Глава 11

Я не понимала – как относиться к Хейле, но радовалась ее помощи от всей души. Сестра Тала была очень мощной телепаткой и эмпаткой, и что-то подсказывало – этим ее способности не ограничивались. Вира, кажется, тоже испытывала к нежданной спутнице смешанные чувства.

Пока мы ехали в телепорте, под непроницаемым куполом, велфийка то и дело косилась на Хейлу недоверчивым взглядом. Полукровка ловила его, пожимала плечами, но не комментировала. Хотя явно все отлично понимала.

Когда тишина под куполом стала особенно нарочитой, тяжелой, Хейла хмыкнула и изрекла:

– Слушай, Эльвира. Давай разберемся раз и навсегда. Эльгард был похотливым козлом. И мы с мамой – лишь его невинные жертвы.

Вира аж вздрогнула, повернулась и уперлась в Хейлу испепеляющим взглядом. На полукровку это не произвело ни малейшего впечатления.

– Да-да! Похотливым козлом! – повторила она, не обращая внимания на то, как сжались в кулаки ладони Виры и начали раздуваться ноздри. – Блудил направо и налево. Из песни слов не выкинешь. Моя мама была всего-навсего человеком. И я обязана была о ней позаботиться. И в глубине души ты прекрасно понимаешь это. Просто не хочешь признавать.

Вира замерла, предельно выпрямила спину, словно шест проглотила и с минуту смотрела перед собой невидящим взглядом. Затем развернулась к Хейле и отчеканила:

– Отлично. Да, ты была в своем праве. Но и мы в своем праве злиться. Никто не знал о твоей матери. А уж о тебе и подавно! А когда пропал Эльгард, вы явились с претензиями так, словно мы все вам должны!

Хейла пожала плечами и очень миролюбиво сообщила:

– Значит, это тот самый случай, когда никто не виноват, но всем плохо.

Вира снова застыла – переваривала или мысленно соглашалась.

– Ладно. Да, мы не слишком дружны, – согласилась спустя несколько минут томительного ожидания. – Но никто не виноват. А вот с Миртой…там все иначе.

Я поймала на себе хитрый взгляд Хейлы и вдруг поняла – да она же нарочно затеяла этот разговор! Чтобы перед важным делом все высказались, излили наболевшее и отправились в стан врага как единая команда. Вира хмыкнула следом – тоже догадалась и улыбнулась полукровке уже почти приветливо.

– Я поняла. Будем давить их единым фронтом, – произнесла твердо. – У нас общие враги. И их нужно вовремя остановить.

– Иначе в мире воцарится диктатура этих идиотов. Эльгард очень боялся чего-то такого. Поэтому лично разделил власть между самыми древними велфами. Но… его слишком давно не было… По поводу Мирты, – в своей излюбленной манере резко сменила тему Хейла. – Она бы умерла. Думаешь, так было бы лучше? Если тебя это утешит, я работаю над новым зельем. Возможно, оно окончательно исправит ситуацию Мирты. Хотя ручаться не могу. Ее болезнь слишком не изучена, слишком непредсказуема. Но я подарила ей жизнь. Да, не самую лучшую. Да, каждые десять лет она проходит через смерть. Но…В конце-то концов – она ведь сама на это согласилась. Это был ее, собственный выбор!

Вира аж подпрыгнула, и диван скрипнул, словно протестовал против такого обращения.

– Не может быть! Я разговаривала с ней в день приема микстуры! Мы все обсудили! – выпалила велфийка, и я порадовалась, что нас отгораживает от спутников звуконепроницаемый купол. Нервная реакция Виры и без того привлекла всеобщее внимание. Первыми покосились на нас ближайшие соседи. Две жилистые молодые кошки в ультракоротких кожаных юбках и три бритых под ноль кота почти одновременно повернули головы, словно репетировали. Четыре девушки, человечки, в цветастых сарафанах, с ужасно ярким, безвкусным макияжем откровенно развернулись всем корпусом. Одна даже придвинулась, словно надеялась поймать хотя бы слово. Две лемы, с кожей цвета горького шоколада и белоснежными волосами мазнули по нам заинтересованными взглядами. Но немедленно притворились, будто обсуждают нечто крайне важное.

Три очень бледных, до серого цвета кожи велфийки, в креслах у дальней стены, метнули в нас любопытные взгляды и отвернулись.

Вира осеклась, оглядела соседей так, что потупились даже коты, а человечки отодвинулись на пару сантиметров, и обратилась к Хейле снова.

