Глава 11 Рефлексия будущей Повелительницы

Карашерриса.

Рыдала я горько, от души, с надрывом, как никогда раньше в жизни, но это энергозатратное и мокрое дело мне быстро надоело. Всё-таки, истерика — не моё. Как любила говорить мама Шассу, слезами горю не поможешь, поэтому я успокоилась и пошла в повелительскую ванную умываться. Размером, богатым убранством и последними достижениями магической техники, меня было удивить сложно, ведь всё это имелось и у нас дома, но, да, Повелителю всё-таки это сделать удалось. У Шамирхара в ванной было очень даже нестандартно. Всё такое огромное, брутальное и шикарное, что просто поражало своим размахом.

Повелитель не мелочился и установил у себя в ванной комнате бассейн и парилку. Любовь к бане демоны принесли с Земли и уже несколько столетий строили их у себя в поместьях. У нас тоже была, но во дворе, а не прямо в спальне. Мне сейчас париться совсем не хотелось, итак запаренная, вполне хватит обычного душа. Интересно, в нём предусмотрена подача воды без магии? Подошла к кабинке и покрутила вентили. Ура! Работает — уже легче.

Оглядев все шкафчики, с радостью обнаружила в одном из них банные халаты и полотенца, слава ду́хам, можно снять с себя это дурацкое платье, в котором я валялась по полу, и, приняв душ, надеть чистую одежду. Жестокий тиран отрубил магию по всему дворцу, и я теперь не могу применить даже простейшее бытовое заклинание, чтобы привести себя в порядок. Придётся всё делать вручную, и волосы сушить естественным путем тоже. Представляю, что у меня завтра будет на голове, а этого допустить нельзя! «Я должна выглядеть потрясающей, а не жалкой и запуганной, вызывая в Шамирхаре брезгливость» — эта мысль озарила меня внезапно и оказалась удивительно правильной и умиротворяющей, я решила продумать её и выработать стратегию поведения, основываясь на ней. Говорят, так работает интуиция. Проверим.

Я думала её, пока смывала под душем пыль, грязь и слёзы, пока сушила волосы и даже когда улеглась в шикарную кровать повелителя, не переставала её думать. Смогла уснуть, только когда додумала до конца и приняла решение: он считает, что я хотела этого контракта и заманила его в ловушку? Но ведь это не так! Я не буду оправдываться и показывать ему, что чувствую себя виноватой, я покажу ему своё безразличие, как показывала поклонникам все эти годы. Работало же с ними, значит, и с Миром сработает, а то мне вот очень не понравилось его выражение лица при виде моих слёз. Я не жалкая попрошайка! Пусть сам за мной бегает! А то, не хочет он меня, видите ли! И после этого я врушка? Чувствовала я его безразличие, прямо всей своей промежностью чувствовала, меня не обманешь! Решил поиграть и проучить меня? Мы ещё посмотрим, кто кого! Завтра я буду с ним холодна, почтительна и соблазнительна, а вот он пусть пускает на меня слюни все три месяца! Даст Праотец, они пролетят быстро, и я вернусь к своей прошлой жизни, уже навсегда выбросив Шамирхара из головы и сердца. На этом и уснула, преисполнившись надеждой.

Проснулась рано: бодрая и решительная, от вчерашнего уныния не осталось и следа. Сделала причёску и оделась во вчерашнее платье, предварительно пройдясь по нему влажной рукой и несколько раз встряхнув. Ничего, это тоже мой козырь. Пусть почувствует себя виноватым, а то ишь! Бросил тут одну и без магии. Возможно, мне удастся вытребовать у него Улину. Мне не помешает сейчас её помощь.

Успела всё сделать как раз вовремя. Шамирхар принёс контракт и дал мне два часа на его изучение, пообещав прислать бесовку. Был язвителен, но смотрел без вчерашней злобы, ну и бугор в штанах явно говорил о том, как он рад меня видеть. Отлично! Он сдаёт позиции, главное всё сделать правильно, и не разрушить свою карьеру, ведь у меня послезавтра спектакль, я просто обязана его убедить отпустить меня в театр.

— Моя госпожа! — в спальню вошла Улина, сопровождаемая Шельтом, как раз когда я дочитала контракт, — я принесла с собой всё самое необходимое. Как вы?

