Глава 16

Максим сидел за столиком во дворе у бассейна.

Он крутил в руке зеленое яблоко и через стеклянные двери наблюдал за тем, как Веста мыла полы в гостиной-столовой после завтрака.

«Кто же ты?» — донимал его один и тот же вопрос.

Богатая штучка, капризная и язвительная, у которой на уме только магазины, салоны и вечеринки? Или всё же нет?

Она орудовала шваброй как ни в чем не бывало. И не то чтобы Макс был экспертом в этом деле, но даже он заметил, что, во-первых, тряпку в руках Веста держала не в первый раз. Крепко, а не на вытянутой руке с отогнутыми пальчиками. А во-вторых, не видела в этом ничего зазорного: на лице ни тени брезгливости или отвращения, плечи расслаблены, движения уверенны и методичны.

Казалось, она... «Да ну, наверное, показалось...» — подумал он. Показалось, что она наслаждалась процессом.

Брови Макса поползли вверх. Это не девушка, а сплошной сюрприз! Ведь очевидно, что она с роскошью не на «вы».

В их первую встречу Веста показала и зубки, и командирский тон, но теперь в его присутствии смущалась, и Максим гадал: какая из них настоящая?

«Жених предал, отец лишил денег, она тут совсем одна с совершенно пустым кошельком, ты представляешь?» — вспоминал он слова сестры.

«Что именно с тобой случилось, Веста? О чем думал твой отец?»

Теперь разобраться хотелось не только с женихом, но и с отцом, который оставил ее одну, в чужой стране, без денег. Каким-то невероятным чудом она вышла на Катарину. А если бы нет? Где бы она была теперь?

Макс заскрипел зубами. Как отцу вообще пришло в голову отпустить ее и лишить средств к существованию? Впрочем, не отпусти он ее, они вряд ли встретились бы. Правда, Макс пока не решил, хорошо это или плохо.

Веста Снежная... Фамилию ему сообщила сестра: видела паспорт Весты. Неужели это та самая Снежная, дочь владельца автомобильной компании «Оникс»?

Он достал телефон и ввел ее имя в строку поиска. Поисковик тут же щедро поделился информацией. Заголовки один лучше другого: «Свадьба перенесена на две недели! Что это? Начало конца или новый старт?», «Дочь Снежного бросила жениха у алтаря?», «Снежная королева отказала жениху!», «Снежная невеста сбежала?», «Безутешный жених отказывается от комментариев...» и так далее.

При этом всё обставлено так, будто всему причиной именно невеста. Странно, Катарине Веста рассказала совсем другую версию.

Максим твердо решил: поручит своим людям разузнать всё, что можно, об этой девушке. И о ее женихе.

Он тут же написал и отправил письмо с пометкой «срочно» детективу, услугами которого неоднократно пользовался.

Судя по заголовкам статей, у него не так много времени до свадьбы, которую не отменили. А раз не отменили, значит, отец уверен: дочь вернется. То есть Веста попросту сбежала. Вопрос в том, знает ли владелец «Оникса» о том, где дочь? Это нужно выяснить. Максим не хотел, чтобы люди Снежного ворвались в дом к его сестре и перевернули тут всё вверх дном.

«Веста, Веста... Мисс Загадка. Сплошные вопросы и никаких ответов».

Макс снова уставился на Весту.

Гладил ее фигуру взглядом и недоумевал: какого вообще черта назвался водителем. Точнее, он сделал это по очевидной причине. Как только люди понимали, кто перед ними, сразу менялись. То есть менялось их поведение, тон, мимика. В большинстве случаев перед Максимом начинали лебезить, заискивать, искать его расположения. Еще бы — знакомство с ним могло открыть многие двери.

Он побоялся, что и Веста станет вести себя искусственно, а этого не хотел больше всего. Ведь наслаждался ее реакциями: смущением, неловкостью и в то же время искренностью.

Максиму нравилось тормошить ее и впитывать эти живые эмоциональные реакции. Давно в его жизни таких не было...

Да, не со лжи он бы предпочел начать их знакомство. Но ничего, еще будет время всё объяснить и рассказать.

А пока он никак не мог отказать себе в удовольствии задеть прелестное юное создание, чтобы увидеть, как мило она краснеет, как загораются ее глаза. Это же гораздо лучше, чем опущенные уголки губ и вселенская скорбь на лице.

«Надо будет пригласить ее поиграть с нами в Пицигин*», — подумал Макс.

Тут же представил Весту в купальнике и почувствовал нарастающее возбуждение.

«Да, Веста, однозначно тебя приглашу. Впрочем, зачем ждать. Пожалуй, сделаю это прямо сейчас».

Максим встал из-за стола, захватил яблоко, которое так и не съел, потому что был слишком занят разглядыванием стройной фигуры Весты и зашагал обратно в дом.

— Веста? — позвал ее он.

Та как раз стояла спиной и потому вздрогнула. Обернулась и натянуто улыбнулась.

— А-а-а, это ты... — Потом она вдруг спохватилась, постаралась изобразить более вежливую улыбку. — Ты что-то хотел?

«Конечно, хотел. Тебя».

Правда, вслух он этого естественно не сказал — не желал получить шваброй в лоб.

На «ты» они все вместе решили перейти еще во время завтрака. И пока что «ты» из уст Весты звучало так, будто она тыкала наманикюренным ноготком прямо ему в грудь. И вид при этом грозный, насупленный.

«Ничего, это скоро изменится...»

Макс повертел в руке яблоко, легко подбросил и поймал другой рукой. А потом не мешкая снова подкинул его — уже Весте.

Та не ожидала такого и с расширенными глазами отскочила в сторону вместо того, чтобы поймать фрукт. Яблоко громко приземлилось на вымытый пол, подпрыгнуло и покатилось под стол.

— Ну, — усмехнулся Макс, — за ловкость ты получаешь десяточку... из тысячи.

Веста густо покраснела, вцепилась рукой в швабру и открыла было рот, но Максим ее опередил:

— Надеюсь, в Пицигин ты будешь играть лучше. Там без ловкости никуда.

Веста так мило смутилась, что Максу тут же захотелось сжать ее в объятиях и  поцеловать.

Чего скрывать, его сразу к ней потянуло. Пожалуй, его вообще настолько сильно тянуло к кому-то впервые с того самого проклятого дня. Дня, о котором он мечтал забыть и который часто преследовал его в ночных кошмарах. Дня, когда он лишился семьи.

*Пицигин — традиционная для хорватского и черногорского побережья игра, которая зародилась в хорватском городе Сплит в начале прошлого века. Обязательным условием для такой игры является песчаный пляж, чтобы не было травм, как, например, на гравии.

Основные правила очень просты: пять игроков заходят в море на глубину 10—20 сантиметров (если море глубже, это только замедляет игру и уменьшает привлекательность). Становятся в 6—7 метрах друг от друга и подают маленький резиновый мячик (балун), ударяя по нему руками (как в волейболе), пытаясь при этом не уронить его в море.