Глава 9 Тот самый день

Карашерриса.

Всё получалось не так, совсем не так, как я планировала. Это я хотела его соблазнить и подставить, а выходило наоборот. Я совсем забыла, с кем связалась. Привыкла к поклонникам, из которых вила верёвки, расслабилась и попала в ловушку. Мир не позволил мне подать знак Улине и отвести себя в нужное место, он просто утащил меня порталом к гримёркам, где сейчас не было ни души. Как он посмел? Прямо на глазах у всего бомонда и королевской семьи! И откуда он вообще знает, где гримёрки? Хотя, чему я удивляюсь? Это же Повелитель демонов.

Он толкнул первую попавшуюся дверь и, затащив меня в тёмную комнату, прижал к стене. Любит наш Повелитель это делать, судя по всему. Мысли путались от поцелуев, которыми он покрывал мою шею, намотав на кулак волосы и оттянув за них голову в сторону, чтоб было удобнее. Как же приятно! Праотец, помоги не рухнуть в пучину его огненной страсти!

Надо что-то с этим делать, срочно, иначе я забуду себя, плавясь в его руках. Эти мысли ещё зудели жалкой мошкой где-то на подкорке, но я уже не могла, просто физически не могла оторваться от своего Повелителя. Я так его ждала, я так о нём мечтала все эти годы в разлуке, что сейчас просто упивалась его страстью и поцелуями, которые уже давно перешли все границы дозволенного. «Кара, тряпка, соберись!» — мысленно приказала я себе, но было уже поздно. Тело не реагировало на жалкие приказы мозга, ведь его рука нашла центр моего управления и ловко принялась его осваивать. Если кому не понятно, он находился к югу от пупка, прямо в моих трусиках и просто жаждал, чтоб его скорее нашли.

Вскоре бельё стало для Мира досадной помехой, и трусики улетели в неизвестном направлении, а чёрное платье задралось до талии.

Я ещё помнила прошлую свою ошибку и держала язык за зубами, не выкрикивая его имени, а выдавая в эфир лишь стоны и сбившееся дыхание, но, боюсь, надолго меня не хватит.

Мир тоже не на шутку распалился и плохо себя контролировал, его сердце колотилось, как заполошное, а из горла раздавались будоражащие всё моё нутро рычания. Наконец, он подхватил меня под попку, и я тут же обхватила его мощный торс ногами, прижавшись к его внушительной эрекции, грозящейся порвать штаны. О! Да! Это был кайф! Я всхлипнула.

Он грозно рыкнул, прижимая меня к себе ещё плотнее, и в два шага преодолел расстояние до дивана в гримёрке, завалив меня на него и прижав, не давая пошевелиться, вырваться. Да я и не пыталась уже. Не могла. Его губы накрыли мои, в таком страстном, таком желанном поцелуе, что мой мозг окончательно отключился, и я вцепилась в его плечи ногтями. Сейчас, сейчас всё между нами произойдёт. Я была готова к этому, я мечтала об этом! Он одним движением спустил с бёдер свои штаны и…

Яркая вспышка озарила пространство! Это сработала воронка портала, я ни с чем её не перепутаю. Межмирового портала! Вот же блядство! Это отец меня дёрнул! Я совсем забыла о принятии в род! Мне конец! Так могло повезти только мне, Карашеррисе из рода Огненных Расов. Я зажмурилась и вцепилась в Мира мёртвой хваткой, перед тем как нас засосало в воронку. Отец активировал аварийный портал, предназначенный для того, чтоб выдернуть меня из любого места, где-бы я не находилась.

Удар об каменные плиты был, наверное, жёстким, не знаю, не смогла понять. Я перенеслась в усыпальницу, оседлав Повелителя демонов голой промежностью, а вот он приземлился на спину.

Можно я прямо сейчас отправлюсь к предкам в астрал? Нет, не пустят? Таких плохих демониц не пускают? О, Создатели миров! Убейте меня сразу! Как же стыдно и страшно! Очень страшно открывать глаза.

— Кара? — мама в шоке, это хорошо слышно по голосу.

— Шамирхар! Я тебя убью! — папа в ярости, и это понять тоже не сложно.

— Папа? А что ты делаешь с Карой? — Шасс в глубочайшем изумлении, судя по писклявым ноткам в голосе.

