Глава 1

Бой уже двигался к завершению. В Большом зале пахло кровью и магией. На мраморном полу изломанными куклами валялись вперемешку тела в синих с серебром одеждах Альтов в красных с золотом одеждах Серров. Последних куда больше — бой победителям дался куда сложнее, чем они рассчитывали. На их стороне была неожиданность и предатель из ближников Альта — казалось бы, есть всё для быстрой победы без потерь. Не вышло, но это было слабым утешением: из Альтов нас осталось только двое, я и дед. И оба уже выдохшиеся. Я — особенно. Именно на моём счету было большинство трупов красноодежных тварей. Меня воспитывали как воина и мага, и сполна сегодня показала, чего стою. Мой резервуар опустел, сейчас не удалось бы выжать и пары капель для простейшего заклинания.

Деду было ещё хуже. Правая рука повисла плетью, но и без неё ранений хватало. А в резервуаре ещё плескалась магия, но на самом донышке, надолго её не хватит.

Нападавшие могли бы расстрелять нас болтами, но это бы нарушило планы Серров. Глава этой гнусной семейки решил, что уже достаточно нас измотал, и вошёл в зал вместе с двумя своими отродьями, Марком и Ливией. Подумать только, Марк пытался за мной ухаживать, а теперь готов убить по приказу отца.

Он успел заполучить ровный неглубокий порез на боку, что не мешает выглядеть победителем, ведь красное на красном почти незаметно.

А вот на голубом хорошо видна и кровь, и копоть. Нарядный ранее камзол деда и моё скромное домашнее платье нынче были прожжены, изодраны и знатно заляпаны кровью, в основном чужой. Но и своей хватало. Держался глава уничтожаемого рода только на ненависти. Он поднял руку, но та настолько ощутимо дрожала, что Кассиус, глава Серров, издевательски захохотал:

— Что, старик, подыхаешь? Выполнил бы мою просьбу — и род выжил бы. Ты привёл свой род к смерти и будешь умирать с мыслями об этом.

Он подал знак, и все его гвардейцы покинули зал, оставив там только представителей двух родов.

— Всё равно бы убили, — глухо сказал дед.

— Умный, — захохотал Кассиус, — но потомкам ума не передал. Да и не стал бы я убивать всех.

Проболтался мой младший брат, захотел покрасоваться, а теперь уже об этом не пожалеет — когда мы отступали сюда, его убили огненным заклинанием, защитные артефакты к тому времени уже просели, а щиты сносились слишком быстро, отбирая энергию, необходимую для атак. Боль от потери семьи приводила в отчаянье, но показывать этого было нельзя. Мы — Альты, мы — сильны своей стойкостью. Недаром на нашем гербе изображён белый шиповник — за внешней слабостью скрываются длинные и опасные шипы.

— Наших знаний вы не получите, — презрительно процедила я.

— Ошибаешься, — усмехнулся Кассиус. — Огонь сильнее остальных стихий, и он наш покровитель. Мы берём силой всё, что нам нужно.

— Подавитесь, — бросила я.

Красоваться, перекидывая клинок из руки в руку, не стала — сил оставалось мало, и их необходимо было экономить.

— Отец, чего ты с ними миндальничаешь? — нетерпеливо бросила Ливия. — Добить их — и дело закончено.

— Добить их — и дело провалено, — возразил Кассиус. — Один нам нужен живым. Хотя бы на время, необходимое для вытягивания знаний. Кого оставим? Старик знает больше, но он может не выдержать ритуала. Оставим-ка обоих: не выйдет с дряхлым пнём, вытянем с молодой поросли.

Серр говорил так, словно мы уже были трупами. В его глазах так и было: скоро от нас ничего не останется. Если бы не предательство, не опоенная наша гвардия… Но что говорить? Чудо, что мы вообще успели среагировать на нападение, а не были зарезаны в кроватях спящими. Не все успели… Многих из родни я не видела, и, если верить твари Серру, в живых остались только мы двое.

— Правду говорили, что вы практикуете запретную магию, — прохрипел дед. — А я, дурак старый, не верил.