– А ты не врешь? – спросила почти спокойно, хотя голос велфийки вздрагивал, как и ее ладони, сложенные на коленях, как у школьницы.

– Не вру. Спроси у Мирты сама, – твердо произнесла Хейла. – Она просила тебе не говорить. Судя по диагнозу, шансов у Мирты было немного. Либо умереть, либо принять мой вариант лечения. Я сказала ей напрямик и пообещала, что не оставлю попыток сделать лекарство получше. Она сутки думала, а затем согласилась. Обещала рассказать тебе. Но… видимо не решилась. Она же знает – какие эмоции у велфов. А ты так переживала каждую кому Мирты… Наверное, у нее просто не хватило духа.

Вира замолчала, прикусила губу и в нашем куполе повисла звенящая тишина.

Хейла откинулась на спинку дивана и просто ждала, буравя стену напротив невидящим взглядом. Я наблюдала за спутницами и беспокойство понемногу отпускало. Казалось, Вире нужно свыкнуться, примириться с новой информацией. И Хейла позволяла ей это сделать. Не винила, не корила за крики и обвинения, не изливала обиду за годы враждебности.

Она начинала мне даже нравиться.

В Хейле было что-то такое… Неприятное. То, что сильно меня напрягало.

Ее желание подзуживать, ее любовь к подковерным играм. Ведь Хейла заставила меня читать мысли Лироля! Мысли обо мне самой… ни слова не говоря, не предупреждая. Уверена! Полукровка все просекла моментально.

И все же, мне начинало казаться, что Хейле вполне можно доверять, и в решающий момент она не подведет, не обманет. А сейчас это было куда важнее ее хитромудрости, любви к поддевкам и сложного характера.

Другого у детей Эльгарда, похоже, просто не бывает. Родовая черта, как бы ни ругала Хейла папаню.

…

Место, куда мы приехали, потрясало. Я даже рот приоткрыла. А ведь еще недавно я хранила твердую уверенность, что в этом мире не удивлюсь уже ничему.

Впереди, за золотистым полем, высоко в небе раскинулся город, выбитый из цельной скалы. Бело-серый, испещренный розовыми и темно-бордовыми прожилками, он походил на нечто нереальное.

Мало того! Дома – все как один – были сложной геометрической формы. Одни изгибались синусоидой, другие – буквой S, третьи напоминали многогранник, сходящийся к крыше в узкую пику шпиля. Просто глаза разбегались. И теперь становилось ясно – откуда вообще взялась эта история про Эльгарда. Если велфы создали нечто такое, что мешало им выбить скрытые горные мавзолеи?

– Добро пожаловать в резиденцию третьего короля велфов и третьего сына Эльгарда – Ларримара, – нарочито торжественно провозгласила Хейла.

Я прикрыла рот и обернулась к спутницам.

Вира небрежно пожала плечами.

– Все велфийские города такие. Мы просто живем в общем поселении. А чисто велфийские вот так и выглядят. И владения Тала тоже. Они по другую сторону реки.

– Рекой велфы называют огромное море, которое разделяет континенты, – потянула меня за локоть Хейла. – А город, откуда мы прибыли, находится на другом континенте. Там же, где и владения Тала.

Я перевела потрясенный взгляд с Виры на Хейлу.

– Ага. – Кивнула та. – Говорят, Эльгарду и его сыновьям помогали строить древние лемы. Они умели и не такое. Сейчас технологии давно утрачены.

– Сейчас они не нужны! – возмутилась Вира и смягчилась, заметив наши с Хейлой понимающие улыбки. – Ну да. Давно это было. Мы о таком колдовстве уже забыли. Но резиденции отстроены, и смысла вспоминать его я не вижу.

Город раскинулся под самыми облаками, и окружали его только отвесные склоны. Ни единой тропки, ни единого более-менее пологого подъема. Лестниц и лифтов я не заметила тоже.

Я видела лишь один путь наверх – карабкаться по горам, как скалолазы. Но очень сомневалась, что осилю подъем по вертикальной горе, тем более, без альпинистского снаряжения. Способны ли на это велфы или полукровки, вроде Хейлы, я не знала. Может Вира собралась тащить меня на руках, как в день побега от лемов?

– Э-э-э… А как мы туда попадем? – обратилась я к спутницам.

– Тут есть специальный подъемник, – пояснила велфийка.