— Карашерриса? Ну, ты и… — непередаваемые эмоции Мира я даже боялась для себя определять.

Всё это они прокричали одновременно, а я слова не могла вымолвить, у меня зуб на зуб не попадал и горло сдавил спазм.

Мир пришёл в себя гораздо раньше меня и первым делом ловко натянул платье на мой голый зад. Потом штаны на свой, и невозмутимо поднялся на ноги. Удивительно, что он продолжал меня обнимать, а не отшвырнул в дальний угол, заорав: «Это подстава!». Повелитель оставался Повелителем в любой ситуации.

— Василина, Тамаширрас, сейчас мы вам всё объясним.

Надо всё-таки открыть глаза, раз провалиться сквозь землю не выходит.

Лучше бы я их не открывала! На отца было страшно смотреть, он трансформировался в боевую ипостась и приготовился атаковать, а мама просто в ужасе зажимала рот руками.

В усыпальнице заметно потеплело, и две одинаковые рогатые козявки, наряженные в платьица, дружно заорали лёжа на руках у Ульха, Шасс, хоть уже перерос период плаксивости, но тут не удержался и тоже начал подвывать с ними за компанию.

— Что? Что ты мне объяснишь, Шамир? По-твоему, у меня нет глаз? Отойди в сторону, Кара! — рычал отец.

Это катастрофа! Надо что-то делать, срочно, иначе Веливулу конец, они разнесут всё.

— Папочка! Не сердись, пожалуйста, мы с Шамиром как раз собирались к вам, чтобы всё сообщить, и немного увлеклись, — я бросилась к огромному демону и повисла у него на руке, перекрывая спиной линию атаки. Это же мой папочка. Меня он не тронет, а вот на Повелителя кинуться может и тогда всё очень плохо закончится для всех нас.

— Что сообщить? — мама, наконец, вышла из ступора, и повисла на второй руке отца.

— Что мы встречаемся и собираемся вскоре заключить контракт! — ну а что я могла ещё придумать? Только это может примирить отца с нашим фееричным появлением.

— Что? Так вы нас уже давно за нос водите? Шамир! А как же эльфийская принцесса? — вот же ж гадство! Про неё я совсем забыла.

— Это была инициатива Кары — обо всём молчать, да ещё и про принцессу вам врать. Я давно просил её всё рассказать, но она упиралась. Не мог же я отказать своей малышке, — всё это он говорил, ничего хорошего мне не предвещающим, ехидным тоном, — видимо, как и ты, Рас. Ведь она у нас такая балованная затейница, да, милая?

Сарказм в его голосе могли бы учуять даже спящие в капсуле предки. Мне точно конец!

— Конечно, милый. Я всё делаю для того, что б ты не скучал, а то ведь до меня у тебя была такая пресная жизнь!

— Так! Шамирхар и Карашерриса! Я кормящая мать, мне нельзя нервничать, поэтому не смейте мне пудрить мозги! Что здесь происходит? Отвечайте немедленно! — а вот это очень и очень плохо. Мама была очень умной и чуткой женщиной, она сразу уловила фальшь в нашем обмене любезностями.

— Василина, всё хорошо! Это не то, что вы с Расом подумали, сейчас я вам расскажу, что происходит…

— А происходит действительно важное для всех нас событие! Мама, папа, Шасс! Мы собирались вам сообщить, что сегодня решили заключить временный контракт на союз! — перебила я Повелителя, пока он не выдал меня с потрохами. Кажется, он тихонечко взвыл.

К нему я подходить опасалась, так и стояла рядом с родителями.

— Милая, ты приняла решение заключить его прямо сегодня и забыла сообщить мне эту радостную новость? — нет, сарказма в его голосе уже не осталось. Там плескалась ярость.

— Я не пойму? Это розыгрыш? Ты против контракта и просто пудришь моей дочке мозги? — успокоившийся было отец, вновь начал закипать.

— Ну что ты, Рас! Как я могу быть против своей Кары? Ведь я давно мечтал о такой Правительнице для Веливула: честной, открытой, образованной, с безупречной репутацией! Просто я удивлён, потому что до этого Карашерриса отказывалась брать на себя ответственность, — подловил, ответственность я точно брать на себя ни за что не хотела.

— Решила сделать тебе сюрприз, ты ведь рад? — надо было хоть что-то говорить, и я говорила.

