Глава 30

Ангелина

Четыре месяца спустя

Доезжаем до «Бессонницы», водитель открывает мне дверь, Демьян помогает выбраться.

Сегодня у Айдара День рождения, и у меня было отличное настроение, но пять минут назад Юля написала, что они уже в ресторане и там Светлова. Закрадывалась такая мысль, но Аня уехала в Питер, сразу после того, как узнала о моей беременности. По слухам, нашла там работу и даже мужчину.

- Ты себя нормально чувствуешь? - спрашивает Демьян, когда попадаем в холл. Видать на лице написано, что я прочитала не совсем приятную новость.

- Нормально, - отвечаю уверено, но на самом деле, неприязнь пробегает холодком по внутренностям.

Он притормаживает меня, кладёт ладонь на уже заметный живот и целует в нос.

- Если устанешь, сразу говори, поедем домой. Из-за меня сидеть не нужно, договорились?

- Угу, - киваю, улыбаясь.

Это он мне припоминает позапрошлые выходные. Мы с Булатовыми пошли на хоккей, и я там замёрзла, но ничего не сказала ему, потому что оставался перерыв и последний период. Они с Максом так азартно болели, не хотелось портить настроение. За что и выслушала после, когда он отпаивал меня чаем в машине.

Демьян открывает мне дверь, пропускает вперёд, и я тут же встречаюсь взглядом со Светловой. Они стоят в паре метрах вчетвером - Айдар с Аглаей и она с мужчиной лет тридцати.

Подходим, здороваемся, поздравляем именинника.

- Оу, дружище, спасибо! Подарок от души! - восклицает Алиханов, заглядывая в подарочный пакет. Титов купил ему часы Hublot, стоят они целое состояние.

- Носи с удовольствием, - приподнимает уголок губ. А Аня, не сводя глаз, сканирует каждый его жест.

- Пойду встречу родственников, - отвлекается Айдар на вошедших родителей Аглаи.

- Я скоро, - говорит она по большей части Светловой, и тоже спешит к ним.

- Не знал, что ты в Москве, хорошо выглядишь, - обращается к ней же Демьян.

- Спасибо.

- Анюта, может ты нас познакомишь? - вклинивается её бойфренд.

- Знакомьтесь, Саша, Демьян...

А дальше зависает на мне взглядом, приоткрыв рот, делая вид, что она забыла моё имя.

- Лина, - протягиваю ему руку.

- Очень приятно, ждёте пополнение?

- Да.

Не нравится Титову нескрываемая антипатия со стороны бывшей.

- Хорошего вечера, - бросает он сухо. Обнимает меня за талию и отводит в сторону к Булатовым, те разговаривают с Ильясом и его женой.

- Надеюсь, ты не впечатлилась показательным выступлением?

- Нет, конечно.

- Ну и умница.

Меня и правда, отпустило, какая-то она жалкая в своих попытках хоть чем-то задеть.

А в разговоре за столом выясняется, что Светлова в Москве не ради праздника. Её Сашу назначили управляющим в одном из столичных филиалов банка, в котором он работает, и они перебрались надолго.

Кроме этой информации, меня шокирует, сколько она пьёт. Титов не комментирует, но тоже время от времени поглядывает, как её бокал с каждым тостом опустошается до дна, и она веселеет на глазах.

Кладу руку на живот, ощущая шевеление. Реакция на мою нервную рефлексию, снова присутствие рядом этой женщины отзывается тревогой. Не знаю, почему.

Тише, солнышко, - проговариваю про себя, - Всё хорошо.

Но заверяя малыша, сама уверенности не чувствую. Зачем её снова судьба к нам закинула?

У нас всего несколько месяцев, как улеглось. Демьян, как и обещал, всё разрулил с наименьшими потерями. Милана развелась на своих условиях. Новак улетела в Монако, и вряд ли вернётся в скором времени, здесь ей светит статья. Глеб её подставил, сам выйдя из воды сухим и чистеньким.

Мне рожать через три месяца, не хотелось бы пересекаться со Светловой в этот период. Может, я себя накручиваю, но есть стойкое ощущение, что она желает нашему ребёнку плохого и проклинает в душе.

Неспокойно как-то, тягостно. Поворачиваюсь, выискиваю глазами Демьяна среди мужчин, выходивших покурить. Но его нет.

Накидываю пальто, иду на улицу. На крыльце пусто, все уже вернулись в зал. Макса и Ильяса тоже не заметила. Значит поднялись раскатать пару партий в бильярд.

