Эпилог

- Ну, мы сегодня соберёмся на десерт? - сокрушается свекровь. - Усаживайтесь, где дети?

Сегодня день рождения Демьяна, и отмечаем мы его у родителей. Почему? Не знаю, им так захотелось, а мы не отказались. Потому что завтра вылетаем на отдых, и я кучу времени потратила на сбор чемоданов.

- Ярик найди Вику с Матвеем, они там с бабушкой наверху, - просит сына Милана. Она с Марком и на пятом месяце беременности.

Нет, не с тем Марком, снова вышла замуж, и новый избранник тоже Марк. Свёкор шутит, что так даже лучше, не надо привыкать.

Мои тоже приехали - родители, Тимур с Яной.

В гостях Булатовы, Алихановы, наконец, они расписались, и Аглая теперь законная жена. Куча родственников с Кавказа, в общем, если бы вся эта арава приехала к нам, я бы сошла с ума перед вылетом.

- Разливайте по последней, перед десертом, - руководит Матвей Сергеевич.

- Мне чуть-чуть, - говорю Демьяну.

- Я помню, Ангел.

Пить я так и не научилась, как говорит мой муж, мне достаточно понюхать.

Ярослав приходит, только с Викой.

- Викуся, иди ко мне, пирог разрезали, - говорит ей моя мама.

Но она демонстративно обходит стол и забирается к Титову на колени. Заключает его лицо в ладошки и переключает всё внимание на себя.

- Папа, мне Мотя свою масину не даёт.

Мои привезли подарки обоим, ей большого пупса. Но у дочери в последнее время непонятная страсть к машинам. Демьян, когда ездим сюда к родителям, заехав в частный сектор, усаживает её к себе и даёт порулить. И теперь она мечтает о красной машине, которую будет водить сама.

- Вик, ну это же ему подарили, он наиграется и поделится с тобой, - пытается вразумить её Демьян.

Хотя это обычно не работает, у детей разница чуть больше года, и когда дочке говорят, что она старше и должна уступить Матвею, выглядит неубедительно.

- Ты лучше расскажи, кем ты хочешь стать? - улыбается Ярик.

- Гонсцицей, - гордо заявляет она.

- Кем? Гонщицей? - переспрашивает мой папа.

- Угу, - прожовывает Вика клубнику, которую ей снял со своего куска пирога Демьян.

- Ты только деду Закиру этого не говори, - прикалывается мой Титов, и все смеются.

Дед уже пошёл отдыхать, в последнее время здоровье у него шалит. Вика у него любимица, среди правнуков одна девочка, дед, со своими кавказскими понятиями, рехнётся от её планов.

Съев все фрукты с пирога Демьяна, дочка перебирается к бабушке. У той ещё остались, и она ни разу не скрывает, что пришла именно за этим. Переглянувшись со мной, мама смеётся и принимается снимать их ложечкой и кормить Вику.

- Пойду, всё-таки, Матвея заберу, - говорю мужу, выходя из-за стола.

А когда поднимаюсь по ступенькам, они с бабушкой Наташей уже спускаются сами. Сын просится на руки, беру, целую.

- Моя сладость маленькая. Ты пирог будешь кушать?

- Дя, - тоже целует меня в ответ. Тот ещё любитель поцеловаться.

- Спохватился, что Вики нету, - говорит бабушка, - закомандовал идти вниз.

Демьян появляется рядом, треплет по головке Мотьку.

- Сынок, слезай на пол, маме тяжело.

- Неть, - прячется он, уткнувшись мне в шею. Бабушка смеётся.

- Никаких нет, - забирает его у меня. - Давай поговорим по-мужски, - делает серьёзное лицо.

- Даяй, - рад стараться сын, он любит эту игру.

Иногда мой Титов такое ему рассказывают, угораю от смеха, а Матвей сидит, слушает с умным видом и соглашается. Папа у нас незыблемый авторитет.

- Ты же у нас взрослый?

- Дя.

- Тогда у меня к тебе просьба. Проведи бабушку к гостям и проследи, чтобы её угостили пирогом. Сам тоже не забудь покушать. Идет? - подставляет ладонь.

- Дёт, - ударяет пять наше чудо и сам ёрзает, чтобы спуститься на пол.

Демьян ставит его, передаёт бабушке, и они уходят. Улыбаюсь им вслед, как я люблю, когда вот так вся семья в сборе.

- Помнишь, ты мне когда-то сказал, что на твой день рождения соберутся только свои, но вас до фига.

Он ухмыляется.

- Помню. Ты хочешь сказать, что я тогда не понимал что такое «до фига»? Согласен.