И мы направились в сторону города, по узкой, вымощенной серыми булыжниками дороге.

Впереди шествовала решительная Вира, сжав руки в кулаки и стиснув челюсти так, что даже сзади я видела, как заострились ее скулы. Похоже, нервничала перед встречей с возможным предателем. Следом семенила Хейла, и длинная юбка ее почти «подметала» дорогу. Я замыкала.

Мы мерили шагами дорогу не меньше часа, прежде чем подступили к подножию горной гряды.

Вира внимательно осмотрелась, будто искала ориентир и легонько коснулась небольшого выступа, на уровне моего плеча. Он выглядел естественным продолжением скалы, но… брусчатка под нами резко рванула вниз. Я только ахнула – мы стремительно даже не опустились – упали в пещеру.

Вокруг скалились громадные сталактиты и сталагмиты, похожие на щербатые зубы какого-то древнего чудища. В углу, по почти отвесной, розовой стене стекала хрустально-чистая вода. От одного ее вида я поежилась, словно ступила в ледяную струю.

Вира снова начала озираться, медленно продвигаясь вглубь пещеры. На первый взгляд грот казался не тронутым рукой человека или не-человека. Но если присмотреться становилось ясно, что это лишь видимость.

Несмотря на сильную влажность, сыростью здесь и не пахло, скорее свежестью и очень слабо – мятой.

Пол явно сгладили, только что не отполировали, с потолка лился рассеянный свет. Откуда он шел было неясно – мы определенно находились под горной грядой, и солнце никак не могло пробиваться сквозь камни. Пока я озиралась, Вира потянула в сторону – и… мы вошли в кабинку. Один в один как в лифте-телепорте, только гораздо больше и шикарней. Здесь разместился бы уже не один вагон поезда, а все десять. Длиннющие диваны с ворсистой тканной обивкой огибали скругленные серебристые стены и почти сливались с ними по цвету. В центре выстроились ряды кресел, похожих на автобусные, только в каждом свободно раскинулись бы три женщины моей комплекции.

– Велфы любят жить на широкую ногу и демонстрировать это всем вокруг, – поймала мою мысль Хейла. Вира повела плечом.

– А почему бы и нет?

Я же не нашла ничего лучше, чем коротко кивнуть. Нарочитый шик и блеск меня никогда не привлекали. Но что-то подсказывало – велфы стремились подчеркнуть вовсе не их, а собственную силу и богатство. Дать знать врагам – насколько они благополучны и могущественны.

Мы устроились на диване. Лифт немного постоял, словно ожидал запоздалых пассажиров, и двери беззвучно захлопнулись. Движения не ощущалось. Словно мы не ехали вверх, а неподвижно стояли на месте.

Прошло минут десять – и перед нами раскинулся каменный город.

Вблизи он выглядел еще сказочней, еще нереальней.

Гладкие, испещренные цветными прожилками дороги, перетекали в здания. Пышные кусты и деревья располагались на такой высоте, что казалось – они растут прямо на улицах. Но стоило приглядеться, становилось ясно, что под каждое растение выбита громадная, идеально круглая емкость.

По улицам сновали велфы… и только они.

И, все как один, сконцентрировались на нас. Благородно-бледные, нездорового серого и зеленого оттенка лица обязательно поворачивались в нашу сторону. Сотни холодных, колючих, остекленевших взглядов скользили по спутницам и надолго сходились на мне.… бррр… Даже мурашки побежали по спине.

Я зябко поежилась. И Вира взяла под руку, бросив на Хейлу странный, почти беспомощный взгляд.

– Ты так и не поняла? – удивилась полукровка. – Вы ведь дважды вляпывались в неприятности из-за этого! И до сих пор не догадались?

Вот теперь уже мы с Вирой, вместе, пораженно уставились на Хейлу. Она повела плечами – совсем как недавно велфийка – и хмыкнула:

– Ну вы даете, ей богу! У Олейсы особенная аура. Она притягивает мужчин. Сексуально притягивает. Не так чтобы влюблять. Но гормоны будоражит, и не слабо. Обычно такие, как мы, с самого детства инстинктивно приглушают энергетику. Чтобы не вызывать ненужного ажиотажа и не находить проблем на пятую точку. Научить этому невозможно, и я надеялась, что инстинкты проснуться в Олейсе сами. Или же их спровоцирует нездоровое внимание мужчин. Но Олейса из другого мира и, похоже, ее способности пробуждаются медленней, чем хотелось бы. И поэтому…