— Наконец-то ты признал правду. Ты — дурак. Могли бы умереть только ты и те, кому знания были переданы. Остальных я бы оставил, и род Альтов выжил бы, — пренебрежительно бросил Кассиус. — Возможно. Нынче же род Альтов закончился.

— Род не умер, пока есть ходь один его представитель!

Дел резким, почти неуловимым движением собрал два квадрата Terra и круг Aqua и отправил уже фигуру. Камень под ногами Кассиуса и Марка на мгновение потерял твёрдость, превращаясь в липкую каменную жижу. Серры провалились по колено.

— Отец! — испуганно закричала Ливия, бросила в деда две готовые Грани треугольника Aer и сама с мечом и кинжалом, горящими по лезвиям линиями Ignis, кинулась на противника.

Я же, приняв на меч ее заклинания, рванула в сторону Серров и даже смогла зацепить Марка, оставив на втором боку длинный кровоточащий порез. Камзол сразу пропиталась хлынувшей кровью, а младший Серр зашипел от злости и следующий удар отбил, пытаясь уже сам меня достать. Скованные камнем ноги сильно уменьшали его мобильность, но на его стороне была поддержка отца, стоящего рядом, который не только разрушал камень вокруг ног, но и отслеживал ситуацию, не давая добраться до сына. Особо он не усердствовал — наверное, хотел, чтобы сын набрался боевого опыта.

Объективно я была сильнее. Один на один, несмотря на усталость и опустевший источник, уделала бы Марка, даже если бы ноги того не были жёстко зафиксированы. Но приходилось постоянно уворачиваться от магии старшего Касса и опасаться удара сзади — измученному деду недолго получится сопротивляться младшей Серр. Крики гибнувших людей только придавали ярости, и оружие так и мелькало. Это был последний бой, и я отдавала себя всю — чтобы убить ещё одного врага. Семью уже не защитить, осталась только месть.

Краем глаза я отслеживала и деда. У него всё было плохо. Перчатка Ливии, по краю которой уже пульсировала собранная линия Ignis, описала дугу. Магия ударила по ногам старого графа, разрубив плоть и кость. Дед рухнул, и подскочившая Ливия ударом в висок кулаком, усиленным магией, упокоила его навсегда.

— Ты перестаралась, — раздался недовольный голос её отца. — Теперь у нас не осталось выбора. Не вздумайте убить девку.

Ответом ему стал отчаянный крик дочери, потому что я, ведомая отчаяньем, нашла брешь в защите Марка — клинок попал прямо в сердце, и младший Серр, захрипев, осел на пол. При этом его ноги до колен так и остались в плену камня.

— Тварь! — завопила Ливия, но бросилась не ко мне, а к брату, торопливо активируя целительский артефакт.

— Жаль, я ему голову не снесла, — собственный голос казался хриплым вороньим карканьем.

Я уже поняла, что, казалось бы, смертельное повреждение сейчас залечат. Но этот артефакт использован, другого может не быть — и мне повезёт ещё раз.

— Какая ты глупая кровожадная девочка, Элира, — насмешливо сказал Кассиус. — Вся в деда. По глупости, разумеется.

Достать и его я уже не успевала. Из западни пола он выбрался и плавно двигался в мою сторону, напоминая повадками сытого кота. Я вынужденно отступала к стене. Бежать некуда.

— Пальму первенства по глупости уступлю твоим детям. Каково это — знать, что тебе наследуют бездарные идиоты? Твой сынок проиграл мне даже с твоей поддержкой. В честном бою вы бы с нами не справились.

— Честный бой? — насмешливо переспросил Кассиус. — Это развлечение для дураков. К чему привело ваше стремление к честности? Род вырезан, сейчас добивают всех, кто был в доме.

— Магия не терпит подлости.

— Магия не терпит слабости. Если тебя утешит, кастеляну, подлившему вашим дружинникам отраву, мы выплатили обещанное золото в полном объёме. В расплавленном виде через рот. Даже не успели выплатить все, как он умер. От счастья, наверное. Стать настолько обеспеченным человеком не каждому удаётся.