— Безумно! — эта пикировка могла продолжаться бесконечно, но мама прервала этот балаган.

— Вы в курсе, что испортили малышкам праздник посвящения в род? Давайте мы после ритуала обсудим ваши дальнейшие планы на жизнь?

— Простите, мы не хотели, чтобы так получилось. Давайте начнём ритуал, — всё происходящее напоминало мне фильм ужасов.

Весь обряд я тряслась от стыда перед родителями, от страха перед гневом Повелителя и от разочарования в себе, но никто этого не замечал, потому, что я великая актриса и умею держать себя в руках.

Когда мы вышли из усыпальницы, мама увлекла меня в гостиную, а Мир с отцом ушли в кабинет, видимо, обговаривать контракт.

— Кара, солнце моё, я знаю, что ты в Повелителя с детства влюблена, но стоит ли заключать с ним этот контракт? Что-то он не выглядел слишком счастливым. Надеюсь, ты не вынудила его это сделать, подставив перед нами? — именно так, наверное, это и выглядит в глазах Шамирхара. Но я же этого не планировала! Какой кошмар!

— Ты что, мам? Мне так стыдно перед вами всеми, я бы никогда такого не сделала!

— Очень на это надеюсь. А вот про стыд забудь. Конечно, не очень приятное зрелище вы нам приготовили, но ты уже взрослая, и отцу придётся с этим смириться, как смирилась я.

— Спасибо, мам. Ты поговоришь с ним? Не могу показываться ему пока на глаза.

— Поговорю, но ты расскажешь мне в подробностях, как случился ваш роман.

— Обязательно! Только не сегодня, хорошо?

- Хорошо. Тогда иди в детскую, думаю, тебе не терпится познакомиться с сестричками, пока твоя будущая пара и отец совещаются, а я должна поговорить с няней и проконтролировать, все ли мои распоряжения она выполнила.

В детской, к своей радости, я обнаружила Лаки и Улю, которые, оказывается, видели, как Мир затащил меня в портал и долго нас искали по всему театру, пока не почувствовали, как межмировой рвёт пространство. Не зная, что и думать и сильно испугавшись, они перенеслись в родительский дом, чтоб, если что, просить помощи у отца. Хорошо, что к этому времени все уже были в усыпальнице и их никто не видел.

— И что теперь будет? — спросил Лаки, когда я без лишних подробностей описала случившееся.

— Не знаю! Сидите тихо в доме у родителей, я дам знак, как только что-то прояснится.

Всё это мы обсуждали, пока я тискала сестричек. Они такие потешные и совсем не капризные. Рядом с ними на душе стало гораздо легче.

— Кара, иди вниз. Шамирхар и отец подписали контракт на три месяца, и твоя пара тебя ждёт, — прервала идиллию вошедшая в детскую мама.

Три месяца! Не так уж и страшно, если рассудить, но вниз я спускалась как на казнь, а когда Мир протянул мне руку с многообещающей улыбкой, больше похожей на оскал, я поняла — жизнь моя была весёлой, но недолгой.

Вложила в его ладонь трепещущие пальцы, и мы, ни с кем не прощаясь, перенеслись в ту самую спальню, в которой всё и началось пять лет назад.

Мы стояли друг, напротив друга тяжело дыша и не решаясь заговорить. Мир был в бешенстве, я это понимала предельно ясно.

— Ну что, добилась своего? — первым нарушил молчание он, — готова теперь хлебать полной ложкой кашу, которую заварила?

Нет, я не готова, я не хотела так! Но как же мне теперь ему это доказать?

Я сделала шаг навстречу, молитвенно сложив руки на груди.

— Мир, прости, я не хотела, всё получилось случайно, я…

— Достаточно, Кара! Я не верю больше ни одному твоему слову. Я спустил тебе с рук прошлую выходку, но эту спускать не намерен.

— Я говорю правду! Я хотела тебя просто разыграть, — зря я старалась, он оставался глухим к моим словам. Я читала это в его глазах.

— Лживая, изворотливая, развратная дрянь, вот ты кто, Карашерриса! Прекрати уже играть свою роль, ты не на сцене, и зрителей тут нет! Хотела секса со мной? Раздевайся. Я тебе устрою такое жаркое порево, что на всю жизнь запомнишь.