- А я тогда загадала стать твоей женой.

- Да ладно, прямо уже тогда?

- Угу.

- А я тогда тогда впервые признался тебе в любви, - притягивает к себе за талию.

- А вот и нет, про любовь было в первую ночь.

- Я тогда просто хотел, чтобы ты дала, - ржёт он.

- Что? - смыкаю ладони на его шее и имитирую удушение. - Так я тебе не по любви дала?

Демьян хохочет, ловко перехватывает мои руки, поворачивает к себе спиной и подталкивает в свою комнату, а дальше на тот самый балкон, где мы когда-то встречали первый снег и впервые всерьёз обменивались чувствами.

Оба застываем. За стеклом, как и тогда, тихо падают снежинки. Это снова первый снег, приятное совпадение, душещипательное.

- Как по заказу, - впадаю в воспоминания, прислонившись к крепкому торсу.

Стоим молча, он обнимает и слегка раскачивает меня своим телом. Потому что снизу слышна музыка, кажется, родственники перешли в стадию «танцуют все».

- Хотел тебе кое-что сказать, - говорит Демьян.

Поворачиваю к нему голову.

- Я договорился с родителями, что на время нашей поездки, они побудут с детьми, а мы полетим сами.

Ошарашенно расширяю глаза. Мы никогда не ездили никуда без детей, я вообще такое не представляю.

- Дём, я не смогу так надолго их оставить. На десять дней, как ты это себе представляешь?

- Ну надо когда-то начинать. Не все же время детям уделять.

Поворачиваюсь к нему лицом.

- С чего тебя вдруг понесло в такие рассуждения? И почему ты со мной не посоветовался?

- Потому что я знаю, что ты скажешь. А так надежда на внезапность, - улыбается он. - Представь, только ты и я, пляж, море, прогулка на яхте. Вечером ресторан, а потом секс без радионяни. И спать можно беспробудно до утра.

- Ну из всего, что ты перечислил, я поняла, что едем мы для беспробудного сна и беспробудного секса. Остальному дети не помеха.

- Да пусть бы и так. Хочу в загул, ты со мной?

- С тобой.

***

Спустя два дня

- Папа, Мотя мой зямок азтоптал! - бежит в слезах Вика.

Демьян поднимается с шезлонга, обнимает её, вытирает слёзы.

- Не плачь, новый построим, ещё красивее. Хорошо?

Она кивает, обижено оттопырив губку, а Матвей рад стараться, топчется по руинам песчаного замка.

Подкатываю глаза, не дают ему и полчаса позагорать. Утром, перед вылетом, Вика расплакалась, когда увидела, как папа спускает в гостиную чемоданы, и начала нам высказывать, что тоже хочет на море. До этого говорили о поездке и чемодан ей детский собирали, уже выросла, не обманешь.

Титов растаял - сказал бегом завтракать и в путь. То то радости было. Теперь вот пожинает плоды своей слабости. Только два человека в этой жизни могут себе такое позволить. Но, если честно, я тоже рада, что они с нами. Сто процентов уже скучала бы и рвалась домой, не могу я надолго расставаться с детьми, слишком маленькие ещё.

- Беги, неси ведёрко воды, а я сейчас приду и мы всё исправим, ладно? - договаривается Демьян с дочкой.

- Викусь, панамку только надень, - напоминаю, она висит у неё, свалившись на спину, поддерживаемая резиночкой через шею.

Титов сам натягивает её ей на голову и оправляет за водой.

Закусываю губу, давлю смех.

- Небось, уже сто раз пожалел, что повёлся на слёзы и взял их с собой?

- Не-а. Я вдруг понял, что мне нравится секс с радионяней, бодрит. И ты спокойна, а спокойная жена - залог здоровых нервов. Хотел, конечно, провести отпуск без стройки, но строитель такая профессия...

Он цокает языком, изображая безысходность.

Прыскаю, Демьян встаёт с шезлонга, склонившись надо мной, чмокает в губы и идет мирить детей.

Поправляю козырёк шляпы, надеваю очки и наблюдаю. Папа занял делом и Мотю, он ковыряет лопаткой песок и насыпает на кучку из которой вырисовывается ограждение замка.

Всё-таки, хорошо, что вместе полетели. Мои самые любимые и самые важные люди. Много я всего пережила, порой судьба хлестала больно, но я не сдалась и ни о чём не жалею. У меня прекрасный муж, самые лучшие в мире дети, и большего я не хочу.

У меня всё есть, я по-настоящему счастливая женщина.

КОНЕЦ