Ливия, бормоча под нос грязные ругательства и посматривая на меня с ненавистью, выковыривала ноги брата из ловушки. Сам Марк ещё оставался бледным, но краски с каждой секундой возвращались на его лицо. А вот деду уже ничего не поможет. Его глаза безжизненно смотрели в потолок, и ему уже было всё равно. В отличие от меня.

В зал вбежал гвардеец Серров.

— Здание зачищено.

Сердце сжалось. Больше не для кого было биться. От рода не осталось ничего, даже слуги были безжалостно вырезаны.

— Видишь, девочка, как плохо отказывать тем, кто сильнее, — вкрадчиво сказал Кассиус, подходя совсем близко. — Я бы назвал это уроком. Но к чему урок покойнице?

Я не ответила, бросилась в последнюю самоубийственную атаку. Кассиус парировал с показательной ленцой. Ещё бы, он видел, что мои силы на исходе. Это он с наследниками подошёл к концу расправы, а мне пришлось выдержать не один бой. Благодаря моим мечам в гвардии рода Серров появилось много вакантных мест. Стал бы Кассиус сражаться со мной, будь я отдохнувшей и полной сил? Как бы сам он ответил: он же не идиот, рисковать собой. Или рискнул бы? Ходили слухи, что в магии ему равных не было…

Сейчас он не стал рисковать: отправил обоих детей в отвлекающий бой и приложил меня заклинанием. Поняла я это, только когда очнулась. На полу с зафиксированными руками и ногами в центре сложного магического узора. И что толку от чуть-чуть восстановившейся магии, если пользоваться я ей не могла? Выход заклинаний надёжно блокировался подавителем.

Но не всех: к тому, что внутри меня, я могла обратиться. Всего три капли Umbra — и я смогу вызвать свою Тень. Именно это знание и хотели заполучить Серры — кроме нашего рода, больше ни у кого не было таких умений. И мы своё держали в тайне. Как бы сказал Кассиус: то, о чём не знают враги, даёт преимущество, то, о чём они знают, становится слабостью.

Тень сегодня знатно поохотилась и выжала себя до последней капли, поэтому на серьёзную помощь рассчитывать не стоило. Я умру, но хотя бы попытаюсь забрать с собой врага. Для этого мне надо было нарушить ритуал. Знатно нарушить — так, чтобы этой сволочи Кассиусу прилетело по мозгам.

Часть сложного узора уже была прикрыта мной, вот туда я и направила свою шпионку, чтобы она передала мне изображение, а уж я решу, что нужно изменить.

— Отец, а стоит ли убивать? — спросил Марк. Через ресницы, прикрывающие глаза, я видела, что и он, и его долбанутая сестрица стояли рядом, но в начертательных развлечениях отца участия не принимали, только наблюдали за работой. — Она сильный маг, очень сильный.

— Можно пустить в разведение? — хихикнула Ливия и внезапно очень больно пнула меня по бедру.

— Я разрешал тебе что-то трогать? — рявкнул на неё Кассиус. — Если нарушается рисунок, ритуал идёт наперекосяк.

— Ты клал её на уже высохшую часть, — скривилась Ливия. — Жалеть её не намерена, она проткнула моего брата. А если бы у меня не было высшего целительского артефакта?

— Ты осталась бы единственной наследницей, — хрипло сказала я, намереваясь внести разлад в семью.

Ливия точно приняла мои слова к сведению. Вон как замерла на месте, а на лице появилась досада. Да, милая, в борьбе за власть родственные чувства выцветают и теряются. Я рада, что заронила эту мысль в твою тупую голову. Глядишь, и одну тварь уберёт другая. Жаль, что я об этом уже не узнаю.

— А теперь урок тебе, Марк. Врага живым оставлять нельзя. Он может притвориться, что забыл и простил, но потом нанесёт неожиданный удар. Дело надо всегда доводить до точки и не смотреть на красивую мордашку. Жалости места нет, когда речь идёт о силе.