– Каждый похотливый или просто козел обращает на нее особое внимание! – закончила за Хейлу Вира. – Да, черт возьми! А я-то думала – почему мы всякий раз влипаем в неприятности?! Сколько живу при новом мировом порядке, мое положение сестры Тала, дочери Эльгарда всегда обеспечивало неприкосновенность. Ну, не считая тех дней, когда мы все рвали друг друга на части прямо на улицах. Меня никогда не трогали, а иногда и вовсе – обходили за версту. Трусили, что нажалуюсь брату. И еще несколько дней назад я готова была поклясться, что ниссы никогда на меня не нападут! Что уж говорить о деревенских оборотнях-обалдуях! Почему ты раньше не сказала? – возмутилась Вира и осеклась, заметив, что прохожие даже притормозили, ловя каждое наше слово.

Хейла повторила прежний жест – слегка повела плечами. Ну надо же! А у этих дочерей Эльгарда даже жестикуляция наследственная!

– Я уже говорила. Нужно, чтобы способности приглушать ауру пробудились сами, на инстинктах, – понизив голос, спокойно пояснила Хейла. – И я полагала, что без моих пояснений, Олейса быстрее раскроет свой дар. Увы! Я тоже иногда ошибаюсь. Простите.

Вира удивленно приподняла брови, словно никак не ожидала от Хейлы покаянной речи. Я мотнула головой, подтверждая, что обижаться не собираюсь.

– Но остается еще один вопрос, – прошептала Вира, пытливо вглядываясь в лицо Хейлы. – Как ты пронюхала про ниссов?

Хейла заломила бровь.

– Ну девушки! Ну, вы, ей богу, как маленькие! Да, Виру я читаю редко. С древними велфами в этом плане трудно. Умеют они иногда прятать эмоции и мысли – далеко и надолго. Не всегда получается, но бывает. Олейса защитилась отлично, только эмоции немного проскальзывали. Раздражение, остаточный страх, растерянность. Но Ара-то прочесть мне ничто не мешало! А он мыслит примитивно, и понимается без проблем. Вот я и узнала о вашем приключении с ниссами. Но подумала – уж раз вы так скрытничаете, не буду встревать со своими комментариями. Но я была уверена, что вы догадались…

Вира недовольно скривилась, но промолчала и устремилась вперед, по широкой улице.

В городе велфов транспорта не было вовсе. Чужаки сюда заглядывали редко, а местные могли на своих двоих перемещаться гораздо быстрее, чем иной автобус или автомобиль.

Нам пришлось идти еще два часа, прежде чем впереди вырос громадный замок, похожий на готический.

Остроконечные башни, витражи, флюгеры с оскаленными мордами – все тут дышало древностью. И даже ручка входной двери была отлита в виде головы дракона. Его ярко-алые камушки-глаза то и дело ловили солнечные зайчики и сияли, словно живые.

Ни охраны, ни дворецкого возле замка не обнаружилось. Вира потянула за ручку, но дверь не открылась. Вместо этого из глаз дракона полился еще более ярко-алый свет, чем раньше. Велфийка очутилась внутри светового шара. Некоторое время она так и стояла, а затем раздался неприятный щелчок, и дверь распахнулась.

Кажется, Виру признали и допустили до сиятельной особы.

У самого порога нас встретили три громадных велфа-охранника.

Я мысленно нарекла их «люди в черном». Футболки с длинными рукавами, брюки из жесткой ткани с множеством карманов и высокие ботинки охранников были угольно-черными.

Но самыми интересными показались мне прически громил – я такие только на картинках и видела. По бокам их головы были выбриты под ноль, а ото лба к затылку шли густые пряди, заплетенные в длинную косу.

– Эльвира, сестра короля Талисса, собственной персоной, – пробасил черноволосый громила. – Чем обязаны?

– Я пришла с официальным визитом. К Ларримару. А это, – Вира кивнула в сторону правого плеча. – Моя небольшая свита, положенная сестре короля по этикету.

Черноволосый аж сглотнул, рыжий хмыкнул, а блондин присвистнул.

– Давненько у нас никто не вспоминал про этикет, установленный Эльгардом, – пожал плечами черноволосый. Выглядело так, словно две горы пришли в движение и резко остановились.

Вира тоже пожала плечами и гордо сообщила:

– Я еще помню этикет древних велфов. И визит почти официальный.