Праотец, помилуй! У меня волосы на голове зашевелились от ужаса. Ведь он был совершенно серьёзен сейчас. Он не шутил и не пугал.

— Не смей! Я всё расскажу родителям! — жалкая попытка напугать Шамирхара результата не принесла.

— Серьёзно? — он принялся стягивать с себя рубашку, — прямо-таки всё-всё? Ну давай! Начни со своего дня рождения. Они очень обрадуются, узнав какую дочь вырастили.

— Не делай этого, Мир! Ты сам потом пожалеешь, — рубашка отлетела в сторону, и он принялся за штаны, но в этот момент мне даже в голову не пришло восхищаться его великолепным телом.

— С чего бы мне жалеть? Ты. Сама. Это. Устроила. Раздевайся.

Он надвигался на меня, как стихийное бедствие: неумолимое и беспощадное, а я отступала спиной к дверям, даже не думая выполнять его приказ. Мозг лихорадочно искал выход из сложившейся ситуации. Что-то доказывать сейчас бесполезно! Попробовала открыть портал — тот же результат. Видимо магию он уже заблокировал по всему дворцу. Что же делать? У меня даже плато связи нет с собой! Тупик! Подступала неминуемая паника.

В какой-то момент мне показалось, что я успею выбежать из спальни и найти помощь, не будет же он насиловать меня при подданных, но это решение было ошибкой. Повелитель читал меня, как раскрытую книгу и, не успела я добраться до двери, как он одним стремительным рывком пресёк попытку побега, переместившись ко мне, и спеленав ноги своим хвостом. Я покачнулась, но он не дал мне упасть, подхватив на руки, и швырнул на кровать.

Я отползала к изголовью, чтоб оттянуть неизбежное, пока он приближался, словно хищник к загнанной в ловушку жертве. Ужас парализовал меня и движения стали рваными, неловкими — поражение неминуемо. Таким свирепым я Повелителя ещё не видела. Неужели всё произойдёт именно так? Мой первый раз с мужчиной моей мечты окажется таким? Я не смогла сдержать всхлипа и взмолилась.

— Мир, пожалуйста! Только не так!

— Не смей меня называть Мир. Для тебя я Повелитель Шамирхар, — последняя надежда умерла, и я задохнулась от душевной боли, это, наверное, сердце разбилось. — Раздвигай ноги и прекращай уже изображать трепетную девственницу. Всей Вселенной известна твоя блудливая натура.

Он не поверит мне. Ни за что не поверит. Не в этом состоянии, не после того что я натворила. Я поняла это так отчётливо, что в один миг потеряла надежду до него достучаться, поэтому просто легла на спину, закрыла руками глаза и приготовилась к самому страшному испытанию в своей жизни.

Ладони стали мокрыми от слёз мгновенно. Оказывается, я всё это время плакала, даже того не замечая. Я очень давно не плакала по настоящему, и этот факт заставил меня принять решение.

И тогда я сказала себе: «Кара! Хоть сердце твоё разбито и душа болит, ты всё выдержишь, переживёшь со временем. Он отыграется на твоём теле, выплеснет злость и успокоиться, тогда, может, завтра, ты сможешь до него достучаться и тихо уйти. Потерпи!»

Я ждала боли, повторяя эти слова, как мантру, сжавшись в комок достаточно долго, но ничего не происходило. Это какая-то изощрённая пытка, заставлять жертву ждать наказания бесконечно? Наконец, я решилась открыть глаза и посмотреть, что происходит.

Повелитель стоял возле кровати и с брезгливым выражением лица и созерцал моё унижение, не пытаясь воспользоваться телом.

— Можешь забыть о своей карьере актрисы, дорогая, — сухо отчеканил он, поймав мой взгляд, — ты под замком на эти три месяца контракта, по которому являешься моей парой. И мечты о сексе тоже забудь. Меня ты не интересуешь, а с другими он тебе не светит. Я понял, что не хочу тебя, но и позорить себя не позволю. Спокойной ночи, Карашерриса. Сладких снов.

И он вышел из спальни, запечатав все двери и окна магией. Облегчение пополам с чувством крайней безнадёги нахлынули на меня одновременно. Теперь я пленница. Безвольная, ненужная, униженная пленница, но зато я не стала жертвой насилия. Спасибо тебе, Праотец! Вот теперь я разрыдалась в голос от разрывающих меня на части эмоций.