Тем временем Тень уже осмотрела доступную ей часть и передала мне рисунок. Оставалось понять, куда лучше внести изменения. В части схемы, которую я не видела, наверняка есть дублирующие контуры — Кассиус был тварью, но тварью умной, опытной и знающей.

— Но если можно получить дополнительную пользу роду? — не сдавался Марк.

Надо же, я его убила, а он стремится сохранить мне жизнь. Это было бы мило, если бы они не вырезали всех моих близких. Всех.

— В этом случае опасность для рода очень перевешивает пользу. Она не смирится, не забудет и не простит. Поэтому после ритуала я её убью. А чтобы вас это не смущало, подождите за дверью.

Говорил Кассиус безо всяких эмоций, ровно и доходчиво. Наверное, из него получился бы прекрасный преподаватель в заведении, обучающем магии. Его голос помог мне определиться с местом, где будут внесены изменения. И какие изменения, я тоже уже поняла. Я дала команду Тени, и она стала рисовать дополнительные узоры единственным доступным красителем — моей кровью. Цедила аккуратно, чтобы ни единой капли не пролилось куда не надо, и всё же это было дико больно, сохранять лицо спокойным удавалось с трудом.

— Что ж, Элира, посторонние ушли и не увидят твоей слабости. От тебя требуется всего лишь пустить меня в свой разум, — вкрадчиво сказал Кассиус. — При послушании обещаю быструю и лёгкую смерть. При непослушании… Наши гвардейцы злы на тебя из-за гибели товарищей. Им и отдам.

Он усмехнулся. Я усмехнулась в ответ. Нет, тварь, облегчать ничего тебе не буду. К тому же я знаю, что окончание ритуала меня убьёт, а значит, грозиться Кассиус может сколько угодно, но сделать ничего не сможет.

— Что ж, так даже интереснее.

Он начал говорить речитативом ритуальную формулу, и по полу застелился дым. Мерзкий, едкий, он проникал в лёгкие и заставлял их сжиматься в спазмах. Но кашля не было, казалось, тело вообще потеряло способность к сопротивлению. Даже глаза теперь не закрывались. Тень, успевшая дорисовать последний символ, растворилась теперь уже насовсем. Прощай, милая, ты была хорошим помощником. Может, встретимся в другой жизни, если она вдруг случится. Я боялась, но не смерти, а того, что не смогу сопротивляться силе Кассиуса и он узнает то, чего я ни за что не должна была ему передавать.

Кассиус решил, что сломил моё сопротивление в достаточной степени, и грубо полез ко мне в голову, его рисунок создавал жёсткий канал между нами, который невозможно было разорвать. Без учёта моего рисунка уже совсем скоро все мои знания потекли бы прямиком в голову склонившегося ко мне мага, чей взгляд, казалось, через мои глаза проникал прямиком в мозг.

Вот только и мой взгляд зацепился за его, и не было силы, способной разбить это противостояние. Он давил, и я давила, и моё желание отомстить и уничтожить этого человека было сильнее. А ещё неожиданно сильной оказалась часть рисунка, выписанная моей кровью. Когда его знания потекли в меня, Кассиус понял, что что-то пошло не по плану, и заорал. В этом крике был животный страх и желание убежать, возможности чего он лишил себя сам. Ритуал убьёт нас обоих — именно такое изменение я внесла в рисунок.

Серр знал много, очень много. Но причиной был не его талант, а умение похищать чужие Капли и знания. Грязное умение, о котором никто не знал, но которое передал ритуал мне.

Перед смертью я ещё успела насладиться ужасом врага. Краткий миг, пока ещё существовала Элира Альт, я смотрела в мерзкие затухающие глаза и ликовала. Я оказалась сильнее и унесу своё знание с собой. Да, в символах, изображённых Кассиусом, было заложено возвращение души в тело, если последняя слишком погрузится в тело жертвы. Но жертва с палачом поменялись местами, и его душа улетела сразу. Я страстно пожелала, чтобы она развеялась, а не ушла на перерождение, после чего, услышав, как рассыпаются камни родного замка, умерла. Род Альтов перестал существовать.