На это ей не ответили ничего. Только черноволосый вдруг поклонился, в пояс, рыжий и блондин сделали тоже самое, и все вместе, почти синхронно изобразили приглашающие жесты.

Вира шагнула за порог, и мы следом за ней.

Внутри замок ничем не отличался от тех, что я видела на Земле во время экскурсий по древним поместьям вымерших аристократов.

Просторные залы, светильники в форме бутонов, деревянная мебель, обитая бархатистой тканью, мягкие ковры и фарфоровые чашки на круглых столиках для перекуса. Все здесь веяло шиком, стариной и воистину велфовским размахом.

По дороге нам частенько попадались горничные в супероблегающих платьях, едва прикрывавших белье, и гораздо реже лакеи, одетые как охранники. Униформа местной прислуги, если ее можно назвать таким скромным и официальным словом, была белой – с ног до головы. Даже резинки на волосах женщин, часы на руках мужчин, лакированные сапожки и ботинки на толстой подошве. Ни капли другого цвета.

Вира и Хейла почти не обращали на прислугу внимания.

Целью нашего маленького путешествия оказался громадный розово-серый зал, очень похожий на тронный. А большое, обитое красным бархатом кресло с золотистыми подлокотниками и ножками, неподалеку от дальнего окна, сильно напоминало трон.

По сторонам от него шли два ряда высоких, тонких колонн с изящным, почти кружевным узором сверху и снизу.

Между колоннами располагались диваны, красные, как и кресло-трон.

А на нем восседал, видимо, тот самый велф, которого Вира заподозрила в измене в первую очередь.

Если бы мне не сказали, что здешний король – сын Эльгарда, я догадалась бы и сама – порода чувствовалась за версту. Красиво выточенное лицо, холодные голубые глаза, похожие на аквамарины, упрямый лоб и мощная челюсть… Этот велф очень напоминал Тала. Сильное тело, не слишком мускулистое, не перекаченное, как у Ара и трех громил-провожатых усиливало впечатление. Но одевался местный царек куда более вычурно, чем Тал. Белоснежная шелковая рубашка его была отглажена так, что, кажется, даже под микроскопом никто не разглядел бы ни малейшей складочки.

Черные шелковые брюки тоже. Начищенные до блеска ботинки ловили солнечные блики.

Завидев нас, король встал и неторопливо двинулся навстречу.

Провожатые разошлись по сторонам, пропуская Виру вперед, мы с Хейлой вышагивали вслед за велфийкой.

«Встреча в верхах» состоялась ближе к центру зала, неподалеку от небольшого, круглого стола из голубоватого дерева. Его окружали несколько красных кресел, почти таких же громадных, как и «трон».

Брат Тала оглядел с ног до головы вначале Виру – так, без особого энтузиазма, словно только из чувства вежливости. Интересное у них представление о вежливости, однако… Обязательно требует оценить бедра и грудь визитерши. Следующими под цепкий взгляд короля попали и мы с Хейлой. Полукровке досталось не сильно. Видимо, ее формы велфа не впечатлили, зато меня он оценил со всех сторон и даже не один раз. Чертовая «особая аура»! Мысленно ругнулась я.

Мда. Пожалуй, Тал далеко не самый наглый и самодовольный из велфийских королей.

На языке так и вертелся ехидный вопрос – а не раздеться ли мне до белья, ну так, чтобы его величество не сильно напрягался. Но я сдержалась. Хотя бы до момента, когда притушу эту особенную энергию, из-за которой в головы мужчин ударяют гормоны, а элементарное уважение к женщине испаряется.

Наши провожатые потихоньку ретировались к дверям и остановились, словно ожидая приказа. Ларримар наконец-то оторвался от моих прелестей, посмотрел поверх наших голов, кивнул, и громилы ушли.

В огромном тронном зале мы остались вчетвером. И король продолжал молчать, поглядывать на Виру, коситься на Хейлу и окидывать меня все новым и новым многозначительным взглядом.

Вира не двигалась, Хейла тоже. Мы все чего-то ждали, и вскоре я поняла – чего же именно.

Король хмыкнул, крутанулся на пятках и вальяжно опустился в одно из кресел, возле у голубого стола, жестом приглашая нас присоединиться.

Вира расположилась напротив родственника, я – по правую ее руку, а Хейла – по левую.

Тишина становилась нарочитой, звенящей и неприятной.