Спускаюсь, метрах в трёх присаживаюсь на лавочку, дышу глубоко. У страха глаза велики, здесь всё кажется не таким трагичным, глажу живот, прижимаю ладонь в месте, где снова был пинок.

- Ну чего ты, маленький? Напугала я тебя?

- Мальчик будет?

Поднимаю глаза, натыкаюсь на кошачий взгляд Светловой. Не слышала, как она подошла.

- Не знаю, узи только через неделю.

- Она садится рядом.

- Ну как ты поживаешь, как оно, не жмёт чужое счастье?

- А ты всё злостью захлёбываешься, жаль тебя...

- Не надо меня жалеть, неискренне и так снисходительно. Я в жалости не нуждаюсь. Меня любят, заботятся, уважают... не изменяют, когда захотелось сменить картинку.

- Если так всё было плохо, за что ты тогда боролась?

Она задумывается, свернув губы трубочкой. Хмельные глаза ползут под лоб, изображая мыслительный процесс.

- Мне ошибочно казалось, что счастье - это быть с тем, кого любишь.

- Теперь думаешь иначе?

- Угу, - она улыбается, - теперь считаю, что счастье - это жить в равновесии. А равновесие - это справедливость. И все эти месяцы меня не покидает мысль, что ты оказалась на моём месте несправедливо. У тебя и так было всё, о чём только можно мечтать - богатый папочка, жизнь в Лондоне, статусный миллионер с обручальным кольцом. Но тебе оказалось мало, тебе нужно было ещё и Демьяна в придачу. Я вот сейчас думаю, может твой Картер в постели не справлялся, мм? - звучит с явным издевательством.

- Светлова, тебе к психиатру. Твоё равновесие уже только там искать.

Встаю, с желанием уйти от её пьяной паранойи, но она кидает вслед.

- Что, колет правда? Подожди ещё, бумеранг прилетит! Всё в жизни имеет свою цену!

Идиотка. Осознаю, что дама перепила, осознаю, что ею руководит обида, но мелкая дрожь пробегает по телу, становится страшно.

- Ты что там делала? - Демьян вышел на крыльцо, видимо, в поисках меня.

Вглядывается в темноту позади, и я понимаю, что Светлову он точно не видит, иначе была бы другая реакция. Поворачиваюсь, её и правда нет. Спряталась? Или у меня уже тоже с головой что-то?

- Дышала. Дём, поехали домой.

- Устала?

- Угу.

- Поехали.

Заходим внутрь ещё раз попрощаться, а когда наша машина отъезжает от ресторана, оглядываюсь назад. Не покидает чувство, что спину прожигает ненавистным взглядом кошачьих глаз. Но туда, где достаёт свет фонарей, никого не видно. Я просто знаю, что она где-то в темноте, тешится мыслью о силе бумеранга.

- Обними меня, - говорю Демьяну.

Он укрывает рукой, словно крылом и привлекает к себе.

- Лин, у тебя всё нормально? - поднимает моё лицо за подбородок.

Утыкаюсь ему в шею, вдыхаю родной запах.

- Уже да.

***

Неделю спустя

- Так, сердечко в норме, сейчас посмотрим сосуды, - говорит врач, водя по животу ультразвуковым датчиком. - Замечательно. Рост - 34,2, - диктует замеры ассистентке, которая записывает данные.

Кидаю взгляд на Демьяна, он не дышит, замер, всматриваясь в изображение на мониторе.

- Пол будем смотреть? - хитро улыбается мне узист.

- Да, - чувствую, как начинает трепыхаться сердце.

- Кто у нас тут? А у нас тут девочка, - спускается ниже, показывая крохотное личико. - Видите, чем забавляется?

В этот момент малышка тянет в рот большой палец, и у моего Титова увлажняются глаза. Ни разу такого не видела. У самой ком в горле образовался, сглатываю, какое-то летящее чувство восторга одолевает.

- А реснички какие, а! Как у мамы, - приговаривает доктор, увеличивая изображение, и мы чётко видим малюсенький носик, глазки. С ума сойти, наш ребёнок, как наяву!

Демьян поворачивается ко мне, улыбается и берёт за руку, а потом снова возвращается к монитору. Сжимаю, чувствую тепло двух любимых сердец, снаружи и внутри, затаив дыхание, всматриваюсь, запоминая каждую деталь, и безумно хочется, чтобы время до родов прошло быстрее. Прижать, поцеловать маленькое солнышко, сопящее сладким сном на твоих руках.