— Шельт, оставь нас! — вредный личный бес Повелителя поджал губы, но удалился.

— Терпеть его не могу, — озвучила всем известный факт Уля.

— Всё плохо, Уль. Шамирхар запер меня и запрещает играть в спектакле. Я должна выглядеть потрясающе, чтоб попытаться это изменить. Помогай мне, милая, — перешла я сразу к делу, некогда болтать.

— Праотец милосердный! Как же так? Ведь ещё два спектакля! Билеты раскуплены заранее. Что же делать?

— Я выкручусь, не переживай! Только добавь страсти в мой образ. У меня есть идея. В контракте меня не устраивает один пункт, и я попробую поторговаться с Миром по его поводу. Если он разрешит мне продолжить карьеру, я приму его требования тоже, но мне очень нужны рычаги давления.

— Ох, моя маленькая госпожа, устроили же вы всем нам весёлую жизнь.

— Не сыпь мне соль на рану, Уль. Лучше доставай все, что ты там принесла, как раз успеем создать к приходу Повелителя образ роковой недоступной красавицы.

— Сию минуту. Надеюсь, у вас всё получится!

До моих первых дипломатических переговоров оставалось полчаса, и я прокручивала в голове заготовленные аргументы, пока бесовка без магии колдовала над моей причёской. Помоги мне Всевышний, я очень не хочу потерять все то, чего добилась за эти годы, а главное — свободу.

Почему я выбрала «недоступную и роковую красавицу»? Да потому, что «прелесть, какая дурочка» уже не прокатит, а «соблазнительная кокетка» окончательно уверит Шамирхара, что я всё спланировала и мечтала его затащить в постель, чтобы потом женить на себе. Да, когда-то было дело, но ведь прошло пять лет, и мои детские наивные мечты разбились в день двадцатилетия. Сейчас я мечтала совсем о другом: на первом месте стояла карьера и только на втором валяющийся у меня в ногах Повелитель. Бойтесь своих желаний, они могут исполниться в самое неподходящее время! Теперь мне предстоит добиться и того и другого.

Шамирхар явился в спальню ровно через два часа, как и обещал. Я встречала его во всеоружии.

Струящееся от талии мягкими складками в пол, платье стального цвета обтягивало меня сверху, как вторая кожа, до самого подбородка и невероятно мне шло. Оно было моим любимым, так как подчёркивало все достоинства, а в особенности — глаза, делая взгляд холодным и завораживающим. Рожки мы украсили накладками в тон платью, а в уши я вдела длинные тяжёлые серьги с александритами. Больше никаких украшений не надевала, даже на хвост. Его я вообще бы спрятала иллюзией по последней моде, которую нечаянно ввела моя мама, так как свой ей приходилось всегда прятать из-за того, что Веливул наградил только уменьшенными вариантами демонской атрибутики, но магия же заблокирована, пришлось просто скрыть его в складках. Волосы Уля заплела во множество косичек и убрала наверх, подчёркивая длину и гибкость шеи. В общем, я была хороша, как никогда, и Повелитель это оценил, судя по загоревшимся в глазах искрах. Про бугор сказать ничего не могу, потому что он предусмотрительно переоделся в прикрывающий слабое место кожаный жилет. Мерзавец тоже был хорош до умопомрачения, и я мгновенно пожалела о своём решении надеть обтягивающее платье, потому что он перевёл взгляд с моего лица в район груди и довольно усмехнулся. Что ж, один: один, но игра только началась.

— Я просто счастлив, Кара, что ты так стараешься для меня, но больше я на твои уловки не поддамся. Ты прочла контракт? Готова подписать?

— Не буду даже время тратить на то, чтобы спустить вас с небес на землю, Повелитель Шамирхар, и нет, не готова. Меня не устраивает его второй пункт.

— Что именно? Ты не хочешь сопровождать меня как пара во время визитов? Но это обязательное условие.

— Не в этом дело! В связи с тем, что контракт у нас всего на три месяца, я против публичности! — добавила в голос возмущения. На самом деле мне было глубоко безразлично, что демоны начнут судачить по поводу быстротечности контракта, и как Повелитель быстро устал от глупой Кары, но это был единственный пункт, за который я могла уцепиться.