Даже стрекот жуков за окном уже казался благословением. И я даже подумывала о том, чтобы заговорить первой. Если это нарушит какие-то традиции, обычаи, сошлюсь на то, что неместная и вообще прибыла из другого мира несколько дней назад. Какой с меня спрос? Но когда я уже почти решилась, король заговорил, и его высокий, мелодичный голос казался совсем лишенным интонаций, как у робота.

– Эльвира. Давненько мы не виделись. Добро пожаловать.

«Делай то, что скажу» – пронеслась в голове команда Хейлы. И я вдруг поняла, что совершенно забыла – какую важную роль мы играем в сегодняшнем визите. Необычная обстановка, объяснения полукровки, неприятные взгляды вокруг совершенно выбили меня из колеи.

«Открой щит на прием и представь, что хочешь послушать мои мысли», – распорядилась полукровка. Я подчинилась, но мысли полукровки не потекли в голову, как привыкла. Не-ет! Мы словно объединили наши способности. Теперь я слышала даже мысли тех, кто шел по ближайшим к замку улицам. Но… едва-едва улавливала мысли короля. Ничего себе!

«Охранная магия», – пояснила Хейла, – «По счастью, силу наших способностей не знает никто. Особенно твоих. У тебя очень любопытная энергетика. Она не читается просто так».

Я метнула в Хейлу удивленный взгляд, и Ларримар дернулся на стуле, поменял позу – сложил руки на столе и всмотрелся в наши лица.

«Улыбнись, изобрази дурочку!» – почти приказала Хейла. – «А я сделаю вид, что расстроена. Надеюсь, он поверит». И полукровка насупилась, нахмурилась и даже шмыгнула – наверное, для пущего эффекта.

Я попыталась выжать из себя самую глупую улыбку, какую могла.

Сработало. Ларримар снова расслабился и откинулся на спинку кресла.

Мы поймали его довольную мысль – теперь король убедился, что охранная магия сработала и его секреты вне опасности.

– Зачем пожаловала, Эльвира? – спросил он у велфийки.

«Забудь о разговоре! Сосредоточься на его мыслях!» – скомандовала Хейла.

Я сделала, как она велела, и мы вместе попытались проникнуть в голову Ларримара как можно глубже. Впечатление было такое, словно пытаешься расслышать очень тихий шепот. У меня даже виски заныли.

Вира разговаривала с Ларримаром и разговаривала, а я воспринимала их беседу как нечто бесконечно далекое, ускользающее от внимания.

Зато мысли короля звучали все четче, все громче.

«Нет… Она не могла догадаться. Это совпадение. Спокойно. Я не должен подать виду. Они не прочтут мои мысли. Сталлина поклялась, что охранное заклятье непробиваемо для телепата и эмпата. Надо пообещать им содействие и срочно связаться с Ярнакаром, Нурди и Дросо. Предупредить, чтобы держали ухо востро. И ускорить наш план».

Я прямо ощутила, как эмоции Хейлы ненадолго перекрыли мои собственные и даже мысли Ларримара отошли на второй план. Полукровка испугалась и разозлилась так, что эмоции ее почти сравнялись по силе с Таловскими. Я опасливо покосилась на Хейлу, и восхитилась ее самообладанием, выдержкой. Ни один мускул не дрогнул на лице полукровки, и поза ее по-прежнему выглядела расслабленной, очень спокойной. Вплоть до пальцев на столе, до выражения глаз.

«Черт! Все хуже, чем я думала!» – послала мне встревоженную мысль Хейла.

«Против Тала не один король. Все его братья объединились и, по всей видимости, планируют править вместе».

«Но зачем им тогда выступать против Тала?» – удивилась я. – «Почему не преложить ему присоединиться к заговору тоже? Так ведь проще и менее рисковано.».

«Проще да не проще», – возразила Хейла. – «Преданных Талу велфов, конечно втрое больше, чем сторонников любого короля и может даже больше, чем верных всем трем королям вместе взятым… Но, Тал никогда не поддержал бы захват власти одной расой. Он всегда старался придерживаться и проповедовать принципы отца. А Эльгард до самого конца выступал за равенство рас». (3303c)

«Так вот почему им нужны лемы… и ниссы! У Тала слишком многосторонников!» – догадалась я.

«И, значит, мы должны найти доказательства! Кровь из носу должны найти! Чтобы лемы помогли Талу, а не шли против него войной!»

Я едва сдержалась, чтобы не кивнуть на слова Хейлы. Но совладала с собой, удержала спокойную позу, и мы с полукровкой снова штурмовали мозг Ларримара…