Через несколько дней

Демьян

Ночной звонок врывается в мой глубокий сон. Тяну телефон с тумбочки. С первых секунд не совсем понимаю, почему я не дома. Ах да, мы же на базе отдыха.

- Алло!

- Дём, это Юля, - плачет она в трубку. - Макс... мы поссорились, он поехал к вам. У него телефон отключён, а сейчас мне позвонили, сказали, что он попал в аварию, и его увезли на скорой. Найди его, пожалуйста!

Смотрю на спящую Лину, встаю и спускаюсь вниз. Ей сейчас лишние нервы ни к чему.

- Юля, успокойся. В какую больницу увезли?

- Не знаю, выясни, пожалуйста.

- А он точно сюда поехал?

- Да, он написал мне и отключил телефон.

- Я выезжаю. Как только что-то узнаю, сразу наберу.

Отключаюсь, впрыгиваю в спортивный костюм, кроссовки и выезжаю.

Что там у них случилось, что он помчался среди ночи? Смотрю на часы на панели - три сорок. Мы поехали отдохнуть на базу с Айдаром и Аглаей, они позвонили, что Егор заболел, и составить компанию не получится. Бред какой-то, поскандалить за полночь и куда-то сорваться. Давно Булат с катушек не слетал, очень давно.

Сжимаю руль, нервяк пробегается по позвонкам, тревога топит по венам ускоренным пульсом, рой вопросов разрывает череп. Где его искать?

Если Юле звонил не он, значит увезли без сознания.

Напряжённо вглядываюсь вдаль в желании увидеть разбитую машину, на обочине или в кювете. Куда он успел доехать? А может написал ей одно, а сам подался в другую сторону. Как дети, блин. Двадцать минут мчу сто семьдесят и ничего - пустынная ночная трасса. Во сколько же он выехал из дома?

Беру телефон, надо ещё раз выяснить у Юли что к чему. Захожу в историю звонков, заношу палец ткнуть в последний принятый и зависаю.

Неизвестный номер.

Булатова у меня подписана, не могла же она с другого телефона звонить, спросонья не посмотрел.

Что-то неприятно шарашит по голове, я и сам пока не соображаю, почему. А потом набираю номер Юли и слышу её сонный голос.

- Алло.

- Юля, привет. Ты мне звонила минут двадцать назад?

- Нет, что-то случилось?

- А Макс где?

- Спит, дать трубку?

- Нет.

Отключаюсь, с визгом поворачиваю назад.

Мозг пронзает догадка. Это не просто чья-то шутка, меня ловко выманили из коттеджа. Зачем?

В груди вдребезги разбивается стекло и рассыпается по организму, раня острыми краями. Руки не слушаются, окаменевшая нога выжимает педаль газа на максимум.

Набираю Лину, вызов идёт, но ответа нет. Звоню снова, та же история. Что, бл*дь, происходит? Не успеваю отложить мобильный, звонит Айдар.

- Да! - уже понимаю, что-то случилось.

- Дём, вы где?! У вас коттедж горит!

- Твою ж мать! Там Лина!!! - ору, как не в себе.

- А ты?

- Уехал! Возвращаюсь! Вытащите её оттуда, она трубку не берёт!

Я сам горю, полыхаю с треском, плавлюсь от безысходности, несясь на бешеной скорости...

Пизд*ц всегда где-то рядом и параллельно. Паника. Впервые в жизни я её ощущаю так ярко, содрогаюсь от таранящих мозг мыслей. Они с хрустом расходятся трещинами, сердце фигачит на холостых из последних своих сил.

Назад долетаю минут за десять, но временные рамки разорваны в клочья, по ощущениям я ехал бесконечно долго.

Уже издали вижу пламя и чёрный дым. У коттеджей первые этажи каменные, внутри декорированные деревянными балками, зато верхний этаж полностью деревянный. Мы спали на втором, зачем я её оставил?

Хочется волосы на себе рвать, перед глазами проносятся ужасающие картинки. Я слепну в зареве слайдов и в дыму, в котором последние запасы кислорода оставляю. Проклинаю себя, что не разобрался, что бросил её одну.

Их. Двух беззащитных девочек бросил без помощи.

Еду прямо по аллеям, по клумбам напрямую, глаза видят только полыхающий впереди пожар. Вокруг собрались люди, скорая уже здесь. Огонь добирается до второго этажа стремительно, лестница внутри деревянная, молю Бога, чтобы уцелела. Мне бы наверх добраться, а там...