— Ах, вон оно что! Тебя не устраивает срок? — совершенно неправильно понял меня Шамирхар, — так будь хорошей девочкой, и тогда, возможно, я его продлю.

— Да ни за что в жизни! Вот тебе! — ну достал, правда, и я показала ему любимый жест Лаки с вытянутым средним пальцем, потом подумала, и скрутила конфигурацию из трёх. Кажется, оба этих жеста обозначали, что ничего такого, о чём он говорит, я не хотела. Шамир угрожающе сощурился. Кажется, меня заносит, злить его точно не нужно, — Я с радостью завершу контракт в срок, но только если он будет тайным. Иначе я ничего подписывать не стану!

— И не боишься, что я расскажу родителям, чем ты занималась эти годы?

— Боюсь! Но раз вы до сих пор этого не сделали, то по каким-то причинам разглашать мою тайну не планируете, и я надеюсь, что мы сможем договориться.

— И чего же ты хочешь? Только учти, я готов услышать только правду, больше я тебе не поверю.

— Мне нужно отыграть ещё два спектакля. Позвольте мне это сделать, и я согласна на публичность.

— Я сказал, что ты можешь забыть о своей карьере! Нет.

— Мы через три месяца расстанемся, и, я обещаю, вы больше меня не увидите, но позвольте мне жить своей жизнью! Это была моя мечта.

Глаза его наливались бешенством. Что его так задело? Может, то, что у меня непроизвольно начали проскальзывать в тоне умоляющие нотки?

— А я мечтал жениться на эльфийской принцессе Ираниэль, но ведь тебя это не волнует!

— Да кто ж мешает! Женитесь через три месяца.

— Включи мозги, через три месяца будет поздно, да и невозможно. Жена мне нужна сейчас, грядут крупные переговоры, и Ира как никто другой на эту роль подходила, — ну да, тут я глупость сморозила. Меняющий каждые три месяца жён Повелитель демонов будет выглядеть не очень красиво на межмировом уровне. Но про Иру было слышать обидно. Чурбан бесчувственный!

— А что ты скажешь общественности, когда тебя спросят: «А где великая актриса, с которой вы последним танцевали и утащили в портал при всём честном народе?»

— Найду, что сказать! Скажу, что ей так понравилось со мной трахаться, что она решила остаться у меня во дворце на Веливуле.

— Не выйдет! Журналисты потребуют интервью, а я расскажу всей вселенной правду! — образ холодной красавицы трещал по швам. Мы оба перешли на повышенный тон и еле сдерживали себя, чтоб не накинуться друг на друга, скорее всего с кулаками, но это не точно, возможно, с поцелуями.

— Хотел бы я посмотреть на это, если бы в той истории не трепали моё имя!

— Так не оглашай контракт! — в запале ссоры я и забыла, что к нему надо обращаться на «ВЫ» и шёпотом.

— Ладно, так мы ни до чего не договоримся, — Мир тяжело дышал, и голос его звучал на тон ниже обычного, заставляя кипеть мою кровь рычащими в нём нотками, — я позволю тебе отыграть эти спектакли, но мы сегодня же отправимся на Элиорон как супружеская пара.

— В каком обличии? — ура! У меня получилось! Моё дыхание тоже сбивалось, и возбуждение накрывало с головой. Хочу его до смерти и ничего не могу с этим поделать. Ссора только добавила огня в наше противостояние.

— Конечно же, в своём, в родном! Неужели ты думаешь, мне нужна слава мужа распутной звезды? — а зря. Улиэль бы такая слава пошла на пользу, и ты очень удивишься, дорогой, когда трахнешь «распутную звезду» — это я тебе гарантирую, а в том, что мы окажемся в постели в один прекрасный час, я даже не сомневалась. Не выдержим этого накала страстей.

Какое-то время мы приводили дыхание и гормоны в порядок, стараясь не смотреть друг на друга.

— Успокоилась? Готова подписать контракт?

— Только тогда, когда ты допишешь пункт про спектакли.

Шамир подошёл к столу и небрежным пасом руки дополнил магический контракт.

— Читай. Так устроит?

Я подошла к нему и взяла контракт в руки, а он, а он! Зашёл мне за спину, запер в клетке своих рук, упершись в стол по обе стороны от меня, и прижался своим внушительным достоинством прямо к моим тылам. Манипулятор! Я ведь так подпишу даже приговор на свою смертную казнь!

