Ч3.Глава 3.3

***

Ночью спала я плохо, потому что выспалась днем. Мои биологические часы окончательно дали сбой. Я стала спать мало, но часто, и совсем не важным было время суток. Все зависело от того, в каком настроении находился Даня. Поэтому, когда пришел Заг, я дремала. Меня разбудило его прикосновение, которое сразу вызвало чувство отвращения, стоило мне открыть глаза. А он стоял, как ни в чем не бывало, с цветами, с сожалением и беспокойством в своих похотливых глазах.

– Привет, – тихо сказал он мне.

Я попыталась сесть поудобнее и только потом уставилась на своего «мужа». Сейчас он был мне неприятен. И совершенно чужим. Что на фоне Рафа теперь казалось катастрофой. Это все было совершенно не честным. Глупым. Будто я сильно погорячилась, когда выходила за него замуж.

– Как себя чувствуешь? – спросил следом.

– Плохо, – честно ответила ему.

Тогда он снова попытался взять меня за руку, которую я поспешила спрятать под одеялом.

– Я виноват, знаю. Но готов сделать что угодно, чтобы загладить свою вину. Потому что люблю тебя, Маша.

Это было странно слушать. От человека, который прошлой ночью обо мне даже не подумал.

– Ты простишь меня? – спросил Заг.

Странным было и это. Будто бы прощать нужно не измену, а какую-нибудь обычную ерунду. Но я не удивилась, просто вспомнила, с кем имею дело. Вина в его глазах мне всего лишь показалась. Заг был слишком уверен в себе, слишком многое ему сходило с рук, благодаря положению. Ведь он привык делать то, что хочет, и привык получать желаемое. Он продемонстрировал мне это еще тогда, когда пошел против семьи и женился на чужестранке. Так чего хочу от него сейчас? Одно радовало – я не собиралась убиваться из-за его измены, даже почти уже ничего не чувствовала, словно всю мою нежность к нему резко выключили. Мне не хотелось на него орать, что-то высказывать, устраивать истерику. Ничего. Только мерзлая пустота по отношению к этому избалованному подлецу.

– Вряд ли у меня это получится, – ответила ему.

Он отложил цветы в сторону, а потом повернулся ко мне и серьезно спросил:

– Это из-за отца твоего ребенка?

Он даже не произнес имени, а я вздрогнула.

– С чего ты так решил?

– Мы встретились возле твоей двери. И познакомились.

А вот теперь все безразличие как рукой сняло. И Заг это почувствовал.

– Ты его любишь? – сразу спросил он.

– Извини, Заг, но это уже не твое дело. Ты сейчас не имеешь права спрашивать меня об этом, когда еще недавно спал с другой женщиной.

– Я просто мужчина, который сорвался во время воздержания, пока его жена ждет ребенка. А вот ты... знаешь ли, что по брачному договору в случае твоей измены ты должна будешь предоставить мне компенсацию? О, там неприлично круглая сумма.

Вот тут я окончательно поняла, насколько сильно ошиблась в человеке.

– Намекаешь на нашего с Рафаилом ребенка? Но он зачат еще до нашего с тобой знакомства.

– Сроки можно подделать, – ответил он с довольным видом. – Я попрошу отца об этом переговорить с главным врачом больницы, когда они будут играть в гольф на следующий четверг.

– Какая же ты сволочь, Заг, – вырвалось у меня.

– Но я не хочу таким быть. Просто прости мою глупость, давай забудем о Вите и начнем все сначала. К тому же, дорогая, тебе нельзя сейчас нервничать. Подумай о Данииле.

Вот тут он был прав. Я сделала несколько глубоких вдохов. А самой вдруг так сильно захотелось… рыдать. Я устала, мне надоело быть беременной, и было очень обидно терпеть подобное отношение от человека, с которым я решила связать свою жизнь. И я действительно разревелась. Заг подошел ближе в попытке успокоить. И в этот самый момент открылась дверь в мою палату, и я увидела Рафа. Увидела и сразу успокоилась. Что нельзя было сказать про него. За долю секунды он так люто разозлился, что я невольно подумала – сейчас что-то будет. Потому что он пошел к моему «недомужу» широким шагом и с таким выражением лица, на котором читался сплошной гнев. Даже Заг испугался, быстро меня отпустил и вскинул руки в инстинктивной попытке защититься.

– Какого черта тут происходит?! – почти прорычал Рафаил, хватая подлеца за ворот. – Почему она в слезах?

