока Кэйн отошёл ответить, Юля засыпала вопросами.

- Лин, что случилось? Почему такой срочный отъезд? У вас всё нормально? Кажется, он недоволен, - кивает в сторону Картера.

- Юль, я такое натворила...

- Что?

- Я ему изменила...

- О, Боже! - смотрит она растеряно, хлопая ресницами.

- Почему не спрашиваешь с кем?

- Только не говори, что с Титовым.

- С Титовым...

- Офигеть! Он знает? - зыркает на Кэйна.

- Нет.

- Так ты сбегаешь?

- Сбегаю, Юль. От себя. Я тут больше не могу. Себя ненавижу, что влезла к Демьяну в семью, что Кэйна предала, он не заслужил. Он догадывается, не верит мне, нужно зарегистрировать брак и погасить эту историю, чем быстрее, тем лучше.

- Что-то я не слышу радости и желания в твоих словах.

Не успеваю ответить, Кэйн подходит к нам.

- Пора ехать, Энджи.

- Пока, - обнимаю Булатову, Кэйн тоже прощается.

Он открывает мне дверь, сажусь в машину. Глаза Юльки увлажняются, из моих тоже срывается слеза. Смотрим друг на друга через стекло, пока водитель трогается с места. О чем она думает? Осуждает, жалеет? Как же всё изменилось за эти четыре года, наверное, я здесь, действительно, чужая, больше не вписываюсь в их жизнь...

Задумавшись о разговоре с Юлей, поднимаю глаза и наблюдаю за взлетающим самолётом. Он набирает высоту и через несколько минут скрывается в облаках. Скоро и я поднимусь над Москвой и оставлю за бортом все свои мечты, чувства и боль. Надеюсь, что оставлю, потому что то, как я чувствую себя сейчас, невозможно выдерживать долго.

Кэйн, увидев, что помрачнела, накрывает мою руку.

- Малышка, не грусти, всё будет хорошо.

Выдавливаю благодарную улыбку, а потом, словно током шарахает.

Боковым зрением улавливаю движение позади, поворачиваюсь - за нами на полной скорости несётся чёрный БМВ. Ровняется с такси и подрезает. Водитель виляет вправо, а потом смекает, что это целенаправленно. Потому, что Бэха не даёт ехать дальше, прижимая к обочине.

- Твою мать, что он творит, что ему нужно?! - орёт испуганный таксит.

Мои внутренности скручивает спазмом, ноги врастают в днище. Смотрю на Демьяна испуганно, он же нас сейчас отправит в кювет! Титов показывает остановиться, Картер испуганно вопит:

- Stop! Stop!

Останавливаемся. Демьян выходит из машины и идет на мою сторону. Открыв дверь, сверлит гневным взглядом.

- Выходи!

Очумевшие водитель и Кэйн таращатся на Титова, я вообще в ауте, не понимаю, это явь или мне снится. Тёмные глаза мечут молнии, скулы ходят ходуном.

- Лина, выходи!