— Отодвинься! Я в курсе, что у тебя всё нормально с габаритами, обойдусь без этих демонстраций.

Мир резко отступил, и я бы радовалась, обретя свободу, если бы не испытала чувство потери в этот момент. Мне будет очень сложно в эти три месяца держать своё сердце под замком, но я справлюсь!

— Подписывай уже и надень вот это, — он протянул мне исписанный витиеватыми символами широкий браслет.

— Это что такое? — не собиралась я надевать кандалы, а браслет выглядел как мощнейший артефакт.

— Символ брака у драконов. Это подарок моей матери. Ты первая, с кем я заключаю контракт, пусть даже и временный, но она мне наказала подарить его своей паре, и я не хочу нарушать материнский завет.

Я достала ритуальную иглу из набора для подписей кровью, стоящего на столе, и, проткнув палец, подписала контракт, а вот браслет брать не спешила. Мир так и стоял с протянутой рукой, глядя на меня выжидающе.

— Может, не надо? Подаришь его той, с кем заключишь настоящий контракт, — упиралась я, хотя принять браслет очень хотелось. Он прямо манил меня. Видимо, детская мечта стать его избранной до конца не умерла и требовала нацепить символ настоящего брака.

— Ты будешь постоянно со мной спорить? — Повелителю надоело ждать, и, ухватив меня за руку, он задрал рукав платья, чтобы надеть браслет на запястье.

Как я и предполагала, это был артефакт. Браслет обхватил мою руку, слившись с кожей, и стал похож на рисунок. Несмываемый рисунок. Я даже потёрла вязь, чтобы убедиться в этом.

— Ах ты, гад! Что ты на меня нацепил? — судя по тому, что я могла на него обзываться и повышать голос, это был хотя бы не рабский браслет.

— Успокойся, Кара. Видишь, у меня такой же. Я надел его ещё вчера. Это просто символ брака, как у землян обручальные кольца. И впредь, выбирай выражения. Я не потерплю оскорблений.

— Я тоже!

— Замечательно! Хочу напомнить тебе, дорогая, что изменять мне со своими любовниками у тебя не получится. Даже не пытайся проворачивать интрижки в театре. Контракт не позволит этого сделать, так что три месяца придётся потерпеть, — злится и ревнует. Так ему и надо, но какого же он низкого обо мне мнения, наглец!

— Я-то выдержу, не сомневайся, — ха! Двадцать пять лет терпела и три месяца вытерплю, — а вот ты как будешь обходиться без секса всё это время? Верность-то обоюдная.

— А с чего ты взяла, что мне придётся терпеть? У меня есть теперь на всё согласная, опытная пара, — ясненько, я не ошиблась и сексу — быть!

Вот, правда, тут, конечно, мой пиар играл против меня, но доказывать ему ничего не стану. Сам поймёт, как ошибался, когда придёт время. И будет просить прощения, ползать у меня в ногах…Ммм. Расплылась в предвкушающей улыбке.

— Ты же меня не хочешь! — припомнила вчерашние слова лгуну.

— Что поделать? Придётся как-то смириться и заставить себя выполнять супружеские обязанности. К воздержанию я не привык.

— Сочувствую. Главное, не надорвись, заставляя себя, — врёт и не краснеет, а ещё на меня обзывался.

— Язва!

— Мы договорились не обзываться!

— К эльфам отправляемся немедленно, мне ещё объясняться с королевской семьёй по поводу вчерашнего исчезновения и отказа от женитьбы на Ираниэль. Можешь взять бесовку с собой, зайду за вами через полчаса.

Как только он ушёл, в покои вернулась Улина.

— Уль, бери Лаки, и ждите меня в нашем особняке на Элиороне. Я вечером буду дома. Там и поговорим.

— Будет сделано, моя госпожа. Всё получилось?

— Да. Передай родителям, что у меня всё хорошо.

Ох, как страшно-то! Мне ведь три месяца придётся играть роль Повелительницы демонов и не ударить в грязь лицом при этом. А ещё очень важно не начать верить в то, что у нас с Миром может случиться настоящая любовь и семья, а то второго разочарования я не переживу.