Заг испугался по-настоящему, кажется даже вспотел. Обо что-то споткнулся, когда попытался отойти в сторону. Но при этом поднял руки в знак бездействия и нагло произнес:

– Хотите меня ударить, Рафаил? Давайте, и уже завтра вас депортируют из страны.

Но Раф не стал его бить. Он просто вышвырнул Зага из моей палаты. После чего вернулся и начал кому-то звонить. Из разговора я поняла, что возле моей двери уже сегодня будет сидеть охрана. Мне бы возмутиться, но вместо этого на душе стало тепло и спокойно. Еще пять минут назад я ревела, а сейчас сидела и улыбалась, гладя себя по животу и в уме проговаривая: «Вот, смотри, Даня, какой у тебя папа – настоящий защитник. Разве что чересчур вредный и властный». И этот защитник, закончив разговор, повернулся ко мне и строго спросил:

– И что случилось?

– Так может, надо было сначала это узнать, а уже потом вызывать под мою дверь кавалерию?

– Мне не смешно сейчас, Маш, – произнес он, подходя ближе.

– Хорошо. Если серьезно, то мне тоже. Заг... он начал меня шантажировать. Просил его простить. А если этого не сделаю, то обвинит меня в измене, что будет стоить мне компенсации, которую должна буду ему выплатить. При этом он попросил не нервничать и подумать о ребенке.

Раф так странно на меня посмотрел, как… как на дурочку. И спросил:

– И о чем ты думала, когда выходила за него замуж? О чем ты вообще думала, когда уезжала от меня в эту долбанную страну?!..

Ну все, началось.

– Не ори на меня, – спокойно попросила я, заставив его сразу замолчать.

Он только развел руками и усмехнулся, прежде чем уже спокойно добавить:

– Ты состоишь из неприятностей.

– Между прочим, это все из-за тебя! Это ты вынудил меня сбежать, когда настаивал на аборте. И это из-за тебя я вышла замуж, потому что… потому что…

Я запнулась, когда собственные мысли показались мне до безобразия глупыми. Когда при этом приходилось вот так смотреть в лицо Рафаила.

– Так почему?

Но я решилась сказать все, как есть.

– Потому что думала, что ты захочешь отобрать у меня нашего ребенка.

Раф закатил глаза. Потом накрыл их ладонью и устало протер лицо.

– Будем считать, что я этого не слышал. Но одно могу сказать точно – беременность плохо на тебя влияет.

– И на тебя тоже, – добавила я.

Он смягчился. Даже подошел ко мне и крепко обнял, разве что молча.

– Так что будет дальше? – спросила у него.

– Развод и девичья фамилия.

– А если Заг решит все усложнить?

– Вот это тебя должно интересовать меньше всего.

– Раф, но здесь не Москва. У него наверняка найдутся нужные связи.

– Вряд ли на уровне правительства. Я подниму всех, не переживай.

Так мне пришлось быстро вспомнить, что слово Рафа – едва ли ни закон. Уже на следующий день у моей палаты обосновалась охрана. С утра и до вечера дежурили разные мужчины, которые пропускали ко мне только медперсонал и Рафаила. Он даже отобрал у меня телефон, презентовав вместо него другой с несколькими номерами, которые могут потребоваться. Мне пришлось настоять, чтобы добавил телефон Эммы, которая за меня сильно волновалась. А ведь она даже не успела ко мне зайти. Моя палата в одночасье превратилась в крепость. И казалось, что ничего не происходит без контроля вездесущего Рафаила. Даже полисмены, которые ко мне однажды наведались, разговаривали со мной только в его присутствии. Разве что визит их был весьма неожиданным. Они словно допрашивали, хоть и старались делать это деликатно и осторожно. Немного обо мне, немного о Заге, и в частности о той злополучной ночи. Мне пришлось соврать. Я сказала, что ничего не знаю, ничего не видела и никуда из супружеской комнаты не выходила. За что Раф потом наградил меня нежным поцелуем.

Мой мир в очередной раз приобрел резкие и кардинальные перемены. Поначалу было непривычно и очень волнительно, словно вообще не со мной. Возможно это от того, что я не могла привыкнуть к «такому» Рафаилу, ожидая от него чего-то другого, каких-то фирменных истерик или более жесткого отношения. Вместо этого он охранял и оберегал меня, словно коршун. И так до самых родов...