Колотит, накрывает диким ужасом.

Нет! Нет! Отвергаю, потому что сдохну быстрее чем до мозга дойдут последствия.

Выпрыгиваю из машины, бегу в гущу. Навстречу бросается Аглая в слезах.

- Дём, Айдар не смог, там балка обвалилась, - её трясёт нереально.

Боковым зрением вижу, как медики оказывают помощь Алиханову, прямо на траве возле машины. На ходу отодвигаю Морозову, несусь в коттедж.

- Ты куда?! - кто-то кричит сзади.

- Мужчина, уже пожарные едут!

Какие, на х*р пожарные, там Лина с ребёнком. До последнего отбрасываю мысль, что их больше нет.

Двери выбиты, набираю воздуха и врываюсь в гостиную, вернее в то, что от неё осталось.

- Лина!!! - ору, понимая, что ответа не услышу.

Понимаю, но агония выворачивает нутро наизнанку. Я не в себе.

Где-то вдали раздаётся звук пожарной сирены.

Чад и дым режут глаза, пламя вокруг опаляет кожу нереальным жаром, но я ничего не чувствую. Словно в компьютерной игре, полный отказ систем самосохранения, мозг запаян на цель, мне нужно спасти их, либо моя жизнь закончится здесь и сейчас. Но в отличие от виртуального мира, пройти тот же уровень ещё раз, возможности не представится.

Лестница обгоревшая, перил больше нет, но я, не задумываясь, бегу вверх. Глотка забивается гарью, едким дымом режет глаза, кроссовки плавятся, вместе с ними и кожа на ступнях.

Ступенька за ступенькой рассыпается вслед за мной, но я каким-то чудом добираюсь. Страха погибнуть нет, есть только дикий, всепоглощающий страх обнаружить Лину мёртвой.

- Лина! - забегаю в спальню.

Окно открыто, она лежит рядом животом вниз. Сирены приближаются.

Падаю рядом на колени, переворачиваю её, пробую пульс на шее - бьётся.

Ведь бьётся? Трясу её, но она в бессознательном состоянии.

- Лина! - голос дрожит, сердце захлёбывается болью.

Что дальше? Спуститься не вариант, лестницы больше нет, огонь охватил уже две стены и подбирается к потолку. Окно в спальне расположено ближе к углу, по всей видимости, она тут и пряталась. А может и на помощь звала, только кто тут услышит, комната выходит окном на реку.

Подрываюсь на ноги, выглядываю в окно, прикидываю высоту - бред, не выбраться. Додумаются ли пожарники кинуть сюда лестницу, и достанет ли она сюда, подъехать неудобно.

Но они подъезжают, одна машина тушит напором воды горящую стену, с нашей стороны, вторая умудряется притиснуться и вытащить лестницу.

- Быстрее! - зачем-то ору, хоть они и так действуют оперативно.

Огонь подбирается по полу к лежащей Лине. Подхватываю её на руки, сам чувствую головокружение и слабость.

Нет, мне нельзя! Высовываю голову на воздух, но и так уже не продышаться, лёгкие забиты копотью, дышать становится всё труднее с каждой минутой.

Наконец, я вижу на досягаемом расстоянии конец лестницы, к нам поднимается паренёк.

Добравшись на уровень окна, быстро оценивает ситуацию.

- Внутри есть ещё кто-то?!

- Нет!

- Давай мне девушку, потом спускайся сам! - показывает, что у него есть чем пристегнуть её к себе.

Передаю, помогаю с ремнями, сам еле стою на ногах, мне всё хуже. Дожидаюсь пока они спустятся на пару метров и следую за ними.

Медики уже ждут внизу с носилками, с ними Айдар с перевязанной головой и рукой с лангетой, видать сломал.

- Быстрее! Отвезите в больницу мою жену! - кричу, едва оказавшись на земле.

- Я всё объяснил, Дём. Лину там уже ждут, - пытается он меня успокоить.

Её забирают, спешно грузят в скорую.

Наблюдаю, как в страшном кино. На неё тут же надевают кислородную маску, пробуют пульс, вводят катетер.

- Вам помощь нужна? - спрашивает медсестра, пока врач возится с Ангелом.

- Нет, жену с ребёнком спасите, - забираюсь на свободное место возле носилок, дверца за мной захлопывается, и сев за руль, водитель срывается с места.